Частная медицинская помощь в деревне

Из других течений современной деревенской жизни, поскольку они касаются медицины, мы отметим проявляющуюся в некоторых местах наклонность крестьян лечиться у вольнопрактикующих врачей.

Об одном из таких врачей, г-не К., в г. Череповце, сообщают, что он берёт с больных за лечение то, что они могут дать— двугривенный, фунт масла, десяток яиц и т. п., и его приёмная, крестьянами из ближайших к городу деревень, посещается больше, чем земская. «Хороший доктор, — хвалят его мужики, — он у тебя все выспросить — и про боль, и про ребят, и много ли у тебя скотины, кончил ли ты косить, начал ли ты жать да сеять— окончательно все опросить и ничего не опустит, а всё потому, что не даром». О другом подобном же добровольце-враче в деревне и с такими же одобрительными мужицкими отзывами, сообщают нам из Скопинского у. Пензенск. г[47].

Во многих местах народ не утратил привычки, как это было прежде, обращаться за советами и лекарством к барину-помещику, священнику, учителю, а. кое-где крестьяне пользуются и гомеопатическими средствами лечения. Некоторые из гомеопатов, но преимуществу священников, в своих и соседних деревнях пользуются большою известностью. Гомеопатнческим средствам крестьяне обыкновенно приписывают чудодейственную силу и бывают глубоко убеждены, что они помогают только тем, кто принимает их с верой. Помимо веры, относительный успех гомеопатического лечения в некоторых, случаях зависит и от других, побочных и чисто деревенских условий. Большинство народных врачей-гомеопатов — люди убежденные — принимают больных с охотой .и внимательностью, а главное, они «свои», живут тут же, в деревне, или по близости и раздают лекарства даром[48]. Степень распространения в народе гомеопатии, конечно, очень незначительна, большинство крестьян не имеет о ней решительно никакого представления, а из ознакомившихся с ней далеко не все одобряют. «Дать средства настоящего, чтобы по всем жилам и поджилкам пошло оно, вот, это так, тогда можно и переломить болезнь. А это, — аттестует мужик гомеопатию, — пустота. Может, оно и хорошо для благородных людей, а для нашего брата-мужика—не идёт» (Дорогобужск.у. Смоленск.г.).

Таким образом, мы начали с полного признания народом медицины и врачей и кончили почти полным их отрицанием — противоречием, созданным самою жизнью и обусловливаемым тем переходным состоянием, в котором находится наш народ по отношению к научной медицине. Определяя различные ступени этого состояния, мы, как вывод из нашего материала, можем высказать, что, бесспорно, известная часть населения питает безусловную веру в научную медицину и относится к ней вполне сознательно, другая часть совершенно не признает её полезности и значения, и, наконец, третья, едва ли не самая многочисленная, настроена по отношению к ней, в той или другой степени, скептически и признает её значение только условно.

Конечно, никто из наших сотрудников не считал ни скептиков в научной медицине, ни строгих последователей её, ни её противников и никакой статистике не сделать подобного подсчета. Наши выводы основываются на доверии к сообщениям этих сотрудников, которых, в их наблюдениях, мы имеем основание считать беспристрастными: они не были связаны никакой предвзятой тенденцией[49]. В своих сообщениях они были совершенно свободны и, что важнее, всё они стоят около самого порога народной жизни, знают духовное существо крестьянина, и большинство их связано с ним не одним только формальным образом. Вероятность такого вывода, подтверждается тем, что он находится в полном соответствии с тем фактом, что медицинская помощь у нас доступна только меньшинству населения, большинство же его настолько отдалено от медицинских пунктов, что мало имеет даже возможности, как следует, узнать врача. Не в противоречии, а, напротив, в значительном соответствии с этим выводом, кажется нам, находится и цифра, определяющая число больных всех земских губерний России и приведенная нами в начале главы.

34 миллиона, конечно, цифра очень большая, и если бы она точно выражала собою заболеваемость сельского населения, то вполне убедительно говорила бы о доверии всей массы этого населения и полном признании им земской медицины. Но если считать установленным факт, что сельское население болеет не меньше городского, то эта цифра не окажется слишком большой. Ежегодное число больных таких относительно культурных и обеспеченных медицинской помощью городов, как Петербург, и Москва, приблизительно равняется населению этих городов, т. е. каждый житель их раз в году обращается за медицинскою помощью. Если бы сельское население обладало такой же степенью возможности пользоваться услугами врачей и считало медицинскую помощь необходимой и обязательной для каждого и во всех случаях заболеваний, то оно дало бы не 34 миллиона, больных, а 73. Таким образом, и по этим данным и соображениям, несмотря на относительную громадность приведенной цифры, к медицинской помощи прибегает не большинство, а лишь меньшинство деревенского населения.

Очень характерной чертой имеющегося в нашем распоряжении материала и именно той его части, которая касается положительного отношения народа к научной медицине и врачам, является категоричность и определенность ответов и в большинстве случаев полное отсутствие их внутреннего освещения: такого освещения или совсем нет, или оно не ярко и не характерно. Это обстоятельство, по нашему мнению, зависит от того, что сам народ еще не осмыслил и не обобщил разбираемых явлений, он безусловно признаёт только одну реальность фактов, без каких-либо обобщений и выводов, которые создадутся лишь тогда, когда увеличится самая сумма этих фактов и народ овладеет их внутренним смыслом и значением. Пока же, теперь, он не идёт далее простого понимания отдельных фактов да и из них признаёт лишь те, которые для него всего яснее и польза, получаемая от них, ощутительнее. В этом отношении очень интересно, что наибольший контингент в земских губерниях дают болезни, против которых медицина обладаете наиболее верными средствами: малярия, чесотка и сифилис. Число больных с этими болезнями достигает 51/1 милл., т. е. составляет, 1/6 ч., а число одних только малярийных больных 1/15 ч. всех обращавшихся к врачам в 1900 г. больных[50]. Без сомнения, этот факт прежде всего свидетельствует о большой распространенности указанных болезней среди сельского населения России, но % их, по сравнению со всеми другими болезнями, все же настолько высок[51], что заставляет думать, что цифры заболеваемости этими болезнями очень близки к настоящим, выражающим действительную заболеваемость этими болезнями, а цифры, определяющая другие болезни, только относительные, значительно меньшие тех, который существуют в действительности. Таким образом, от болезней, против которых существуют наиболее верно действующие средства в медицине, идёт лечиться громадное большинство, а от значительного числа других — хронических или таких острых, где требуется комбинированное и сложное лечение, где успех его зависит от многих побочных условий, лежащих иногда вне непосредственного лечения, только меньшинство населения. В последнем случае факт уже не так резко бьет в глаза крестьянину, здесь ему нужно уметь разобраться во всех тех моментах, из которых слагается лечение, и он, будучи не в состоянии этого сделать, неуспех лечения и отсутствие ожидаемой пользы всего чаще относит к бессилию и несостоятельности медицины и лечится от таких болезней только в меньшинстве, изыскивая против них другие средства лечения.

Наш народ верит, что все лекарства должны обладать подобным же быстрым и верным действием, и это-то априорное требование от медицины и является источником сомнения и создаёт её условность в глазах народа.

Замечательно, что в тех случаях, когда польза от медицины в глазах мужика достигает:, своей полной реальности, его мировоззрение ничем не проявляется, обнаруживая при этом, хотя и косвенно, значительную степень своей подвижности и эластичности, но как только эта реальность не достигает полной очевидности, мировоззрение это выступает во всей своей силе и на его почве являются многочисленные поводы для всевозможного рода других сомнений, помимо этого основного, только что нами указанного.

Что касается той части населения, которая относится к медицине и врачам враждебно и сохраняет до сих пор о них дикие представления, то, нужно надеяться, она когда-нибудь уступить просвещению, общему духу времени, дальнейшему развитию земской медицины и усилиям врачей и изменит свои взгляды. Главное ядро составляют пока сомневающееся, колеблющееся большинство, но оно уже не пойдёт назад и не останется in statu quo, а чем дальше, тем меньше будет находить поводов для своих сомнений в медицине и превратится в таких же верных её последователей, как та первая группа населения, которую мы выделили в начале настоящей главы. Говоря об этом сомневающемся большинстве, нам кажется более правильным удивляться не тому, что оно пока еще не вполне верит и признает медицину, а тому, как многого сравнительно достигли земские врачи, при вековой неподготовленности народа к научной медицине, ни его пониманием, ни бытом.

Дав в отдельных фактах общую и, думается нам, правдивую картину отношений нашего народа к земской медицине и врачам, мы воздержались от точного определения этих отношений топографически, на том основании, что исполнение подобной задачи, по нашему мнению, должно принадлежать местным исследованиям.

Вопросы:

Как крестьяне относятся к земским врачам и научной медицине?

Какие представления правильном приеме лекарств бытуют в народной среде?

Каково отношение к прививкам от дифтерии и бешенства?

Каково отношение к женщинам-врачам?

Каково представление народа об эффективности платного и бесплатного лечения?

Как крестьяне относятся к гомеопатии?

[1] В документе летоисчисление идет от сотворения мира – 7164 г., что соответствует 1656 г. от р.х.

[2] замедлился

[3] Умалчиваю о том, что многие бабки, видя трудные роды, нарочито посылают во храмы с просьбами и с дарами, дабы тамо отверзали царские врата, будто бы церковные двери имели сопряжение с отверстием беременной матки. О сколь далеко простирается общенародное суеверие и заблуждение!

[4][4] Желающие о сем обстоятельнее ведать могут читать книгу под именем: «Краткое испытание многих закоснелых мнений и зло­употреблений, до беременных женщин, родильниц, и новорожденных младенцев относящихся», напечатанную в 1781 г.

[5]1 Новоучрежденная Российская лекарская школа примером сему служить может, в коей врачебная и лекарская науки на немецком языке преподаваться начались; но как Российское юношество, особ­ливо природные российские бабки, по незнанию сего языка, сими науками воспользоваться не могут, то общественная и государствен­ная польза требует, дабы теорическая и практическая повивальная и прочия лекарские науки на Российском языке преподаваемы были в подобных же, на добром порядке и благоразумии основанных школах.

[6][6] Т. е. ненормального. — Ред.

[7]..Государство вряд ли имеет нравственное право до такой степени распоряжаться временем и силами человека, которому оно не дает ровно ничего, и существование которого оно ничем не обеспечивает. Если бы врач действительно был обязан всегда являться по первому зову, то он, без сомнения, по истечении нескольких лет практики, превратился бы в развалину, негодную к дальнейшей деятельности, - а это, очевидно, не лежит ни в видах, ни в интересах государства. Кроме того, нельзя не сознаться, что государство, даже желающее провести подобную меру, как обязательную явку врачей по приглашению, не имело бы возможности добиться выполнения ее на практике. Поставить возле каждого врача городового было бы и немыслимо и некрасиво, а разрешать судом возникающие вследствие неявки врачей жалобы – также абсурд. Вообще такая мера, подвергая врача всевозможным легкомысленным или злонамеренным нападениями со стороны публики, произвела бы постоянный источник раздора между обществом и медиками, дала бы повод к бесконечному ряду обоюдных унижений и этим сделала бы и без того не идеальные отношения между публикою и врачами просто невыносимыми.

[8]В 1874 г. в Корсаковском округе заболевшие относились к общему числу, как 227,2: 100. Синцовский, врач: Гигиеническая обстановка ссыльнокаторжных. – «Здоровье», 1875 г., № 16.

[9]Между прочим, я встречал тут такие диагнозы, как неумеренное питье от груди, неразвитость к жизни, душевная болезнь сердца, воспаление тела, внутреннее истощение, курьезный пневмоний, Шпер и проч.

[10]Об эпидемии этой болезни, охватившей весь Сахалин в 1868 г., и об оспопрививании у инородцев в 1858 г. см. Васильева «Поездка на остр<ов> Сахалин». – «Архив судебной медицины», 1870 г., № 2. Против зуда при varicella гиляки употребляют топленый тюлений жир, которым намазывают все тело. Оттого, что гиляки никогда не моются, у них ветряная оспа сопровождается таким зудом, какого никогда не бывало у русских; от расчесывания образовывались язвы. В 1858 году на Сахалине была настоящая оспа, чрезвычайно злокачественная: один старый гиляк говорил д-ру Васильеву, что из троих двое умирало.

[11]сыпи (лат.)

[12]В июле, августе и сентябре 1889 г. не было ни одного случая. В октябре за последние десять лет смерть от крупозной пневмонии была только один раз; этот месяц на Сахалине можно считать самым здоровым.

[13]Кстати, в этом рапорте я нашел такую подробность: «Каторжные подвергаются жестоким наказаниям розгами, так что прямо из-под наказания бесчувственными приносятся в лазарет».

[14]Д-р Васильев часто встречал на Сахалине гиляков, страдавших кровавым поносом.

[15]Припоминаю читателю, что эти возрасты относятся ко всему ссыльному населению, как 24,3 % и 24,1 %.

[16]Сифилис чаще всего наблюдается в Александровском посту. В отчете объясняется это скоплением здесь значительного числа вновь прибывших арестантов и их семейств, войск, ремесленников и всего пришлого населения, приходом судов на Александровский и Дуйский рейды, летними отхожими промыслами. В отчете указаны и меры, употребляемые против сифилиса: 1) осмотр каторжных 1 и 15 числа каждого месяца; 2) осмотр партий, вновь прибывающих на остров; 3) еженедельный осмотр женщин сомнительной нравственности; 4) наблюдение за бывшими больными сифилисом. Но, несмотря на все эти осмотры и наблюдения, значительный процент сифилитиков ускользает от регистрации.

Д-р Васильев, командированный в 1869 г. на Сахалин для подания медицинского пособия инородцам, не встречал гиляков, больных сифилисом. Айно называют сифилис японской болезнью. Японцы, приезжающие на рыбные промыслы, обязаны представить консулу медицинское свидетельство в том, что они не больны сифилисом.

[17]Продолжительное пребывание в центральных тюрьмах и пароходных трюмах располагает к заболеванию цингой, и случалось, что арестанты заболевали целыми партиями вскоре по прибытии на остров. «Последний транспорт каторжных с „Костромы“, – пишет один корреспондент, – прибыл здоровым, теперь весь в цинге». – «Владивосток», 1885 г., № 30.

[18]Каторжного с мигренью или ишиасом легко заподозрить в симуляции и не пустить в лазарет; однажды я видел, как целая толпа каторжных просилась у смотрителя тюрьмы в лазарет и он отказывал всем, не желая разбирать ни больных, ни здоровых.

[19]Например, угрызения совести, тоска по родине, постоянно оскорбляемое самолюбие, одиночество и всякие каторжные дрязги…

[20]Д-р Васильев: «У гиляков имеет большое влияние на происхождение болезни постоянное созерцание снежной пустыни… Я по опыту знаю, что в несколько дней от постоянного созерцания снежной пустыни можно получить бленорейное воспаление слизистой оболочки глаз». Каторжные очень склонны к заболеванию куриною слепотой. Иногда она «наваливает» на целые партии, так что каторжные идут ощупью, держась друг за друга.

[21]Составитель отчета комментирует эти случаи таким замечанием: «Раздача ссыльнокаторжных женщин в сожительство ссыльнопоселенцам имеет характер принудительный для первых». Некоторые каторжные, чтоб их не посылали на работы, увечат себя, например отрубают себе на правой руке пальцы. Особенно изобретательны в этом отношении симулянты; они прикладывают к телу раскаленные пятаки, нарочно отмораживают себе ноги, употребляют какой-то кавказский порошок, который, будучи всыпан в небольшую рану или даже ссадину, производит язву грязную, с гнилостным распадом; один всыпал себе в уретру нюхательного табаку и т. д. Больше всего любят симулировать манзы, которых присылают сюда из Приморской области.

[22]Лазарет занимает площадь в 8574 кв. саж., состоит из 11 построек, расположенных на трех пунктах: 1) административный корпус, вмещающий в себе аптеку, хирургическую комнату и приемный покой, 4 барака, кухня с женским отделением при ней и часовня, – это собственно и называется лазаретом; затем 2) 2 корпуса для сифилитиков, мужчин и женщин, кухня и надзирательская; 3) 2 корпуса, занятые эпидемическим отделением.

[23]корой (лат.)

[24]корнями (лат.)

[25]Он же заведующий медицинскою частью.

[26]Одежда и белье стоили 1795 руб. 26 коп., пищевое довольствие 12 832 p; 94 к., лекарства, хирургические инструменты и аппараты 2309 р. 60 к., расходы комиссариатские, канцелярские и проч. 2500 р. 16 к., медицинский персонал 8300 р. Ремонт зданий на средства тюрьмы, прислуга бесплатная. Теперь прошу сравнить. Земская больница в г. Серпухове, Москов. губ., поставленная роскошно и удовлетворяющая вполне современным требованиям науки, где среднее ежедневное число коечных больных в 1893 г. было 43 и амбулаторных 36,2 (13278 в год), где врач почти каждый день делает серьезные операции, наблюдает за эпидемиями, ведет сложную регистрацию и проч. – эта лучшая больница в уезде в 1893 г. стоила земству 12803 р. 17 к., считая тут страхования и ремонт зданий 1298 р. и жалованье прислуге 1260 р. (см. «Обзор Серпуховской земской санитарно-врачебной организации за 1892–1893 гг.»). Медицина на Сахалине обходится очень дорого, между тем лазарет дезинфицируется «через обкуривание хлором», вентиляций нет, и суп, который при мне в Александровске готовили для больных, был очень соленого вкуса, так как варили его из солонины. До последнего времени, якобы «за недоставлением комплекта посуды и неустройством кухни», продовольствие больных производилось из общего тюремного котла (приказ начальника острова 1890 г., № 66).

[27]Поэтому, нельзя не признать ошибочным мнение Рихтера (Richter. «Geschichte der Medicin in Russland». 1814), который считает первый рукописный лечебник за перевод с польского. Польское влияние было позднейшим и касалось только некоторых частей северо-запада и юго-запада России.

[28]В предисловии одного лечебника из Соловецкого монастыря (библиотека Казанской духовной академии) прямо указано, что он сочинен из дохтурских наук преосвящ. Кир Афанасием, архиепископом Холмогорским и Важеским (Флоринский. «Русские простонародные травники и лечебники». Казань. 1879 г.).

[29]По данным мед. деп. М. В. Д.. в 1900 г., на 73 мил. населения всех земских губерний. число больных, обращавшихся за медицинской помощью, достигло цифры 34 мил., т. е. один больной приходился на 2 чел. населения, а если иметь в виду только сельское население, то на 2 1/2—3 чел. этого населения. («Медико-статистич. сведения». Вестник общ. гигиены, судебн. и практич. мед—ны. 1902 г.).

[30]Великоустюж.. Кадниковск. и Яренск. уу. Волог., г., Тихвинск. у. Новгор. г., Смоленск., Сычевск. и Дорогобужск. уу. Смоленск, г., Галич, у. Костромской г., Котельнич. и Орловск. уу. Вятск. г., Пошехоиск. у. Ярославск. г., Рубцовск. у. Тверск. г.

[31]Алатыр. у. Симбирск. г., Вытегор. у. Олонецк. г., Жиздрин. у. Калуж. г., Зарайск, у. Рязанск. г., Демянск, у. Новгородск. губ.

[32]Карач. у. Орловск. г. Тульск. г. и у. Зубцовск. у. Тверск. г., Зарайск. у. Рязанск. г., Ростовск. у. Ярославск. г. Котельнич. у. Вятск. г.

[33]Большинство сообщений из Волог., Сольвычегодск. и Тотемск. уу. Вологодск. г., Вытегорск. у. Олонецк. г., Скопинск. у. Рязанск. г., Черепов. у. Новгородск. г., Орловск. у. Вятск. г., Спасск. у. Казанск, г., Ростовск. у. Яросл. г., Зубцовск. у. Тверск. г., Орловск. и Болховск. уу. Орловск. г.. Городищ., Инсарск., Саранск, и Чембарск. уу. Пензенск. г., Вяземск. и Дорогобужск. уу. Смоленск. г.

[34]Благодаря таким неустранимым условиям, до некоторой степени, делается справедливым упрек, что фактически земская медицина в большей степени служит интересам состоятельной части населения, чем бедной.

[35]Белозерск. у. Новгор. г., Тотемск. у. Вологодск. г., Ветлужск. и Галичск. уу. Костромск. г., Гжатск, и Дорогобужск. уу. Смоленской губ., Меленковск. у. Владимирск. г., Тульск. губ. и у., Городищенск. у. Пензенск. г. и др.

[36]Вера в быстроту действия лекарства и его специфичности прежде была общераспространенной. «Если с одного приема больным не облегчалась, это значило, что лекарство не поможет и царским медикам, в XVII ст., приказывали давать другое, и не позволяли повторять одного и того же несколько раз». Костомаров. «Очерк домашней жизни и нравов великорусского народа в XVI и XVII ст.» 1887 г.

[37]Сообщение относится к 1898 г.

[38]В Николаевскую эпоху все центральные больницы для душевнобольных в Poссии были окрашены в желтую краску.

[39]Варнавин. и Ветлуж. уу. Костромск. г., Даниловский и Любинск. уу. Ярославской г., Городищ, у. Пензевск. г., Гжатск, у. Смол, г., Орлов. и Волхов, уу Орлов. г., Зубцовск. у. Тверск. г., Спасск. у. Кая. г., Вытегорск. у. Олонецк. губ.

[40]Смол, и Сычев уу. Смоленск. г., Великоустюжск. и Кадников. уу. Волог. г., Галич. у. Костромской г., Котельнич. у. Вятской г., Всасильсурск. у. Нижегор. г., Алатырск. у. Симбирск. г., Ростов. у. Яросл. г., Орловск. г. и уезд, Жиздрин. у. Калужск. г., Суздальск. у. Владим г.

[41]В некоторых местностях (Черепов, у. Новгор. г.) распевается следующая песенка новейшего пошиба: «не ходи, милый, в больницу, там отрежут пятки, а беги скорей домой, беги без оглядки».

[42]Сольвычег. и Тотемск. уу. Волог. г., Белозерск. у. Новгородск. г., Орлов. Волхов, и Карач. уу. Орловск. г., Шуйский у. Владим. г., Коротояк. у. Воронежск. г.

[43]Уезд с значительным числом раскольннков.

[44]В нашем материале относительно этого предрассудка имеются сообщения из Шуйского у. Владим., г., Балаш. у. Саратовск., г., Жиздринского у. Калужск. г., Орловского у. Орловск. г.

[45]Быть может, причина такого затаенного недоверия заключается в том, что прототипом врача в глазах народа является знахарь, который, по сохранившимся воззрениям, может и избавить человека от болезни, и «напустить» ее.

[46]Г-жа С-ва, Орловск. г. и у.

[47]В одном из сел Вятской г., в течение многих лет таким же образом практиковал врач Сычугов, теперь умерший, и приобрёл искреннюю любовь населения и справедливое название «друга народа».

[48]Сообщ. из Орловск. у. Вятск. г., Спасск. у. Каз. г., Васильсурск. у. Нижегор. г., Инсарск. у. Пенз. г., Зарайск, у. Рязан. г., Волхов, у. Орл. губ.. Тульск. у. и г.

[49]См. программу этнографических сведений о крестьянах Центральной России Кн. В.Н. Тенишева.

[50]Вестник общ. гигиены, суд. и практ. м—ны. 1902.

[51]Число больных с этими болезнями в С.-Петербурге не превышает 1/100, а в Москве— 1/30 ч. общего количества больных.

Наши рекомендации