БИЛЛ уходит. Стук в дверь ЛБ. ДЭВИД все еще удерживает ее закрытой

ДЭВИД (громко). Открываю!

СЕРЖАНТ (ГОЛОС). Доктор Мортимер!

ДЭВИД. Здесь никого нет! (Кивая на Лесли.) Хьюберт, убери его!

ДЭВИД отпускает дверь, она открывается. ДЭВИД, ХЬЮБЕРТ и ДЖЕЙН быстро укладывают ЛЕСЛИ на каталку и накрывают простыней. Входит СЕРЖАНТ, ведя сонную Кастеляншу, та вяло сопротивляется.

СЕРЖАНТ (входя). Ничего, скоро мы докопаемся до правды.

КАСТЕЛЯНША. Да клянусь, у нас в больнице только одна кастелянша!

СЕРЖАНТ усаживает Кастеляншу на стул. ХЬЮБЕРТ и ДЖЕЙН собираются уже вытолкнуть за дверь каталку, когда СЕРЖАНТ оборачивается.

СЕРЖАНТ. Эй!

ХЬЮБЕРТ и ДЖЕЙН останавливаются. СЕРЖАНТ подходит к ним.

Ну, доктор Бонни, где же ваш сыночек?

ДЖЕЙН (быстро). Только что побежал в службу охраны.

ДЭВИД, ХЬЮБЕРТ и ДЖЕЙН указывают на дверь ЛГ.

КАСТЕЛЯНША (созерцая тело на каталке). А это кто?

ДЭВИД (вздыхая). Кто это, доктор Бонни?

ХЬЮБЕРТ (после паузы). Это мистер Лесли. Бедняга.

ДЖЕЙН начинает рыдать.

(Джейн.) Ну-ну, не надо, что поделаешь…

СЕРЖАНТ. Мистер Лесли?

ХЬЮБЕРТ. Да, да. (Намереваясь вывезти каталку.) Извините…

СЕРЖАНТ (останавливая его). Это что, тот одуванчик, который в кресле сидел?

ХЬЮБЕРТ. Тот самый… (Пытаясь пройти к двери.) Извините.

СЕРЖАНТ. Погодите. Он же тут пять минут назад вовсю приседал и прыгал!

ДЭВИД. То-то и оно. Сердце-то и не выдержало.

ДЖЕЙН (рыдает). О-о-о-о-о!

СЕРЖАНТ. Жаль старика.

СЕРЖАНТ пытается приподнять простыню, чтобы взглянуть на лицо покойного, но ДЖЕЙН и ДЭВИД выдирают простыню у него из рук.

ДЭВИД. Похоже, миссис Лесли в страшном потрясении.

ХЬЮБЕРТ. Еще бы не в потрясении. Муж лег к нам с гипертонией, оперировали ему геморрой, а умер из-за сердца.

ДЖЕЙН (рыдает). О-о-о-о-о!

КАСТЕЛЯНША (которая клевала носом, сидя на стуле). Да-да? Я слушаю.

СЕРЖАНТ. Ага. Прекрасно. (Достает записную книжку.)

КАСТЕЛЯНША начинает засыпать.

ДЭВИД (Хьюберту). Я полагаю, миссис Лесли захочет спуститься с вами в морг, где будет лежать покойный.

ЛЕСЛИ под простыней в ужасе садится.

ХЬЮБЕРТ

(вместе). Лежать!..

ДЭВИД

СЕРЖАНТ оборачивается.

ДЭВИД. Лежать… покойный… будет. В морге.

ДЖЕЙН (всхлипывая). Благодарю вас.

ХЬЮБЕРТ (Джейн). Ну-ну, не надо…

СЕРЖАНТ. Погодите. (Дэвиду.) Пускай мистера Лесли в морг отвезет кто-то другой. А вам и доктору Бонни я хочу задать еще парочку вопросов.

За спиной Сержанта из ванной выходит БИЛЛ. ХЬЮБЕРТ ловко развернув его, заталкивает обратно. БИЛЛ исчезает. ХЬЮБЕРТ, закрыв за ним дверь, прислоняется к ней спиной и бодро улыбается. СЕРЖАНТ оборачивается. Из ванной слышится грохот и звон стекла. Затем наступает тишина. ХЬЮБЕРТ приоткрывает дверь ванной.

ХЬЮБЕРТ (громко, в ванную). Киска, ты что тут буянишь? Хорошие киски так себя не ведут! "Вискас" не получишь. (Закрыв дверь, снова опирается на нее спиной.)

СЕРЖАНТ. Итак, доктор Мортимер…

Дверь ванной сотрясается от толчка изнутри и ударяет Хьюберта.

ХЬЮБЕРТ. Ах!

СЕРЖАНТ поворачивается к Хьюберту, который делает вид, что его возглас связан с приемами каратэ, которые он тут же начинает изображать.

Ох! Ах-ха! Кьяааа!

СЕРЖАНТ с изумлением взирает на него. Незаметно для Хьюберта, из ванной выходит МАМАША. ХЬЮБЕРТ оборачивается и сталкивается с ней лицом к лицу. Пауза.

(Повернувшись к Сержанту.) Знакомьтесь, сержант, это моя киска.

ХЬЮБЕРТ подводит Мамашу к Сержанту. БИЛЛ снова пытается протиснуться через дверь ванной и толкает Джейн.

ДЖЕЙН. Ах!

СЕРЖАНТ поворачивается. ДЖЕЙН изображает приемы каратэ.

Ах-ха! Уо! Кьяааа!

ХЬЮБЕРТ. О! Уа! Кья-а-а!..

ХЬЮБЕРТ и ДЖЕЙН изображают схватку каратистов.

ДЭВИД. Спасибо, достаточно. Вы оба в прекрасной форме.

ХЬЮБЕРТ и ДЖЕЙН ритуально кланяются друг другу.

А теперь вывезите мистера Лесли в коридор.

ХЬЮБЕРТ. Только сперва забегу кое-куда. (Идет к ванной.)

СЕРЖАНТ. Никто тут никуда не забежит! Ни вы, ни вы, ни вы, ни вы!

ДЭВИД и ХЬЮБЕРТ замечают на подоконнике Билла.

ДЭВИД

(вместе). Ах!

ХЬЮБЕРТ

СЕРЖАНТ смотрит на Хьюберта. Тот принимает боевую стойку каратэ. ДЭВИД – тоже. Оба молотят руками и ногами по воздуху.

ХЬЮБЕРТ. А! О! Уо! Кьяааа!

ДЭВИД случайно задевает Мамашу, которая валится на пол. Наконец, ХЬЮБЕРТ, демонстрируя нетерпение, бросается к ванной.

СЕРЖАНТ. Стоять!

ХЬЮБЕРТ скрывается в ванной.

Ладно. Попробуем добиться чего-то от оставшихся. Кастелянша.

КАСТЕЛЯНША похрапывает. ДЭВИД знаками показывает Джейн, чтобы та через дверь ЛГ вывезла каталку в коридор. ДЖЕЙН делает это. ДЭВИД выпроваживает вслед за ней и Мамашу.

СЕРЖАНТ. Кастелянша!

КАСТЕЛЯНША (очнувшись). Да-да, мне лучше.

ДЭВИД. А завтра ей будет совсем хорошо.

БИЛЛ появляется за окном, держась за отошедшую от стены водосточную трубу.

СЕРЖАНТ (Кастелянше.) Так. Постарайтесь сосредоточиться.

КАСТЕЛЯНША. Нет проблем

СЕРЖАНТ. Благодарю вас.

Во время дальнейшего диалога за окном появляется ХЬЮБЕРТ. БИЛЛ влезает внутрь через левую половину окна, ХЬЮБЕРТ – через правую. Он хватает Билла и начинает заталкивать его в сундук у окна.

Итак... (Видит, что Кастелянша снова спит.) Эй, проснитесь!

КАСТЕЛЯНША (просыпаясь). Да-да, я слушаю.

СЕРЖАНТ. Вы подтверждаете, что в этой больнице вы - единственная кастелянша?

КАСТЕЛЯНША уже спит.

ДЭВИД. Она не в состоянии отвечать на ваши вопросы.

СЕРЖАНТ. Проснитесь!

КАСТЕЛЯНША храпит.

СЕРЖАНТ. Вот ведь напасть!

ДЭВИД (бодро). Боюсь, придется вам отложить это до окончания Рождества.

БИЛЛ уже в сундуке - ХЬЮБЕРТ со стуком закрывает крышку. СЕРЖАНТ оборачивается. ХЬЮБЕРТ принимается отбивать чечетку.

ДЭВИД. Прелестно, прелестно. Просто гроссмейстер стэпа.

ДЭВИД аплодирует, ХЬЮБЕРТ кланяется.

СЕРЖАНТ. Господи. (Трясет Кастеляншу.) Проснитесь же!

КАСТЕЛЯНША хватает его руку.

КАСТЕЛЯНША. Я вся твоя, Хьюберт!

СЕРЖАНТ. Хьюберт?!

ДЭВИД. Вряд ли вы от нее добьетесь чего-либо путного.

СЕРЖАНТ. Я тут ни от кого не могу добиться чего-либо путного.

ДЭВИД. Вы нас обижаете.

СЕРЖАНТ. Особенно, от вас двоих, сэр.

ДЭВИД. От нас?

ХЬЮБЕРТ. От нас?

СЕРЖАНТ. Сдается мне, что если кто-то и знает, сколько в больнице кастелянш, так это вы двое.

ДЭВИД. А мы и знаем. Три кастелянши. Ухо-Горло-Носа, Хирургии и Патологии.

СЕРЖАНТ (указывая на Кастеляншу). А вот она уверена, что она тут единственная кастелянша.

ДЭВИД. Естественно. Она же из Патологии.

Сержант собирается возразить, но в этот момент из сундука вылезает БИЛЛ. На нем пиратский костюм, который мы видели в первом действии. ХЬЮБЕРТ и ДЭВИД в шоке. СЕРЖАНТ приближается к Биллу. Тот выжидает долю секунды, затем, придерживая руками одну ногу, убегает в дверь ПБ. СЕРЖАНТ смотрит на Дэвида и Хьюберта, которые пытаются изобразить улыбки.

СЕРЖАНТ (холодно). Полагаю, теперь мистер Лесли начнет ходить по воде и исцелять болящих.

Из двери ПБ неспешно входит НЕЛЬСОН, в руке у него листки с речью Дэвида.

НЕЛЬСОН. Доктор Мортимер!

СЕРЖАНТ (Нельсону). Вам, я думаю, тоже придется кое-что мне объяснить. (Выходя за дверь, кричит вслед Биллу.) Вернитесь!

СЕРЖАНТ выходит в дверь ПБ. НЕЛЬСОН смотрит ему вслед, затем переводит взгляд на ДЭВИДА и ХЬЮБЕРТА. Последний с потерянным видом сидит на краешке стула рядом с Кастеляншей.

НЕЛЬСОН. Что здесь случилось, хотел бы знать?

ДЭВИД (бодро). Как я и думал, ложная тревога, сэр. У кастелянши небольшой нервный припадок. Судороги.

НЕЛЬСОН. Судороги?

ДЭВИД. Да. И конвульсии.

НЕЛЬСОН. А у доктора Бонни тоже был припадок?

ХЬЮБЕРТ. Да, вызванный доктором Мортимером.

НЕЛЬСОН. Так вот, Мортимер. Пришлось мне закончить вашу речь вместо вас.

ДЭВИД. Поверьте, сэр, я чрезвычайно огорчен.

НЕЛЬСОН. А вот я чрезвычайно доволен.

ДЭВИД. Я страшно виноват перед… Довольны?!

НЕЛЬСОН. Превосходная речь, доктор Мортимер! То есть… (Многозначительно.) Сэр Дэвид!.. (Отдает Дэвиду листки с его речью.)

ДЭВИД (радостно). О, сэр. Благодарю вас… Может быть, еще виски?

НЕЛЬСОН. А почему нет? И насчет вашего появления вы тоже были правы. Так овладеть вниманием аудитории! Эти закатанные штаны и женский парик! Министр прямо рот раскрыл! (Внезапно.) Я возьму это на вооружение, когда буду закрывать конференцию. (Закатывает брюки.) Вот так. (Заметив парик на кресле.) И паричок.

НЕЛЬСОН напяливает парик себе на голову и забирает у Дэвида виски.

Ваше здоровье. Сегодня это первый глоток. (Уходя.) Дорогие коллеги-неврологи! Наша с вами встреча глубоко тронула меня, скажу прямо, я глубоко тронулся…

НЕЛЬСОН уходит.

ДЭВИД. Старик, нам осталось взять последний барьер.

Из двери ЛГ появляется БИЛЛ.

БИЛЛ (задыхаясь). За мной полиция гонится!

ДЭВИД. Вас тут уже считали покойником.

БИЛЛ. Еще чуток, и я им стану. (Глядя на Кастеляншу.) А эта уже коньки отбросила?

ДЭВИД. В ванную, живо!

БИЛЛ. Я всю первую половину дня там просидел.

ДЭВИД. Молодец. Теперь посидите вторую половину!

ДЭВИД вталкивает Билла в ванную, затем берется за кресло-каталку.

ХЬЮБЕРТ (теребит Кастеляншу). Просыпайтесь! Слышите?

ДЭВИД. Хьюберт! Надо сделать так, чтобы этот полицейский не мог допросить кастеляншу. Давай, помогай, друг ты мне или нет?!

ХЬЮБЕРТ помогает Дэвиду усадить Кастеляншу в кресло-каталку. В спешке они сажают ее вверх тормашками.

ХЬЮБЕРТ. Что-то я твоей большой дружбы сегодня не ощутил.

Из двери ПБ входит РОЗМАРИ.

РОЗМАРИ. Дэвид, милый…

ДЭВИД. Розмари!

РОЗМАРИ. Сэр Уилби - в полном восхище… (Застывает, увидев Кастеляншу.) Боже! Почему она сидит вверх ногами?

ДЭВИД. Это долгий разговор.

Из двери ЛБ ходят ЛЕСЛИ и МАМАША.

ЛЕСЛИ. Послушай, папа…

ДЭВИД. Ты не мог бы не появляться хоть пять минут?

ХЬЮБЕРТ. Ты тоже, мамочка. Езжай домой, я прошу.

РОЗМАРИ. Миссис Бонни! Как я рада вас видеть! Что вы тут делаете, в больнице?

ДЭВИД (перебивая). Ты рада ее видеть, остальное неважно.

ХЬЮБЕРТ. Мама, ты же собиралась пить чай!

МАМАША. Лесик для меня важнее чая.

ЛЕСЛИ. Папа, я только хотел сказать, ты можешь не ехать со мной в полицию.

ХЬЮБЕРТ. Могу не ехать?

ЛЕСЛИ. Вместо тебя бабушка поедет.

ХЬЮБЕРТ. Мама! Не лезь не в свое дело!

ДЭВИД. Да-да, миссис Бонни, не надо вмешиваться.

Из двери ПБ входит МАЙК.

МАЙК. Я уже не знаю, кто тут что знает, кто чего не знает, но знайте все: дядя Том направляется сюда – чтобы поймать мистера Лесли!

МАМАША. Дядя Том?

РОЗМАРИ. А кто это?

ДЭВИД. Неважно. Главное, что он не за нас. (Майку.) Уведите кастеляншу и где-нибудь спрячьте.

МАЙК (тянет Кастеляншу к выходу). Идемте.

МАЙК и КАСТЕЛЯНША выходят в дверь ЛГ. Из двери ПБ вбегает СЕРЖАНТ.

ДЭВИД. А, сержант!

СЕРЖАНТ. Где мистер Лесли?

Из двери ЛБ врывается ДЖЕЙН.

ДЖЕЙН. Сержант в бешенстве! Он всюду ищет... (Осекается, увидев Сержанта.)

СЕРЖАНТ. Прекрасно. Полный сбор. (Джейн.) Я тут говорил про мистера Лесли.

ДЖЕЙН (рыдает). О-о-о-о-о!

СЕРЖАНТ (холодно). Возможно, мадам, вам будет интересно узнать, что я гнался за вашим вторым мужем по всей больнице. А ваш второй муж несся от меня со скоростью сорок миль в час!

ДЖЕЙН (воздев руки к небу). Господи, ты сотворил чудо!

СЕРЖАНТ. Еще какое!

РОЗМАРИ. Бегать за старичком! Сержант, вы же могли загонять его до инфаркта!

СЕРЖАНТ. Этот старичок всех нас переживет!

МАМАША (Джейн). Милочка! Но ваш муж вовсе не мистер Лесли!

ХЬЮБЕРТ. Мама! Спустись и жди внизу!

ДЭВИД. И внучонка с собой прихватите!

РОЗМАРИ. Знаете, миссис Бонни, вы молодец - так спокойно восприняли, что у вас появился внук.

МАМАША. Нет, сперва я, конечно, слегка удивилась.

ЛЕСЛИ. Вот кому надо сообщить очень осторожно – так это папиной жене.

Все смотрят на него.

МАМАША (изумленно). Жене Хьюберта?!

ЛЕСЛИ. Не волнуйся, бабуля. Мама мне рассказала, что мой отец был женат.

ХЬЮБЕРТ и ДЭВИД в отчаянии закрывают глаза.

РОЗМАРИ. Доктор Бонни!

СЕРЖАНТ. Так. Ну и кто из вас расскажет мне конец этой чудной сказки?

МАМАША. Хьюберт! Значит, ты от меня еще и свою жену скрывал?!

ХЬЮБЕРТ. Уже сам не помню – что и от кого я скрывал.

ЛЕСЛИ. Знаешь, папа, чем скорее ты познакомишь меня со свой женой, тем лучше.

ХЬЮБЕРТ (решительно). Незачем мне знакомить тебя с моей женой.

ДЭВИД (встревоженно). Хьюберт!

ЛЕСЛИ. Нет, есть, зачем!

ХЬЮБЕРТ. Нет, незачем!

ЛЕСЛИ. Но почему?

ДЭВИД (выступая вперед). Потому что он с ней развелся.

ХЬЮБЕРТ, не веря своим ушам, смотрит на Дэвида и падает на стул.

МАМАША. Развелся?

ДЭВИД. Сразу после свадьбы. На второй день.

РОЗМАРИ. Боже.

ДЭВИД. Да. Недаром у него было прозвище - Прыткий Кролик.

ЛЕСЛИ. Но это же классно! (Хьюберту.) Значит, никто не будет мешать нам с тобой видеться хоть ежедневно. Сегодня лучший день в твоей жизни, скажи, папа!

ХЬЮБЕРТ смотрит на него и тихо плачет.

ДЭВИД. Вот что, сержант, поскольку моя супруга не имеет ко всему этому никакого отношения, думаю, она может пойти домой.

СЕРЖАНТ. Ваша супруга пойдет домой, когда я получу ответы на несколько вопросов. К примеру, почему Кастелянше из Патологии воткнули в одно место шестидюймовый шприц? Почему бесследно исчезли Кастелянши из Ухо-Горло-Носа и Хирургии? Почему у доктора Бонни есть жена, о которой он ничего не знает? Почему свою любовницу он называет то "миссис Тэйт", то "миссис Лесли", а родную мать зовет Киской? Почему здесь одни пациенты воскресают из мертвых, а у других даже причину смерти понять нельзя - то ДГЛ, то НЛО, то психованный автобус? Почему на фоне каких-то непонятных репетиций появляется странноватый священник? Почему имя "Лесли" здесь присваивают всем видам живой природы – от истеричных юнцов до идиотских песиков? Почему, если ваша фамилия Лесли или Тэйт, ваши родственники ломают себе шею в Гималаях? Но при этом вы толком не знаете, кто ваши отец и мать? И почему, наконец, я начинаю думать, что все вы - одна теплая компания прохиндеев?

Пауза.

ДЭВИД. Вы не могли бы повторить первый вопрос?

БИЛЛ появляется из ванной и направляется к Сержанту.

БИЛЛ (Сержанту). Мне уже выходить не опасно? (Сообразив, с кем говорит.) Рад познакомиться, генерал.

Короткая пауза. Затем БИЛЛ снова убегает в ванную.

СЕРЖАНТ. Эй!

СЕРЖАНТ убегает в ванную за Биллом. ДЭВИД быстро закрывает за ним дверь и подпирает стулом ручку двери.

ДЭВИД. Розмари! Времени мало. Думаю, пора рассказать тебе правду о Лесике.

ДЖЕЙН. Доктор Мортимер…

МАМАША. Мы уже знаем правду о Лесике.

ДЭВИД (Джейн). Мы не можем больше этого скрывать. (Розмари.) Предупреждаю, дорогая, тебя ждет шок.

РОЗМАРИ. О чем ты, Дэвид?

ДЭВИД. Этот юноша…

Дверь ванной сотрясается от удара изнутри.

СЕРЖАНТ. Эй! Откройте!

ДЭВИД. Замок заело, подождите! (Розмари.) Так вот, отец этого юноши…

ЛЕСЛИ (перебивая). Самый классный в мире! (Обнимает Хьюберта.)

ДЭВИД. Этот юноша…

РОЗМАРИ. Что?

ДЭВИД. Мой сын.

РОЗМАРИ. Твой сын?!

МАМАША (обалдело). Ваш сын?!

Стук в дверь ванной изнутри.

СЕРЖАНТ (ГОЛОС). Что там происходит?

ДЭВИД (кричит). Мы послали за слесарем!

РОЗМАРИ. Ты хочешь сказать, что это твой…

ДЭВИД. Мой и сестры Тэйт.

РОЗМАРИ. То есть…

ДЭВИД. Она не виновата. Я был молод, красив и сексуален.

РОЗМАРИ. Ты хочешь сказать …

ДЭВИД. Я хочу сказать, она не владела собой.

РОЗМАРИ. И ею овладел ты.

Новые удары в дверь ванной.

СЕРЖАНТ. Откройте немедленно!

ДЭВИД. Слесарь уже идет!

ЛЕСЛИ. Это вы куда гнете?

ДЭВИД. Гну?

ЛЕСЛИ. Моя мать не связалась бы со священником!

РОЗМАРИ. Со священником?!

ДЭВИД. Розмари, это было девятнадцать лет назад.

ЛЕСЛИ. Да будь вы хоть епископом, она б на вас не запала. (Джейн.) Мой папа - доктор Бонни, правда? (Обнимает Хьюберта.)

ДЖЕЙН. Лесли…

ЛЕСЛИ. Он умный, добрый, хороший! Он мой идеал! (Дэвиду.) А вы - индюк!

ДЭВИД. Индюк?

ЛЕСЛИ. И ни капли я на вас не похож!

ДЭВИД. Тебе не повезло.

ЛЕСЛИ. Не могли вы быть моим отцом!

ДЭВИД. Да уж лучше бы не мог, но, к несчастью, я им являюсь.

Дверь ванной снова сотрясается от ударов.

СЕРЖАНТ (ГОЛОС). Открывайте!

ЛЕСЛИ внезапно разражается слезами. МАМАША, ДЖЕЙН и ХЬЮБЕРТ успокаивают его. ЛЕСЛИ бросается в кресло.

МАМАША. Лесли!

ДЖЕЙН. Лесли, мальчик!

МАМАША. Не плачь!

ХЬЮБЕРТ. Не надо, Лесли!

ДЭВИД. В жизни не сталкивался с подобной нервной системой.

РОЗМАРИ (со значением). Зато я сталкивалась.

ДЭВИД смотрит на нее. Слышны новые удары в дверь ванной.

СЕРЖАНТ. Эй!

ЛЕСЛИ. Мама, скажи, он врет!

ДЖЕЙН. Лесли…

ЛЕСЛИ. Скажи, что он врет! Я нашел своего отца, разве нет? Это доктор Бонни!

ДЖЕЙН. Сынок…

ЛЕСЛИ. Это доктор Бонни!

ХЬЮБЕРТ. Ну, конечно, сынок. Конечно, я.

Все смотрят на Хьюберта. Тот сам удивлен тому, что сказал.

ДЖЕЙН. Что?!

ХЬЮБЕРТ поднимается и подходит к Дэвиду.

ХЬЮБЕРТ. Спасибо тебе, Дэвид, но не надо брать мою ответственность на себя.

ДЭВИД (обалдело). Не надо?

ХЬЮБЕРТ. Не надо.

ЛЕСЛИ. Я знал!

МАМАША. И я знала!

ЛЕСЛИ (сжимая Хьюберта в объятиях). Мой папа врать не будет, верно, папа?

ХЬЮБЕРТ. Ясное дело. (Дэвиду.) Спасибо, что хотел мне помочь. Ничего, сам справлюсь. И знаешь, я рад, что так получилось.

ДЭВИД (сбитый с толку). Ну, если ты рад…

ХЬЮБЕРТ. Очень рад.

ДЭВИД. Ну, если и сестра Тэйт рада…

ДЖЕЙН. Я счастлива.

МАМАША. И я счастлива.

ДЭВИД. Я… Просто подумал, что мог бы лучше обеспечить мальчугана, вот и все.

ХЬЮБЕРТ. Это было очень благородно с твоей стороны..

РОЗМАРИ. Да. Совсем на тебя не похоже.

ДЭВИД (с горячностью). Я подумал, надо помочь старине Хьюберту.

ЛЕСЛИ. А нам деньги священника не нужны! Верно, мама?

ДЖЕЙН. Ну, разумеется,, нет.

ХЬЮБЕРТ (Дэвиду). Ну… Небольшое пожертвование было бы понято правильно.

Удары в дверь ванной.

СЕРЖАНТ (ГОЛОС). Откройте или я выломаю дверь!

ХЬЮБЕРТ (громко). Мы пытаемся найти решение! (Подмигивает Дэвиду.)

ДЭВИД (понимающе). Что ж, думаю, я мог бы быть парню кем-то вроде дядюшки.

ХЬЮБЕРТ (Джейн). Прекрасно. Я думаю, мы сейчас сгоняем в полицейский участок, а потом поедем к нам и выпьем по чашке хорошего чаю. Слышишь, мама?

ЛЕСЛИ. Класс!

МАМАША (Лесли). Бабушка заварит тебе чудный чай, мой дорогой.

ЛЕСЛИ. Поехали, бабуля.

ЛЕСЛИ уводит Мамашу в дверь ЛБ.

ХЬЮБЕРТ. Ну вот. Спасибо, Дэвид. (Джейн.) После вас… Миссис Бонни.

ДЖЕЙН. Хьюберт, вы делаете мне предложение?

ХЬЮБЕРТ. Однажды, много лет назад, я упустил случай. И был бы глупцом, повторив эту ошибку.

ХЬЮБЕРТ подает Джейн руку, и они выходят в дверь ЛБ. ДЭВИД вежливо улыбается Розмари, та вежливо улыбается в ответ.

РОЗМАРИ. Думаю, настал момент для некоторых объяснений… Ваше преподобие.

ДЭВИД. Давай сначала пойдем и пообщаемся с делегатами.

ДЭВИД пытается взять ее под руку.

РОЗМАРИ. А знаешь, глаза-то у мальчугана карие.

ДЭВИД. И что же?

РОЗМАРИ. А у Хьюберта - голубые. И у сестры Тэйт голубые. Их ребенок не мог быть кареглазым.

ДЭВИД (отводя взгляд). Ну, медицине известны исключения.

РОЗМАРИ. И у него такая характерная линия рта…

ДЭВИД (поджимая губы). Да? Не заметил.

РОЗМАРИ. Вообще – он такой симпатичный…

ДЭВИД (забывшись). Правда? (Опомнившись.) Ну, не уверен….

РОЗМАРИ. Представь, было даже приятно узнать, что ты проявил себя живым человеком. Раз в жизни.

ДЭВИД. Раз в жизни?!

РОЗМАРИ. В последнее время ты превратился в какое-то сырое тесто.

ДЭВИД. Я - в тесто?!

РОЗМАРИ. Ты не был таким вялым, пока тянулась ваша чудная интрижка.

ДЭВИД. Какие гадости ты говоришь!

РОЗМАРИ. Кстати, не помнишь, когда это у вас закончилось?

ДЭВИД (вызывающе). Не помню!

РОЗМАРИ. Зато я помню. Как раз тогда и по отношению ко мне у тебя тоже как-то потух огонек.

ДЭВИД. Потух огонек?!

РОЗМАРИ. Ты только не подумай, я вовсе не предлагаю вернуться во времена, когда ты так часто пользовался перевязочной.

ДЭВИД. Ну, знаешь!

РОЗМАРИ. Но небольшое повышение твоей активности пошло бы на пользу нам обоим. (Целует растерянного Дэвида.) А теперь нам надо пообщаться с делегатами.

ДЭВИД (хмыкнув). Что ж, дорогая, признаю - как мужчине, мне в жизни везло…

РОЗМАРИ. А мне везло, как женщине, дорогой.

ДЭВИД (все еще улыбаясь). Это в каком смысле?

РОЗМАРИ. В самом прямом. Чем, по-твоему, мы занимались с доктором Бонни, пока ты кувыркался в перевязочной?

РОЗМАРИ уходит в дверь ПБ. Улыбка сходит с лица Дэвида, по мере того как он осознает сказанное.

ДЭВИД (кричит). Повтори, что ты сказала?! Повтори!

Устремляется ей вслед.

З а н а в е с

Наши рекомендации