Глава 12: Хорошие манеры 10 страница

Опустошив банку, он снова повернулся к другу и, оперевшись о стену, съехал по ней вниз. Сделав еще один глубокий вдох, он мельком встретился с Калленом взглядом, а потом тихо объяснил:

– У меня низкий сахар в крови, приятель. Извини.

Когда Джейк был ребенком, у него диагностировали гипогликемию. Ему удавалось поддерживать приличный уровень сахара в крови, но когда он снижался, Джейк превращался в несносного сукиного сына. Каллен потянулся в задний карман джинсов и, достав оттуда пачку мини-орео, бросил ее в грудь Джейку, который с улыбкой посмотрел на печенье.

– Уверен? – спросил он, тряхнув пакетом с вкуснятиной.

– Ага, – проворчал Каллен. – Ешь быстрее, пока я не передумал, ворчливый ты козел.

Джейк рассмеялся и раскрыл пачку. Отправив одно печенье в рот, он замычал от удовольствия. Затем протянул пачку Каллену, который не устоял перед соблазном и взял себе пару штук.

– Ну, так что еще стряслось? – спросил Каллен, спустя мгновение, проведенное в наслаждении «Орео».

Джейк снова отвел взгляд, в ответ на что Каллен фыркнул и скрестил руки на груди.

– С каких пор мы храним секреты, Джейк? – спросил он.

– Я не храню никаких секретов, – твердо ответил Джейк, мотая головой. – Ты знаешь все, что только можно знать.

– Да ну? – отмахнулся Каллен тоном, который ясно дал Джейку понять, что тот был близок к тому, чтобы отлупить его. – Так раз я все знаю, когда именно ты собирался рассказать мне, что теперь ты должен Аро еще больше, и что Пол сейчас в доме этого ублюдка с доходами от магазина и продажи наркоты и квитанциями…

– В этом нет никакого секрета, Каллен, – возразил Джейк. – Ты уже все это знал.

– Да, знал, но я не знал, что этот мудила теперь еще крепче держит тебя на мушке, чем держал до того, как меня засадили!

Джейк быстро прикрыл рот, пока не сболтнул какую-нибудь глупость. Он знал, что Каллен был прав. Он должен был рассказать ему об изменениях в сумме, но это означало, что тогда ему пришлось бы признать, что он не такой уж хороший игрок в покер.

– Блядь, чувак, – вздохнул Каллен. – Семьдесят процентов? Каким раком ты держал мастерскую на плаву?

Джейк в шоке уставился на Каллена. Откуда ему, черт возьми, так много известно? Он моргнул, когда его накрыло осознание.

– Пол, – прошипел он. – Надо было заткнуть ему рот. Тогда бы он, блядь, не болтал.

– Не вини Пола. Он беспокоится о тебе, – предупредил Каллен. – Он рассказал мне лишь то, о чем я спросил, и что ты сам уже должен был мне рассказать. Какой черт тебя дернул играть с ним в чертов покер?

– Я пытался отбить немного денег, чтобы расплатиться с ним, – ответил тот в легком смущении. Вздохнув, он посмотрел на Каллена. – Все хорошо, приятель, – сказал он с полуулыбкой и пожал плечами, что должно было выражать безразличие. – Все под контролем. С мастерской все в норме.

Каллен не купился. Прищурившись, он склонил голову на бок.

– Это имеет какое-то отношение к Ванес…

– Не смей! – гаркнул Джейк с горящим взглядом и сжал руки в кулаки. Он вскочил на ноги, не успел Каллен и глазом моргнуть.

Каллен тут же выпрямился в полный рост, готовясь ко всему, что мог выкинуть Джейк. Они не дрались с тех пор, как были детьми, но это еще ни черта не значило.

Джейк сделал глубокий вдох и постепенно успокоился, глядя на оборонительную позу Каллена. Он не хотел драться с лучшим другом, но черт его дери, Каллен знал, что не стоит говорить о ней.

– Просто… просто не надо, приятель, окей? – Джейк выдохнул и закрыл глаза, чтобы вновь обреcти самообладание.

Каллен неторопливо кивнул. Он знал, что упомяни он ее, последует реакция со стороны Джейка, но черт побери, если он не был шокирован, увидев это собственными глазами. Пол рассказывал Каллену, что буквально налетел на Ванессу, когда был у Аро, и когда он рассказал об этом Джейку, тот пустился в трехдневную попойку с наркотиками и бабами.

Сколь бы Джейк ни производил впечатления крутого ублюдка, Каллен знал, что глубоко внутри ему все еще больно. Джейк медленно съехал по стене, приземлившись на зад с громким стуком. Затем сжал виски ладонями.

– Слушай, – пробормотал Каллен, садясь рядом с ним на пол. – Прости, я не хотел тебя нервировать, говоря о ней. Но ты должен быть честен со мной, – он одарил Джейка многозначительным взглядом, который тот принял с неторопливым кивком.

Честность всегда была очень важна для дружбы, которую они выстроили за долгие годы: честность и доверие.

– Ты знаешь, что я могу помочь тебе с деньгами… – он замолчал, заметив, что Джейк отрицательно мотает головой.

– Нет, Каллен. Я не хочу твоих денег.

– Это не мои деньги, – ответил Каллен, проведя рукой по волосам. – Это деньги Мейсена.

Джейк все так же мотал головой.

– Все равно, больше я у тебя брать не стану, приятель. Ты и так уже слишком много отдал. Я и так уже тебе обязан за тот последний раз, а потом ты снова помог, хотя даже не… – он замолчал, когда его сковало чувство вины. – Иисусе, ты работаешь здесь ни за что.

– Мне не нужно, чтобы ты мне платил, – пробормотал Каллен. – У меня есть деньги, тюремщики счастливы, думая, что я зарабатываю на жизнь. К тому же, мне это нравится. Мне нравится работать с этими охрененно горячими тачками.

Он улыбнулся, проведя рукой по изгибу крыла мустанга.

– Знаю, но чувствую себя жадной сволочью, – ответил Джейк, уперевшись затылком в стену.

– Если туфелька не жмет… – протянул Каллен, заработав ощутимый удар локтем по ребрам. Рассмеявшись, он потер бок.

– Серьезно, Джейк, – продолжил он без тени юмора в голосе. – Предложение в силе, ладно?

Джейк посмотрел на Каллена и кивнул.

– Спасибо, дружище.

Они крепко пожали друг другу руки, Каллен вскочил на ноги и наклонился проверить двигатель мустанга.

– Ну, так в чем с ней проблема? – спросил он, возясь с прокладкой головки цилиндра, после чего стал смотреть свечи зажигания.

Джейк встал и потянулся.

– Перегревается на холостом ходу. Я все проверил, но… не знаю. Может, что-то пропустил? – Он потер тыльную сторону шеи ладонью, чувствуя в ней напряжение от недосыпа.

– Ты проверял управление воздухом в режиме холостого хода? – спросил Каллен, не поднимая взгляда и запустив руки в глубины двигателя.

Джейк громко фыркнул и закатил глаза.

– Конечно, я проверил его первым делом.

Он с минуту наблюдал за работой Каллена, молча поспорив с самим собой, что тому не удастся починить проклятую хреновину.

– Заводи, – сказал Каллен, выпрямившись.

Джейк посмотрел на него с мгновение с озадаченным выражением лица.

– Заводи, – повторил Каллен с ухмылкой.

Джейк прищурился, заворчал в полголоса и повернул ключ зажигания. Конечно же, двигатель с урчанием ожил, а альтиметр продемонстрировал идеальные показатели.

Каллен захлопнул крышку капота и стер следы от пальцев с синей металлической поверхности.

– Каким раком? – пробормотал Джейк, вырубая двигатель.

Каллен рассмеялся.

– Управление воздухом в режиме холостого хода. Благополучно позабыто.

– Но я проверял чертово управление воздухом! – возмутился Джейк, указав на машину, будто этот неодушевленный объект давно планировал его позор.

Каллен хлопнул Джейка по плечу.

– Пожалуйста, – сказал он и направился к кофеварке в углу мастерской.

Он рассмеялся, слыша брань Джейка, не пойми кому объяснявшего, что он действительно проверял управление воздухом в режиме холостого хода и никогда бы не допустил такую тупую ошибку.

Каллен почувствовал, как в кармане вибрирует телефон, и, отставив кружку с кофе, достал его.

Персик.

Постарайся больше не опаздывать.

Каллен посмотрел на часы на стене – пятнадцать минут четвертого. Меньше часа. Он улыбнулся и принялся печатать ответ, потягивая кофе.

Не посмел бы.

И он шутил лишь отчасти. Он был более чем удивлен ее реакцией на его опоздание на первом занятии два дня назад.

Она выглядела так, будто была готова оторвать ему голову. Он мог понять ее, но черт, характерец у нее был еще тот. Хотя ему ли говорить.

Занятие – после воспитательной беседы и падения с лестницы – прошло довольно-таки хорошо.

Они подробно обсудили Донна, а не только «Блоху» (хотя Каллен все еще пребывал в восторге оттого, что она выбрала этот сонет. Нет ничего лучше, чем видеть, как ее щеки заливает румянец, когда он произносил слова вроде «трахаться», «сексуальные отклонения» и «любовные соки»). Они говорили и о других его работах, заметив, что они остались одни во всей библиотеке, лишь когда миссис Коуп подошла сообщить, что охрана закрывает зал.

Странно, как быстро мчалось время, когда он был с Персиком. Казалось, с ней было так легко. Ему нравилась ее дерзость и страсть. Это напоминало ему о собственной страсти к письменному слову, которая, как он думал, давно уже позабыта. Ему нравилось говорить с ней об авторском подборе слов и сложности этого процесса.

На самом деле ему просто нравилось разговаривать с ней. И точка. Разговаривать с ней, а теперь… прикасаться к ней. Он не мог противиться мысли о том, какими мягкими на ощупь были ее волосы, когда он заправил непослушную прядь ей за ухо, или о шелковистости ее кожи на внутренней стороне колена. Ее кожа повсюду так мягка?

Он прокашлялся и тряхнул головой, чтобы избавиться от ненужных образов того, как она обхватывает его, пока он врывается в нее, прижав к книжным полкам. Боже милостивый.

Суть в том, решил он, что хотел большего.

Сидеть и обсуждать с ней стихотворение было здорово. В конце концов, для этого они и встретились, но Каллен не мог не задуматься о том, каково было бы вести с ней повседневный разговор. День, когда она заговорила о своем отце и о книге, которую он ей читал, был лучшим днем из тех, что он провел в стенах тюрьмы. Он действительно почувствовал, будто мельком увидел ту Изабеллу, что существовала за пределами Артура Килла, и теперь, когда и он был на свободе, он хотел узнать ее лучше.

Он задумался, как бы она отреагировала, задай он ей еще несколько личных вопросов. Вопросов о ее симпатиях и антипатиях, а не о размере бюстгальтера, хотя эта ерунда его тоже интересовала. Ее груди выглядели так, будто прекрасно уместились бы в его ладонях. Он простонал в полголоса, когда его член дернулся в штанах, соглашаясь.

Чертова женщина.

Казалось, его тело все никак не могло успокоиться, когда она была рядом, черт, даже когда ее не было поблизости, он думал о ней, и его тело было, так сказать, в состоянии боевой готовности. С первой минуты их встречи, даже еще не зная, кто она, он знал, что хотел ее.

Конечно, в этом не было никаких сомнений, и сколь сильно ни хотелось бы ему предложить, чтобы они уже приступили к делу, он знал, что она была не из числа таких девушек. По крайней мере, он чертовски надеялся, что не была. Он был вполне уверен, что услышь он хоть об одном мужчине, обращавшемся с ней как с одной из них, он бы запросто отъебал бы ИХ. ПО. ПОЛНОЙ.

Его собственнические чувства могли стать проблемой. Он усмехнулся в чашку с кофе. Моя.

К тому же, продолжал размышлять он, может, она даже не захочет его в этом плане…

– Каллен?

Он оторвался от размышлений и повернулся к Сету, который указывал на вход в автомастерской.

– Приятель, к тебе пришел какой-то парень.

– Кто? – спросил Каллен, отставив чашку кофе в сторону и направившись ему навстречу. Сет пожал плечами.

– Без понятия. Сказал, что ему нужно срочно с тобой поговорить.

Каллен закатил глаза.

– Как и всем им, – пробормотал он.

Но он остановился на полпути, увидев, кто именно ожидал его, переминаясь с ноги на ногу в костюме, как минимум, за пару тысяч долларов.

Каллен выругался вполголоса и раздраженно потер лицо ладонями.

– Питер, – пробормотал он, подходя к нему.

Питер кивнул и сделал глубокий вдох.

– Каллен.

Наступило мгновение тишины, в течение которого мужчины молча смотрели друг на друга. Прошло уже много времени с тех пор, как они разговаривали в последний раз, не говоря уже о давности последней встречи.

Нетерпеливый и, как всегда, непостоянный Каллен не выдержал первым.

– Какого хера ты тут делаешь? – спросил он со скепсисом во взгляде и раздраженно покачал головой.

– Ты не отвечал на звонки – ни мои, ни Джаспера, – просто ответил Питер.

Его спокойный тон и высокомерные замашки раздражали Каллена до одури.

– И что? – ответил он. – Вы, сволочи, не смогли запугать меня по телефону, поэтому ты решил приехать и сделать это лично?

Питер вздохнул и чуть понурил плечи.

– Мы не запугиваем тебя, Каллен. Нужно подписать бумаги.

Каллен достал сигареты из заднего кармана и, запалив одну, сделал глубокую затяжку, выдыхая через нос. Он указал на Питера сигаретой, зажатой между пальцев.

– Эти бумаги были составлены без моего участия, чтобы убрать меня с дороги. А это, мой друг, чертово запугивание: неявное, самонадеянное, херовое, но все равно запугивание.

– Каллен, – с раздражением протянул Питер, потирая переносицу. – Ты не хочешь иметь никакого отношения к компании. Ты говорил об этом много раз, и все равно, когда мы предлагаем тебе возможность уйти, ты упираешься и отказываешь.

Питера уже достало это чертово виляние взад-вперед. Каллен тут же раскусил его вранье.

– Нет. Ты предлагаешь мне это потому, что Уитлоки до усрачки боятся, что держатели акций WCS узнают, что владелец компании – херов преступник.

Каллен вытащил сигарету изо рта, глядя на стоящего перед ним мужчину и прекрасно понимая по выражению его лица, что прав.

Питер провел рукой по волосам и сделал глубокий вдох.

– Каллен, – тихо сказал он, делая шаг в его сторону. – Мы семья…

Чего-чего ты сказал?

Глаза Каллена недобро сверкнули.

– Не разыгрывай, блядь, со мной эту карту, Питер! – прорычал он и выбросил окурок, едва не попав Питеру в руку. – Ты не был моей семьей, когда я отбывал свой срок, так что не притворяйся, будто тебе не насрать на меня, когда я вышел!

Питер покорно вскинул ладони вверх.

– Хорошо, хорошо. Я понимаю, – перебил он, пытаясь перекричать тираду Каллена.

– Нет, – продолжил Каллен, делая шаг навстречу и сокращая разделявшее их расстояние. – Ты не понимаешь. Мы, может, и состоим в родстве, но это не значит, что я стану долго думать, прежде чем вышвырну твою задницу прямо сейчас, просто, блядь, из принципа.

Питер не стал отступать, даже когда Каллен оказался практически нос к носу с ним. Тот был пугающим ублюдком, но и он мог им быть.

– Это бы не пошло на пользу твоему досрочному освобождению, не так ли? – спросил он, ровным голосом. Он знал, что это был удар ниже пояса, но он не боялся Эдварда Каллена.

– Пошел ты, – прошипел Каллен.

Мужчины пристально смотрели друг на друга, не моргая и не отступая. Увидь их случайный прохожий, он не посчитал бы странным сделать круг почета с табличкой «Раунд 1».

– Все нормально?

Взгляд Питера устремился Каллену за плечо, на Джейка, прислонившегося к стене здания и скрестившего руки на груди, подобно чертову охраннику. Питер совладал с желанием закатить глаза.

– Да, – ответил Каллен, так и не отрывая взгляда он Питера. – У нас все здорово. Питер уже уходит.

Питер едва заметно усмехнулся от предупреждающего тона Каллена. Так предсказуем. Каллен всегда думал кулаками вместе мозгов, даже когда они были детьми. Питер вздохнул, отступая.

– Подумай о том, что я сказал, Каллен, – тихо проговорил он. – Будем на связи.

– Жду не дождусь, – тут же ответил Каллен.

– Джейк, – обратился Питер, кивнув несостоявшемуся охраннику.

Джейк подмигнул и широко улыбнулся. На его вызов Питер ответил улыбкой и, покачав головой, пошел обратно к машине. Каллен посмотрел вслед удаляющемуся авто и повернулся к Джейку с мрачным выражением лица.

– Какого черта он тут делал? – спросил Джейк, вскинув брови. – Все еще пытаются тебя подкупить?

Каллен кивнул и со стоном облокотился на стену рядом с ним.

– Что ты сказал?

– Сказал ему, чтобы отъебался, – ответил Каллен, пожав плечами.

Джейк подтолкнул его в плечо и улыбнулся.

– Вот это мой парниша.

Каллен ответил слабой улыбкой. Он простоял так пару минут, позволяя телу успокоиться и снизить уровень адреналина.

Семья, блядь.

Да что вообще Питер Уитлок знал об этом?

Все Уитлоки были одинаковы, движимы деньгами да властью. У них была одна забота: добраться до его денег и обрести еще больше власти, но сколь бы Каллен ни презирал каждый цент, ежемесячно поступавший на его счет в швейцарском банке, он не собирался улизнуть, как паршивая овца лишь потому, что этого хотели Уитлоки.

К черту это.

Он уже собирался закрыть глаза, расслабленно откинувшись на стену, успокаивая дыхание, как вдруг неистово подскочил с широко распахнутыми глазами, пугая Джейкоба до смерти.

– Черт! – воскликнул Каллен, оглядываясь по сторонам, будто что-то ища. – Сколько сейчас времени?

Джейку потребовалась мгновение, чтобы понять, что ему задали вопрос, после чего он кинулся в панике смотреть на часы.

– Без пятнадцати четыре, а что? Куда торопишься-то, блин?

– Блядь! – выкрикнул Каллен, мчась обратно в магазин и хватая сумку с ключами. – Я опаздываю, мать твою! Блядь! Опаздываю, ебать твою налево!

Он надел свою кожаную куртку, солнцезащитные очки и черную шапочку, уворачиваясь от Сета по пути, и ринулся обратно из магазина мимо Джейка прямиком к Кале.

Джейк стоял все с тем же крайне озадаченным видом.

– Мое занятие, – крикнул Каллен, замечая отсутствующий взгляд друга, и, надев шлем, перекинул ногу через мотоцикл. – Я, блядь, опаздываю, а обещал, что не опоздаю! Я сказал ей, что не опоздаю!

– О, – ответил Джейк с пониманием, наблюдая, как Каллен, отталкиваясь ногой, вывозит мотоцикл на дорогу. – Сексуальная училка?

Он рассмеялся, когда Каллен показал ему средний палец, а затем оседлал свой Харлей и стремительно помчался по дороге.

=PoF=

Изабелла с раздражением постукивала ногтями по поверхности библиотечного стола, размышляя, почему она, черт возьми, решила, что Каллен говорил искреннее, обещая, что не опоздает на этот раз.

Ах да, догадалась она, потому что она чертова дура. Вот почему.

Дура, потому что думала, что он придет вовремя. Дура, потому что с нетерпением ждала их совместного времени и обижалась на него за то, что он его сокращал. Дура, потому что потратила время на то, чтобы нанести новый слой блеска для губ и туши, пока шла в библиотеку, и потому, что надеялась, что он снова появится весь перепачканный маслом.

– Дура чертова, – пробормотала она самой себе, потянувшись в сумку за копией книги «Вальтер, ленивый мышонок», которую он купил ей на день рождения.

Она перечитала его приписку и вздохнула. И не важно, что может встать на пути…

Что ж, подумала она в унынии, самым большим препятствием сейчас был тот факт, что парень опоздал бы даже на собственные похороны.

Она закрыла книгу и снова посмотрела на часы. Десять минут пятого. Вздохнув, она покачала головой. В прошлый раз она прождала полчаса. На этот раз подождет двадцать минут.

Она достала телефон, чтобы проверить, не пропустила ли звонков или сообщений. И язвительно улыбнулась своему отражению на черном экране. Конечно, никаких сообщений.

– Дура, – пробормотала она.

Проведя рукой по волосам, она тяжело вздохнула. Сползя на стуле, она позволила себе вспомнить их первое занятие. Когда он наконец притащил свой зад, они сумели неплохо поработать, пусть даже она жалела, что выбрала тот сонет.

Она заполнила бланк для Шарлотты, чтобы подготовиться к комиссии по досрочному освобождению, подробно расписывая, что они успели сделать.

Конечно же, она не упомянула о том, как он заправлял ей волосы за ухо и касался ее подбородка, как подхватил ее, когда она упала с лестницы, задев при этом ее грудь и прижав к своей сильной мускулистой груди.

– Черт побери, Изабелла, – выругалась она, чувствуя, как щеки обдало жаром от воспоминаний. - Опустив голову на руки, сложенные на столе, она забормотала себе под нос: – Глупое увлечение. Думай головой. Просто парень. Парень, преступник, совершивший бессчетное количество дурных дел и поимевший при этом бессчетное количество женщин. Возьми. Себя. В руки. Только тот факт, что он симпатичный, не означает, что ты…

– Кто симпатичный?

Срань. Господня.

Мягкий, приятный тембр голоса Каллена наполнил помещение, заставив Изабеллу замереть на мгновение, пока она не вернула самообладание, грозившее ускользнуть прочь, и неторопливо выпрямилась, боясь развернуться и увидеть его лицо.

– Мой… фасон моих туфель, – быстро ответила она, убрав ногу из-под стола, и покрутила ступней, чтобы Каллен смог разглядеть туфлю от Gucci цвета металла, украшавшую ее. – Разве не симпатично? – спросила она, чувствуя, как сердце начинает колотиться быстрее.

Она продолжала избегать его взглядом, пытаясь успокоиться. Как много он слышал? Чертчертчерт…

Каллен вскинул бровь, но все же позволил себе пробежаться взглядом от лодыжки по голени и дальше по ноге, которую она ему демонстрировала. Потому что, черт возьми, отказаться от такого предложения хорошенькой девушки было бы признаком дурных манер.

Создана, чтобы облизывать, посасывать, обвивать вокруг моей поясницы…

– Эм… не совсем в моем стиле, но да… здорово, – ответил он озадаченно, осторожно глядя на нее.

Он положил мотоциклетный шлем на стол. О чем она, черт возьми, бормотала?

Изабелла закрыла глаза от смущения, пока он шел к своему месту, собираясь с мыслями, и прокашлялась, чтобы избавиться от сдавившего горло смущения.

– Итак, – проговорил он, снимая куртку и вешая ее на спинку стула. Он чуть поморщился. – Знаю, я опоздал. И знаю, что обещал не опаздывать. Так что… черт, прости.

– Да, – резко ответила она. – Ты опоздал. Опять.

Он попытался улыбнуться, чтобы немного смягчить напряжение, но она отвела взгляд, прежде чем он успел произвести этот эффект. Она знала его уловки. Черт с ними.

– Я знаю, что у тебя есть неотложные дела, Каллен, – продолжила Изабелла более серьезным тоном, потянувшись в сумку за ручкой. – Но и у меня тоже, а с твоими постоянными опозданиями ничего не выйдет. Мы уже потеряли пятнадцать минут.

Он хмыкнул, но тут же прекратил, когда она ответила ему взглядом, способным убить его на месте, если бы она этого захотела. Сглотнув, он подавил раздражение, которое вызвал в нем ее тон.

– Слушай, я извинился, окей? – сказал он многозначительно, положив руки на стол между ними ладонями вверх. – Но дай мне передохнуть, Персик. Так будет не всегда… я старюсь, ладно? Прекрати третировать.

Изабелла подняла на него взгляд. Выражение его лица смягчилось, стало, возможно даже, беззащитным. Может, все дело в шапочке, которая, стоит признаться, потрясно смотрелась на нем. Она слегка нахмурилась, глядя на него.

– Что случилось? – вдруг спросила она.

Каллен откинулся на спинку стула, удивленный ее вопросом.

– Что?

– Ну, почему ты опоздал? Ты выглядишь… по-другому. Что случилось?

Он вдохнул через нос и улыбнулся ей. Покачал головой и, пожав плечами, потер шею.

– Да… семейные проблемы, я потерял счет времени. Все просто.

Изабелла кивнула.

– Семейные проблемы? Все хорошо?

От тревоги мышцы живота напряглись, будто он качал пресс. Чувство было странным и возникло из ниоткуда. Это немного сбило его с толку.

– Эм… да, все в порядке, – ответил он неловко, мечась взглядом по столу и избегая взгляда Персика. – Можем мы уже перейти к делу?

Изабелла заметила, что его челюсти снова напряглись, и молча обругала себя.

Зачем она спросила? Она знала зачем. Кого она, черт возьми, пытается одурачить?

Правда в том, что она едва знала сидящего перед ней мужчину, и это начало ее беспокоить. Она жаждала его, предавалась непристойным мыслям и мечтам о нем, и все же она знала о нем только то, что он отбыл тюремные заключение – она понятия не имела за что, – был образован и работал в автомастерской.

Тот факт, что он курил и потрясающе выглядел в джинсах и очках RayBan, был несущественным на данный момент.

Хотя… черт.

– Вижу, ты снова приехал прямиком с работы, – заметила она, кивком головы указав на его красную футболку «WhiteStripes», покрытую пятнами масла.

Каллен посмотрел на себя и рассмеялся.

– Эм… ага. Пачкаюсь во всякой всячине, – он потер пятна без особо энтузиазма, вызвав у Изабеллы улыбку. – Не все могут выглядеть, как ты, знаешь ли, – пробормотал он, поглядывая на нее из-под ресниц.

Изабелла замерла на секунду и подтолкнула к нему задание.

– Выглядеть, как я? – переспросила она, тут же опустив взгляд на зеленый джемпер с v-образным вырезом и серую юбку. – Что ты имеешь в виду? – Она вдруг почувствовала себя неуверенно.

Каллен усмехнулся, пододвинув к себе листы с заданием. Он заметил, что ее губы блестели сильнее, чем обычно, но не позволял себе смотреть на них слишком долго. Нет ничего хорошего в том, чтобы подолгу сидеть со стояком. Это охрененно неудобно.

– Я ничего не имею в виду, Персик, – равнодушно ответил он. – Ну, что сегодня на повестке дня? Еще больше сексуальных отклонений?

Изабелла сделала глубокий вдох, чувствуя, как грудь сжимает от раздражения в ответ на его дерзость. Она должна была бы уже привыкнуть к его выходкам, но он забавлялся с ней, и не всегда по-хорошему.

– Мы продолжим с Донном, – фыркнула она, жахнув стопкой бумаг по столу, чем заставила Каллена сесть прямее. – Расскажи мне, что знаешь об этом стихотворении?

Задав вопрос об элегии «На раздевание возлюбленной», она полезла в сумку, ужасно жалея, что в ней не была биты, которой она могла бы огреть Каллена по голове.

Он не ответил, и спустя несколько мгновений она оторвала взгляд от лежащих перед ней записей. Увиденное удивило ее. Он смотрел на свою копию стихотворения с озадаченным выражением лица, почесывая затылок, отчего шапка сдвигалась то в одну, то в другую сторону.

– Каллен?

Он поднял голову, а потом неторопливо помотал ей. Его лицо, казалось, выражало… стыд?

Он прокашлялся.

– Я… эм… я не… я не знаю этого стихотворения.

Изабелла потрясенно заморгала. Каллен откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. Его брови хмуро сошлись на переносице, а челюсти напряглись, когда он стиснул зубы.

– О, – ответила она глупо. – Ну… Каллен, ничего страшного.

Наши рекомендации