Основное противоречие жизни и его разрешение 4 страница. В науке бывают такие же обманы, как и в вере, и зачинаются они с того же самого -- с желания оправдать свои слабости

В науке бывают такие же обманы, как и в вере, и зачинаются они с того же самого -- с желания оправдать свои слабости, и поэтому научные обманы так же вредны, как и религиозные. Люди заблуждаются, живут дурно. По-настоящему, следует людям, поняв, что они живут дурно, постараться переменить жизнь и начать жить лучше. И тут-то являются разные науки: государственная, финансовая, церковная, уголовная, полицейская, является наука политическая экономия, история и самая модная -- социология, о том, по каким законам живут и должны жить люди, и оказывается, что дурная жизнь людей не от них, а от того, что таковы законы, и что дело людей не в том, чтобы перестать жить дурно и изменять свою жизнь от худшего к лучшему, а только в том, чтобы, живя по-прежнему, по своим слабостям думать, что все худое происходит не от них самих, а от тех законов, какие нашли и высказали ученые. Обман этот так неразумен и так противен совести, что люди никогда бы и не приняли его, если бы он не потакал их дурной жизни2.

Жизнь всех людей нашего времени такова, что девятьсот девяносто девять тысячных всего народа постоянно заняты физическим трудом и не имеют ни времени, ни возможности заниматься науками и искусствами. Одна же тысячная этого народа, живущая, освободивши себя от физического труда, составила соответствующие своим требованиям науку и искусство. Спрашивается: каковы по своему качеству должны быть наука и искусство, возникшие при таких условиях? 3. Наука сделалась раздавательницей дипломов на право пользования чужими трудами 4. Между тем, нет двух вещей, более несогласных, чем знание и выгода, наука и деньги. Если для того, чтобы стать более ученым, нужны деньги, если ученость покупается и продается за деньги, то и покупатель, и продавец ошибаются. Христос выгнал продавцов из храма. Так же должны быть выгнаны продавцы из храма науки5.

Главное зло ложной науки в том, что, не будучи в состоянии изучить все, и не зная, без помощи религии, что должно изучать, она изучает только приятное для самих людей науки, живущих неправильной жизнью. Приятнее же всего для людей науки существующий, выгодный для них порядок и удовлетворение праздной любознательности, не требующее больших умственных усилий 6. Персидский мудрец говорит: "Когда я был молод, я сказал себе: хочу познать всю науку. И я узнал почти

1 Там же, с. 283 -- 285.

4 Там же, с. 286.

2 Там же, с. 285--286.

5 Там же, с. 287.

3 Там же, с. 297.

6 Там же, с. 289.

все, что знали люди, но когда я стал стар и взглянул на все то, что я узнал, то я увидал, что жизнь моя прошла, и я ничего не знаю"1. Важно не количество знаний, а качество их. Можно знать очень многое, не зная самого нужного 2.

Все различия наших положений в мире ничто в сравнении с властью человека над самим собою. Если человек упал в море, то совершенно все равно, откуда он упал в море и какое это море. Важно только то, умеет ли этот человек плавать или нет.

Сила не во внешних условиях, а в умении владеть собой3.

Грехи, соблазны и суеверия, препятствуя соединению души человека с Богом и душами других существ, лишают человека свойственного ему блага, и потому для того, чтобы пользоваться этим благом, человек должен бороться с грехами, соблазнами и суевериями. Для борьбы этой человек должен делать усилия. И усилия эти всегда во власти человека, во-первых, потому, что совершаются они только в настоящее мгновение, т. е. в той безвременной точке, в которой прошедшее соединяется с будущим. В каждое же мгновение настоящего человек свободен; во-вторых, усилия эти во власти человека еще и потому, что они заключаются не в совершении каких-либо могущих быть неисполнимыми поступков, а только в воздержании, всегда возможном для человека: усилии воздержания от поступков, противных сознанию человеком в себе божественного начала и любви ко всему живому; усилии воздержания от слов, противных сознанию человеком в себе божественного начала и любви ко всему живому, и усилии воздержания от мыслей, противных сознанию человеком в себе божественного начала и любви ко всему живому 4.

Мы часто говорим и думаем, что я не могу делать всего, что должно, в том положении, в котором нахожусь теперь. Как это несправедливо! Та внутренняя работа, в которой и заключается жизнь, всегда возможна. Ты в тюрьме, ты болен, ты лишен возможности какой бы то ни было внешней деятельности, тебя оскорбляют, мучают,-- но внутренняя жизнь твоя в твоей власти: ты можешь в мыслях упрекать, осуждать, завидовать, ненавидеть людей и можешь в мыслях же подавлять эти чувства и заменять их добрыми. Так что всякая минута твоей жизни твоя, и никто не может отнять ее у тебя5.

Главное усилие, которое должен сделать над собою человек для доброй жизни, это -- то, чтобы не делать того, чего не должно6. Все люди нашего времени знают, что жизнь наша дурная, и не только осуждают устройство нашей жизни, но и делают дела, которые, по их мнению, должны улучшить жизнь.

1 Там же, с. 290.

4 Там же, с. 15-16.

2 Там же, с. 291.

5 Там же, с. 329.

3 Там же, с. 342.

6 Там же, с. 335.

Но жизнь от этого не улучшается, а становится все хуже и хуже. Отчего это? А оттого, что люди делают самые хитрые и трудные дела для улучшения жизни, а не делают самого простого и легкого: не воздерживаются от участия в тех делах, которые делают нашу жизнь дурною1.Только посмотреть на жизнь, ведомую людьми в нашем мире, посмотреть на Чикаго, Париж, Лондон, все города, все заводы, железные дороги, машины, войска, пушки, крепости, храмы, книгопечатни, музеи, 30-этажные дома и т. п., и задать себе вопрос, что надо сделать прежде всего для того, чтобы люди могли жить хорошо? Ответить можно наверное одно: прежде всего перестать делать все то лишнее, что теперь делают люди. А лишнее в нашем европейском мире, это -- 0,99 всей деятельности людей2. Надо не столько стараться делать добро, сколько стараться быть добрым; не столько стараться светить, сколько стараться быть чистым. Душа человека живет как будто в стеклянном сосуде, и сосуд этот человек может загрязнить и может держать чистым. Насколько чисто стекло сосуда, настолько светит через него свет истины,-- светит и для самого человека, и для других. И потому главное дело человека -- внутреннее, в содержании в чистоте своего сосуда. Только не загрязняй себя, и тебе будет светло, будешь светить и людям3.

Для того, чтобы не делать злых дел, мало того, чтобы удерживаться от самых дел, надо научиться удерживаться от злых разговоров, а главное -- удерживаться от злых мыслей. Как только вспомнил, что разговор недобрый -- осмеиваешь, осуждаешь, бранишь другого,-- остановись, замолчи и не слушай. То же делай и тогда, когда придут недобрые мысли: думаешь худое о ближнем,-- все равно, стоит или не стоит таких суждений этот ближний,-- остановись и старайся думать о другом. Только если научишься воздерживаться от злых мыслей, будешь в силах воздерживаться и от злых дел4.

Мы возмущаемся на телесные преступления: объелся, подрался, прелюбодействовал, убил,-- а легко смотрим на преступления слова: осудил, оскорбил, передал, напечатал, написал вредные, развращающие слова, а между тем последствия преступлений слова гораздо более тяжелы и значительны, чем преступления тела. Мы знаем, что с заряженными ружьями надо обращаться осторожно, а не хотим знать того, что так же осторожно надо обращаться и со словом. Слово может не только убить, но и сделать зло хуже смерти5. Слово -- выражение мысли и может служить соединению и разделению людей; поэтому нужно с осторожностью обращаться с ним6. Надо -- или молчать, или говорить вещи, которые лучше молчания 7.

1 Там же, с. 335-336.

4 Там же, с. 340-341.

7 Там же, с. 355

2 Там же, с. 344

5 Там же, с. 353.

3 Там же, с. 343.

5 Там же, с. 346.

Хотя и не мысль открыла нам то, что надо любить,-- мысль не могла открыть нам этого,-- но мысль важна тем, что она показывает нам то, что мешает любви. Вот это-то усилие мысли против того, что мешает любви, это-то усилие мысли важнее, нужнее и дороже всего1. Как жизнь и судьба отдельного человека определяются тем, на что мы менее обращаем внимания, чем на поступки,-- его мыслями, так и жизнь обществ, людей и народов определяется не событиями, совершающимися среди Этих обществ и народов, а теми мыслями, которые соединяют большинство людей этих обществ и народов2. Все великие перемены в жизни одного человека, а также и всего человечества, начинаются и совершаются в мысли. Для того, чтобы могла произойти перемена чувств и поступков, должна произойти прежде всего перемена мысли3.

Плоды рождаются из семени. Так же дела рождаются из мыслей. Как из дурных семян рождаются дурные плоды, так из дурных мыслей рождаются дурные дела. Как земледелец отбирает хорошие, настоящие семена от семян сорных трав и из настоящих семян отбирает лучшие и бережет и перебирает их, так и разумный человек поступает с своими мыслями: он отгоняет пустые, дурные, удерживает лучшие и бережет и перебирает их. Если не будешь отгонять дурные мысли и не будешь беречь добрые, не миновать дурных поступков. Только от добрых мыслей добрые дела. Дорожи добрыми мыслями, ищи их в книгах мудрых-людей, в разумных речах, и, главное, в самом себе4.

Ко всем грехам приводит человека потворство похотям тела, и потому для борьбы с грехами человеку, нужны усилия воздержания от поступков, слов и мыслей, потворствующих похотям тела, т. е. усилия отречения от тела. Ко всем соблазнам приводит человека ложное представление о превосходстве одних людей над другими, и потому для борьбы с соблазнами человеку нужны усилия воздержания от возвышающих себя над другими людьми поступков, слов и мыслей, т. е. усилия смирения. Ко всем суевериям приводит человека допущение лжи, и потому для борьбы с суевериями человеку нужны усилия воздержания себя от противных истине поступков, слов, мыслей, т. е. усилия правдивости 5.

Все телесные грехи: блуд, роскошь, тунеядство, корыстолюбие, недоброжелательство, все -- только от признания своим "я" своего тела, от подчинения своей души телу. Избавление от грехов -- только в признании своим "я" своей души, в подчинении душе своего тела6. "Потому любит Меня Отец, что

1 Там же, с. 359--360.

4 Там же, с. 366.

2 Там же, с. 364.

5 Там же, с. 16.

3 Там же, с. 362.

6 Там же, с. 376.

Я отдаю жизнь Мою, чтобы опять принять ее. Никто не отнимает ее у Меня, но Я Сам отдаю ее; имею власть отдать ее и власть имею опять принять ее. Сию заповедь получил Я от Отца Моего" (Иоан. X , 17--18). Самоотречение не есть отречений от себя, а только перенесение своего "я" из животного существа в духовное. Отрекаться от себя не значит отрекаться от жизни. Напротив, отрекаться от жизни плотской значит усиливать свою истинную духовную жизнь1. Чем больше отрекается человек от своего телесного "я", тем больше раскрывается в нем Бог. Тело скрывает Бога в человеке2. Только умирая для себя в теле, мы воскресаем в Боге3. Мне противна моя жизнь; я чувствую, что весь в грехах,-- только вылезу из одного, попадаю в другой. Как мне хоть сколько-нибудь исправить свою жизнь? Одно есть самое действительное средство: признать свою жизнь в духе, а не в теле, не участвовать в гадких делах телесной жизни. Только пожелай всей душой этого, и ты увидишь, как сейчас же сама собой станет исправляться твоя жизнь. Она была дурная только оттого, что ты своей духовной жизнью служил телесной жизни. Без жертвы нет жизни. Вся жизнь -- это,-- хочешь ли ты или не хочешь этого,-- жертва телесного духовному4.

Высшее благо человека в этом мире есть единение с себе подобными. Гордые люди, выделяя себя от других, лишают сами себя этого блага. Смиренный же человек уничтожает в самом себе все препятствия для достижения этого блага. И потому смирение есть необходимое условие истинного блага5.

Нет ни одного человеческого преимущества -- силы, красоты, богатства, звания, учености, просвещения, даже доброты, которые при отсутствии смирения не уничтожались бы и не превращались бы из преимуществ и хороших качеств в отталкивающие свойства. Нет ничего противнее человека, кичащегося своим богатством, званием, умом, просвещением, ученостью, -добротой. Люди желают быть любимыми людьми, знают, что гордость отталкивает людей, и все-таки не могут быть смиренны. Отчего это? Оттого, что смирение не может быть усвоено отдельно. Смирение есть последствие перенесения человеком своих желаний из области вещественной в область духовную6. Мы часто гордимся тем, что "мы сделали", а забываем то, что в каждом из нас живет Бог, что делая хорошее, мы только орудия, посредством которых делается Им Его дело. Бог мною делает то, что Ему нужно, а я горжусь. Все равно, как если бы камень, загораживающий проток ключа, гордился тем, что из него течет вода и что воду эту пьют люди и звери. Но, скажут, камень может гордиться тем, что он чист, не портит воду. И то неправда. Если он чист, то только потому, что та же вода обмыла и обмывает его. Ничего нашего нет, все Божие. Только

1Там же, с. 377. 4 Там же, с. 393.

2 Там же, с. 382.

5 Там же, с. 397.

3 Там же, с. 383.

6 Там же, с. 408.

тогда работник будет хорошо исполнять свое дело, когда он поймет свое положение. Только тогда человек понимает учение Христа, когда он ясно понимает то, что жизнь его -- не его, а Того, Кто дал ее, и что цель жизни не в человеке, а в воле Того, Кто дает жизнь, и что поэтому человек может помешать проявлению в себе силы Божией, но сам собою не может сделать ничего хорошего1. Прекрасны слова молитвы: "Приди и вселися в ны". В этих словах все. Человек имеет все, что ему нужно, если Бог вселится в него. Для того же, чтобы Бог вселился в человека, делать нужно только одно: умалить себя, чтобы дать место Богу. Как только человек умалит себя, Бог тотчас же вселится в него. И потому для того, чтобы иметь все, что ему нужно, человеку надо прежде всего смириться2.-- Ты такая-то бесконечно малая частица чего-то, и ты был бы ничто, если бы у тебя не было определенного призвания -- дела. Это только дает смысл и значение твоей жизни. Дело же твое в том, чтобы использовать данные тебе, как и всему существующему, орудия: истратить на исполнение предписанного свое тело. И потому все дела равны, и ты не можешь сделать ничего больше того, что тебе задано. Ты можешь быть только супротивником Бога или исполнителем Его дела. Так что ничего важного, великого человек не может себе приписать. Только стоит приписать себе какое-нибудь великое, исключительное дело, и нет конца разочарованиям борьбы, зависти, всяким страданиям; только приписал себе значение больше растения, приносящего плоды, и ты погиб. Спокойствие, свобода, радость жизни, бесстрашие смерти даются только тому, кто признает себя в этой жизни ничем иным, как только работником Хозяина 2.

Суеверия мешают доброй жизни. Освобождает от суеверий только правдивость -- не только перед людьми, но и перед ca мим собой4. Вера в то, что то, что нам выгодно и приятно, истинно само в себе, есть естественное свойство как детей, так и человечества в его детском возрасте. Чем дольше живут и человек и человечество, чем больше уясняется и утверждается их разум, тем все больше человек и человечество освобождаются от такого ложного представления о том, что истинно все то, что выгодно человеку. И потому как всякому человеку, так и всему человечеству, необходимо, по мере движения их в жизни, усилиями своего разума и всей мудростью прежде живших людей проверять принятые на веру положения о том, что истинно 5. Хотя бы весь мир признавал учение истинным и как бы древне оно ни было, человек должен проверять его разумом и смело откидывать, если оно не сходится с требованиями разума 6. Разум есть величайшая святыня в мире, а потому и величайший грех злоупотреблять разумом, употреблять его на

1 Там же, с. 398-399.

4 Там же, с. 411.

2 Там же, с. 403.

5 Там же, с. 413.

3 Там же, с. 401-402.

6 Там же, с. 411.

то, чтобы скрывать или извращать истину1. Если наша жизнь не согласна с правдой, то все-таки лучше признать правду, чем скрывать ее: жизнь свою мы можем изменить по правде; правду же мы ничем изменить не можем, она останется, какой была, и не перестанет обличать нас2. Исправление существующего зла жизни не может начаться ни с чего другого, как только с обличения религиозной лжи и установления религиозной истины в себе каждым отдельным человеком3. "Познаете истину, и истина сделает вас свободными" (Иоан. VIII , 32).

Есть еще одно могущественное средство для борьбы с грехами. Оно заключается в том, чтобы больше и больше, яснее и яснее узнавать себя, понимать и помнить о своем положении в мире и при совершении каждого поступка оценивать его, для того, чтобы не впасть в грех. Средство это есть молитва. Для людей прежнего времени молитва была, и теперь остается для большинства людей, обращением при известных условиях: в известных местах, при известных действиях и словах -- к Богу или богам для умилостивления их. Христианское учение не знает таких молитв, но учит тому, что молитва необходима не как средство избавления от мирских бедствий и приобретений мирских благ, а как средство укрепления человека в борьбе с грехами 4. Просительная молитва не имеет смысла. О внешних событиях: о том, чтобы пошел дождь, или был жив любимый мною человек, или я был здоров и не умер,-- нельзя молиться потому, что эти события происходят по законам, установленным Богом раз навсегда. О внутреннем же своем совершенствовании нельзя молиться потому, что нам дано все то, что нужно для нашего совершенствования, и прибавлять к этому ничего не нужно и нельзя 5. Действительны могут быть только мои усилия исполнять учение Христа6. В Евангелии указано, как должно молиться и в чем должна состоять молитва.

"И если хочешь молиться, то не делай как обманщики молятся. Обманщики любят молиться в церквах, на виду у людей. Они делают это для людей и от людей и получают за это то, чего желают (Мф., VI , 5). А если хочешь молиться, зайди туда, где бы тебя не видал никто, и молись Отцу своему духу, и Отец увидит то, чего ты желаешь в душе, и даст тебе то, чего ты пожелаешь в духе (Мф., VI , 6). Когда молишься, то не болтай языком, как притворщики (Мф., VI , 7). Отец твой знает, что тебе нужно, прежде чем ты откроешь уста (Мф., VI , 8).

Молись только так:

1 Там же, с. 417.

2 Там же, с. 414.

3 Там же, с. 420.

4 "Христианское учение", с. 77.

5 "О разуме, вере и молитве", с. 12.

6 "В чем моя вера", с. 13

Отец наш, безначальный и бесконечный как небо! Пусть будет свято только Твое существо. Пусть будет власть только Твоя, так чтобы воля Твоя совершалась безначально и бесконечно на земле. Дай мне пищу жизни в настоящем. Ошибки мои прежние загладь и сотри так же, как и я заглаживаю и стираю все ошибки братьев моих, чтобы я не попал в соблазн и избавился от зла. Потому что Твоя власть и сила и Твое решение (Мф., VI , 9-13)1.

В каждом человеке есть искра Божия, дух Божий, каждый человек есть сын Божий. Молитва состоит в том, чтобы, отре- -шившись от всего мирского, от всего, что развлекает мои чувства, вызвать в себе божеское начало. И такая молитва бывает не праздное умиление и возбуждение, которые производят молитвы общественные с их пением, картинами, освещениями и проповедями, а всегда помогает жизни, изменяя и направляя ее2.

Молитва есть поверка по высшим требованиям души своих прошедших и настоящих поступков3. И потому молитва христианская бывает двоякая: та, которая уясняет человеку его положение в мире,-- молитва временная, и другая -- та, которая сопутствует каждому его поступку, представляя его на суд Богу, проверяя его -- молитва ежечасная. Молитва временная-- это такая молитва, которою человек в лучшие свои минуты, отвлекаясь от всего житейского, вызывает в себе наиболее ясное сознание Бога и своего отношения к нему. Такою молитвою может быть выражение своими словами своего отношения к Богу; но такою же молитвою было и всегда будет для всех людей повторение выражений и мыслей прежде нас живших людей, высказавших свое отношение к Богу, и единение душой с этими людьми и с Богом. Так Христос молился, повторяя слова псалма, и мы истинно молимся, повторяя слова Христа, и не только Христа,-- Сократа, Будды, Лаотзе, Паскаля и др., если мы переживаем то духовное состояние, которое переживали эти люди и выразили в своих дошедших, до нас выражениях. И потому истинная временная молитва будет не та, , которая будет совершаться в определенные часы и дни, а только та, которая совершается в минуты высшего душевного настроения, такие минуты, которые находят на каждого человека, которые иногда вызываются страданиями или близостью смерти, иногда же приходят без всякого внешнего повода и которыми человек должен дорожить как высшей драгоценностью и пользоваться ими для все большего и большего уяснения своего сознания, потому что только в эти минуты совершается наше движение вперед и приближение к Богу.

1 "Краткое изложение Евангелия", с. 52.

2 "О разуме, вере и молитве", с. 12--13.

3 Там же, с. 13.

Молитва ежечасная состоит в том, что она напоминает человеку во все минуты его жизни, при всех поступках его, в чем его жизнь и благо, и потому в тех делах жизни, в которых человек еще властен победить животную природу духовным сознанием, содействует ему в этом. При борьбе с грехом, с первых же попыток преодолеть его, человек чувствует свое бессилие: грех влечет к себе всей сладостью своей привычки; противопоставить же греху человек ничего не может, кроме сознания того, что грешить нехорошо, и человек, зная, что то, что он делает, дурно, продолжает делать это дурное. Выход из этого положения один. Некоторые религиозные учители видят его в вере в то, что существует особенная сила, называемая "благодатью", поддерживающая человека в его борьбе с грехом, которая приобретается через известные действия, называемые "таинствами". Другие учители выход из этого положения видят в вере в искупление, совершившееся смертью за людей Христа Бога. Третьи видят этот выход в молитве к Богу о подкреплении сил человека в борьбе его с грехом. Но ни то, ни другое, ни третье средство не облегчают человеку борьбу его с грехом. Не во власти человека избавиться от греха, набиравшего привычку в продолжение многих годов, но совершенно во власти человека не делать поступки, которые вовлекают во грех, уменьшать привлекательность греха, поставить себя в невозможность сделать грех, отсекать руку и глаз, которые соблазняют его. И делать это каждый день и каждую минуту, и чтобы быть в состоянии делать это, нужна ежечасная молитва \

1 "Христианское учение", с. 77--80.

ГЛАВА V

Наши рекомендации