Сопротивление в концентрационных лагерях для еврейского населения. Восстание в Глубокском и других гетто Беларуси

Борьба евреев с нацизмом выражала не только желание и необходимость противостоять врагу, решившему уничтожить еврейский народ, но также косвенным образом содействовала спасению многих евреев. Они входили в состав регулярных формирований союзников, участвовали в деятельности партизанских отрядов, движений сопротивления и других подпольных антинацистских организаций.

Сопротивление евреев проявлялось как в физической (в том числе вооруженной) форме, так и моральной. Оно подразумевало как активные, так и пассивные действия (или бездействие). В свою очередь, эти формы сопротивления можно подразделить на коллективные и индивидуальные. Следует помнить, что подавляющее большинство узников гетто составляли пожилые люди, дети и нетрудоспособные. Мужчины призывного возраста находились в армии или были уничтожены в первых акциях. Нацисты ввели жесткую систему коллективной ответственности и заложничества. Вот почему активное сопротивление и подпольная деятельность в гетто были крайне затруднены. Тем не менее, многие люди участвовали в незаметной и повседневной борьбе с нацистами и их пособниками[679].

Между тем, как свидетельствуют архивные материалы, еврейское сопротивление возникло с первых дней оккупации территории Беларуси. Многие узники понимали, что они могут рассчитывать только на себя. В более чем 80 гетто существовали подпольные организации, члены которых собирали оружие, медикаменты, помогали партизанам и готовились к побегам во время проведения нацистами акций по уничтожению еврейского населения. Так происходило в гетто Несвижа, Лахвы, Клецка, Копыля и Глубокого. Многие при этом погибали, но часть людей спасалась. В 100-тысячном Минском гетто под руководством И. Казинца и М. Гебелева активно действовали 22 подпольные группы, в состав которых входило более 300 человек. На их боевом счету диверсионные акты и саботажи на немецких предприятиях и железнодорожном узле. Тысячи людей, выведенных ими, в дальнейшем сражались в составе партизанских отрядов[680].

В отличие от индивидуальных актов сопротивления узников гетто, коллективная борьба, как правило, не была спонтанной. Её участники решали две задачи: подготовка вооружённого сопротивления в момент ликвидации гетто и попытка создать или влиться в состав партизанских соединений. Для достижения главной цели одновременно решались и не менее важные дела: нейтрализация осведомителей гестапо, добыча оружия, денежных средств и т.д.

Вооружённых восстаний в гетто на территории Беларуси было сравнительно мало. Что касается Витебской области, то самым крупным было восстание узников Глубокского гетто в августе 1943 г.

С началом оккупации Глубокого и создания Глубокского округа евреи продолжали жить на своих старых местах. 22 октября 1941 г. по приказу гебитскомиссара П. Гахмана все евреи на протяжении часа должны были собраться в гетто[681]. Нельзя было забирать с собой вещи, только некоторые мелочи, и то с позволения специально назначенной комиссии из магистрата. Под гетто оккупационные местные власти определили территорию в границах современных улиц Друйской, Энгельса, Красноармейской, Красного Партизана, частично улица К. Маркса. К ноябрю 1941 г. в Глубокском гетто, куда позднее разместили евреев с других местечек и деревень, находилось более 5 800 чел.[682]

Уже весной 1942 г. в Глубокском гетто были созданы первые подпольные группы молодёжи, собиравших оружие и налаживавших связь с партизанами, которым в дальнейшем передавали часть медикаментов и оружия.

После первого погрома в гетто в июне 1942 г. группа во главе с А. Фегельманом присоединилась к партизанам бригад имени Чапаева. В сентябре того же года следующая вооружённая группа из 17 человек вступила в отряд «Мститель», с которым ранее поддерживалась связь[683]. Следует отметить, что комиссар выше названного отряда И. Тимчук охотно принимал к себе узников гетто Глубокского округа. С его помощью был организован небольшой по количеству (более 100 чел.) еврейский семейный отряд[684]. Кроме того, в Малининском лесу им был организован кожевенная мастерская, в которой работали евреи, сбежавшие с окрестных гетто[685].

В начале августа 1943 г. управлением партизанской бригады имени Суворова были направлены в Глубокское гетто партизан Б. Цимера и М. Либермана с целью подготовки восстания. Сплотив молодёжь в количестве около 300 человек, у которых было оружие и подрывные материалы. Затем Б. Цимер, вернувшись в отряд, привёл с собой ещё около 20 молодых евреев с оружием.

15 августа 1943 г. на подпольном совете узников гетто было принято решение о поднятии восстания. Данное решение находилось в непосредственной связи с событиями, развернувшимися в Глубоком и вокруг него. Дело в том, что ещё, как отмечалось ранее, в 1942 г. в данном районе дислоцировалась 1-я Русская национальная бригада СС во главе с В. Гиль-Родионовым. В августе 1943 г. партизанские разведчики бригады «Железняк» установили связь с бойцами данной бригады. В результате длительных переговоров солдаты В. Гиль-Родионова перешли на сторону партизан. В дальнейшем во время Докшицко-Крулевщизненской операции (16 – 17 августа 1943 г.) был убит Керн, шеф жандармерии Глубокого. Согласно воспоминания братьев Райяк, он был самым жестоким в отношении к еврейскому населению. Гитлеровцы, опасаясь разгрома Глубокского гарнизона и возможного освобождения узников гетто, в срочном порядке вызвали из Двинска (теперь Даугавпилс, Латвия – авт.) дивизию С, бронепоезд. Анализируя данные события, можно допустить, что в гетто знали про действия родионовцев и надеялись на разгром немецкого гарнизона. Узники готовы были использовать данную ситуация и с оружием в руках вырваться на свободу. Но, к сожалению, обстоятельства резко изменились и этого не произошло. Более того, нужно полагать, что отход группы В. Гиль-Родионова ускорил ликвидацию узников Глубокского гетто.

В «Акте по делу о зверской расправе немцами над евреями концентрационного лагеря (гетто) в Глубокое Витебской области, произведённой 19 августа 1943 г.» содержаться сведения о вооружённом восстании узников гетто.

18 августа, как указанно в документе, гетто было «в три кольца обставлено танками и орудиями»[686]. Евреи сразу же обратили внимание на то, что готовиться какая-то акция. Чтобы усыпить бдительность узников, в 4 часа утра немецкий офицер явился в Юденрат с заявлением, что через два часа евреи должны собраться на площади для отправки на работы в Люблин (Польша). Однако, те хорошо знали, чем это может окончиться.

Само непосредственно восстание началось 19 августа 1943 г., условным сигналом которого являлся взрыв гранаты и выкрик «Ура». Далее, в первую очередь, при помощи гранат были уничтожены пулемётные гнёзда, часовые на вышках, фабрики и помещения артелей, в которых изготовляли мыло, ножи и суконные вещи, а также швейные мастерские. Группа евреев, которая пряталась в доме Конторовича по Виленской улице, увидев приближавшихся к ним немцев и полицаев, открыла огонь. Один из бункеров немцы не могли взять на протяжении целого дня. Согласно сведениям очевидца и участника тех событий Пинтова было убито и ранено около 100 гитлеровцев[687].

Согласно показаниям жителя Глубокого И. Немировского: «… 20 августа 1943 г. на рассвете, я, как и другие граждане в Глубоком, услышал звуки стрельбы пулемётов, винтовок со стороны расположенного гетто, где на тот момент удерживалось до 5 тыс. человек советских граждан, собранных туда немцами из районов Полоцкой области. Стрельба в районе гетто продолжалась более чем двое суток, причём на протяжении данного времени в городе запрещались выход из домов и движение по городу. После этого, по истечении двух суток стрельба окончилась, я стал очевидцем содеянного немцами преступления над гражданами, которые располагались в гетто, которое к моменту моего прихода туда представляла картину расправы, а именно: само гетто было разрушено обстрелом с оружия и бронемашин и абсолютно полностью сгорело. По территории бывшего гетто валялись расстрелянные и обгоревшие трупы людей, в числе которых были женщины, дети и старики. Характерно то, что в изложенным мною факте расправы немцев над гражданами гетто участвовали входившие в подчинение полевой комендатуры № 600 немецкие военные подразделения. Из бронемашин, которые принадлежали той же комендатуре, производился обстрел и уничтожение граждан»[688].

Часть узников гетто смогла спастись в лесу, а большая часть была расстреляна и замучена. Погиб и один из организаторов восстания М. Либерман, которого немецко-фашистские оккупанты забрали раненого и совершили над ним жестокую расправу, вырезав все внутренние органы[689]. На протяжении нескольких дней после разгрома гетто полицаи ходили по его территории и вылавливали тех, кто смог так или иначе остаться в живых. В бункеры и погреба гитлеровцы пускали газ, для того чтобы «выкурить» оттуда всех до последнего. К тому же, были созданы специальные команды с целью поиска людей, которым удалось сбежать во время ликвидации гетто. Тех, кто попадался в руки нацистов, собирали в доме по Виленской улице. Таких оказалось около 100 чел. Известны и военные преступники, возглавлявших и осуществлявших уничтожение гетто, – гебитскомиссар Глубокского округа П. Гахман, его заместитель, комендант гетто Е. Ветвицкий, а также комендант полиции Левандовский[690].

Таким образом, высшей и самой радикальной формой борьбы еврейского населения Витебщины против немецко-фашистской политики геноцида стала восстание в Глубокском гетто в августе 1943 г., в результате которого были уничтожены узники последнего места заключения евреев на территории Витебской области количеством около 2 тыс. человек.

Наши рекомендации