Quot;Просто подумай об этом, пожалуйста. Я очень сильно тебя люблю. Я хочу, чтобы ты осталась в моей жизни навсегда. Я хочу каждый день просыпаться с тобой". 1 страница

...

– Не уезжай, – шепчет Джейк, держа моё лицо в своих руках.

– Я должна. Я должна делать свою работу в журнале, а ты свой промо–тур... и уверена, тебе нужно посетить офис своего Лейбла для проверки... Детка, это всего лишь неделя, а затем мы снова будем вместе, – добавляю я, глядя в его печальные глаза.

– Это сто шестьдесят восемь часов без тебя, – вздыхает Джейк.

– Ты посчитал это только что в уме?

Он кивает.

– Классные штаны.

– Не меняй тему.

Я подцепляю пальцем край его футболки.

– Это не так долго, а потом мы снова будем вместе.

Я не имею это в виду. Такое чувство, будто это вечность, особенно учитывая то, как он всё подсчитал.

Мы провели друг с другом много времени, и я не хочу, чтобы Джейк устал от меня. Расстояние заставит его скучать, хотеть меня еще больше.

Или сделает одиноким, и он пойдёт искать уют в другом месте.

Я моментально избавляюсь от этой мысли и моего глупого нерационального мышления. Время порознь для нас не будет лишним.

Джейк смотрит мне в глаза, его синева ласкает мне душу, и я чувствую, как сдаюсь под его напором.

Нет. Будь сильной, Тру. Это только на неделю.

Нет, это сто шестьдесят восемь часов...

– Я буду скучать, детка, – говорю я через силу, – Очень сильно, но мы оба должны работать, – я поднимаюсь на цыпочки и целую его в губы.

– Переезжай ко мне.

Что?!

– Что? – я отодвигаюсь от его лица и опускаюсь на неустойчивые каблуки, наблюдая за выражением его лица.

– Я прожил долгое время своей жизни без тебя, Тру, и больше такого не хочу. Переезжай жить ко мне в Лос–Анджелес. Приезжай ко мне.

Я провожу пальцем по экрану, глядя на его сообщение.

...

– Джейк, это безумие! Мы не можем съехаться!

– Нет, безумие то, что я стою с тобой в аэропорту и снова прощаюсь.

– Это не одно и тоже. Нам больше не четырнадцать. Мы друг друга больше не потеряем. Я – твоя, а ты – мой и ничто этого не изменит, – я держу браслет дружбы в качестве доказательства, – Я просто хочу немного поработать, а потом мы снова вернёмся друг к другу, когда я прилечу через неделю. Ты просишь меня о переезде, как по коленному рефлексу, из–за своих чувств, которые будешь испытывать вдали от меня.

Он берет мою руку и целует браслет дружбы.

– Нет, это не так. Я хочу жить с тобой, потому что влюблён в тебя. Я хочу разделить жизнь с тобой. Просто скажи, что по крайне мере, подумаешь об этом.

Я закрываю глаза на короткое время.

– Я подумаю.

Он оборачивает ладони вокруг моей шеи и крепко целует в губы.

– Ты не пожалеешь об этом, – шепчет он.

– Я ещё не сказала "да", – я поднимаю бровь.

– Нет. Но надеюсь, тебя будет мучить совесть, ели ты мне откажешь.

Дотаскивая чемодан до спальни, я ставлю его на пол, а затем сажусь на край кровати в тишине. Последний раз, когда я была здесь, Уилл был рядом. Многое изменилось с тех пор.

Я вдруг неожиданно чувствую, что у меня текут слёзы. Я причинила Уиллу так много боли и уже никогда не смогу вернуть всё обратно или исправить это для него. Тяжело испытывать счастье с Джейком, когда я знаю, что цена ему – боль Уилла. Это легко блокировалось, пока я была в Париже с Джейком, но сидя здесь, окружённая воспоминаниями об Уилле и времени, которое мы провели вместе, делает всё это реальным. И я не могу вынести того, что заставила его страдать. Я любила Уилла. И до сих пор люблю. Такое чувство не может исчезнуть за ночь. Я просто жалею о том, что у меня нет возможности сказать ему, как мне на самом деле жаль.

Я бы никогда не променяла шанс быть с Джейком, просто мне хотелось сделать это правильно. Но есть ли лёгкий способ разбить сердце человеку, с которым вы состоите в отношениях, и при этом остаться друзьями?

Со вздохом, я начинаю распаковывать чемодан и стирать вещи. Я ненавижу стирать одежду, но это помогает мне избавиться от грустных мыслей об Уилле, страшных мыслях о переезде к Джейку, пока не приходит Симона.

Она возвращается поздно, потому что задержалась на работе, но приносит с собой пиццу, и мы садимся вместе в гостиной, едим и пьём вино.

Симона рассказывает мне всё о Денни и что происходило с ними, когда она вернулась домой из Парижа. Судя по тому, как обстоят дела, расставание, безусловно, заставляет любить сердце ещё больше. Она сражена наповал. И я очень рада за неё. Но это заставляет меня скучать по Джейку ещё больше, слушая её разговоры о том, как она скучает по Дэнни.

Я вдалеке от Джейка только половину дня, а мне уже дерьмово. Провести неделю порознь не звучало как физическая болезнь. Но сейчас я словно потеряла одну из конечностей. Однако я сделаю всё от меня зависящее, чтобы продержаться настолько долго, насколько смогу. Нам не повредит провести время вдалеке.

– Ну и каково это быть вдали от Джейка? – спрашивает Симона, поднимая бокал вина и делая глоток.

– Ужасно. Жестоко. И не без слёз.

– Вы же увидитесь через неделю?

– Да, – киваю я. Делаю глоток вина, а затем ставлю бокал обратно и глубоко вздыхаю, – Джейк попросил меня переехать к нему.

Она давится вином.

– Серьёзно?

– Да. Он попросил меня переехать к нему в Лос–Анджелес и жить с ним.

– Вау, – говорит она, – И что ты решила?

– Не знаю, – пожимаю плечами, – Тут есть много о чём подумать. Мне нравится жить здесь с тобой. Мне нравится работать в журнале. Я люблю Вики. Мои родные здесь, в Великобритании. Я просто не знаю.

– Ты любишь его?

Я встречаюсь с ней глазами.

– Как никогда раньше. Всегда.

– Вот тебе и ответ, – мягко говорит она.

Я запускаю пальцы в волосы, стараясь придумать связное предложение, но ничего не приходит в голову, кроме одного – она права.

Адель начинает играть на журнальном столике. Один взгляд даёт мне понять, что звонит Джейк. От него не было ни слуху – ни духу всё это время, с тех пор как он полетел в Лос–Анджелес. Должно быть, он приземлился.

– В любом случае, я собиралась позвонить Дэнни, – улыбается Симона, поднимаясь на ноги, – Передай привет Джейку от меня.

– Привет, детка, – бормочу я, отвечая.

– Прилетай в Лос–Анджелес. Сейчас. Пожалуйста. Я пошлю за тобой самолёт.

– Просто "Я скучаю по тебе, Тру" было бы достаточно, – я начинаю грызть ногти.

– Я скучаю по тебе, Тру. Очень сильно. Теперь ты прилетишь в ЛА? Я схожу с ума без тебя.

– Прошло ведь всего лишь тринадцать часов.

Я не признаюсь ему, что тоже схожу с ума.

– Двенадцать. Ты не скучаешь по мне? – его голос пронизан болью.

– Скучаю. Ты даже не поверишь насколько. Ещё хуже, чем когда мы были детьми.

– Тогда зачем мы это делаем?

– Потому что нам не повредит провести время порознь.

– Это просто хрень из "Космо". Тру... малышка, пожалуйста, я скучаю по тебе так сильно, что не могу даже объяснить. Я ненавижу, что сейчас не с тобой, – он вздыхает, – Ладно, вот и всё, – он неожиданно звучит тревожно, – Я отменил все эти штуки с пиром для тура. Если ты не хочешь приехать ко мне, то я приеду к тебе.

– Ты не можешь этого сделать! – восклицаю я. Но мне нравится, что он хочет приехать.

– Я – босс и могу делать всё, что захочу.

– Джейк, этот тур очень важен для тебя и парней.

– Том и Дэнни могут начать тур, что значит, я буду со своей девушкой, пока он не закончится.

– Ты говоришь сумасшедшие вещи, – хихикаю я.

– Единственной сумасшедшей вещью, которую я сделал, так это отпустил тебя в аэропорту. Я провёл двенадцать лет вдали от тебя, Тру. На этом всё. Не приедешь в ЛА ты, тогда приеду я.

Я провожу пальцем по поверхности столика.

–Я никогда не говорила, что не приеду в ЛА.

Молчание в трубке. Я слышу его дыхание.

– Ты переедешь ко мне? – его голос мягкий и неуверенный.

Я делаю глубокий вдох.

– Да.

– Малышка, ты не представляешь, каким счастливым человеком сделала меня сейчас, и каким счастливым человеком я сделаю тебя потом, – я практически чувствую, как он улыбается.

– Джейк, ты уже сделал меня счастливой. Всё, что мне нужно – это ты. У меня есть ты, и я самая счастливая девушка в мире.

– Когда ты приедешь?

– Дай мне неделю, чтобы со всем разобраться, а затем я вся твоя. Мне нужно выяснить некоторые рабочие моменты с Вики. Решить проблемы насчёт квартиры с Симоной и, конечно же, рассказать родным.

– Твой отец надерёт мне задницу за то, что я забираю тебя от него, так?

– Я бы сказала, что это вполне возможно, – смеюсь я.

– Я выдержу его надирание моей задницы, если это значит, что ты будешь рядом со мной... Так мне придётся выдержать эту неделю и ты вся моя?

– Да.

– Хорошо. Я смогу прожить... пока, – добавляет он.

Мы провели следующие несколько часов обсуждая планы, говоря всякую фигню, как мы это делали раньше, и мне это нравится. В конце концов, я повесила трубку с большой неохотой, но мне нужно поспать, так как меня настигает смена часовых поясов.

Я отправляюсь спать, думая о том, как брошу свою работу, перееду в Лос–Анджелес и там буду её искать. Я не буду обдирать Джейка. У меня есть некоторые сбережения, которые должны помочь прожить, пока я не найду работу. Интересно, может, у Вики есть какие–нибудь связи там? У Джейка точно есть, но я не хочу получить работу под его влиянием. Я хочу сделать это сама.

И я засыпаю, думая о Джейке и всех тех удивительных вещах, которые мы оба с нетерпением ждем. Жизнь не может быть лучше, чем сейчас.

Я просыпаюсь под звуки Адель. Мне требуется минута, чтобы сориентироваться. Я в своей квартире. В собственной кровати. Я смотрю на часы – четыре утра. Хватая телефон с тумбочки, я вижу, что это Джейк.

– Детка, я тоже по тебе скучаю, но сейчас четыре часа утра.

– Тру.

Я мгновенно понимаю, что что–то не так из–за его сломленного голоса.

– Джейк, что случилось? – я сажусь в постели, обеспокоенная, в животе завязываются тысячи узлов.

– Тру, это… это мой отец... Он умер.

Моё сердце замирает.

– Пол? – спрашиваю я, надеясь, что он не имеет в виду своего отчима Дейла.

– Да.

Как я знаю, Джейк не виделся с отцом с тех пор, как ему исполнилось девять. И их история... всё как бы сложно, трудно и сейчас я не знаю, что он будет чувствовать по этому поводу. Грусть или облегчение?

– Детка, мне так жаль, – говорю я неуверенно.

– Я в порядке. Я имею в виду, он мёртв, и я не видел его с тех пор... ну ты знаешь.

– Я знаю, – выдыхаю я, – Я еду к тебе. Лечу следующим же рейсом в Лос–Анджелес, – я начинаю выбираться из кровати.

– Нет. Я в порядке. Правда. Я приеду в Великобританию на его похороны.

– Ты собираешься приехать?

– Он – мой отец, Тру, – его голос резок.

– Я знаю. Прости. Я не имела в виду...

– Нет, это ты прости меня, – отступает он, – В моей голове сейчас чёртов бардак, – вздыхает, – Мне просто нужна ты, Тру.

– Прости, что не рядом с тобой. Мне так жаль, – я наказываю себя за все эти вещи с "полезным расставанием". – Когда ты приедешь в Великобританию? – спрашиваю я.

– Я заказал самолёт на полночь. Я будут там к вечеру.

– Где будут проходить похороны?

Я не имею понятия, где находился отец Джейка последние семнадцать лет.

– Манчестер. Через два дня. Я договорился. Больше некому это сделать.

– Оставь это мне. Тебе не нужно этого делать, детка.

– Всё хорошо. Я имею в виду, Стюарт помогает...

– Я хочу помочь.

– Хорошо... эм... Спроси у Стюарта, что ещё нужно сделать.

– Хорошо... мне встретить тебя в Манчестере?

– Нет, я сначала прилечу в Лондон. Мне нужно увидеть тебя... и похороны не обязательно должны быть в пятницу... Не против, если я останусь с тобой в квартире? Просто я...

– Джейк, даже не спрашивай, я хочу, чтобы ты был здесь. И похороны, хочешь, я поеду с тобой?

Я не хочу гадать, захочет ли он, чтобы я была там. Я не хочу ничего сейчас угадывать.

– Я не смогу это сделать без тебя.

– Тогда я буду там. Теперь ты и я, Джейк. А твоя мама? Она приедет на похороны?

– Нет, – отвечает коротко.

Понятно, почему Сьюзи не хочет идти, но думаю, она поддержит Джейка.

– Ладно, – говорю я, неуверенная в том, что должна сейчас говорить.

Наступает пауза, прежде чем Джейк снова начинает говорить.

– Ты нужна мне, Тру, – я слышу его неровное дыхание.

– Я здесь. Я всегда буду рядом.

– Я знаю, что ещё рано, но не могла бы ты поговорить со мной по телефону?

– Конечно. О чём ты хочешь поговорить?

– О тебе и обо мне. О нашем будущем. О том, что мы будем вместе делать.

– Ты хочешь поговорить со мной о доме, который мы построим на Мальдивах, который будет принадлежать только нам, и мы будем жить на острове, как пара потерпевшая кораблекрушение?

– Я люблю тебя, Труди Беннет.

– И я люблю тебя, Джейк Уэзерс.

– Так расскажи мне поподробнее об острове?

И я это делаю. Я говорю с Джейком по телефону, пока не восходит солнце и не подходит время собираться на рейс до Лондона.

Я принимаю душ, заставляя себя немного позавтракать, а затем направляюсь на работу на метро. Я устала. Мне немного довелось поспать, но я бы не заснула даже если бы и попыталась. Я беспокоюсь за Джейка.

Вики смотрит на меня с улыбкой, когда я открываю дверь, но затем улыбка сползает с её лица, когда она видит моё.

– Что случилось, милая? – спрашивает она обеспокоено, вставая из кресла и подходя ко мне.

– Отец Джейка умер, – мой голос дрожит, и я знаю, что могу заплакать в любую минуту.

Я не расстроена тем, что умер Пол. Вовсе нет. Я расстроена из–за Джейка. Я чувствую его боль, как свою собственную, хотя между нами океан. Ему больно. Мне больно.

– О, сладенькая, – она кладёт ладони мне на руки, всматриваясь в моё лицо, – Как Джейк?

Я пожимаю плечами.

– Он не видел отца долгое время. У них были сложные отношения... но, честно говоря, я думаю, что это сильный удар для него.

– Иди, присядь, – она ведёт меня к маленькому дивану в своем кабинете.

– Мне действительно жаль просить тебя об этом ещё раз, Вики... но мне нужно ещё время с Джейком. Он прилетает сегодня, а похороны в Манчестере в пятницу. Безусловно, я буду работать дома и нагоню всё, что пропустила, прежде чем вернусь в США на оставшуюся часть тура.

– Всё в порядке, Тру, – она берёт мою руку, похлопывая, – Твоя колонка в надёжных руках. Сейчас самое главное – это Джейк. Убедись, что с ним всё хорошо. О биографии и обо всём остальном мы позаботимся позже.

Я чувствую, как груз спадает с моих плеч.

– Говорила ли я тебе, насколько ты замечательна? – Чувствую, как слёзы собираются в глазах.

– Было пару раз, – она подмигивает мне.

– Ты замечательна, и я очень–очень сильно люблю тебя, – я оборачиваю руки вокруг неё, обнимая.

Слёзы начинают бежать по моим щекам. Как я буду жить без неё и Симоны, когда перееду в ЛА? А мои мама и папа? Я не могу рассказать Вики о переезде сейчас. Скоро скажу, на её плечи уже легло достаточно.

– О, милая, не плачь, – говорит она, слыша мои всхлипывания и обнимая меня ещё крепче.

Слава Богу, у меня водостойкая тушь. Подсознательно я знаю, что буду много плакать сегодня.

Освобождая себя от объятий, я достаю салфетку из сумки и вытираю глаза.

– Прости, – бормочу я.

– Не извиняйся. В последнее время у тебя было много поводов для волнения и много изменений. Я бы, наверное, насторожилась, если бы ты не плакала. Теперь не хочешь выпить? – спрашивает она, поднимаясь на ноги и двигаясь в направлении своего стола.

– Кофе?

– Я думала о чём–то покрепче, – заговорщически говорит она.

Затем достаёт бутылку "Джима Бима" из ящика в столе.

– Превосходно, – говорю я.

Улыбка возникает на моем лице, когда Вики хватает с полки два бокала.

Я ухожу из офиса где–то через час, проведя время в кабинете Вики за разговорами и бокалом виски. Мне полегчало после беседы и стало ещё лучше после виски, и теперь я готова увидеться с Джейком.

Восемь часов поездки.

Когда я открываю стеклянную дверь здания, порывы холодного ветра ударяют по моей коже, и лёгкость, любезно одолженная мне "Джимом Бимом", к сожалению, начинает улетучиваться. Поворачивая направо, я направляюсь к входу в метро, чтобы поехать домой.

– Тру?

Остановившись, я оборачиваюсь и вижу Уилла, стоящего в двадцати метрах от меня. Он одет в синие джинсы, простую белую майку и чёрную кожаную куртку. Похоже, он не брился некоторое время, и я вижу синяк у левого глаза от драки с Джейком. Я ненавижу саму мысль, что они дрались из–за меня. Он выглядит по–другому, но всё ещё красив. Просто Уилл. Уилл, которого я любила. Люблю. Я чувствую резкую боль. Её сила меня поражает.

– Уилл? Что... Что ты здесь делаешь? – я стараюсь прийти в себя от шока, что вижу его здесь на улице.

– Прости, я просто... – он делает шаг вперёд.

– Ты следил за мной? – спрашиваю я.

Это звучит слишком самонадеянно. Жаль, я не могу забрать слова назад.

– Нет, – отвечает он тихо, – Я просто хотел заехать на работу и кое–что забрать, но увидел, как ты заходишь в офис. Я просто... Я хотел поговорить с тобой, так что ходил вокруг и ждал, – он засовывает руки глубже в карман, – Я звонил тебе... оставлял сообщения, но ты мне ни разу не перезвонила.

– Мне жаль, – я прижимаю сумку к себе, – Я просто думала, что поговорить – не лучшая идея. Ты был зол... справедливо, а я не хотела ещё больше все ухудшить для тебя.

– Как ты? – он делает ещё шаг вперёд.

– Я хорошо, – я нервно заправляю прядь за ухо, – А ты как?

– Ох, ты знаешь, – он пожимает плечами и проводит рукой по своим прекрасным светлым волосам. Они выглядят спутанными. Очень не в стиле Уилла. Ему идёт.

Его глаза встречаются с моими. Он похоже нервничает и грустит. Моё сердце начинает болеть, увидев его здесь в таком виде. Это я с ним сделала.

– Есть время выпить кофе? – спрашивает он.

– Эм...

– Если ты занята, то я пойму.

– Нет, я свободна. И конечно, выпью с тобой кофе, – улыбаюсь я.

Он улыбается в ответ. Это мило – видеть его таким. Я скучала по его прекрасной улыбке. Я скучала по нему. Но до этого момента не понимала насколько.

– Пойдём в "Калло’с"? – спрашивает он.

– Да, давай.

Мы идем бок о бок в относительной тишине в течении пяти минут, пока не доходим до "Калло’с". Когда мы заходим, Уилл придерживает для меня дверь. Я прохожу в кафе, аромат кофе сразу же ударяет в нос и воспоминания, много воспоминаний. Это наше место. Мы здесь всегда вместе обедали. Печально быть с ним так, отдельно. Думаю, я никогда не представляла, что в один день буду без Уилла.

Так как ещё рано, "Калло’с" пуст. Только я и Уилл, поэтому мы садимся за небольшой столик и заказываем два "Латте".

– Ты сегодня не на работе? – спрашиваю я в тщетной попытке завести беседу, пока ждём свои заказы.

– Да, – качает он головой, – Я взял небольшой отпуск, после того, как вернулся из Парижа, ты понимаешь...

Я закусываю губу. Я чувствую, как подступают слёзы, но не хочу плакать перед ним. Я не заслуживаю право плакать. Я складываю руки перед собой на столе. Делая глубокий вдох, я говорю:

– Мне так жаль, Уилл… За всё. За боль, которую я тебе причинила.

Он встречается с моими глазами и всё, что я вижу – это боль. И я не могу удержать слёз. Я быстро вытираю их.

– Тру, в тот день... когда я тебя толкнул в коридоре, и ты упала... Я не сильно ранил тебя? – он звучит мучительно.

После всего, что я сделала, он заботится о том, не сильно ли он меня ранил. Моё сердце заболело ещё сильнее. Ещё одна упавшая слеза.

– Нет, конечно, нет, – я качаю головой.

– Я видел газеты, – произносит он тихо, – Тебя... и Джейка.

Я на мгновение закрываю глаза.

– Ты счастлива? – спрашивает он.

– Да... и нет. Я не счастлива из–за того, что сделала с тобой. Прости меня, Уилл, – слезы начинают капать и мне всё равно, кто это видит. Вижу, как глаза Уилла загораются, но он держит себя в руках. – Я ненавижу себя за боль, которую причинила тебе, – я вытираю, капающие слёзы с подбородка тыльной стороной руки.

– Я не ненавижу тебя, Тру. Я хочу, но не могу... Я слишком сильно люблю тебя.

Я кусаю дрожащую губу. Я никогда не заслуживала этого прекрасного мужчину, сидящего здесь, передо мной. И я безусловно, не заслуживаю его сейчас.

Он делает глубокий вдох.

– Если бы я сказал, что произошедшее с Джейком не имеет значения, и что я всё ещё хочу тебя независимо от всего этого, – он делает паузу, сжав губы, прежде чем закончить, – Ты... вернёшься ко мне?

Я растоптана в этот момент. Нахождение вдалеке от Уилла помогло мне забыть, как сильно я его любила... всё ещё люблю. Часть меня хочет сказать "да", большая часть хочет избавить его и меня от боли. Но я не могу. Джейк – моя родственная душа. Мой лучший друг. И я всегда возвращаюсь к нему, раз за разом. Я медленно качаю головой.

– Я люблю тебя, Уилл. Очень сильно. Но... Джейка я люблю больше. Он – мой лучший друг. Мне жаль.

Слеза катится по его щеке, он быстро вытирает её.

– Я просто не знаю, как мне жить без тебя, Тру. Всё перестало иметь значение.

Я хочу дотронуться до него. Обнять его. Я хочу исправить это, но я не знаю как.

– Ты заслуживаешь лучше, чем я, – я смахиваю слёзы, – Так было всегда. Ты был слишком хорош для меня, Уилл. Ты заслуживаешь ту, которая никогда тебя не ранит.

– Но я хочу тебя, – говорит он.

Слеза бежит по его щеке. Но он её не стирает. Мои губы дрожат снова, а слёзы текут.

– Часть меня тоже тебя хочет, но я принадлежу Джейку. Я всегда принадлежала ему. Я люблю тебя очень сильно и всегда буду, но... больше я люблю Джейка, – я вытираю нос рукавом.

И в этот момент к нам подходит официант с нашими "Латте". Я хватаю салфетку и быстро вытираю слёзы.

У официанта хватило совести притвориться, что не видит моих слёз. Как только он уходит, Уилл тянется через стол и берёт мою руку, сжимая. Я начинаю снова плакать. И так, мы сидим долгое время, не разговаривая. Наши "Латте" остыли, мы держимся за руки, глядя в окно на людей, проходящих мимо, просто проводя время вместе.

Я знаю, это последний раз, когда я вижу Уилла, и сейчас просто хочу удержать его настолько, насколько это возможно. Кажется, за это короткое время прошла вечность. Я неохотно осознаю, что так весь день мы просидеть не можем. Уилл тоже.

Он оплачивает наши напитки, не позволяя мне это сделать. Мы выходим из "Калло’са" и встаем. Я не знаю, как сказать ему "прощай". Я запуталась. Я не хочу отпускать его. Но знаю, что должна.

Я думала, что рассказать Уиллу о Джейке – самое сложное, что я когда–либо делала, но это не так. Это здесь, отпустить его, это самая трудная вещь, которую я когда–либо делала.

– Ты домой поедешь на метро? – спрашивает он.

– Да.

– Хочешь, чтобы я проводил тебя до станции?

Я качаю головой, нет.

– Спасибо, но думаю мне лучше пойти одной.

Нам нужно попрощаться здесь. На нашем месте. Уилл смотрит на вывеску "Калло’са".

– Не думаю, что когда–нибудь смогу прийти сюда снова, – вздыхает он.

– Я тоже.

Он смотрит и наши глаза встречаются. Я не могу сдержать слёзы. Я закусываю губу, стараясь остановить слёзы, но глядя на него, стоящего здесь, осознание, что это последний раз, когда я его вижу, разбивает моё сердце.

– Прости меня, – мои губы дрожат.

Не раздумывая, Уилл обнимает меня, окутывая своими руками в крепкие объятия. Он пахнет Уиллом. Теплом, уютом и безопасностью. Двумя последними годами моей жизни. Я вдыхаю его, стараясь удержать так долго, как могу.

Я знаю, что единственная, кто делает это, но осознание этого не приносит облегчение. Я никогда не знала, что возможно любить двух мужчин одновременно. Но я люблю. Я люблю Уилла и Джейка. Я просто люблю Джейка больше и поэтому должна отпустить Уилла.

– Я всегда буду любить тебя, Тру, – шепчет он мне в волосы. Я слышу, как его голос ломается, – Джейк никогда не будет достаточно хорош для тебя. Ты заслуживаешь гораздо больше, чем он тебе может дать.

Затем он отпускает меня и отходит в сторону. Засовывая руки в карманы, он уходит. А я стою здесь, рядом с "Калло’с", глядя, как он уходит. Наблюдая за большой частью последних двух лет моей жизни, которая уходит по моей воле.

Глава 25

Я и в правду начинаю беспокоиться о Джейке. Он был такой отдалённый и отстранённый последние несколько дней в преддверии похорон его отца.

Это повлияло на него даже больше, чем я предполагала.Я подумала так, потому что он не видел своего отца долгое время, после того что случилось в последний раз... Не то, чтобы я думала, что он будет рад смерти отца, просто не осознавала, насколько это сильно подкосит его.

Будто он здесь, но не здесь. И я беспокоюсь о том, что он вспоминает те времена, которые так старался забыть.

В Манчестере выдался жаркий август, и я благодарна чёрному платью без рукавов, которое одела, и "БМВ Икс 5", за имеющийся кондиционер, который ведёт Дэйв. Мы едем на похороны Пола. Стюарт на переднем сиденье, а я на заднем с Джейком, который смотрит в окно с того момента, как мы выехали из отеля и поехали в крематорий. Он одет в чёрный костюм от Армани, белую рубашку, чёрный галстук и туфли. Странно видеть Джейка в костюме, и это абсолютно захватывающее дух зрелище. Но я хочу вытянуть его из этой одежды и вернуть в обычную. Я хочу своего Джейка обратно.

Я просто надеюсь, что сюрприз, если его так можно назвать, в такие дни, как этот, поднимет ему дух и вернёт ко мне. Я позвонила Сьюзи, маме Джейка. Я нашла её номер в телефоне Джейка, пока он был в душе прошлым утром.

Она не собиралась приезжать на похороны. Её можно понять, особенно после того, что Пол сделал ей и Джейку. Но она должна, ради Джейка.

Я делаю всё зависящее от меня, но для этого, думаю, она – единственный человек, который может ему помочь. Они жили вместе и теперь должны упокоить его душу вместе.

Было странно говорить с ней после стольких лет. После того, как мы прошли через момент неловкости, было очень приятно поболтать со Сьюзи снова. Она сказала, что очень рада тому, что я и Джейк нашли друг друга снова, а особенно, что мы вместе. Она сказала, что знала, мы всегда были предназначены друг для друга.

Я прослезилась, когда услышала об этом. Потом я рассказала причину своего звонка.

Она села на первый самолёт из Нью–Йорка в Манчестер. Стюарт забронировал ей номер в нашем отеле, но она приземлится только к обеду и сразу поедет на похороны прямо из аэропорта. Дейл не смог с ней поехать, так как он в Китае по делам.

Сьюзи и я сохранили наш разговор в тайне. Это моё решение. Я не хочу, чтобы Джейк знал, что я звонила ей. Я хочу, чтобы он думал, что она появилась, потому что захотела быть здесь ради него.

Не то, чтобы она не хочет помочь собственному сыну. Конечно, хочет. Она просто слепа из–за гнева к Полу, и её нужно подтолкнуть в нужном направлении.

Дэйв едет по дороге в сторону крематория. Я чувствую, как Джейк сжимает мою руку. Я наклоняюсь к нему ближе, и моя щека касается его.

– Ты в порядке? – шепчу я ему на ухо.

Он отодвигается, чтобы посмотреть мне в глаза. Он выглядит по–другому, эдакий потерянный мальчик. Это причиняет мне боль. Я молюсь, чтобы Сьюзи уже была здесь, ждала нас.

Джейк поднимает руку к моему лицу, заправляя волосы за ухо, нежно целует в губы и шепчет:

– Ты для меня всё, Тру. Ты же знаешь об этом, правда?

Я киваю, запутанная, что он хочет этим сказать. Он зажимает мой подбородок между большим и указательным пальцем.

– Просто... никогда не оставляй меня. Независимо ни от чего, никогда не оставляй меня.

Я сглатываю. Он беспокоит меня этими словами.

– Я никуда не собираюсь. Я – твоя, Джейк. Ты владеешь моим сердцем. Я принадлежу тебе.

Немного нервная и неуверенная, я наклоняюсь к нему и слегка целую в губы. Но он хватает меня за волосы, целуя крепче, почти отчаянно. Его язык вторгается в мой рот, оставляя клеймо. И это напоминает мне о времени, когда он поцеловал меня в кровати. Тогда я изменяла. Впервые он рассказал мне о Джонни. Отчаянье и силу, которую чувствовала тогда, чувствую теперь. Словно он пытается сказать мне что–то этим поцелуем. Что не может словами.

Когда Дэйв паркует машину возле здания, Джейк уже отпустил меня из своих объятий, и я вижу, что Сьюзи здесь. Она ждёт перед зданием с моими папой и мамой. Я практически вздыхаю от облегчения.

Я вижу на лице Джейка удивление и облегчение, когда он замечает её. Я рада за него, так как меня разрывает на части. Сьюзи подходит к машине, когда Джейк вылезает и я следом за ним. Она выглядит по–другому, не такой, какой я ее запомнила. Я думаю, это то, что счастье и огромное количество денег может сделать с вами.

Наши рекомендации