Глава 21. Когда я встречаюсь с любимым, борюсь со своими кошмарами, и происходит то, чего ждали по крайней мере двое (25 сентября, пятница, 27 день)

Пятница прошла на удивление спокойно. Снейп не обращал на меня никакого внимания и не напоминал о вчерашнем происшествии, за что я была ему крайне признательна.

Вся школа взволнованно гудела разговорами о предстоящей игре. То тут, то там встречались парочки дерущихся слизеринцев и гриффиндорцев. К концу дня в песочных часах этих двух факультетов оказалось меньше всего камней.

Решив лечь спать пораньше, чтобы хорошо выспаться и не предстать завтра перед любимым с опухшим лицом и синяками под глазами, я ушла с ужина пораньше, приняла расслабляющую ванну и, укутавшись в тёплое одеяло, погрузилась в сон.

***

(26 сентября, суббота, 28 день)

На следующее утро меня разбудил громкий стук в дверь. Проклиная в душе того, кто стоит в коридоре и мешает моему отдыху, я вытащила свою тушку из кровати и, накинув халат, прошлёпала по холодному полу к двери.

- Доброе утро, Лили, - Снейп бесцеремонно отодвинул меня в сторону, прошёл в комнату и сел в кресло, сложив на животе руки.

- Доброе утро, профессор, - я повернулась к нему. – Какое вы имеете право вот так вот бесцеремонно врываться ко мне в апартаменты?

- Никакого, - тут же ответил Снейп, продолжая сверлить меня своими чёрными буравчиками.

- Тогда попрошу вас удалиться, - я показала рукой на дверь.

- Не так быстро, милочка, - Снейп встал и, сделав круг по комнате, уселся на кровать.

- Что вам нужно, Северус? – я начала выходить из себя.

- Что мне нужно? – задумчиво повторил профессор. – Мне нужны объяснения, Лили.

- Объяснения… - тупо повторила я. – Какие объяснения?

- Какие объяснения? Не строй из себя саму невинность, Лили. Тебе это ни к лицу.

- Попрошу без оскорблений, - угрожающе прошипела я.

- Конечно, - согласился Снейп.

С минуту мы сверлили друг друга глазами. Наконец, я не выдержала:

- Так каких объяснений вы от меня ждёте?

Снейп устало вздохнул и встал. Прохаживаясь по комнате, он сказал:

- Вчера вечером, пока я был на ужине, кто-то залез на склад ингредиентов и украл… что, как вы думаете?

Я пожала плечами.

- Синий бледноцвет, - улыбка скользнула в его глазах и тут же погасла. – Как вы это объясните?

- Я ничего об этом не знаю, - сердито проговорила я. – Насколько вы помните, я была на ужине.

- Была, но потом ушла… задолго до его окончания…

- Послушайте, Северус! – я решила поскорей избавиться от назойливого профессора. – Я пришла к вам в четверг для того, чтобы попросить синий бледноцвет. Вы мне отказали. У меня никогда не было привычки красть то, что я не могу достать честным путём. Не знаю, кто украл у вас столь ценный ингредиент, но это была не я.

- Значит, не ты? – Снейп медленно достал из складок мантии маленький пузырёк с какой-то жидкость и показал мне. – Знаешь что это, Лили?

Я отрицательно покачала головой.

- Это Сыворотка Правды. Одной капли будет вполне достаточно, чтобы я узнал, ты украла синий бледноцвет или нет. Ну так как? Рискнёшь?

- Ага! – я сложила на груди руки и высокомерно глянула на профессора. – И попутно поведать вам ещё о десятке своих тайн и секретов?

Он усмехнулся и спрятал пузырёк в карман.

- А ты не так глупа…

- Это, как я поняла, комплимент?

- Пусть будет комплимент, - согласился Снейп и направился к двери. Проходя мимо меня, он остановился и прошипел: - Я докопаюсь до правды, Лили. И если я узнаю, что это была ты…

- А если вы узнаете, что это была не я, то я с превеликим удовольствием выслушаю ваши извинения, профессор, - перебила его я.

- И не надейся, - шепнул он мне на ухо и вышел.

***

Сжимая в зубах зубную щётку и ёжась от холода, я судорожно рылась в своём гардеробе, пытаясь придумать, что же мне одеть.

Вот так всегда! Хожу-хожу целую неделю, ничего не делаю и представляю себе всякие разные ситуации, которые могут произойти при встрече с любимым, а потом вдруг - бац! Просыпаешься утром и осознаёшь, что НЕ ЗНАЕШЬ, ЧТО ТЕБЕ ОДЕТЬ!

Пальцы на ногах вконец замёрзли, поэтому я прекратила разорение своего шкафа и, вытащив изо рта зубную щётку, подпрыгнула пару раз на месте. Прошлёпав в ванную, я уставилась невидящим взором в зеркало и продолжила чистить зубы.

***

Идея о моей экипировке пришла как-то сама собой. Безо всякого энтузиазма перебирая свою одежду уже, наверное, в сотый раз, я одновременно наткнулась на свои зелёные обтягивающие джинсы и коротенькое изумрудное платьице с длинными рукавами. В голове тут же мелькнула спасительная мысль: ага!

Надев джинсы и платье, я сделала два хвостика, скромненько накрасилась и, в последний раз осмотрев себя в зеркало, двинулась на завтрак.

***

- Доброе у… - МакГонагалл, завидев меня, улыбнулась и сделала шаг навстречу. Однако чем ближе она подходила, тем быстрее сползала с её лица улыбка. Когда Минерва приблизилась ко мне, вид у неё был такой несчастный, что я даже испугалась. – Лили, что это на вас?

Я суетливо оглядела себя.

- А что на мне?

- Прекрасно выглядите, Лили, - послышался сзади голос Снейпа, после чего появился и он сам, с довольной ухмылкой поглядывая то на меня, то на МакГонагалл.

- Спасибо, - почти шёпотом ответила я, наблюдая за тем, каким взглядом смотрит Минерва на мастера зелий, усаживающегося за стол.

- Лили, вы что, собрались болеть за Слизерин? – шёпотом спросила МакГонагалл.

- Вот ещё! – возмущённо воскликнула я и тут же, смутившись от взглядов, направленных на меня, прошептала: - С чего это вы взяли?

- Вы надели всё зелёное, Лили! – Минерва снова смерила меня изучающим взглядом. – Все болельщики Слизерина будут в зелёном, а болельщики Гриффиндора – в красном. Так уж у нас заведено.

- Чёрт возьми! Почему меня никто не предупредил? – моё настроение поползло вниз. – Я теперь что, как дура должна сидеть в зелёном и делать вид, что мне абсолютно безразлично, кто выиграет?

- Вы можете сходить к себе и переодеться. До матча ещё есть время… - предложила МакГонагалл.

Я грустно покачала головой:

- В том-то и дело, что не могу…

Оставив изумлённую МакГонагалл в полном одиночестве обдумывать мои слова, я прошла к своему месту и, не обращая внимания на доводившие меня до белого каления фырканья Снейпа, приступила к завтраку.

***

В Холле царила невообразимая толкотня. У самых дверей гриффиндорцы и слизеринцы затеяли драку. Пытаясь протолкнуться к месту потасовки, я краем глаза заметила движущиеся в толпе бледный крючковатый нос и чёрные сальные волосы Снейпа.

«А у него неплохо получается прокладывать себе дорогу!» - подумала я, наблюдая за тем, как ученики расступаются перед профессором Зельеварения.

Вскоре крики со стороны двери прекратились, и толпа хлынула на свежий сентябрьский воздух.

Когда я, наконец, ступила на дорогу и вздохнула полной грудью, сзади раздался до боли знакомый голос, от которого из сердца будто вынули какую-то давнюю занозу, мешавшую спокойно жить.

- Здравствуй, Лили.

Я резко обернулась, отчего мои хвостики совершили крутой вираж.

- Ремус! – несмотря на долгие уговоры оставаться спокойной и не совершать необдуманных поступков, я не удержалась и, широко улыбнувшись, бросилась ему на шею.

О Господи!

Не знаю, знакомо ли вам это чувство: когда после долгой-долгой разлуки вы, наконец, встречаетесь с любимым человеком. Когда вы прижимаетесь к нему со всей силой и чувствуете тепло его тела, стук такого близкого и в то же время такого далёкого сердца. Когда вы пытаетесь вдохнуть его запах, чтобы запечатлеть его в своей памяти на всю жизнь. И когда вы с замиранием сердца чувствуете, как после некоторого замешательства руки любимого сначала робко обнимают тебя, а потом со всей силой прижимают.

Я услышала, как что-то мягко упало к моим ногам, зашуршав обёрткой.

- Лили… - такой знакомый, такой волнующий голос любимого заставил меня оторваться от его плеча и, чуть отстранившись, заглянуть в серые глаза.

- Ремус… - я улыбнулась, передразнивая его интонации.

На какой-то миг его глаза будто очистились от вечного тумана и стали казаться ярко-голубыми. А уже в следующий момент его губы приблизились настолько близко, что я уже не смогла сдерживать себя. Чуть подавшись вперёд, я прикоснулась к ним своими губами. Его руки сильнее прижали меня к горячему телу, язык мягко, но настойчиво скользнул внутрь моего рта и начал с нежностью изучать его…

И тут же в мою память ворвался образ, заставивший всё моё тело содрогнуться: тёмная лаборатория, освещённая лишь огнём из-под котлов, я, бессильно распластанная на столе, и чёрная фигура, настойчиво двигающаяся между моими белыми расставленными ногами.

Я с силой оттолкнула Ремуса и сделала два шага назад.

- Лили? – на лице любимого отразилось неподдельное беспокойство. – Я сделал тебе больно?

- Нет… - прошептала я, качая головой и стараясь не смотреть ему в глаза. – Нет…

Он сделал шаг, потом развернулся, поднял букет, лежащий у его ног и подошёл ко мне.

- Это тебе, - он протянул мне цветы, вглядываясь в моё лицо и хмурясь. – Лили, если я сделал что-то, что было тебе неприятно, извини. Скажи что, и я никогда больше этого не сделаю.

- Нет, Ремус, дело не в тебе. Ты не виноват, - я рассматривала букет и не поднимала на любимого глаза.

- Тогда в ком?

- Во мне… - я подняла голову и улыбнулась. – Пойдём, игра скоро начнётся.

Я протянула ему руку, и он, постояв немного в нерешительности, сжал мою ладонь.

***

Как я и ожидала, все места были заняты. Нервно оглядываясь, я искала свободные места.

- Вон там как раз два места, - донёсся до меня голос Ремуса, а потом любимый потащил меня по одному лишь ему известному пути.

Я с любовью и лаской сжимала его руку и думала о том, каким замечательным может оказаться сегодняшний день… Нужно только забыть о своих страхах, о своих кошмарах… Нужно только забыть… А? Что? О нет! Не может быть!

Я встала как вкопанная, рассматривая те два места, к которым привёл меня любимый. А точнее – человека, сидевшего рядом.

- Лили? – в поле зрения появилось озабоченное лицо Ремуса. – Что с тобой?

- Ничего, - я проглотила ком, появившийся в горле.

- Идём? – нерешительно поинтересовался любимый.

- Идём, - кивнула я.

Мы подошли к нашим местам. Наш сосед поднял голову и уставился на нас.

- Добрый день, Северус, - сдержанно поздоровался Ремус.

- Здравствуй, Люпин, - с ноткой пренебрежения, отвращения и затаённой злобы ответил Снейп.

Ремус сделал шаг, собираясь сесть рядом с Северусом, однако я, преодолев дрожь в ногах, опередила его: я испугалась, что в их прошлом был какой-то конфликт, который сейчас может выйти наружу, и тогда сегодняшний матч закончится с ещё большими потерями.

Снейп ухмыльнулся и отвернулся.

Ремус опустился слева от меня и, наклонившись к моему уху, шепнул:

- Ты уверена, что хочешь сидеть именно здесь?

- Абсолютно, - улыбнулась я и, вспомнив недавно произошедшую сцену и устыдившись своего поведения, нежно чмокнула его в щёку.

Он улыбнулся и сжал мою руку.

Послышался свисток – и игра началась.

***

- …Квоффл у Гриффиндора! Ричард Милтон делает пас на Инессу Вагнер… О нет! Инесса пропускает мяч! Очевидно сказывается усталость: игра продолжается более шести часов! Ни ловец Слизерина, ни ловец Гриффиндора не могут поймать неуловимый золотой снитч… - раздавался голос над полем. – Итак, Джон Пирс спокойно обводит зазевавшегося гриффиндорского вышибалу и летит прямо к воротам! Новый гриффиндорский вратарь весь на нервах: это его первая в жизни игра. Пирс на огромной скорости обходит гриффиндорских игроков, уворачивается от бладжеров…

Я напряглась и подалась вперёд.

- Гол!!!

По трибунам прокатилась зелёная волна из болельщиков-слизеринцев. Снейп, закинув ногу на ногу и откинувшись на спинку кресла, спокойно наблюдал за игрой. Я покосилась на Ремуса: тот, устроившись на моём плече, тихонько посапывал. Видно, квиддич никогда не интересовал его. А лично меня игра захватила. Ничего подобного я в жизни никогда не видела и вряд ли ещё когда-нибудь увижу.

- Ричард Милтон снова перехватывает квоффл и ведёт его к воротам. Счёт 620:590 в пользу Гриффиндора. Игра идёт вот уже шесть с половиной часов…

И тут над полем нависла такая тишина, что в ушах начало звенеть. Потом по трибунам прокатился громкий вдох. Я непонимающе покосилась на Снейпа, подавшегося вперёд. Проследив за его взглядом, я увидела фигуру в зелёном плаще, с огромной скоростью движущуюся к поверхности земли. Сзади на некотором расстоянии двигалась красная фигурка. А потом я увидела его: золотой мячик размером с грецкий орех отражал свет солнца. Я почувствовала, как Ремус пошевелился. Зрители подались вперёд и…

- ДА!!! – зелёные трибуны взорвались криками.

Снейп старательно прятал довольную улыбку, но у него это плохо получалось. Я перевела взгляд на МакГонагалл. Она сидела, прижав руки к груди и плотно сжав губы. Сейчас она была похожа не на строгого декана Гриффиндора, а на простую старушку, которой сообщили, что пенсия уменьшилась в пять раз.

Я почувствовала, как мою левую руку сжали тёплые пальцы. Повернувшись к Ремусу, я наткнулась на его весёлую улыбку.

- Превосходная игра! Я получил истинное удовольствие!

Я не удержалась и прыснула.

***

Мы медленно шли к замку, откуда должны были свернуть на дорогу к Хогсмиду. Ремус держал меня за руку и молчал. Я тоже молчала, наслаждаясь тишиной и спокойствием.

Сзади послышались быстрые шаги, которые я тут же узнала, а потом ядовитый голос:

- Не хочу нарушать вашу идиллию, однако… - Снейп догнал нас и, обгоняя, кинул, не оборачиваясь: - Лили, зайдите ко мне как только вернётесь.

- Зачем? – изумлённо воскликнула я.

- А разве вы не просили у меня кое-какой ингредиент? – Снейп не обернулся, однако я почувствовала, что, говоря это, он улыбался.

Я остановилась как вкопанная, переваривая то, что услышала.

- Лили… - начал Ремус, но я его уже не слушала.

- Северус! Стойте! – я кинулась к остановившемуся Снейпу.

- Не стоит оставлять своего кавалера одного, - профессор покосился на Ремуса.

- Что вы имели в виду? – настойчиво прошептала я.

- О чём это вы? – Снейп поднял бровь.

- Об ингредиенте.

- Ах об ингредиенте… И что же в моих словах вам непонятно? – Снейп со скучающим видом разглядывал Запретный Лес.

- Вы же сказали, что его украли.

- Я нашёл его.

- Нашли? Не у меня ли случайно? – съязвила я.

- Нет, - коротко бросил он.

- Почему вы решили дать его мне?

- Потому что вы исполнили условия нашей сделки, - монотонно пробубнил профессор.

- Какие условия? – опешила я.

- Как это какие? – Снейп, наконец, посмотрел на меня. – Вы сели рядом со мной на матче.

- Ах это! – я стукнула себя по лбу. – Я и забыла… Отлично, я зайду к вам сегодня вечером.

- Буду с нетерпением ждать, - оскалился Снейп. – Хотя не думаю, что вы вернётесь сегодня в Хогвартс.

- Что? – выдохнула я. – О чём это вы?

- О чём это я? – Снейп сверкнул своими чёрными глазами и снова покосился на Ремуса.

Я покраснела.

- Я зайду к вам сегодня вечером, - твёрдо повторила я и, развернувшись, вернулась к любимому.

***

Ремус повёл меня по любимым местам своей юности. С замирающим сердцем я смотрела на спокойную гладь Чёрного Озера и на заснеженные вершины гор. На протяжении всей долгой прогулки любимый рассказывал весёлые истории из своей жизни и задорно смеялся. Я прижималась к нему, клала голову ему на плечо и наслаждалась мелкими мурашками, пробегающими по всему телу, когда он нежно обнимал меня и, придерживая за талию, шептал на ухо красивые слова.

Время летело незаметно и с ужасающей быстротой. Когда на небе стали появляться маленькие звёздочки, Ремус остановился, повернул меня к себе лицом и, взяв за руки, улыбнулся.

- У меня для тебя сюрприз, Лили.

- Сюрприз? – я любовалась его серыми глазами, в которых отражался рогатый месяц.

- Да. Ты любишь сюрпризы? – он нежно, но настойчиво притянул меня к себе и обнял за талию.

- Люблю. Очень, - я попыталась скрыть нервозность, но у меня это плохо получилось.

- Лили, чего ты боишься? - одна рука поднялась к моему лицу и дотронулась до щеки.

- Ничего, - я покачала головой, пытаясь успокоиться, но паника, такая знакомая, такая мерзкая и липкая, уже начала метаться во мне.

- Лили, успокойся, прошу тебя, - словно сквозь туман доносился до меня знакомый голос.

- Да, я спокойна, - уверяла я не только его, но и себя.

Голос любимого был тихим, нежным и успокаивающим. Мелкая дрожь постепенно начала проходить, образы мрачной лаборатории стираться. Я подняла голову и посмотрела в глаза Ремусу.

- Всё в порядке? – заботливым голосом поинтересовался он.

- Да, - я кивнула.

- Я хочу, чтобы ты знала, Лили: я никогда в жизни не сделаю ничего, чего бы ты не захотела.

Я хотела кивнуть, но в уме вдруг вспыхнула надпись из энциклопедии: «Люди-оборотни обладают неутолимым сексуальным желанием и могут делать это в несколько раз дольше и эффективней, чем люди или простые волки».

Я глубоко вздохнула.

- Идём? – спросил Ремус.

- Куда? – дрожащим голосом поинтересовалась я.

- К сюрпризу.

Я секунду помедлила и кивнула.

***

Дремучая Ива. Я слышала о ней, но никогда не видела. Ремус привёл меня к ней.

- Зачем мы здесь? – поинтересовалась я.

- Скоро увидишь, - улыбнулся любимый.

Он достал волшебную палочку и тихим голосом произнёс какое-то заклинание. Дерево тут же перестало махать своими ветвями. Вокруг наступила такая тишина, что слышно было как от лёгкого ветерка шелестит трава.

- Пошли? - свет месяца выхватил бледную руку любимого.

- Пошли, - согласилась я и сильно сжала его тёплую ладонь.

Ремус пересёк поляну и подошёл к стволу Ивы. У самой земли чернела дыра.

- Нам сюда, - Ремус спустился вниз и галантно подал мне руку.

Держась одной рукой за ствол, а другой опираясь на любимого, я спустилась следом. Меня тут же окутала темнота.

- Так темно… - прошептала я, крутя головой и пытаясь хоть что-нибудь разглядеть.

- Да, наверное… Сейчас… Люмос! – в глазах вспыхнул яркий свет, и я зажмурилась. – Сюда, Лили. Давай руку.

Я протянула руку и схватилась за Ремуса.

- Наклонись чуть-чуть, здесь низко… Осторожно… Вот так. Теперь пошли.

Так и не открывая глаз, я двинулась следом за любимым. Шли молча и долго. Наконец, через какое-то время до меня снова донёсся взволнованный голос:

- Вот и пришли! Несколько ступенек… Почему ты закрыла глаза, Лили?

Я открыла глаза и увидела улыбающегося Ремуса. Он слегка потянул меня за собой, и я встала на первую ступень.

- Нам наверх.

Я кивнула и, поднимаясь по лестнице, спросила:

- Что это за место?

- Иву посадили в то время, когда я учился в Хогвартсе. Собственно говоря, специально для меня её и посадили. Каждое полнолуние мадам Помфри отводила меня сюда… ну, для того, чтобы я никого не покусал…

Он повернул голову и вопросительно посмотрел на меня. Я кивнула, давая понять, что всё поняла.

Наконец, ступени закончились. Я сделала шаг и услышала, как скрипнула под моими ногами половица. Я посмотрела себе под ноги и увидела деревянный пол.

- Это что, пол?

- Скорее всего, - улыбнувшись, кивнул Ремус и потянул меня дальше по коридору.

В конце коридора я заметила узенькую полоску света. Когда мы подошли ближе, оказалось, что это дверь. Ремус легонько толкнул её, и она с противным скрипом открылась. Не в силах сдержать своего любопытства, я заглянула в комнату через плечо любимого.

- Господи, Ремус! – восхищённо ахнула я.

Это была маленькая квадратная комната, скорее всего спальня, так как возле правой стены стояла огромная двуспальная кровать с балдахином. Два окна, расположенные напротив двери, были заколочены, однако на каждом весела занавеска. В комнате стоял полумрак. Неяркий трепещущий свет давали лишь четыре свечи, стоявшие на столе в углу комнаты. Стол был сервирован на двоих.

- Ну как? Нравится? – немного смущённый Ремус сделал шаг вперёд, втащил меня в комнату и закрыл дверь.

- Не то слово! Здесь так… уютно! – я действительно чувствовала себя здесь как дома, хотя меня и смущала огромная кровать, будто притаившаяся в тени.

- Пришлось немало повозиться… Столько пыли накопилось…

Я оглянулась на взволнованный голос и подавила смешок. Ремус нервно теребил в руках палочку, его щёки горели румянцем. Я вдруг почувствовала прилив такой нежности к этому мужчине, что сделала шаг, приблизившись вплотную, и взяла его за руки.

- Ну что ты волнуешься? Всё просто замечательно! Если, конечно, не считать моего зверского голода. С завтрака прошло довольно-таки много времени.

- Ну, конечно! Господи, какой же я дурак!

Ремус быстрыми шагами пересёк комнату и, ухватившись за спинку стула, отодвинул его и выжидательно посмотрел на меня.

- Ого! – кокетливо воскликнула я, подошла к столу и изящно опустилась на стул.

Ремус опустился на своё место.

- Вина?

Я немного подумала, покосившись на кровать, и кивнула:

- Немного.

Ремус кивнул и плеснул в два бокала бордовой жидкости. Подал один мне, поднял свой и, смотря мне в глаза, произнёс:

- За тебя, Лили.

- Нет, так не пойдёт! – замотала я головой. – Давай тогда уж и за тебя!

- Хорошо, - не стал спорить любимый. – За нас.

Я подумала и кивнула.

- За нас!

Мы выпили. Вино было вкусным, сладковатым и приятным.

- Разрешите за вами поухаживать? – спросил Ремус, протягивая руку за моей тарелкой.

- Пожалуйста, раз уж вам так хочется, - кивнула я, пытаясь состряпать на лице серьёзную мину.

Когда Ремус накладывал мне какой-то салат, я заметила, как сильно у него трясутся руки. И чего это он так волнуется? Сорок лет, всё же, не мальчик уже!

- Прошу, мисс, - тарелка с мягким стуком опустилась передо мной.

- Благодарю, сэр, - снова кивнула я и, не удержавшись, хрюкнула.

Ремус весело рассмеялся.

- Как салат?

Я взяла вилку, подхватила ей несколько зелёненьких листочков и положила в рот. Устремив взгляд в потолок, тщательно прожевала, проглотила, потом ещё некоторое время посидела, прислушиваясь к своим внутренним чувствам. Наконец, я перевела взгляд на замершего в ожидании Ремуса и выдвинула свой вердикт:

- Неплохо. Я бы даже сказала: отлично.

- Замечательно! Теперь и я могу попробовать, - облегчённо вздохнул любимый.

Я снова не удержалась и хихикнула.

- Ты всегда такая смешливая? – улыбнулся Ремус.

- Нет. Только если ты меня смешишь, - честно призналась я. – Хотя… Знаешь, бывает, что я сама с собой разговариваю.

Ремус немного пожевал и сказал:

- Мне не привыкать. Знаешь, прихожу однажды с работы и слышу: в библиотеке кто-то говорит. Достаю палочку, крадусь на голоса, распахиваю дверь и… И что, как ты думаешь?

- Незаконное вторжение? – попробовала угадать я.

- Нет. Сириус решил развивать в себе актёрское мастерство. Бегает из одного угла комнаты в другой и кричит на невидимую собеседницу: «И где это ты шлялась полночи?! Я глаз не мог сомкнуть!» Потом перебегает в другое место и тонюсеньким голоском отвечает: «Ты не представляешь, милый! В Министерстве опять было совещание!»

Я во весь голос расхохоталась. Ремус скромно улыбался.

- Ой, не могу! Вот Сириус! Вот уморил!

- Это ещё что! Когда я ему поведал, что собираюсь устроить ужин, он всю ночь просидел в библиотеке – искал какие-то рецепты. Этот салат, кстати, его рук дело.

- Что ж, передай ему от меня низкий поклон. У него определённо талант. Можно мне ещё? – я протянула тарелку, и Ремус с готовностью вскочил.

- Смотри не налегай. У нас ещё горячее есть.

- Ну тогда мне совсем чуть-чуть, - сказала я.

Пока я уплетала вторую порцию салата, Ремус рассказывал истории из своей школьной жизни. Я с готовностью задавала ему вопросы, смеялась и с удовольствием пила вино, которое любимый временами подливал. Когда Ремус решил, что настало время для горячего, в голове у меня творился такой кавардак, что я не смогла точно вспомнить свой пароль. Подумав мимоходом о том, как я попаду к себе, я выжидательно посмотрела на Ремуса, застывшего над столом в позе фокусника, готового сдёрнуть со шляпы платок и вытащить на свет божий кролика.

- Готова? – спросил он.

Я кивнула и нетерпеливо заёрзала на стуле.

- Оп! – Ремус поднял крышку с блюда, стоявшего в центре стола.

Я неуверенно хихикнула, переводя взгляд с любимого на блюдо и обратно.

Ремус, радостно смотря на меня, покосился на блюдо и громко ойкнул.

БЛЮДО БЫЛО АБСОЛЮТНО ПУСТЫМ!

- Как же это… А где же… - Ремус выглядел таким растерянным, что мне стало жаль его.

- В чём дело? – спросила я, быстренько придумывая, чем бы развеселить любимого.

- Горячее… Куда оно делось? – подумав немного, Ремус нырнул под стол.

Не придумав ничего более умного, я нырнула следом. И тут же наткнулась на тёплый нос любимого.

- Тесно здесь… - прошептал хриплый от волнения голос Ремуса.

- Тесно… - согласилась я, пытаясь пятиться назад. Это плохо получалось, так как моя попа упёрлась в ножку стола.

Я почувствовала, как Ремус глубоко втянул в себя воздух.

- Убить его мало…

- Кого? – удивлённо спросила я, всё пятясь и пятясь.

- Сириуса… И куда он горячее дел?

- Плюнь ты на это горячее… Ничего страшного ведь не случилось…

Стол был маленьким и низким. Места под ним было ещё меньше. Стоять на четвереньках, чуть пригибаясь, было неудобно. А уж прикасаться при этом носом к носу любимого было ещё неудобней.

- Думаю, что нам лучше… - начала я.

- Да, конечно, так будет лучше… - кивнул Ремус и попытался отползти назад. – Не выходит… Тут стена… А что если…

Я услышала пыхтение любимого, его нос на мгновение покинул мой.

- Надо же, я и забыл… - снова донёсся до меня его голос.

- Что забыл?

- Вся мебель здесь прикручена к полу.

- Зачем?

- Очевидно затем, чтобы я её не снёс… В порывах бешенства…

Быстрое движение – и нос любимого снова упирается в мой.

- Извини… - прошептал Ремус.

Не успела я ничего ответить, как послышался протяжный приглушённый стон любимого, а потом его горячие губы впились в мои. Сердце бешено заколотилось. Открыв глаза так широко, как это было возможно, я пыталась хоть что-нибудь разглядеть. Язык Ремуса мягко протиснулся ко мне в рот и робко коснулся языка, будто спрашивая разрешения. Я резко подалась назад и каким-то невероятным образом выбралась из-под стола.

- Лили! – послышался приглушённый голос Ремуса, а потом показался и он сам. – Лили, прости, я не хотел…

- Всё… всё в порядке… - я заломила руки и сделала несколько шагов по комнате. Остановившись перед кроватью, я несколько мгновений смотрела на неё, а потом, повернувшись к Ремусу, резко спросила: - Всё это было заранее подстроено, да?

- О чём ты, Лили? – Ремус сделал несколько шагов ко мне.

- Этот ужин, вино, комната с кроватью… Ты всё заранее подстроил?

- Что?.. Лили, да как тебе такое могло вообще в голову прийти! – он выглядел таким расстроенным и несчастным, что я тут же забыла о своих мыслях.

- Прости… Прости, пожалуйста, просто… Просто… - я секунду колебалась, пытаясь найти нужные слова, но ничего не вышло. Поэтому я просто отвернулась и обхватив себя руками, уставилась немигающим взором в стену.

- Что, Лили? – я почувствовала, как Ремус положил мне на плечи руки. – Я всё пытаюсь понять, что с тобой происходит… Ты не была такой до своей болезни… Что случилось?

- Ничего… - я покачала головой, чувствуя, как в носу предательски защипало.

- Можешь не говорить, если не хочешь, но я ведь всё вижу, всё чувствую. Знаешь, оборотни обладают высокой чувствительностью.

- Знаю… - прошептала я, глотая слёзы.

Ремус мягко развернул меня и прижал к своей груди, гладя по волосам.

- Что-то происходит с тобой… Тогда возле Хогвартса, когда я поцеловал тебя в первый раз, ты была другой… А теперь ты чего-то боишься… В тебе живёт какой-то кошмар, от которого ты не можешь избавиться, который мешает тебе спокойно жить… Спокойно любить… Я знаю, что сейчас не время, но… Я люблю тебя, Лили.

Я замерла, затаив дыхание.

- Лили? Ты меня слышишь?

Я кивнула, уткнувшись в его плечо.

- Так ты… ты расскажешь мне?

Я покачала головой.

- Я не могу, Ремус. Это… это давняя история. Тогда, при первом нашем поцелуе, я просто не думала об этом… Это было так давно… - с замиранием сердца я ждала ответ любимого, его реакцию. Я соврала. Нагло, без запинок. И мне было стыдно. Ужасно стыдно.

- Лили… - Ремус легонько отодвинул меня от себя и заглянул в лицо. – Скажи мне, прошу тебя. Я не могу жить, зная, что на душе у тебя такой тяжкий груз. Расскажи мне, и мы вместе будем с этим бороться…

Я закусила губу и перевела взгляд на свечу, горевшую позади любимого.

- Когда мне было 15 лет, меня изнасиловали, - быстро протараторила я, стараясь не смотреть ему в глаза. Я снова соврала. И снова мне было ужасно стыдно.

Я услышала его судорожный вздох.

- Лили… Почему ты сразу не сказала мне?

- Я боялась, - я перевела взгляд на его лицо и заглянула в глаза. И нашла там то, что искала. Сочувствие. Понимание. Любовь. Это самое важное – любовь.

- Я люблю тебя, Ремус, - прошептала я. – Но я боюсь. Боюсь находиться рядом с мужчиной. Боюсь поцелуев, ласк, близости. Я боюсь, что мне причинят боль. Боюсь, что снова буду страдать, кричать… Я боюсь любить, Ремус.

- Лили… - Ремус крепко обнял меня.

Я вцепилась в него со всей силой, на которую была способна, и тихо заплакала, радуясь тому, что, наконец, рассказала ему… пусть и не всё… пусть и не правду… Но теперь он знает.

Мы стояли так около десяти минут. Он гладил меня по волосам, изредка целовал в висок. Я, уткнувшись носом в его свитер, беззвучно рыдала, вспоминая всё то, что испытала за последний месяц. Вспомнилось всё: и исключение, и потеря денег, и увольнение с работы, и смерть мамы, и изгнание с места жительства, и издевательства Снейпа. Но странное дело: переживать всё снова, прижимаясь к надёжному и понимающему Ремусу, было так легко, что я невольно почувствовала себя в полной защите.

Не знаю как, но Ремус это тоже понял. Подхватив меня на руки, он подошёл к кровати и опустил меня на мягкую перину. Сел рядом. Мы оба уставились на свечи в другом конце комнаты. Посидели молча. Наконец, Ремус сказал:

- Я рад, что ты мне рассказала… Я люблю тебя.

- Я тоже рада. И я тоже люблю тебя, Ремус. С самой первой встречи.

Он повернул ко мне голову, улыбнулся.

- И я.

Я тоже улыбнулась.

- Хочешь ещё поговорить о том, что случилось? – Ремус сжал мою руку в своей.

- Нет, - я покачала головой. – Я хочу другого…

Он замер. Я – тоже.

Неужели я сказала это? Неужели сказала?

- Прости, я… - начал Ремус, но я протянула руку к его лицу и коснулась губ.

- Не надо, ничего не говори. Это всё я. Надо же какая дура! Прости! Давай посидим ещё немного. Времени уже много, замок, скорее всего, уже закрыли…

Ремус мягким движением взял мою руку и поцеловал кончик большого пальца. Я замолчала, таращась на него во все глаза. А он тем временем легонько покусывал подушечки остальных пальцев. Затем перевернул руку и коснулся языком ладони.

- Ремус… - начала было я, но теперь уже он протянул руку и коснулся пальцем моих губ.

- Я остановлюсь как только ты попросишь меня об этом. Если тебе будет больно или неприятно, только скажи…

Я молча кивнула.

- Мне жарко. Я сниму свитер? – спросил Ремус, выпуская из рук мою ладонь.

Я снова кивнула. Он медленно, будто боясь меня спугнуть, стянул свитер, оставшись в одной футболке.

- Можно я поцелую тебя? – спросил он.

Я помедлила немного и отрицательно покачала головой.

- Не бойся меня, Лили.

- Я не боюсь.

- Тогда поцелуй меня.

Я закусила губу и перевела взгляд на свои ноги. Я хотела этого. Да, я хотела. Но я боялась. Боялась…

- Ладно, - я подняла голову и вызывающе посмотрела на него.

Он напряжённо улыбнулся. Я села поближе, потом придвинулась вплотную. Провела рукой по его волосам, пытаясь собраться. Потом медленно наклонилась, посмотрела ему в глаза и прижалась губами к его губам.

Он не ответил.

Я немного отодвинулась.

- Знаешь, мне было бы легче, если бы ты ответил на мой поцелуй, - смущённо проговорила я.

- Ты меня не целуешь, Лили. Мы просто касаемся губами. Это не считается.

Я снова закусила губу, внутренне соглашаясь с ним. Снова приблизившись к любимому, я слегка поцеловала его нижнюю губу, потом провела по ней языком. Неожиданно его губы разомкнулись, и я с удивлением обнаружила, что наши языки переплелись, затеяв дикий и страстный танец. Обхватив Ремуса за плечи, я сильнее прижалась к нему, отчего наши губы сомкнулись. Я проникала в его рот всё глубже и глубже, ощущая невыразимое удовольствие и страсть, со стремительной скоростью разлетающуюся по всему телу.

Меня охватил жар. Казалось, что джинсы начали плавиться. Я начала задыхаться, резко дёрнулась назад. Тяжело дыша, я наблюдала за любимым, который тоже делал безуспешные попытки восстановить дыхание.

- Ну как? – спросила я.

- Уже лучше, - серьёзно кивнул любимый и улыбнулся. – Может, ещё попробуем?

Голова ужасно кружилась. Прикрыв глаза рукой, я произнесла:

- Сейчас, только отдышусь немного…

- Мы можем лечь, - предложил Ремус.

Я подняла голову и испуганно уставилась на него. В его глазах горел огонь страсти и желания.

- Просто ляжем рядышком, - успокаивающе добавил он.

Я кивнула.

- Хорошо. Только… не торопи меня, ладно?

- Обещаю.

Он откинулся на подушки и похлопал по одеялу рядом с собой. Я медленно легла рядом, чувствуя, как всё удовольствие от поцелуя стало постепенно исчезать, и страх начал потихоньку закрадываться в душу. Очевидно, Ремус тоже это понял. Он перекатился на бок и, положив голову на согнутую в локте руку, успокаивающе сказал:

- Лили, успокойся. Я не сделаю ничего, чего бы ты не захотела. Не бойся меня. В конце концов, я сделан из той же материи, что и ты, просто слеплен немножко иначе.

Я быстро окинула его взглядом.

- Да уж…

Он улыбнулся.

- Ложись на живот.

Я помедлила, а потом перевернулась на живот, не сводя с него глаз. Он протянул руку и стал нежно поглаживать меня по спине. Его движения были успокаивающими, я расслабилась. Наверное поэтому, когда он спросил, можно ли ему снять футболку, я кивнула. Рука прекратила своё движение, но лишь на миг. Когда Ремус снова опустился рядом, уже без футболки, я попросила:

- Поцелуй меня.

Он с минуту смотрел мне в глаза, а потом нагнулся и поцеловал. Тот же поцелуй. Такой же страстный, заставляющий забыть обо всём на свете, лететь ввысь, туда, где тебя никто не увидит, задыхаться, снова набирать в лёгкие воздух и снова задыхаться.

Когда Ремус отодвинулся, я хихикнула: его губы были красными и припухшими.

- Тебе не жарко? Можешь снять платье, - предложил любимый.

Я судорожно вздохнула.

- Если не хочешь, можешь остаться в нём, - смилостивился Ремус. – Но тогда мы будем топтаться на одном месте.

Я согласно кивнула, но снимать платье не стала.

- Хочешь, я помогу тебе? – спросил Ремус.

Я помедлила и кивнула.

- Хорошо, - немного напряжённо улыбнулся любимый.

Я села и повернулась к нему спиной. Его пальцы начали медленно и непринуждённо расстёгивать пуговицы. Когда все пуговицы были расстёгнуты, Ремус наклонился и поцеловал открывшийся участок моей спины. Я вздрогнула и закусила губу.

- Мне продолжать? – поинтересовался Ремус, заглядывая мне в глаза.

- Да… - прошептала я.

Он снова исчез за моей спиной.

- Подними руки, - услышала я его голос.

Я послушно подняла руки. Платье медленно скользнуло вверх. Оставшись без надёжной защиты, я стыдливо прикрыла руками обнажённую грудь. Ремус вопросительно посмотрел на меня и покачал головой.

- Без этого никак не обойтись, Лили. Я хочу видеть тебя. Не бойся, я не сделаю тебе больно.

- Я не боюсь, что ты сделаешь мне больно, Ремус. Я боюсь, что не выдержу этого. Боюсь, что воспоминания снова нахлынут на меня.

- Всё будет хорошо.

Я кивнула и медленно опустила руки. Мне было стыдно и неуютно от его проницательных серых глаз, которые скользили по моей груди. Наконец, он снова посмотрел мне в глаз

Наши рекомендации