Проявление истинного и ложного патриотизма в романе «Война и мир» Л. Толстого

На страницах романа «Война и мир» Л. Н. Толстой показывает патриотизм народных масс, противопос­тавляя ему полное равнодушие к судьбе своей страны и народа представителей высшего света. Война не из­менила роскошной и спокойной жизни столичного дворянства, которая шла по-старому, была насыщена сложной борьбой различных партий, заглушаемой, «как всегда, трубением придворных трутней». «...И из-за хода этой жизни надо было делать большие уси­лия, чтобы сознавать опасность и то трудное положе­ние, в котором находился русский народ».

Толстой разоблачает крикливый патриотизм «растопчинских афишек», написанных псевдонародным языком, лжепатриотизм петербургских салонов, по­сетители которых, воспитанные на французской культуре и утерявшие свой национальный облик, в связи с войной срочно решили не ездить во француз­ский театр, отказаться от французской кухни и пе­рейти на русские щи.

Светское общество было далеко от осмысления уг­розы, нависшей над Россией, оно продолжало жить собственными мелкими интересами: все та же борьба за власть и деньги, все те же интриги и легкий флирт.

Писатель создает яркую картину заседания в Сло­бодском дворце, где «подслеповатые, беззубые, пле­шивые» старики-дворяне, далекие от политической жизни, оторванные от народа, по-настоящему не осве­домленные о состоянии дел, были призваны спасать отечество. Ораторы же из молодых дворян упивались собственным красноречием. Все это очень не похоже на подлинный политический порыв.

Но были среди дворян и настоящие патриоты, та­кие как старик Болконский, энергично собирающий ополчение для борьбы с французами. Его разбивает паралич. Умирающий, он рыдает, оплакивая поги­бель России.

Основная мысль Толстого заключается в том, что близость к народу обогащает, наполняет содержани­ем духовную жизнь. В то время как отдаленность дво­рянского сословия от народных масс свидетельствует о скудности души его представителей, об отсутствии моральных принципов. Чаще всего это лживые и на­сквозь фальшивые придворные типа князя Василия или карьеристы вроде Бориса Друбецкого, желающе­го «устроить себе наилучшее положение, в особенно­сти положение адъютанта при важном лице, казав­шееся ему особенно заманчивым в армии», или особо неприятные персоны лифляндских немцев наподобие Берга, который в минуту всеобщего горя не упускает возможности поживиться и занят покупкой шифонь­ерки и туалета «с аглицким секретом».

Истинных патриотов, близких к народу, мы видим в лице Пьера, князя Андрея, Наташи. «Народная вой­на» 1812 года несла в себе огромную силу, способст­вующую очищению и нравственному перерождению любимых героев Толстого, благодаря чему они расста­лись с сословными предрассудками, стали человечнее и благороднее. Князь Андрей, оставив свою гордыню, сблизился с простыми солдатами, понял, что главное предназначение человека состоит в служении родине, народу. Смерть обрывает его духовные искания, но сын Николенька продолжает благое дело своего отца. Нравственное обновление Пьера тоже происходит че­рез сближение с солдатами. Показывая эволюцию этого героя, Толстой описал его увлечение европей­ской политикой, масонством, благотворительностью, философией. Но ничто не дало ему такого морального удовлетворения, как обретенная через общение с про­стым народом истина, что цель жизни — в самой жиз­ни: «Пока есть жизнь, есть и счастье».

Многих героев романа война приблизила к основам общенационального единства, приобщила к мыслям и чувствам общегосударственного масштаба, благода­ря чему они открыли в своей душе новый мир, обрели свежие, облагораживающие силы.

Примечательна в этом отношении сцена отъезда Ростовых из Москвы, прекрасна Наташа, в патриоти­ческом порыве принявшая решение вывезти раненых на семейных подводах, оставив на поругание врага до­машнее имущество.

Говоря об истинном и ложном патриотизме, нельзя не отметить разоблачение писателем «русского пат­риотизма» немцев. Это, как уже было сказано, и низкое поведение Берга, и презрительные слова Наташи, произнесенные в ответ на распоряжение матери не разгружать подвод для раненых: «...По-моему, это та­кая гадость, такая мерзость, такая... я не знаю. Разве мы немцы какие-нибудь?..» И в других эпизодах при­сутствует обличение тупого солдафонства немцев, со­стоящих на русской службе, отмечается их презри­тельное и высокомерное отношение к людям, стране, в которой они живут. И в этом не только отражение го­рячих патриотических чувств Толстого, но и страст­ная борьба за основы русской национальной культу­ры, ее традиций, переживания за влияние на нее ино­странных веяний, ослабляющих сознательность определенных слоев общества, несущих в себе разру­шительную силу. Ведь только знание своих истоков, истории культуры страны и ее народа делает человека истинным патриотом своей родины.



Наши рекомендации