By Somerset Maugham Сомерсэта Моэма

THE ESCAPE Побег

W. Somerset Maugham, a famous English writer, was born in 1874 in Paris. He received his medical degree, but he never practiced medicine; the ambition to write dominated his entire life. In 1897 "Liza of Lambeth", Maugham's first novel, ap­peared. It had no success. For the next ten years Maugham wrote and starved. He turned out a steady stream of plays and novels none of which excited much atten­tion. His luck changed in 1907. In that year "Lady Frederic", a comedy of manners, was produced in London. It had a bright, fashionable success. By and by, Maugham became internationally celebrated; his plays were performed all over the world. Now independent and well able to enjoy life Maugham began to travel. He came to know Europe thoroughly and spent long periods in the United States, the South Seas and China. His favorite country was Spain ("The Land of the Blessed Virgin" and "Don Fernando"). In 1915 Maugham published a novel that had been in preparation for many years. Called "Of Human Bondage" it was received by critics with great re­spect. Over the years, it has become a modern classic. Many popular successes fol­lowed its publication: "Ashenden", "Moon and Sixpence", "Cakes and Ale", etc. He died in 1965.

Уильям Сомерсэт Моэм, известный английский писатель, родился в 1874 году в Париже. Он имел степень доктора медицинских наук, но никогда не занимался медициной, его стремление писать доминировало всю жизнь. В 1897 году вышел первый роман Моэма «Лиза из Ламбета»,но он не принес ему успеха. В течении следующих 10 лет Моэм писал и голодал. Он написал очень много пьес и романов, но ни один из них не привлекал внимания. Удача пришла к Моэму в 1907 году. В этом году в Лондоне вышла его комедия «Леди Фредерик» Это был огромный яркий успех. Постепенно Моэм стал писателем международного уровня, его пьесы играли во всем мире. Теперь, не зависимый и в полне довольный жизнью, Моэм стал путешествовать. Он путешествовал по Европе тщательно и подолгу,был в США,в Южных Морях,и Китае. Его любимая страна- Испания («Земля Пресвятой Богородицы» и «Дон Фернандо»). В 1915 году Моэм опубликовал роман, над которым он работал в течение многих лет. Названный «Бремя страстей человеческих» был принят критиками с большим почтением. За эти годы пьеса стала современной классикой. Другие популярные и успешные работы Моэма: «Ашенден» , «Луна и грош», «Пироги и Пиво», и т.д. Моэм умер в 1965 году.

I have always been convinced that if a woman once made up her mind to marry a man nothing but instant flight could save him. Not always that; for once a friend of mine, seeing the inevitable loom menacingly before him, took ship from a certain port (with a tooth­brush for all his luggage, so conscious was he of his danger and the necessity for immediate action) and spent a year travelling round the world; but when, thinking himself safe (women are fickle, he said, and in twelve months she will have forgotten all about me), he landed at the selfsame port the first person he saw gaily waving to him from the quay was the little lady from whom he had fled4. I have only once known a man who in such circumstances managed to extricate him­self. His name was Roger Charing. He was no longer young when he fell in love with Ruth Barlow and he had had sufficient experience to make him careful; but Ruth Barlow had а gift (or should I call it a, quality?) that renders most men defenseless, and it was this that dispossessed Roger of his common sense, his prudence and his worldy wisdom. He went down like a row of ninebins.1 This was the gift of pathos. Mrs. Barlow, for she was twice a widow, had splendid dark eyes and they were the most moving I ever saw; they seemed to be ever on the point of filling with tears; they suggested that the world was too much for her, and you felt that, poor dear, her sufferings had been more than anyone should be asked to bear. If, like Roger Char­ing, you were a strong, hefty fellow with plenty of money, it was al­most inevitable that you should say to yourself: I must stand between the hazards of life and this helpless little thing, or, how wonderful it would be to take the sadness out of those big and lovely eyes! I gath­ered from Roger that everyone had treated Mrs. Barlow very badly. She was apparently one of those unfortunate persons with whom nothing by any chance goes right. If she married a husband he beat her; if she employed a broker he cheated her; if she engaged a cook she drank. She never had a little lamb but it was sure to die.2

Я всегда был убежден, что если женщина однажды решилась выйти замуж за мужчину, то ничего кроме немедленного побега не может его спасти от этого. Но не всегда так бывает. Однажды мой друг, увидев неизбежную угрозу, надвигающуюся на него, взял билет на пароход (он сбежал с зубной щеткой в багаже, так как осознавал, что находится в опасности, и должен действовать немедленно)и в течение года он путешествовал по миру, но когда ,считая себя в безопасности( женщины не постоянны, говорил он, за 12 месяцев она забудет обо мне), он высадился в порту, и первым человеком ,которого он увидел, была маленькая леди, от которой он сбежал, она стояла на пристани и весело махала ему платочком. Я знал только одного человека, который в такой ситуации смог выпутаться. Его звали Роджер Чаринг. Он был уже не молод, когда влюбился в Рут Барлоу, и он имел достаточный опыт, что и делало его осторожным, но у Рут Барлоу был дар (я бы назвал это качеством) делать большинство мужчин беззащитными, и это было то, что лишило Роджера его здравого смысла, его благоразумия и его житейской мудрости. Он пал как ряд кеглей. Это был дар чувствительности. Миссис Барлоу, потому, что она была дважды вдовой, у нее были великолепные темные глаза, и они были самые трогательные, из тех, что я когда-либо видел, они казалось, переолнены слезами, они говорили, что мир слишком велик для нее, и вы чувствовали, что бедняжка, выдержала больше страданий, чем кто-либо мог выдержать. Если, как и Роджер Чаринг, вы были крепким, дюжим мужчиной с кучей денег, почти неизбежно вы говорили себе: «Я должен встать между опасностями мира и этой беспомощной бедняжкой, и как чудесно будет убрать грусть из этих больших милых глаз!» Роджер объяснял мне, что все обращались с миссис Барлоу очень плохо. Она, очевидно, была одной из тех неудачниц, с которыми ничего не может произойти правильно. Если она выходила замуж, муж бил её; если она нанимала кухарку, та пила.У нее никогда не было ягненка, но он бы наверняка умер.


When Roger told me that he had at last persuaded her to marry him, I wished him joy. Когда Роджер сказал мне, что наконец уговорил ее выйти за него замуж, я пожелал ему счастья.

"I hope you'll be good friends," he said. "She's a little afraid of you, you know; she thinks you're callous. Я надеюсь вы станете хорошими друзьями, сказал он. Знаешь, она немного боится тебя, она думает, что ты бессердечный.

"Upon my word I don't know why she should think that."Честное слово, не знаю очему она так думает.

"You do like her, don't you?"Тебе же нравится она? Правда?

"Very much."Даже очень

"She's had a rotten time, poor dear. 1 feel so dreadfully sorry for her."Она ережила тяжелые времена, бедняжка, мне так жаль ее.

"Yes," I said. Да, сказал я.

I couldn't say less. I knew she was stupid and I thought she was scheming. My own belief was that she was as hard as nails.

The first time I met her we had played bridge together and when she was my partner she twice trumped my best card. I behaved like an angel, but I confess that I thought if the tears were going to well up into anybody1 s eyes they should have been mine rather than hers. And when, having by the end of the evening lost a good deal of mon­ey to me, she said she would send me a cheque and never did, I could not but think that I and not she should have worn a pathetic .expres­sion when next we met.

Roger introduced her to his friends. He gave her lovely jewels. He took her here, there, and everywhere. Their marriage was announced for the immediate future. Roger was very happy. He was committing a good action and at the same time doing something he had very much a mind to. It is an uncommon situation and it is not surprising if he was a trifle more pleased with himself than was altogether becoming.

Then, on a sudden, he fell out of love. I do not know why. It could hardly have been that he grew tired of her conversation, for she had never had any conversation. Perhaps it was merely that this patheticlook of hers ceased to wring his heart-strings. His eyes were opened and he was once more the shrewd man of the world he had been. He became acutely conscious that Ruth Barlow had made up her mind to marry him and he swore a solemn oath that nothing would induce him to marry Ruth Barlow. But he was in a quandary. Now that he was in possession of his senses he saw with clearness the sort of woman he had to deal with and he was aware that, ii he asked her to release him, she would (in her appealing way) assess her wound­ed feelings at an immoderately high figure.3 Besides, it is always awkward for a man to jilt a woman. People are apt to think he has behaved badly.

Roger kept his own counsel. He gave neither byword nor gesture an indication that his feelings towards Ruth Barlow had changed. He remained attentive to all her wishes; he took her to dine at restaurants, they went to the play together, he sent her flowers; he was sympathet­ic and charming. They had made up their minds that they would be married as soon as they found a house that suited them, for he lived in chambers and she in furnished rooms; and they set about looking at desirable residences. The agents sent Roger orders to view and he took Ruth to see a number of houses. It was very hard to find anything that was guite satisfactory. Roger applied to more agents. They visited house after house. They went over them thoroughly, examining them from the cellars in the basement to the attics under the roof. Sometimes they were too large and sometimes they were too small, sometimes they were too far from the centre of things and sometimes they were too close; sometimes they were too expensive and sometimes they wanted too many repairs; sometimes they were too stuffy and some­times they were too airy; sometimes they were too dark and sometimes they were too bleak. Roger always found a fault that made the house unsuitable. Of course he was hard to please; he could not bear to ask his dear Ruth to live in any but the perfect house, and the perfect house wanted finding. House-hunting is a tiring and a tiresome business and presently Ruth began to grow peevish. Roger begged her to have pa­tience; somewhere, surely, existed the very house they were looking for, and it only needed a little perseverance and they would find it. They looked at hundreds of houses; they climbed thousands of stairs; they inspected innumerable kitchens. Ruth was exhausted and more than once lost her temper.

Я не мог бы сказать меньше. Я знал, что она глупа, и я думал, что она интриганка. Я был убеждён, что она крепка, как скала.

Впервые, когда я встретил её, мы вместе играли в бридж, и, хотя она была моим партнёром, она дважды побила мои лучшие карты. Я вёл себя, как ангел, но я думал, что если из чьих-то глаз и суждено политься слезам, то это скорее будут мои, нежели её. А затем, к концу вечера проиграв мне значительную сумму, она пообещала прислать чек, чего никогда так и не сделала, так что я не мог не думать, что это у меня, а не у неё должно было быть жалостливое выражение лица, когда мы встретились следующий раз.

Роджер представил её своим друзьям. Он покупал ей прелестные драгоценности. Он вывозил её повсюду. Было объявлено, что их женитьба состоится в скором будущем. Роджер был очень счастлив. Он делал доброе дело и в то же время нечто, что очень хотел сделать. Это была необычная ситуация и не удивительно, что он был больше доволен собой, чем приличествовало.

Внезапно он разлюбил. Не знаю, почему. Едва ли он устал от её разговоров, скорее, её жалостливый вид перестал терзать струны его сердца. Его глаза открылись и он стал даже проницательней, чем был раньше. Он стал беспокоиться, что Рут Барлоу вознамерилась выйти за него замуж, и он поклялся торжественной клятвой, что ничто не сможет заставить его жениться на Рут Барлоу. Но он был в затруднении. Сейчас, когда он снова властвовал над собой, он ясно видел, с какого сорта женщиной имеет дело и беспокоился, что, если он попросит её освободить его, она (в своей трогательной манере) оценит свои раненые чувства в чрезмерно высокую цифру. С другой стороны, для мужчины всегда неловко увлечь и обмануть женщину. Люди склонны думать, что такой мужчина поступает плохо.

Роджер всё держал в секрете. Ни словом, ни жестом он не выдал, что его чувства по отношению к Рут Барлоу изменились. Он оставался внимательным ко всем её желаниям, он водил её обедать в рестораны, они вместе ходили в театры, он посылал ей цветы, он был симпатичным и очаровательным. Они решили, что поженятся, как только найдут дом, который им подходит, потому что он снимал квартиру, а она жила в меблированных комнатах; и они принялись искать желанное место жительства. Агенты посылали Роджеру просмотровые ордера, и он с Рут осматривал многочисленные дома. Было очень трудно найти что-то полностью удовлетворительное. Роджер обратился к множеству агентов. Они посещали дом за домом. Они осматривали их тщательно от погреба до чердака. Порой дом был слишком велик, порой слишком мал; порой он был слишком далеко от центра, порой слишком близко; порой он был чересчур дорогим, а порой требовал слишком большого ремонта; порой он был слишком душным, а порой в нём слишком сквозило; порой в нём было темно, а порой промозгло. Роджер всегда находил недостаток, который делал дом неподходящим. Конечно, ему было трудно угодить: он не мог себе позволить пригласить его дорогую Рут жить нигде, кроме как в совершенном доме, и требовалось найти этот совершенный дом. Они осмотрели сотни домов, они вскарабкались на тысячи ступенек, они исследовали бесчисленные кухни. Рут была истощена и не один раз теряла самообладание.

"If you don't find a house soon," she said, "I shall have to recon­sider my position. Why, if you go on like this we shan't be married for years." - Если ты вскоре не найдёшь дома, - сказала она, - я изменю своё решение. Если ты продолжишь в том же духе, мы никогда не поженимся.

"Don't say that," he answered. "I beseech you to have patience. I've just received some entirely new lists from agents I've only just heard of. There must be at least sixty houses on them." - Не говори так, - отвечал он, - Я умоляю тебя потерпеть. Я только что получил несколько новых списков от агентов, о которых я недавно услышал. В них должно быть не меньше шестидесяти домов.

They set out on the chase again. They looked at more houses and more houses. For two years they looked at houses. Ruth grew silent and scornful: her pathetic, beautiful eyes acquired an expression that was almost sullen. There are limits to human endurance. Mrs. Bar­low had the patience of an angel, but at last she revolted.

Они вновь принялись охотится. Они осматривали всё больше и больше домов. В течение двух лет они осматривали дома. Рут стала молчаливой и насмешливой, её трогательные прекрасные глаза преисполнились почти зловещим выражением. У миссис Барлоу было терпение ангела, но наконец она взорвалась.

"Do you want to marry me or do you not?" she asked him.Ты хочешь на мне жениться или нет,спрашивала она его.

There was an unaccustomed hardness in her voice, but it did not affect the gentleness of his reply. В её голосе была необыкновенная твёрдость, но она ничуть не повлияла на мягкость его ответа.

"Of course I do. We'll be married the very moment we find a house. By the way I've just heard of something that might suit us." - Конечно, хочу. Мы поженимся, как только найдём дом. Кстати, я только что услышал о доме, который может нам подойти.

"I don't feel well enough to look at any more houses just yet."
- Я чувствую себя недостаточно хорошо, чтобы осматривать какие-то дома.

"Poor dear, I was afraid you were looking rather tired."Бедняжка, ты выглядишь усталой.

Ruth Barlow took to her bed. She would not see Roger and he had to content himself with calling at her lodgings to enquire and send­ing her flowers. He was as ever assiduous and gallant. Every day he wrote and told her that he had heard of another house for them to look at. A week passed and then he received the following letter: Рут Барлоу вернулась к себе. Она не могла видеть Роджера, и ему пришлось довольствоваться звонками в её жилище, чтобы навести справки, и посылкой ей цветов. Он был неутомим и галантен. Каждый день он писал ей и рассказывал, что слышал о том или другом доме, который им надо осмотреть. Прошла неделя и он получил следующее письмо:

Roger,

I do not think you really love me. I have found someone who is anxious to take care of me and I am going to be married to him today.

Ruth.

Роджер,

Я не уверена, что ты по-настоящему любишь меня. Я нашла того, кто жаждит заботиться обо мне и сегодня я выхожу за него замуж.

Рут.

He sent back his reply by special messenger:Он отправил ответ специальной очтой

Ruth,Рут,

Your news shatters me. 1 shall never get over the blow, but of course your happiness must be my first consideration. 1 send you herewith seven orders to view; they arrived by this morning's post and lam quite sure you will find among them a house that will exactly suit you.

Roger.

Твои новости потрясли меня. Я никогда не оправлюсь, но, конечно, твоё счастье должно быть моим главным побудительным мотивом. Прикладываю к сему семь ордеров; они пришли с утренней почтой и я совершенно уверен, что ты найдёшь среди них дом, который тебе подойдёт.
Роджер».

Наши рекомендации