Проблема метаязыка описания значения слова в коммуникативном акте

В качестве метаязыка описания значения слова в коммуникативном акте в нашей работе используется естественный язык (русский). Возможность использования для этих целей естественного языка обусловлена наличием у любого языка метаязыковой функции, под которой понимается «способность языка в полном объеме и непротиворечиво описывать самого себя» (Слюсарева, 1979, с. 140).

Искусственные метаязыки, несмотря на их непротиворечивость и внутреннее совершенство, предназначены обычно для специальных целей (Мартынов, 1974; 1977) и во многих случаях не могут адекватно описать семантику естественного языка; кроме того, такие языки требуют специального обучения и непонятны зачастую даже специалистам смежных областей.

Метаязык для описания значений слов должен удовлетворять двум основным условиям: быть понятным не только исследователю, во в другим лингвистам и, по возможности, нелингвистам (отсюда преимущество естественного языка), а также быть достаточно обобщенным, чтобы играть роль (инструмента в описании. Каждая единица метаязыка в таком случае «огрубляет», схематизирует семантическую реальность, но это не является недостатком метаязыка, а отражает его сущность.

Один из вариантов метаязыка семантического описания, основанный на использовании естественного языка, предложен А. Вежбицкой и заключается в постепенном сведении единиц метаязыка к возможно меньшему числу неопределяемых единиц.. По ее словам (1972, с. 2), теоретическая семантика «должна последовательно провести процесс редукции метаязыка, до тех пор пока не будут получены такие конституенты человеческих высказываний, которые просто не могут быть проанализированы дальше». Однако подобный метаязык имеет для семасиологии лишь теоретическую ценность, так как остается открытым вопрос о реальности выделенных компонентов (действительно ли они образуют все значения языка?), а практическое его применение приводит к очень громоздким описаниям, что фактически обусловливает невозможность его применения.

В основу практически применимого метаязыка могут быть положены компоненты толкований значений в толковых словарях, хотя использование этих единиц часто оказывается явно недостаточным: очень многие актуализируемые в речи компоненты значений относятся к разряду периферийных, а, следовательно, не отражены в словарях и для них нет готовые единиц метаязыка. Возможно также коммуникативное расщепление семы и актуализация ее части, что также не обеспечено готовыми единицами метаязыка. В связи с этим встает вопрос о совершенствовании метаязыка словарных дефиниций, о дополнении его совокупностью таких единиц, которые были бы в состоянии адекватно отражать семантические реальности функционирующего значения. Как справедливо отмечает Б.А. Плотников (1984, c. 212), «для адекватного познания семантики нужен такой метаязык, который бы обеспечил учет и стабильных, и переменных ее компонентов. ...Чтобы учесть многоликость и разнообразие функционирующей семантики, метаязык описания должен иметь логико-вероятностный характер, опираться на такие средства, с помощью которых можно было бы охватить и зафиксировать все виды семантических проявлений». Сказанное означает, что исследователю придется вводить новые единицы описания семантических компонентов, в первую очередь – периферийных. Осуществление этой задачи наталкивается на целый ряд теоретических и практических трудностей.

Практика семантического анализа показывает, что семантические компоненты в структуре семемы в большинстве своем не имеют единственного, раз и навсегда определенного метаязыкового описания. Принцип неединственности описания, в равной мере приложимый как к отдельному семантическому компоненту, так и к структуре значения в целом, является важнейшим принципом семантического анализа слова. Разные метаязыковые описания одного и того же семантического компонента могут раскрывать разные его стороны, характеризовать его с разных точек зрения, и все они при этом могут быть истинными, дополнительными друг к другу. Неединственность метаязыкового описания семантического компонента может быть обусловлена:

1) разными аспектами рассмотрения семантического компонента, выражающимися в подборе разных единиц метаязыка. Обобщенность метаязыка приводит к тому, что уровни обобщения, выбранные для одного и того же компонента разными субъектами, могут быть разными, что ведет к использованию разных единиц метаязыка. Ср., например, разные аспекты рассмотрения одного семантического компонента: узкий поток (жидкости) – в небольшом количестве текущая (жидкость) – в значении слона струйка; повышение урожая – улучшение урожая – в значении слова удобрение; недавно призванный (в армию) – недавно появившийся (в армии) – в значении слова новобранец и т.д. Мета-языковые варианты обозначения одной семы обеспечиваются в этом случае наличием в языке синонимов или возможностью построения близких по смыслу выражений. Выбор метаязыкового описания в этих случаях зависит только от субъективизма исследователя, например: вымышленное, придуманное, искусственное имя – в значении слова псевдоним;

2) отсутствием в естественном языке слов, которые могли бы рассматриваться как адекватные описания того или иного семантического компонента. Например, в русском языке есть слово высокопоставленность, которое может быть использовано как метаязыковое обозначение соответствующей семы – ср. значения слов профессор, генерал, министр и др., но нет слова низкопоставленность для обозначения семы с противоположным содержанием (ср. значения слов сторож, кухарка, маляр, грузчик и др.), что требует создания такой единицы как единицы языка, либо использования описательных оборотов типа «невысокое общественное положение», «рядовая должность» и т.д.;

3) разноименностью одного признака у разных предметов, т.е. наличием в языке слов, расчлененно обозначающих один и тот же признак у предметов разных типов, например: тонкий (предмет) – худой, тощий (человек), сила (у животных) – мощность (у машин, механизмов), рост (человека) – высота (предмета), маневренность (машины) – ловкость (животных и человека) и т.д.;

4) возможностью коммуникативной модификации семы, что приводит к несовпадению описания семы в рамках системного значения и в коммуникативном акте, например: сема «взрослая» в значении слова женщина может быть модифицирована «в сему «нестарая» в оппозиции слову старуха (женщины и старухи), а может быть модифицирована и в сему «нестарая» в оппозиции слову девушка (девушки и женщины) (см. ниже).

Неединственность описания структуры значения, кроме факторов, связанных с неединственностью описания отдельных сем, может быть обусловлена также нелимитируемостью значения, что ведет на практике к описанию фактически лишь отдельных его частей или сторон, причем описываемая часть значения оказывается в зависимости от описывающего субъекта (ср. различные толкования одного значения в разных словарях); возможным разным пониманием коммуникативной задачи говорящего различными реципиентами; действием в коммуникативном процессе нескольких семантических процессов одновременно, что создает неясность ак-туализованного значения; различием в индивидуальных языковых компетенциях воспринимающих речевой акт.

Как отмечает М.Н. Правдин, никакую словесную экспликацию «содержания» понятия или значения невозможно сделать единственной и обязательной для всех людей и для всех ситуаций, даже обосновав такую экспликацию самыми современными научными данными и подкрепив ее самыми очевидными доводами здравого рассудка. Такие экспликации по природе своей множественны и вследствие этого действительно релятивны и более или менее субъективны, и именно поэтому каждая из них в отдельности имеет «в научном отношении незначительную ценность» (Правдин, 1983а, с. 34; 1983б, с. 10). Аналогичная мысль высказывается в работах В.Г. Гака (1971а, с. 530), Л.С. Выготского (1982, с. 279). Таким образом, наличие другого варианта описания отдельного семантического признака или семемы не обязательно свидетельствует о неправильности первого: в большинстве случаев оно оказывается дополнительным описанием, рассматривающим с новой, иной стороны семантический компонент или значение слова.

Необходимо разграничивать близкие по содержанию семы и метаязыковые варианты описания одной и той же семы как явление семантики и явление метаязыка. Так, Л.М. Васильев указывает, что возможны различные толкования слова директорствовать – «быть директором», «выполнять функции директора», «работать директором», и эта возможность, по его мнению, обусловлена многоаспектиостью и диффуз-ностью значения этого слова (1981а, с. 7). Однако в данном случае мы имеем дело как раз с метаязыковыми вариантами описания одного и того же значения выражений: быть директором, являться директором, выполнять функции директора, работать директором, исполнять обязанности директора, действовать ,в качестве директора и т.д. отражают одну и ту же семантическую реальность – функцию директора, и любое из них может быть выбрано как метаязыковое описание этой реальности. Необходимо в таких случаях помнить, что мы всегда имеем дело лишь с одним из возможных вариантов описания семы и не гипертрофировать значение той или иной конкретной словесной фомулировки. Приведем еще примеры метаязыковых вариантов описаний отдельных компонентов значения: красивый, отличающийся красотой, характеризующийся, обладающий красотой; мощный, сильный; непроницаемость, непроходимость труднопреодолимость; активность функционирования, интенсивность деятельности; выступать (о солисте), работать (о токаре), функционировать (о вулкане); неманевренный, неповоротливый, неловкий; изделие, продукция, результат труда; скорость, быстрота; отрезок, кусок, часть, фрагмент и т.д.

Критерием разграничения близких сем и метаязыковых вариантов описания одного семантического компонента является тест на семантический признак: если сравниваемые варианты вписываются в один и тот же семантический признак, и при этом в широком смысле синонимичны между собой, то мы имеем дело с метаязыковыми вариантами описания сем, а если они попадают в разные семантические признаки, то это – разные семы. Например: нэпман – богатый, зажиточный, хорошо материально обеспеченный, высокий уровень материального благосостояния и т.д. – мета-языковые варианты одной семы, так как вписываются в один семантический признак «материальное благосостояние»; танк – военная, боевая, используемая в боевых действиях машина – семантический признак «основная функция». Разными семами будут являться такие, которые, несмотря на сходство, вписываются в разные семантические признаки: бетон – прочный – семантический признак «прочность», долговечный – семантический признак «длительность существования».

Сема как отдельный компонент значения в идеале требует обозначения отдельной единицей метаязыка, подобно тому, как фонетическая транскрипция описывает каждый звук особым знаком. На практике такой метаязык оказывается невозможным, так как количество сем неисчислимо из-за нелимитируемости лексического значения. Вследствие этого сколько-нибудь пригодного искусственного метаязыка для описания семантики слова не было создано, хотя попытки такого рода предпринимались (Апресян и др.). Использование в качестве метаязыка естественного языка показывает невозможность поставить в соответствие каждому семантическому компоненту отдельную единицу метаязыка, что связано опять-таки с тем, что количество сем значительно превышает количество слов в языке, которые могли бы эти семы обозначить. Отсутствие таких слов объясняется тем, что для использования какой-либо лексической единицы в качестве единицы метаязыка необходимо, чтобы ее значение (семема) совпало с той или иной семой в составе другой семемы. Другими словами, чтобы сема имела метаязыковое обозначение на естественном языке, она должна функционировать в языке не только как сема, т.е. как элемент в составе какого-либо значения, но и как значение самостоятельной единицы языка. Далеко не все семы имеют в языке одновременно статус семем, что и затрудняет использование слов естественното языка для их метаязыкового обозначения. В связи с этим семы, выявляемые в структуре семемы, подразделяются на два типа: имеющие в метаязыке специальные единицы для их обозначения (например, «тяжелый», «интенсивность», «красивый», «спинка», «средство», «комфортабельность», «вместилище», «дорогостоящий», «многочисленность», «предмет» и др.) и не имеющие в метаязыке специальных единиц и описываемые словосочетаниями («сложность конструкции», «угроза для жизни человека», «трудность для восприятия зрением», «несамостоятельность движения», «предназначенность для размельчения зерна» и др.).

Отметим, что как те, так и другие в большинстве случаев являются сложными, т.е. обладают структурой, состоят сами из других сем, содержат скрытые семы. При этом если в семах первого типа (семах – семемах) скрытые семы в буквальном смысле слова являются скрытыми и могут быть выделены через разложение на семантические компоненты единицы метаязыка, то в семах второго типа скрытые семы уже «автоматически» выделены метаязыковым описанием через словосочетание, открыты для наблюдения, хотя по своему статусу тоже должны рассматриваться как скрытые. Важной проблемой, связанной с использованием естественного языка в качестве метаязыка семантического описания, является необходимая степень детальности семантического описания слова. Необходимо различать две цели (и, соответственно, два уровня) описания значения на семантическом метаязыке – описание общего смысла словоупотребления и описание структуры актуализованного значения. В словарях значение тоже описывается на этих двух уровнях: на уровне общего смысла они толкуются через синонимы, а «а уровне структуры – через архисему и дифференциальные семы. Задачей теоретического семантического описания должно являться описание структуры значения; в практике же семантического исследования возможны оба уровня описания, в зависимости от поставленной конкретной цели. Например: Паук ты этакий! (о человеке, проявляющем жадность, хищном). Актуализоваяный объем значения можно передать, к примеру, словом «хищник» и смысл словоупотребления в целом будет понятен. На этом уровне описания можно остановиться, если требуется общее понимание смысла словоупотребления. Если же необходимо описать всю структуру актуализованного значения в данном коммуникативном акте, выявить конкретные актуализованные компоненты значения, то необходимо более конкретное описание путем перечисления актуализованных сем: «агрессивность», «жадность», «вызывающий отвращение», «представляющий угрозу человеку» и т.д.

Во многих случаях описание актуализованного значения затруднено тем, что семантические компоненты могут быть недостаточно четко актуализованы, что создает размытость, нечеткость актуального смысла слова. В таких случаях описание структуры значения осуществить бывает гораздо труднее, чем передать Общий смысл словоупотребления, например: самоцветы души – «красота», словесные побрякушки – «не представляющие ценности» и др.

Для семантического анализа большое значение имеет разграничение сем и сочетаний (групп) сем в составе значения. Данная проблема возникает как следствие того, что некоторые семы описываются не отдельными единицами метаязыка, а сочетанием слов. Следует ли, например, в значении слова барометр считать семантическую реальность, описываемую в метаязыке сочетанием «предсказание погоды», одной семой, обозначаемой словосочетанием, или сочетанием двух сем – «предсказание» и «погода»? С другой стороны, следует ли в словах школа, самолет, лавка считать архисемой «учебное заведение», «летательный аппарат», «широкая доска» или «заведение», «аппарат», «доска»?

Архисемы и дифференциальные семы описываются в метаязыке по-разному. Архисемы могут описываться как отдельными единицами метаязыка (универбами) – предмет, механизм, растение, устройство, сооружение, лицо, животное и т.д., так и сочетаниями слов, наиболее распространенные из которых, как правило, носят устойчивый характер и являются фактически аналитическими словами – учебное заведение, летательный аппарат, общественная организация, воинское соединение, средство транспорта и т.д. Устойчивость сочетания в таком случае показывает, что обозначаемый им компонент значения является отдельной семантической реальностью – т.е. семой. В приведенных выше примерах лишь «широкая доска» является сочетанием сем, так как это сочетание неустойчиво. Архисемы, как показывают наблюдения, имеют тенденцию к получению постоянных метаязы-ковых обозначений, видимо, потому, что они связаны с категоризацией опыта, которая требует обязательной вербализации, а устойчивые метаязыковые обозначения категорий опыта облегчают такую категоризацию в практике человека. Неустойчивость метаязыкового словосочетания с большой вероятностью свидетельствует о том, что мы имеем дело с сочетанием сем.

Разграничение дифференциальных сем и сочетаний сем представляет большую трудность. Основным диагностическим признаком отдельной дифференциальной семы является то, что она как единое целое предицируется в структуре семемы другой семе (архисеме или дифференциальной семе; см. Bierwisch, 1971, с. 411) и в рамках одного и того же семантического признака может быть противопоставлена другой семе. Это означает, что в таком случае может быть подобрано слово (не обязательно в рамках узкой тематической группы) с антонимической или просто другой семой в рамках этого же семантического признака. Так, «предсказание погоды» (барометр) предицируется архисеме «прибор», находясь в рамках семантического признака «основное назначение, функция», и в рамках этого семантического признака данная семантическая значимость может быть противопоставлена таким компонентам, как «измерение температуры» (термометр), «измерение расстояния» (линейка, сантиметр) и др. Следовательно, «предсказание погоды» – отдельная сема в структуре значения, выраженная сочетанием единиц метаязыка, а не сочетание самостоятельных сем.

Семантические признаки могут быть более или менее обобщенными. Задачей исследователя при описании семантических признаков является их максимальная конкретизация, допускаемая метаязыком. В ряде случаев возможны варианты описания семантических признаков – они иногда могут быть описаны и как открытые, и как закрытые. Например, семантический признак «оказываемое на человека влияние» может быть описай как конкретизируемый семиыми конкре-тизаторами «благоприятное», «неблагоприятное», а они, в свою очередь, будут выступать как семантические .признаки для таких семных 'конкретизаторов, 'как «на организм человека», «на психику человека», «на деятельность человека», «на жизнь человека» и др. Однако более эффективным способом описания будет не .подобный, иерархический, а линейный: «влияние на организм человека» – благоприятное, неблагоприятное; «влияние на деятельность человека» – благоприятное, неблагоприятное и т.д. Описание семантического признака как закрытого, если оно возможно, предпочтительнее как вариант описания, ибо позволяет достичь большей конкретности и четкости.

С проблемой метаязыка описания значения слова в коммуникативном акте связана и проблема соотношения семантического описания слова со смыслом высказывания, в которое слово входит. Описание семантики слова в коммуникативном акте должно удовлетворять семантике высказывания, т.е. вписываться в значение высказывания. Например:

– Если жулики полезут, – оказала она, – у нас мужчина есть в доме. Екатерина Серапионовна страшно боялась жуликов (И. Велембовская. Мариша Огонькова). Смысл слова мужчина в данном контексте – «человек, способный защитить». Описание этого смысла должно вписаться в структуру фразы без изменения значения этой фразы: Если жулики полезут, у нас есть человек, способный защитить.

Однако часто наблюдаются случаи, когда метаязыковое описание семантики слова в коммуникативном акте не вписывается в семантику высказывания на формально-синтаксическом уровне. Например:

Ты – чемпион эгоизма (Л. Беляева. Роман с чемпионом). Актуализируется компонент «высший уровень», но такое описание не может быть вписано в высказывание, невозможно: Ты – высший уровень эгоизма.

Без ноги легко инвалидом духа стать (Коме, правда, 1977, 5 нояб.). Актуализируется компонент «ущербность», но невозможно: ...легко ущербностью духа стать.

Двор был затоплен лунным половодьем (Ю. Мушкетик. Позиция). Актуализован семантический компонент «обилие», но невозможно: Двор затоплен лунным обилием.

Такие случаи, однако, не свидетельствуют об ошибочности коммуникативного описания значения на метаязыке, так как интерпретация смысла высказывания происходит не на уровне актуализованных значений слов, а на уровне смысла, где формально-синтаксическая сочетаемость слов нерелевантна, а смыслы слов сочетаются минуя частеречные, морфологические, синтаксические характеристики. На уровне синтеза смысла, осуществляемого в смысловом коде (Горелов, 1980; Жинкин, 1958, с, 364-365; Смысловое восприятие, 1976), происходит семантическое согласование единиц.

При использовании естественного языка в качестве метаязыка семантического описания осложняющим фактором является многозначность слов естественного языка, что приводит к необходимости интерпретации уже самих единиц метаязыка. В связи с этим при описании значения на естественном языке предпочтение должно отдаваться однозначным единицам, однако это далеко не всегда осуществимо, так как большинство единиц языка мнотозначно. В таком случае необходимо использовать слова в основных, прямых значениях.

Наши рекомендации