Я надеялся, что вы в своей неподражаемой манере подхватите мою мысль и пуститесь в путь разъяснения тонкостей истины.

Нет необходимости льстить. Я увидел, что ваше вводное утверждение содержит явное заключение, но я надеялся, что именно вы пуститесь в разъяснения. И кстати, истина является, наверное, самой очевидной вещью, какую только можно найти – или не найти – и все тонкости в процессе обретения понимания ее, несомненно, будут нашим собственным творением, благодаря нашей неистребимой привычке концептуализировать. Если бы мы прекратили концептуализировать, мы бы обнаружили, что истина смотрит прямо нам в глаза.

Это мне понятно. Но как насчет этого очевидного заключения, о котором вы говорили?

Если есть постижение того, что все, что бы ни воспринималось, является лишь видимостью в сознании (уме), тогда это должно совпадать с осознанием того, что сознание также не может иметь никакого независимого существования.

Почему?

По той простой причине, что ум-сознание просто символизирует то, чем мы сами ЯВЛЯЕМСЯ; мы (как восприятие) не можем видеть его как объект, независимый от того, что осуществляет восприятие. Глаз может видеть все остальное, но не может видеть сам себя (без зеркала), язык может ощущать вкус чего угодно, но не может ощутит вкус самого себя; кинжал может проколоть любую вещь, но только не себя.

Вы хотите сказать, что "мы" есть сознание и то, что называется "умом". Но зачем объекты, как видимости в сознании, вообще создаются?

Если вы имеете в виду почему мы (как сознание) вообще создаем объекты, ответ заключается в том, что мы играем в игру, лилу, в которой различные объекты, обладающие нама-рупой (именем и формой) входят во взаимоотношения. Если вы имеете в виду как "мы" создаем объекты – механизм этого процесса – ответ заключается в том, что объекты создаются тогда, когда происходит размышление или концептуализация на основе противопоставления "я" и "другие". Это "я" включает друзей в дружественный "круг", который расширяется и сжимается, а также меняет свою форму в зависимости от обстоятельств. Под "другими" подразумеваются враги в остальном мире!

Другими словами, концептуализация обращает ум вовне, после чего ум совершает разделение себя на основе дуальности "субъект-объект" и создает объекты.

На самом деле это означает, что сознание-ум, которое являет собой "Я" (и которое как ноумен есть все, чем Я может быть), создает, как то, что видится как объект, нечто отличное от Я, и таким образом ум оказывается расщепленным на я-субъект и ты-объект, на "себя" и "других". Но существенный фактор в этом механизме, который часто выпускается из виду, заключается в том, что, несмотря на разделение ума на я-субъект и ты-объет, "Я", как ноуменальный объект, всегда остается "Я", лишенным какого бы то ни было объективного существования и атрибутов. Лила возникает по той причине, что каждый чувствующий объект рассматривает себя как "я-субъект", а других – как "ты-объект". Таким образом, мы все представляем собой мнимые объекты того, чем мы действительно ЯВЛЯЕМСЯ – ноумена "Я". Эта ситуация может быть рассмотрена в виде единого источника света, отражающегося в "десяти тысячах" зеркал и давая, таким образом, бесконечное разнообразие в соответствии с формой каждого из зеркал и его расположением.

Значит, процесс объективирования обуславливает концептуальное расщепление "ума" (сознание, как "Я", всегда сохраняет свою цельность) на относительную дуальность противоположных элементов субъект-объект.

Противоположные элементы – это не только субъект–объект, являющие собой основополагающую пару, а все остальные всевозможные пары взаимосвязанных противостоящих друг другу концепций, таких как положительное и отрицательное, удовольствие и боль, любовь и ненависть. Именно это стремление к удовольствию и "любви" при исключении связанных с ними противоположностей, является причиной того, что рассматривается как связанность.

Но что мешает всем "я-субъектам" осознать свою истинную природу "Я"?

Что является тем посредником, без которого видимости в сознании, которыми мы являемся, не были бы воспринимаемы и познаваемы? Для того, чтобы быть воспринимаемым и познаваемым, эти образы должны иметь "объем", а этот объем (форма, или рупа), растянутый в пространстве, должен обладать минимальной протяженностью (которую мы называем "временем"), в которой он может быть воспринят и познан.

Наши рекомендации