Эми пыталась бороться, но недолго. Энергия, обеспечивавшая ей выпуск гнева, быстро иссякла, чем брат воспользовался.

Еще через несколько мгновений.

- Не-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-т! – после однотонного растянутого женского крика ствол дернулся, и кое-кого отбросило к стенке. Кружок, образовавшийся на белой футболке Белова, испугал Тёрнер до смертельного шока. А затем досталось и ей.

- Ты мне еще пригодишься, сестрёнка!

Мгновение назад.

Эми побоялась гнева Белова, представляя, что он сейчас сделает с Джеком, и, не дожидаясь, пока Джек отнимет пушку, чтобы выстрелить (!!!), выстрелила в Белова сама. О том, что единственная оставшаяся в стволе пуля была отравлена ядом, Эми, само собой, не знала, но едва ли, что что-то бы изменилось.

Всё было именно так, и следующее задушевное признание Эми вылетело с неподдельным, чутким трепетом.

- Я убила ради тебя. Замарала руки. Разве это не говорит о моей верности? Никто еще такого ни для кого не совершал. Ни-ко-гда! Ни одна мать.

- М-э…м-э-э…- зрачок в единственном уцелевшем глазу скелета, в левом, крутился по всей радужной оболочке, по диафрагме. Впервые Джек увидел Эми в двухэтажном доме, когда та, будучи еще крошечной лялькой, спасала его душу от ненависти Саммер, и теперь это не выглядело как простая случайность.

Двадцать первый век показал, что:

Эми Тёрнер – судьба Джека Хэлвана.

А Джек Хэлван – судьба Эми Тёрнер.

И Эми прижалась к своей судьбе, к своему Джеку, полностью положила свою голову на его грудь и отключила для себя все звуки Нью-Йорка, чтобы слышать лишь его одного. Умирающий трогал её волосы, поднапрягая руку. Обнявшая сильнее ощутила тепло и почти что… почти что заснула.

Она не заметила, как он перестал называть её мамой.

Она не смогла заприметить момент его смерти. Girls in trouble

Возможно, потому что она сама умерла. -------------------

Это бы всё объяснило…. Line of Blood

We receive from life only that we can accept reason. One person comes to the river of the universe with a teaspoon, and another — with a cup. The third will take a bucket, and the fourth in general to a flank. Meanwhile the abounding river waters always were and will be at the disposal of anyone. Our consciousness, our ideas, a principled stand and system of beliefs define in what quantities we will scoop the vital benefits. Actually we can receive everything that we will wish if we only cease to convince ourselves that it is inaccessible to us. There is such simple truth. Robert Antony. Stop thinking! Act!

(Когда вы достигнете конца вашей жизни, единственное, что будет иметь какое-то значение, - это та любовь, которую вы отдали и получили. В своем путешествии в следующий мир, единственное, что вы можете взять с собой, - это любовь. Единственная ценная вещь, которую вы оставите в этом мире, - это любовь. Больше ничего. Я знал людей, которые легко переносили много трудностей в своей жизни и были счастливы, но еще не встречал человека, который мог бы перенести жизнь без любви. Вот почему любовь – это величайший дар в жизни. Она придает жизни смысл. Именно благодаря ей стоит жить. Адам Дж. Джексон)

(Нью-Йорк, “город мечты”, в разных ракурсах)

С момента трагедии, которая обязательно дополнит могучую память Нью-Йорка, прошло несколько часов. Утром гуляки, пробегавшие мимо пруда в центральном парке, обнаружили несколько тел и, как принято поступать в таких случаях, вызвали полицию. Наряд приехал весьма нескоро по вине всем остохуевших, дорожных, мать его, пробок, которые, в основном, создавали дамочки не первой трезвости и творящие аварии, бравые “шумахеры”. Из-за них из-за всех, из-за праздника, из-за плохой партии покойные провалялись чересчур долго, чтобы не выглядеть полностью покойными.

…Явившись на место новой заворошки, копы оперативно оцепили территорию парка и позаботились, чтобы ни одна из возможных улик не исчезла и не претерпела изменений. Возложенные на них обязанности требовали аккуратности и пунктуальности…

- Смотри-ка, Тедди, красотулька, вроде, и дохлая, но красота никуда не ушла! Так бы и вздрочнул, не будь я на работе, а лучше бы трахнул… - тучный полисмен под два метра ростом с длинной бородой и серьгами в ушах несколько раз обошел трупак блондинки, делясь интимными некрофильными идеями со своим товарищем Теддом, - Как тебе мысль?

А Тедд на него смущенно посмотрел:

- Что? Трахать дохлую? Да ты рехнулся, приятель! Арнольд, кто ж на такое пойдёт…

- Я, например! – сказал бородач, не прекращая пошляцки отшучиваться, - А у тебя, у старого импотента, с живыми-то не клеится! Так что иди, кури в сторонке и не завидуй…

Бог – умелый диалогист и шикарный постановщик, представляющий простые, на первый взгляд, события сложными, наделяющий их символизацией и некоторой тайной: где-то вовсю шло празднование Нового года, светились лампочковые, длинные гирлянды и улыбки, осязались, как чудо, приходы родственников, встречания гостей, принятие/дарение подарков… ну, а где-то, в местах, которое удача обошла стороной, лежали “брат и сестра”, “мама и сын”. Пригревшиеся друг к другу, они не двигались, не шевелились, не обращали внимания ни на бродивших вокруг полицейских, ни на их любопытствующие, конфузливые физии, ни на лёд, ни на ветер и вообще ни на что. “Любовь крепка как смерть, когда символизация – божье созидание”.

- Тедд, ты мне нужен. Хочу узнать твоё мнение… - один коп позвал второго, чтобы вскользь обсудить самую интересную и одновременную самую пугающую деталь последствий ночной бойни.

Конечно же, толстяк согласился:

- Как скажешь, бро! Всегда к твоим услугам…

- Посмотри… - напарник схватил его за локоть и оттопырил длинный указательный в сторону двух мертвяков, - У тебя это никакие ассоциации не вызывает? Ничего? Что бы эти люди не пережили, выглядит это всё очень необычно. И мне, если честно, как-то не по себе! За годы работы мне довелось наблюдать много жутиков вплоть до расчленения. Но ощущения, подобные тем, что я испытываю здесь и сейчас, я еще не испытывал ни разу…

В темных предположениях копа крылась доля истины. Почва для опасений, что это не очередная неудачно закончившаяся пьянка, а нечто из ряда вон, была, и была очень богатая. Резкий и удушливый запах, аромат драмы, охальнически разносился в зимне-утреннем, прохладистом воздухе: мёртвая женщина, брюнетка, чьи глазки так и не закрылись и чья сексуальность нынче дополнялась белостью кожи (не путать с белёсостью), обнимала мёртвого мужчину, чьё “лицо” напоминало пару фунтов хрюшечного фарша. У женщины был открыт рот, будто бы она долго говорила перед “сном”, да не договорила, а на лице симпатяжки запечатлелось смешение ужаса и чего-то, близкого к любовному раскаянию. Её губы и её подбородок, испачканные чужой яркой кровью, наводили на мысль, что красотка, прежде чем присоединиться к убитому, многократно целовала этот труп.

- Какие теории? – спросил жирный Арнольд, - Кто их? Зачем?

Напарник ответил подробно, пространно, детально и полно:

- Если принимать в качестве отправной точки первое приходящее на ум объяснение, то, скорее всего, вот она… - полицейский кивнул в сторону женщины, - Она размозжила его личико этим! – а потом стукнул носком ботинка по кирпичу, - Затем легла, продержалась буквально… час-два, может, меньше… и всё!

Заинтриговавшись, толстяк продолжил склонять друга к разжевыванию:

- Это ясно, что всё! Но сдохла-то она из-за чего?

- Знаешь… - Теодор снова взглянул на Джека и Эми, чтобы составить мнение покрепче, покопался пальцем в левом ухе и, рассеянно пощипывая маленькую бороду, вспомнил один случай из жизни, видимо, похожий на этот, - Сказать точно можно будет лишь после проведения всех экспертиз. Но бывает, случается такое, что человек просто перестаёт хотеть жить. Один мой приятель случайно убил свою супругу во время бытовой ссоры и сразу же умер. Не повесился, не нажрался каких-то там таблеток, а просто… взял и перестал дышать. Здесь, я думаю, также. Она захотела уйти и ушла. Она воспользовалась правом…

…Вернувшись к блондинке и, кажется, распознав в ней бывшую преступницу (Алисия Флинн – персона весьма небезызвестная), жирдяй крикнул Тедда:

- Эй! У нас тут знакомые лица! Хех! Неожиданненько!

Теодор сжал-разжал подзамерзшие пальцы и закурил. Впереди ребят ждала целая рабочая смена, а возбуждающие вещества, алкалоиды, такие как никотин и кокаин,

издавна помогали людям выживать…

Mother, I have to you report something urgently. For the present I can. I, probably... we will hardly sometime meet therefore you should know it. I lived the last year, we will softly tell, badly, the reason of what consists in my endless love to Nazanil. You are aware, I couldn't support communication with you and with the father because the boy dreamed me every night, and I was forced to try to forget about you, mothers. You hid from me the truth because you tried to protect me. Now I understand it. You told me that I am not your native daughter when I was drunk and were in rage... I took the truth for an insult. I was a bad daughter, I was an egoist. I decided to write it because tonight, more precisely, now, right now I go there from where I can not leave. I am not going to say where I went. And it makes no difference. But if I suddenly die if I don't return if to find me dead, and the probability of it is very high, tell the father and I will tell Nazanil that I very much loved them. I hope that at least after my death you after all will be able to understand because of what I made the fire. I am not repaid at all. It is excluded a priori. I just want to return to those times when I didn't know yet who my real mother. But it won't turn out any more... Bye. I wish good luck and I wish you a Happy New Year.

(Мама, я должна тебе срочно кое-что сообщить. Пока еще могу. Я, наверное... мы вряд ли когда-нибудь еще увидимся, поэтому тебе стоит это знать. Последний год я прожила, мягко скажем, плохо, причина чего заключается в моей бесконечной любви к Назанилю. Ты в курсе, я не могла поддерживать общение с тобой и с папой, потому что мальчик снился мне каждую ночь, и я была вынуждена постараться забыть о тебе, мам. Ты скрывала от меня правду, потому что пыталась меня защитить. Теперь я это понимаю. Ты сказала мне, что я не твоя родная дочь, когда я была пьяна и находилась в бешенстве... я приняла правду за оскорбление. Я была плохой дочерью, я была эгоисткой. Я решила написать это, потому что сегодня ночью, точнее, сейчас, прямо сейчас я иду туда, откуда могу не уйти. Я не собираюсь говорить, куда я пошла. Да и это не имеет значения. Но если я вдруг умру, если я не вернусь, если меня найдут мертвой, а вероятность этого очень высока, скажи отцу и скажу Назанилю, что я их очень-очень любила. Надеюсь, что хотя бы после моей смерти ты все-таки сможешь понять, из-за чего я учинила пожар. Я ни в коем случае себя не оправдываю. Это исключено априори. Я просто хочу вернуться в те самые времена, когда я еще не знала, кто моя настоящая мать. Но это уже не получится... Пока. Желаю удачи и поздравляю тебя с новым годом, с рождеством и со всеми праздниками мира)

…Этим ненастным, отнимающим вечером Истер и Бернайс Тёрнеры прибыли в морг для опознания дочки. Всю дорогу, сколько бы муж не умолял супругу не плакать, поднося носовой платок и повторяя общие, недействующие фразы, столько преподавательница рисования в младших классах повторяла родное имя - Эмилайн. Мало сказать, что известие о её кончине их шокировало. Оно их убило…

Наши рекомендации