Анализ клиники галлюцинаторных состоянийв свете лабораторных данных

Какое значение могут иметь описанные изменения электри-ческой активности мозга для разрешения вопроса о возникнове-нии галлюцинаций и их структуры? Прежде всего следуетотметить, что полученные результаты более или менее одинаковыво всех трех наших случаях. Как наиболее общий результат следу-ет отметить значительную электрическую активность, большуюамплитуду волн и в то же время их замедленность с нередким по-явлением дельта-волн. В такой общей характеристике измененияне специфичны для какого-нибудь определенного болезненногосостояния, но они несомненно говорят о нарушениях функцио-нального состоянии коры полушарий. Для оценки их нужно при-нять во внимание общее положение, соответственно которомувсе проявления деятельности в центральной нервной системесводятся к взаимодействиям процессов возбуждения и торможе-ния, при этом существенно, что для понимания патологическихпроцессов особенно большое значение имеет выраженность па-рабиотического состояния, при котором извращается характерреакций на внешние раздражения. Имеет значение также воз-можность местного возбуждения и торможения, ограничение егоопределенным очагом, равно как возможность индуцированноговозбуждения и торможения.

Галлюцинации - субъективные переживания. Остается всиле положение Эскироля, что галлюцинант - тот, у кого суще-ствует убеждение, что на его органы чувств действуют раздраже-ния, соответствующие тем или другим объектам, которых вдействительности не имеется. Галлюцинации хорошо изучены сфеноменологической стороны. Как мы видели, сделано многопопыток определить их сущность, попыток как чисто псохоло-гического порядка, так и таких, делая которые пытаются опе-реться на те или другие данные физиологии.

К чему сводятся эти физиологические данные? Они говорято появлении разлитого тормозного процесса с преобладаниеммедленных волн в коре полушарий. Но это будет только общаяхарактеристика, которая сама по себе не дает ясного представле-ния о сущности наблюдаемых явлений. Если вспомнить, чтогаллюцинации особенно легко возникают в состоянии переход-ном между сном и бодрствованием, то возникает вопрос: не сов-падают ли эти изменения с тем, что наблюдается при обычном

сне. Метод электроэнцефалографии в этом случае действитель-но обнаруживает некоторое замедление волн, но оно носит бо-лее мягкий и ровный характер. Самое существенное, однако,заключается в том, что в наших случаях имелись и элементы воз-буждения, причем оно констатируется в самом различном соче-тании с торможением. Существенно при этом, что изменения всвоей интенсивности и характере варьируют по различным моз-говым областям. Если иметь в виду полушария, то в первом слу-чае изменения были более выражены в правом полушарии, вдвух остальных - в левом. Если вспомнить, что в первом случаебыло травматическое поражение правого полушария, то с этимфактом необходимо связать локализацию отмеченных измене-ний. Вместе с тем нельзя не обратить внимания на то, что наи-большие изменения были в височных отделах; большое участиепоследних сказывается и в правом полушарии, так как в височ-ных извилинах изменения оказались более значительными, чемв затылочных отделах. Во 2-м и 3-м случаях изменения были бо-лее выражены в левом полушарии и именно в височных долях. Сточки зрения функционального состояния корковых сенсорныхполей такую именно локализацию нельзя считать случайной.Частота слуховых галлюцинаций, и в частности выраженныхгаллюцинаторных синдромов этого рода, в случаях грубых орга-нических поражений височных долей опухолями и травматиче-скими повреждениями - определенный клинический факт. Вописанных нами ранее случаях травматического галлюцинозабыли вполне определенные указания на преимущественное по-ражение височных долей. Два последних случая относятся не корганическим поражениям в собственном смысле, а к шизофре-нии. Но и при последней, как было указано еще Крепелином,возможен локальный анализ. При различных процессах по су-ществу локализация изменений, обусловливающих сходныесиндромы, может быть одинакова. И в наших случаях, ввидустойкости психических изменений и некоторого снижения пси-хики, естественно, дело не ограничивается только тем, что от-крывается при осциллографии.

Заслуживает внимания мысль М. Н. Ливанова, что конста-тированные изменения биотоков зависят от очаговых измене-ний не в самой коре, а в подкорковой зоне. Принимая вовнимание наблюдения, говорящие о том, что обоим полушари-ям свойственны некоторые функциональные различия, можно издесь поставить вопрос о неодинаковом значении для возникно-вения слуховых галлюцинаций того и другого полушария. Естьуказания, что слуховые галлюцинации чаще бывают при локали-зации в левой височной доле. Если так, то было бы интересно




проверить это на случаях шизофрении, подобных нашим. Дваслучая, конечно, не дают права делать какие бы то ни было за-ключения.

Наличие изменений электрической активности в определен-ных извилинах несомненно заслуживает внимания в вопросе опатогенезе галлюцинаций, хотя взятое в такой общей форме ононе могло бы быть признано решающим. Тот или другой характерволн зависит от большого количества моментов, заложенных вструктуре мозга и в его химизме, но нельзя не придавать значенияточно установленным фактам. В противоположность делириям сдиффузными изменениями в коре полушарий при галлюцинозахизменения имеют определенную локальность, говорящую о заин-тересованности корковых слуховых центров. Самое существенноезаключается в наличии параллелизма в динамике галлюцинаций,с одной стороны, и электрической активности, с другой.

Во время съемки электроэнцефалограмм, которая с переры-вами продолжается около 2 часов, трудно точно регистрироватьинтенсивность и содержание галлюцинаций не только потому,что больные не всегда охотно дают отчет о своих переживаниях,но, главным образом, потому, что необычность обстановкикак-то влияет на психические переживания больных, на течениеих мыслей, на галлюцинации. Второй больной говорил, что, ког-да он находится в обществе врачей, голоса его особенно не бес-покоят; вообще, когда он поступает в клинику, голоса каждыйраз более или менее стихают. Он предполагает, что имеется ка-кое-то соглашение на этот счет между врачами и «бескишечни-ками». В действительности причина заключается в изменениинаправления мыслей, большей их собранности и концентрациина более здоровых представлениях, адекватных ситуации. Обанаших больных были осведомлены относительно того, как отно-сятся врачи к «голосам», «слышимости» и утверждениям боль-ных о том, что их преследуют. Известно стремление больныхдиссимулировать, скрывать наличие галлюцинаций и бредовыхидей («глупых мыслей»). В основе оно имеет не столько созна-тельное желание схитрить или обмануть врача, сколько бессоз-нательную тенденцию оттеснить эти мысли на задний план.Галлюцинации меньше беспокоят потому, что изменяется со-держание сознания, причем меньше становится мыслей, ассо-циировавшихся с свойственными больному идеями отношенияи страхами. Особенно ясно это выступает у последней пациент-ки: она жаловалась на то, что ей нельзя думать ни о чем, т. к.если она начинает думать о чем-либо, ее мысли сразу все узна-ют. О параллелизме в динамике электрической активности мозгаи галлюцинаций можно получить гораздо больше данных, если

прослеживать состояние больного в течение известного времении периодически регистрировать картины биотоков. Естественно,что особенно продуктивно изучение сдвигов, произведенных ле-чением или экспериментом, не имеющим непосредственной це-лью лечение. Последняя больная лечилась инсулином, причемв промежутках между таковыми состояниями регистрировалосьсостояние биотоков.

После 5-го шока было отмечено понижение возбудимости влевой височной области, причем сгладилась разница между обои-ми полушариями, почти исчезли извращенные реакции на силь-ные раздражители, однако дельта-ритм и быстрые асинхронныеколебания сохранились полностью. В менее выраженной формеэти изменения можно было отметить и в предыдущем опыте. Таккак последнее обследование было отделено курсом инсулиновоголечения, то можно полагать, что нормализация поведения аль-фа-ритма и некоторое понижение возбудимости в височной обла-сти явились следствием инсулинового лечения. Если, с другойстороны, обратить внимание на то, что оно привело к значитель-ному успокоению больной и уменьшению интенсивности гал-люцинаций, то как можно считать это случайным совпадениеми, в частности, не видеть прямой связи между затушевываниемгаллюцинаций и смягчением ненормально повышенной возбу-димости в левой височной доле? Если учесть, что возбуждениебольной было связано, главным образом, с усилением галлюци-наций, то сглаживание того и другого должно считаться клини-ческим выражением констатированных в лаборатории сдвигов вэлектрической активности мозга.

Изучение клинико-лабораторных параллелей путем сравне-ния различных этапов в течении под влиянием терапии можноуглубить экспериментированием, дающим возможность наблю-дать сдвиги на более коротких отрезках времени. Очень интерес-ные результаты получаются при применении кофеина. Онвпрыскивался обоим больным шизофреникам. Результаты полу-чились не вполне одинаковые, но во всех опытах у обоих боль-ных общим был параллелизм в изменениях осциллограмм, содной стороны, и в состоянии галлюцинаторных расстройств, сдругой. У последней больной при затушевывании слуховых гал-люцинаций наблюдалось усиление зрительных. Последние у неенаблюдались преимущественно при засыпании и пробуждении,чаще она видела их не так, как видит все предметы, а как-товнутри себя: видятся мыши, кошки, мухи, особенно преследует«тигра»; больная описывает ее яркими тонами, с конкретнымиподробностями - «очень красивая, желтая с белыми и чернымиполосами, с несколько расплющенным носом». Больная не мо-

жет сказать, когда она первый раз увидела «тигру», но такой яр-кой и красочной она стала представляться ей только в периодэкспериментирования с применением кофеина. Как видно извышеизложенного, электроэнцефалограммы у этой больной по-сле приема 0,1 кофеина характеризуются уменьшением электри-ческой активности в левой височной области и усилением ее взатылочных областях. Следует отметить вместе с тем, что усиле-ние слуховых галлюцинаций и в связи с этим психического воз-буждения у больной сопровождается головными болями. Вовремя последнего опыта особенно отчетливо выступало, что ко-феином снялись галлюцинации и головные боли.

Применение кофеина у второго больного (носившее харак-тер более чистого эксперимента) дало особенно интересные ре-зультаты. В первую половину опыта у больного не отмечалоськаких-либо расстройств восприятия, после же приема кофеинакартина изменилась: больной ясно услышал тихий голос, кото-рый говорил: «Что, попался?». Ему стало казаться, что «девушкив лаборатории» бранят его, хотя и не в таких грубых выражениях,как «бескишечники». Больной стал волноваться, спрашивал, по-чему его бранят; в зеркале он видел 2 силуэта: один был отчетли-во различим (это была мужская фигура), второго образа ясноразглядеть не мог. Появление зрительных галлюцинаций илиусиление их при фиксировании зеркала наблюдалось у обоихпоследних пациентов, особенно во втором периоде опытов.

Эксперименты с применением лекарственных веществ ужепроизводились различными авторами. В частности, Е. А. Поповотмечал ослабление галлюцинаций под влиянием кофеина, ноон вел наблюдения над делириозными состояниями, а не с гал-люцинозами. При делириозных картинах изменения в мозгу но-сят более общий характер, почему и влияние на них кофеинаможет быть иным, чем в случаях с более локальными изменени-ями. Мыслимо думать, что при делирии, как состоянии проме-жуточном между сном и бодрствованием, кофеин до известнойстепени ведет к пробуждению, благодаря чему условия для на-ступления сна становятся менее благоприятными. Что касаетсягаллюцинозов, то на локальную импульсацию кофеин можетдействовать, усиливая ее, иногда давая состояния парабиоза.Именно так и можно понять данные электроэнцефалографии,полученные в наших случаях М. Н. Ливановым.

По своей этиологии рассмотренные нами случаи галлюцина-торных расстройств относятся к числу сложных. Галлюцинациипри них наблюдались на фоне определенных изменений мозговойструктуры, вызванных травмой или процессом, лежащим в осно-ве шизофрении. Анализ клинической картины в сопоставлении с

данными осциллографического исследования показывает, что гал-люцинациям соответствуют определенные изменения электриче-ской активности мозга, именно в тех сенсорных центрах, которыев данном случае нужно предполагать особенно затронутыми. Неподлежит сомнению, что эти изменения находятся в определен-ной связи с галлюцинациями токсического и органического гене-за. Для полного уяснения роли изменения функциональногосостояния кортикосенсорных полей, естественно, важно выяс-нить, каково оно в случаях галлюцинаций психогенного характе-ра? В этом отношении представляет интерес следующий случай,характеризующийся яркими галлюцинациями, но иного, в общемпсихогенного характера.

Случай 4. Больная Фил. В. О. 63 лет. Поступила в клинику 5 октяб-ря 1946 г. с жалобами на головные боли и «ночные видения».

Развивалась правильно. Окончила гимназию и курсы иностранныхязыков. Работала переводчицей. Половая жизнь началась с 22 лет. Бере-менностей не было. В возрасте 52 лет наступил климакс. В 1920 г. былаконтузия на фронте. Тогда были явления сурдомутизма. С 1921 г. боль-ная находится на инвалидности по II гр. В 1941 г., во время одного извоздушных налетов на Москву, была засыпана землей, лежала 1 месяц винституте им Склифосовского.

В 1935 г. у больной впервые начались психотические явления - тос-ка, бессоница и императивные галлюцинации: вечером и ночью, остава-ясь одна, она слышала мужской голос, который называл себя Пугачевыми приказывал идти помогать бедным. Незадолго до этого она в Третья-ковской галерее видела на картине Пугачева, образ которого сильно по-разил ее воображение. Под влиянием этих галлюцинаций больнаясобрала домашние вещи, вышла на улицу, о дальнейшем она не помнит.Пришла в себя в больнице Кащенко, куда была доставлена из милициипочти раздетой. В больнице находилась около 5 месяцев. Выписалась вудовлетворительном состоянии. В 1939 г. произошло новое ухудшениепсихического состояния - снова галлюцинации зрительного и слуховогохарактера. Ясно видела перед собой Пугачева, таким, как он изображенна картине в Третьяковской галереи, и слышала одновременно его голос:«Иди, помогай бедным». Была помещена в психиатрическую клинику2-го ММИ. Под влиянием гипнотерапии галлюцинаторные расстройстваисчезли, и больная выписалась в хорошем состоянии.

Весной 1946 г. у нее была психическая травма - она узнала, что се-стра ее расстреляна немцами. С осени этого года у больной началось су-дебное дело - ей предъявили иск на 2000 руб. На экспертизе винституте им. Сербского она была признана вменяемой. С момента вы-писки из института у нее началась тоска, беспокойство, и снова появи-лись галлюцинаторные переживания.

При поступлении исследование установило следующее. Умеренновыраженные явления кардиосклероза. Кр. давл. 160/90. Вялая реакция

зрачков на свет, слабость конвергенции. Сухожильные рефлексы повы-шены.

Сознание сохранено. Правильная ориентировка в окружающем.Активный контакт с врачом. Словоохотлива: часами очень красочно,живо рассказывает о своих болезненных переживаниях, к которым об-наруживает полную критику. Ясно чувствуется стремление убедить ле-чащего врача в тяжести своего заболевания. По нескольку раз в деньподходит к нему, пользуется каждым моментом, чюбы обратить насебя внимание и сообщить «еще одну» подробность о «своих галлюци-нациях». Рассказывает, что ежедневно ночью, засыпая, она отчетливослышит тяжелые мужские шаги, которые направляются к ее постели,ощущает прикосновение грубой руки и слышит голос Пугачева -«Матушка, вставай. Глаза не открывай, говори тихо, а то провалишь-ся». С закрытыми глазами она ясно видит перед собой фигуру Пугаче-ва. Она встает, собирает вещи и идет. Перед глазами развертываютсяцелые картины, сцены, где она - главное действующее лицо: вот зда-ние в лесу - это детский дом, который она должна открыть, ясно ви-дит подходящие машины, которые ей «доставят 100 сирот», видитоборванных, грязных «худеньких детей», целует их, кормит, пишетсама вывеску «Детский дом № 24». В другую ночь она с Пугачевым накондитерской фабрике заказывает подарки бедным - «200 пакетов».Ясно видит шоколадный цех, машины, работниц, изготовляющих шо-колад. Видит себя в лесу идущей за руку с Пугачевым, начинается гро-за, ей страшно, она падает на колени, молится, а Пугачев смеется ибранит ее Рассказывает, как она на машине едет в совхоз за овощамидля бедных, она стоит на мешке и нумерует мешки, которые грузят намашину.

Среди этих переживаний иногда она начинает слышать голос док-тора С, проводившего психотерапию. Голос говорит: «это фантазии,надо лечь». Образ Пугачева бледнеет, и она ложится. В момент выходаиз таких состояний «в голове все вертится», ей хочется пить, постепен-но все становится ясным, она понимает, что в больнице.

Больная каждую ночь встает, суетливо собирает вещи, с закрытымиглазами идет из палаты, что-то сбивчиво говорит о Пугачеве, о его«приказаниях». Ее укладывают в постель, она ложится, иногда сновавстает и пытается бродить. За последнее время больная отмечает нали-чие слуховых расстройств и днем, но игнорирует их: «днем Пугачева небоюсь».

Со стороны интеллекта незначительные изменения возрастного ха-рактера.

В результате 5-кратного электрофизиологического обследо-вания больной, проводившегося М. Н. Ливановым при участииН. И. Смирновой, было обнаружено следующее:

1. Обе затылочные области находятся в состоянии относи-тельно малых патологических изменений. С обеих сторон вы-ступает отчетливый альфа-ритм, дающий нормальную реакцию

на световые раздражения. Последействие в пределах нормы.Реактивность сильная. Возбудимость колеблется в пределахнормы (порог 4" - 6"). Иногда обнаруживаются слабые призна-ки патологии, выражающиеся в незначительных дельта-волнахи редких острых волнах небольшой амплитуды.

2. В ЭЭГ височных областей выступают значительно болееглубокие патологические изменения. Здесь постоянно видны дель-та-ритм и ритмы с еще более низкой частотой. Местами выступаютspik и острые волны малой амплитуды (сильнее, чем в затылоч-ных). Реактивность слабая. Парадоксальных реакций нет.

3. Во всех кривых по областям резко выступает синхроннаядеятельность. Это, видимо, указывает на легкую иррадиацию вкоре.

4. Влияние кофеина на обе затылочные доли одинаково и невыходит за пределы нормы. Наступает обычное повышение воз-будимости, однако без выявлений парадоксальных реакций. На-против, состояние височных областей после дачи кофеинахарактеризуется резким падением реактивности в некоторыхслучаях, чаще почти полным выпадением реакции на световыераздражения. Таким образом, кофеин подчеркивает большуюальтерацию височных областей при почти полной сохранностизатылочной доли коры головного мозга.

5. В состоянии гипнотического сна у больной в затылочнойобласти (слева) наблюдается небольшое усиление альфа-ритма иослабление реактивности на внешнее раздражение. В височнойобласти (слева) наблюдается усиление имевшихся там дель-та-ритмов и легкое усиление реактивности на внешнее раздра-жение.

6. В период внушения зрительного образа альфа-ритм в за-тылочной области испытывает небольшое усиление; то же про-исходит в височной области.

Заболевание больной давнего происхождения. Оно дебюти-ровало истерическими явлениями, развившимися после конту-зии. В анамнезе больной имела место вторая травма (былазасыпана землей), не сопровождавшаяся, видимо, явлениямимозгового поражения и не оставившая каких-либо последствий.Нужно подчеркнуть, что в настоящее время у нее, несмотря наее 63 года, нет каких-либо интеллектуальных изменений, кроменекоторого возрастного снижения. В 1935 г. под влиянием волне-ний у нее стали наблюдаться приступы галлюцинаторного затем-нения сознания, по всем признакам истерических. Содержаниегаллюцинаций своеобразно и носит характер отражения поразив-шего ее воображение образа Пугачева. Нужно подчеркнуть, что

это было определенно болезненное состояние с затемнением со-знания, во время которого она совершала нелепые поступки, яв-ляющиеся выполнением императивных галлюцинаций. Нужноотметить колебания в дальнейшем течении с приступами улуч-шения и ухудшения. Последний приступ носил несколько осо-бый характер. Галлюцинации были особенно обильны, рассказыо них сопровождались многочисленными подробностями, коли-чество которых увеличивалось с каждым днем. Сообщение ихврачу имело несомненную цель убедить врачей в наличии тяже-лой болезни. Ее рассказы о голодных ребятишках, о детском доме№ 24, о собирании мешков хлеба носят характер надуманности инарочитости. В прошлом у нее были, несомненно, истерическиеявления, в настоящее же время у нее на фоне общей психопа-тичности вместе с отдельными истерическими проявлениямибольше приходится говорить об аггравации и о чисто целевыхфантазиях, для создания которых больная использует галлюци-нации прошлого. При этом все их содержание является развити-ем фантазирования на тему «помогать бедным». При такихусловиях приходится говорить не столько о галлюцинациях, ско-лько об образах живой фантазии. Голос врача, говорящего, что«все это фантазии», несомненно, является отражением собст-венных мыслей больной, которая сама, видимо, оценивает их та-ким образом. С этим стоит в связи то, что видение Пугачева ейможно было внушить и, с другой стороны, внушением же галлю-цинации можно было устранить. При таких условиях понятны иданные электроэнцефалографии. В затылочных долях сказалосьсравнительно мало изменений и именно там, где их больше все-го можно было ожидать В то же время в височной области изме-нения были более значительны, хотя слуховые галлюцинации нетак ярки. Таким образом, галлюцинации у больной не сопро-вождались изменениями электрической активности того типа итой интенсивности, которые свойственны галлюцинациям ток-сического и органического генеза. Это отличает «видения» и «го-лоса» нашей больной от истинных галлюцинаций. Нельзяотрицать наличия у нее галлюцинаций, но большей частью этообразы, представления, живые зрительные и слуховые образы, ккоторым не присоединяются кортикосенсорные раздражения.Нельзя, однако, сказать, что никакая реакция со стороны элект-рической активности мозга при внушенных галлюцинациях неимеет места вообще: в затылочной области наблюдается усиле-ние альфа-ритма и ослабление реактивности на внешние раздра-жения, в височных долях - усиление прежних изменений.

Нельзя представить себе дело так упрощенно, что сущностьгаллюцинаций сводится к повышению электрической активно-сти соответствующих кортикосенсорных полей. Это было бы доизвестной степени повторением старого положения Сури, чтогаллюцинации представляют собой судороги кортикальных цен-тров органов чувств. Галлюцинирование - сложный процесс,даже если иметь в виду его патофизиологическую, в частностиэлектроэнцефалографическую, характеристику. Та или инаякартина осциллограмм в каждом отдельном случае является ре-зультатом большого количества влияний, роль которых можетбыть расшифрована только при тщательном анализе с примене-нием математики. Имеющихся в настоящее время данных доста-точно для заключения, что процесс галлюцинирования тесносвязан с изменением электрической активности кортикосенсор-ных полей, точно соответствующих характеру галлюцинаций.Как связать эту группу фактов с другим, тоже бесспорным поло-жением, что галлюцинации близки к представлениям, инымисловами, как наложить субъективные галлюцинаторные фено-мены на установленную нами физиологическую канву?

В предыдущих главах мы привели много данных, по кото-рым можно видеть тесную связь галлюцинаций с представления-ми не только по содержанию, но и по характеру и по форме. Этоможно видеть при инфекционном делирии. Несмотря на пестро-ту и разнообразие галлюцинаций, всегда можно установить, чтоони являются отражением тех или других переживаний, не все-гда имевших место непосредственно перед заболеванием. Оченьярко это выступает в картинах инфекционного делирия у боль-ных, участвовавших в военных действиях: в делирии они пере-живают картину боя, видят немцев в белых защитных халатах,идут в атаку. Но то же можно видеть и у других больных. Пара-литик с бредом величия и богатства во время малярии, привитойс целью лечения, видит большое количество золота, золотых мо-нет, золотых тарелок, ящиков с золотом. Что касается случаевтоксического генеза, то наиболее ярко выступает связь галлюци-наций с представлениями в делириозных картинах у больных впериод пробуждения от длительного сна. Параллельно мы моглибы указать на галлюцинаторные состояния, наблюдавшиеся внедавнее время у больных с алиментарной дистрофией; такиебольные видели большей частью большие хлебы, булки, колбасыи разные вкусные вещи. На связь галлюцинаций с представле-ниями указывает и бред алкоголика, когда больной видит себя вобычной для себя алкогольной обстановке или за выполнениемсвоих профессиональных обязанностей.





Не нужно, конечно, думать, что в галлюцинациях воспроиз-водится только то, что переживалось в данное время и почти втакой же форме. Картины галлюцинаций представляют собойрезультат творчества, для которого реальные события-толькопластический материал, имеющий такое же значение, как содер-жание снов, продукция фантазии. Галлюцинаторное творчествоносит на себе также печать господствующего настроения. В раз-витии психозов, характеризующихся бредом, приходится на-блюдать, что неоформленный еще для самого больного бред,чаще отношения, впервые кристаллизуется в содержании сно-видений и в дальнейшем для больного становится не сном, адействительностью. Такое же значение, в известном смысле та-кой же генез имеют некоторые делириозные картины; они явля-ются результатом творчества, творческой фантазии, более илименее далеко уходящей от непосредственного отражения впечат-лений действительности.

Связь галлюцинаторных образов с господствующими дляданной личности представлениями выступает во многих случа-ях. Дети в галлюцинациях обычно видят детей, а не взрослых.Больной, страдающий раковой болезнью и, как обычно бывает,старающийся вытеснить мысли о раке, видит и во сне и в дели-рии изможденные фигуры с печатью тяжелой болезни на лице.Если алкоголики часто видят в болезненных переживаниях чер-тей, то здесь определяющим нужно считать сохранившиеся вмассах представления, навязанные христианством, о черте каквозмездии за пьянство и другие грехи. Китайцы в галлюцинаци-ях видят не чертей, а драконов, иранцы - джинов.

Наши рекомендации