О патогенетическом значении сновидений

(К стр. 327)

Следует отметить, что в прошлом представление о том, что снови­дение может явиться прямой причиной невротического заболевания, разделялось рядом авторов: в России М. Манассеиной, за рубежом пси­хиатрами Гризингером (Grisinger), Эскиролем (Esquirol), Мори (Maury), Баярже (Baillarger) и др. Как утверждает Санте де Санктис, содержание виденного сновидения может воздействовать на человека «наподобие психической травмы».

Ошибочность этих представлений не вызывает сомнения, ибо содер­жание сновидения может лишь сигнализировать о начинающемся заболевании, но отнюдь не может быть его причиной. Это с полной оче­видностью вытекает из вполне правильного положения Фере о том, что «сновидные образы сами по себе ложны (т. е. не адекватны действитель­ности.— К. П.), но обусловившие их ощущения истинны». Приводим пример, хорошо это иллюстрирующий.

Больная М., 19 лет, студентка, поступила с жалобами на паралич обеих верхних конечностей, потерю в них всех видов чувствительности, боли в затылочной области головы* ослабление зрения и памяти и быст­рую утомляемость. Заболевание возникло внезапно «после устрашающе­го сновидения, в котором она увидела, что у нее отнялись обе руки». Проснувшись, обнаружила, что обе ее руки парализованы. Это вызвало сильный испуг. Обратилась к врачам, были проведены физиотерапевти­ческие процедуры и общая укрепляющая медикаментозная терапия. Через 2 недели появились движения в локтевых суставах.

Непосредственно перед заболеванием М. перенесла ряд пережива­ний. Особенно отмечает одно из них: когда после хирургической опера­ции (аппендэктомии) ее за неимением места в хирургическом отделении поместили в гинекологическое, это в учебном заведении, где она училась, было истолковано как случай аборта.

Статус: кисти и пальцы обеих рук цианотичны, пальцами может производить лишь едва уловимые кивательные движения. На обеих руках до локтей полная болевая и тактильная анестезия с гиперестезией в области ногтевых фаланг. Сухожильные рефлексы равномерно живые.

Проведено 5 сеансов гипносуггестивной психотерапии, что привело к полному восстановлению движения и чувствительности. Выписана в хорошем состоянии, после чего в течение месяца была под наблюдением с положительным катамнезом.

В данном случае картина двигательного паралича, развившегося по механизму истерической реакции, получила отражение в содержании сновидения. Так как сновидение в данном случае предшествовало разви­тию указанных явлений, это могло бы дать идеалистически мыслящему исследователю право утверждать, что заболевание явилось «следст­вием» сновидения. В действительности фактором, травмировавшим психику, явились предшествующие переживания, сновидение же отрази­ло в себе картину развивающихся явлений истерического паралича. «Че­ловек так настроен — и ему это снится», — говорит И. П. Павлов (Пав­ловские клинические среды, т. 1,стр. 472).

О психотерапии алкоголизма

(К стр. 412)

Приводим выдержку из письма одног© из бывших тяжелых алкого­ликов, получившего полное излечение от своего недуга после проверен­ной нами речевой психотерапии, в то время как были основания думать о симптомах начинавшейся деградации личности.

Содержание этого письма убеждает в эффективности психотерапев­тической помощи, оказываемой в условиях тяжелого многолетнего алко­гольного оглушения. Как свидетельствует наш опыт публичных лекций о вреде алкоголизма и лечении алкоголиков внушением, оно оказывает сильное впечатляющее воздействие. Письмо датировано 14/VI 1941 г.

«Три года тому назад я лечился от тяжелой формы алкоголизма, который многие считают не болезнью, а только „баловством". Но на соб­ственном опыте я убедился, что такое „баловство" может повлечь за собой самые ужасающие последствия.

Мне сейчас 49 лет. В общей сложности я пил 28 лет, из них 18 лет запоем, выпивал (за редким исключением) не меньше литра водки в день, вое время находясь в одурманенном состоянии. В редкие дни трез­вого состояния не находил себе места от угрызений совести и созна­ния „обреченности на смерть под забором". Три раза „допивался до белой горячки", четыре раза находился на излечении в Одесской психи­атрической больнице. В 1926 г. потерял трудоспособность и был переве­ден на социальное обеспечение как инвалид с признаками тяжелой пси­хастении. В 1930 г. работоспособность вернулась, но болезнь приняла' еще более острую форму: я пропивал все, что у меня было, — зарабо­ток, одежду, мебель. Так как лечение не давало положительных резуль­татов, я пришел к выводу, что если, несмотря на мое искреннее желание я не могу избавиться от своей болезни, то нет смысла и жить! Меня упорно, долго и настойчиво преследовала мысль о самоубийстве, и толь­ко лечение гипнозом спасло меня от такого позорного кон"ца...

После 3-го сеанса гипноза, во время которого я спал глубоким сном, я уже не мог без отвращения смотреть на спиртные напитки. С последую­щими сеансами у меня росла сила воли и крепло убеждение в оконча­тельном излечении. Теперь, через 3 года, я без отвращения не могу смот­реть на пьющих и даже не переношу запаха алкоголя. Я уверен, что излечился от своей болезни окончательно и навсегда. Я как будто родил­ся вновь. Ко мне полностью вернулась работоспособность, радость жиз­ни и желание жить!

С этого времени моя жизнь изменилась до неузнаваемости. Работаю с увлечением и радостью как на производстве, так и в общественной жизни. Я передовой человек, стахановец. Я был участником Всесоюзной сельскохозяйственной выставки 1940 г. и утвержден на 1941 г. с получе­нием свидетельства. Выполняю большую общественную работу предсе­дателя спортивной организации, общественного обвинителя при район­ной прокуратуре, председателя правления клуба МТС, режиссера драма­тического коллектива. На Всесоюзном смотре театральной самодеятель­ности получил грамоту от Всесоюзного комитета по делам искусств. Читаю лекции и доклады. Я радуюсь, что я полноценный гражданин Советского Союза!»

Добавим, что положительный катамнез был прослежен нами в дан­ном случае в течение 22 лет, с 1938 г. Автор письма находится под нашим наблюдением до настоящего времени (май 1960 г.).

Наши рекомендации