Призраки спускаются с чердака 4 страница

Ну и жмот же этот Скотт. Хотел зажать его, чтобы с нами не делиться.

Мы сняли куртки и бросили их на пол. Потом уселись в зеленые кожаные кресла, и я принялся Объяснять Скотту, как действует «Ревун».

Поначалу он смеялся.

— Вы просто насмотрелись мультиков.

— Но ведь мы слышали, как воет призрак, — не сдавалась Ванесса. — Это была настоящая жуть, Скотт. Мы в самом деле слышали голос призрака, он выл и просил у нас помощи.

— Я тоже слышал, — подключился Эд. — От этого… от этого мне всю ночь снились всякие кошмары.

Улыбка Скотта увяла.

Тут мне показалось, что за моей спиной скрипнули ступеньки. Я подумал, что Джастин уже пробирается на чердак. Теперь нам остается чуточку подержать здесь Скотта и дать Джастину время спрятаться в шкафу.

Скотт с сомнением разглядывал серый ящичек.

— Он улавливает вой? И с его помощью можно услышать слова, произнесенные призраками?

— Ты даже можешь и сам поговорить с ними, — добавил я. — Просто нажимаешь вот на эту красную кнопку и говоришь в этот кружок.

— В твоем доме ведь водятся привидения, верно? — напомнила Ванесса. — Ты всем про это рассказываешь. Ты даже видел расхаживающих призраков. Поэтому «Ревун» и поможет нам с ними поговорить.

Скотт колебался. Уголки его рта нервно задергались.

— Ну… не знаю. Мои призраки днем не появляются. Только по ночам.

Он ищет повода, чтобы увильнуть, подумал я. Он не хочет, чтобы мы включали «Ревун» в его доме. Боится, что мы его разоблачим и расскажем всей школе, что в его доме нет никаких привидений.

— Может, днем их и нельзя увидеть, — возразил я. — Зато мы их услышим при помощи «Ревуна».

— Нет. Не думаю, — упирался Скотт. — Мне не хочется досаждать им вашим прибором. Понимаете? Зачем их будоражить?

— Мы их и не побеспокоим, — ответил я. — Он…

— К тому же задали много, — заявил Скотт. Вы ступайте, ребята. Мне правда нужно садиться за уроки.

— Но ведь ты сегодня не был в школе, — напомнила Ванесса. — Откуда ты знаешь, что нам задали?

На лице Скотта появилась гримаса отчаяния. Его рот постоянно кривился, лицо густо покраснело. Он никак не хотел пускать нас на чердак и сейчас лихорадочно придумывал какой-нибудь убедительный повод.

Я решил взять инициативу в свои руки, пока Скотт не опомнился. Поэтому я вскочил на ноги и понес «Ревун» к лестнице.

— Пошли на чердак. Мы совсем немного послушаем твоих призраков, минут пятнадцать, не больше, и тут же уйдем. И ты сядешь за уроки.

Скотт опередил меня и загородил мне дорогу.

— Понимаешь… эта штука — она ведь на самом деле не настоящая, верно? Это игрушка, да? Как и те прежние, которые ты покупал?

— Я же сказал тебе, что этот прибор работает, — ответил я. — Ты удивишься, когда увидишь сам. Я уверен, что ты очень удивишься.

Глава XX

НОВЫЕ ГОЛОСА ПРИЗРАКОВ

Бережно держа перед собой «Ревун», я стал подниматься по лестнице. Скотт опустил вниз дверь, встроенную в потолок, и мы залезли на чердак.

Солнце уже клонилось к закату. Его бледные лучи проникали сквозь единственное грязное окно. Длинные тени тянулись по пыльному полу.

— Ого. Ничего себе. Приятный чердачок, — произнес Эд, оглядываясь по сторонам. — Тут и в самом деле могут водиться привидения.

Скотт ничего не ответил.

Я решительно направился к шкафу.

— Здесь должна быть розетка, — заявил я. — В нее мы и включим наш прибор.

Ванесса поставила возле шкафа картонную коробку, я пристроил на ней «Ревун». Потом включил его в сеть.

Присев на корточки, я стал нажимать на клавиши. Ванесса, Эд и Скотт уселись за моей спиной.

Я оглянулся и увидел, что лицо Скотта застыло в напряжении.

Я уже вовсю наслаждался нашим маленьким розыгрышем, хотя он еще только начинался. Глядя на желтую шкалу, я с трудом сдерживался, чтобы не расхохотаться.

Ванесса и Эд тоже с трудом сохраняли серьезные лица. Им ужасно нравилась наша затея.

— Ну как? — нервничал Скотт. — Прибор уже включен? Что он сейчас делает?

— Разогревается, — ответил я. — Теперь нам остается только ждать и внимательно слушать. Если поблизости находятся какие-нибудь призраки и если они издают звуки, то «Ревун» их обязательно уловит.

— Но… вдруг мои призраки сейчас молчат? — предположил Скотт. — Может, они не хотят сейчас реветь. Я думаю, что днем они скорее всего спят.

— Разве призраки могут спать? — возразил Эд. — Они ведь не живые, верно? Так зачем же им спать? Они и так не устают.

— Тссс. — Я поднес к губам палец и наклонился ближе к серому ящичку.

— Я… кажется, я что-то слышу, — громко заявила Ванесса.

Это был наш условленный сигнал, по которому Джастин начнет завывать в шкафу.

Мы все замолчали. Где-то на улице сигналил автомобиль. За моей спиной слышалось шумное, свистящее дыхание Скотта.

Прошло несколько секунд. Мы сгрудились возле маленького прибора, затаили дыхание, глядя в полумрак чердака, и вслушивались. А потом…

Оуоооооооооооооо .

Тихо. Еле-еле слышно.

Скотт ахнул.

— Вы слышали?

Я торжествующе кивнул.

— Да, слышали. «Ревун» что-то уловил. — После этого я снова поднес палец к губам.

Ванесса встала рядом со мной на колени.

— Ого, — пробормотала она, делая удивленное лицо.

Мы переглянулись.

Оооооооооооооуоооооо .

На этот раз вой прозвучал громче.

— Призраки воют так тоскливо, — прошептал я и повернулся к Скотту. — Знаешь, почему они воют? Их терзает невыносимая боль.

Он кивнул, но ничего не сказал. Его глаза уже лезли на лоб. Уголки губ продолжали дергаться.

— Я… мне просто не верится! — прошептал Эд.

— Помогите нам… Помогите нам выбраться отсюда…

От этих хриплых, тихих слов Скотт вздрогнул.

— Выключи свой прибор! — завизжал он. — Я… я не хочу их тревожить!

— Тссс. Слушай, — сказал я, показывая на микрофон.

Я нажал на красную кнопку.

— Где вы находитесь? — спросил я. — Вы с нами, в этой комнате?

Тишина. Долгая, напряженная тишина.

— Помогите нам… Снег такой глубокий…

Ванесса зажала рот. Я видел, что она готова расхохотаться.

Я оглянулся и увидел, что Скотту не до смеха. Он принимал все за чистую монету.

Он поверил, что слышит настоящее привидение. Я нажал на кнопку.

— Вы слышите меня? — спросил я. — Где вы находитесь? Кто вы такие? Пожалуйста — сообщите нам.

— Снег такой глубокий, — послышался шепот. — Нас засыпало снегом много дней. И мы такие голодные… такие голодные.

— Но где же вы? — крикнул я в микрофон «Ревуна» и повернулся к остальным. — По-моему, этот призрак меня не слышит.

— Может, он находится где-то далеко, — предположил Скотт и вздохнул. Потом засунул руки в карманы джинсов и уставился на серый ящичек.

— Вы можете нам помочь? — раздался ответный шепот. — Мы долго сидим в этой ловушке. Мы будем так счастливы… так благодарны… Пожалуйста…

Я почти прижался губами к «Ревуну».

— Мы вам поможем, — ответил я. — Только сообщите нам, где вы находитесь.

— Но… может, мы не хотим им помогать, — тихо возразил Скотт.

Эд захохотал.

— Трусишка — вот ты кто!

Скотт ничего не ответил.

— Этот призрак говорит таким грустным голосом, — заявила Ванесса. — Мы должны ему помочь.

— Пожалуйста… выпустите нас отсюда. Выпустите нас! — послышался крик, такой слабый, такой далекий.

Здорово Джастин прикидывается, подумал я. Достаточно взглянуть на Скотта. Он трясется как осиновый лист. Класс! Просто полный улет!

Я снова нажал на красную кнопку.

— Мы попробуем вам помочь! — крикнул я. — Только скажите, где вы находитесь.

— В шкафу, — последовал ответ. — Пожалуйста… Мы так долго сидим в этом шкафу… Тут так темно, так холодно. И мы очень голодные. Пожалуйста…

Я вскочил на ноги и повернулся к шкафу.

Наступал решающий момент. Сейчас мы напугаем Скотта так, что он запомнит это на всю жизнь.

Мое сердце стучало. Я сгорал от нетерпения. На лицах Ванессы и Эда я увидел сдержанный восторг.

— Постой! — крикнул Скотт. — Спенсер, куда ты идешь?

— К шкафу, — ответил я, показывая пальцем. — Мы должны открыть шкаф.

— Но… подожди… — забормотал Скотт.

— Ты нам все уши прожужжал про призраков, которые водятся в твоем доме, — напомнила ему Ванесса. — Разве ты не хочешь их увидеть?

— Да! Разве ты не хочешь им помочь? — добавил Эд.

Я не стал ждать, пока Скотт ответит, а подтолкнул его к дверце шкафа.

— Открывай, — приказал я.

Он попятился назад, но мы окружили его, не давая уйти. Он дрожал. По его щекам текли широкие струйки пота.

— Открывай шкаф, Скотт, — уговаривала его Ванесса.

— Давай, открывай, — сказал я.

— Ладно, ладно, — пробормотал он. Потом схватился за ручку шкафа и тяжело вздохнул.

Ванесса, Эд и я затаили дыхание. Мы приготовились к великому моменту нашего торжества.

Скотт тянул время… тянул… Но потом все-таки распахнул пугающую дверцу.

Мы вчетвером заглянули в темный и неглубокий шкаф.

ВНУТРИ ЕГО НИКОГО НЕ ОКАЗАЛОСЬ.

Глава XXI

МОЛНИИ НА ЧЕРДАКЕ

— Ого! — Ничего не понимая, я глядел в пустой шкаф.

Ванесса схватила меня за руку.

— Где же Джастин? — прошептала она.

Не успел я ответить, как на лестнице послышались шаги. Я повернулся и увидел, что на чердаке показался Джастин.

— Эй, ребята — извините, что опоздал! — крикнул он. — Меня задержала по дороге мама.

Скотт все еще держался за ручку шкафа. Тут он повернулся ко мне с удивленным лицом.

— Эй, Спенсер, в чем дело?

Глаза Эда округлились от страха.

— Я… ничего не понимаю, — пробормотал он.

— Оооох! — воскликнул я от неожиданности, когда из шкафа вдруг вырвался поток морозного воздуха.

Рука Скотта сорвалась с ручки шкафа; он отшатнулся. Новый мощный удар воздушной волны отбросил нас с Ванессой и Эдом на пару метров. Мы с трудом сохранили равновесие.

— Фу, как противно воняет! — простонал я. Холодный воздух действительно принес с собой запах тухлого мяса.

Джастин остановился в центре чердака.

— Что происходит? — крикнул он. — Вы что — начали без меня?

Но тут холодный вонючий ветер закружился вокруг него, и выражение его лица изменилось.

— Закройте дверцу! — кричал Скотт. — Скорей! Закройте дверцу шкафа!

Я зажал пальцами нос, чтобы не чувствовать отвратительную вонь. Потом нагнулся навстречу вихрю и сделал несколько шагов к шкафу.

Однако пронзительный визг заставил меня остановиться.

Визг раздавался из шкафа, пронзительный, как полицейская сирена. И он все нарастал и нарастал — пока не сделался оглушительно громким.

Мои барабанные перепонки готовы были лопнуть. Я зажал ладонями уши. Но это почти не помогло — я не смог отгородиться от ужасного, пронзительного визга.

Пригнув голову, я продвигался к шкафу. Зловонный ветер закручивался вокруг меня, отталкивал назад… назад.

Я споткнулся. Упал на колени. Ветер пронесся надо мной.

Тут сквозь его вой я услышал голоса. Это был возбужденный шепот.

— Свободны…

— Мы свободны… Наконец-то мы свободны!

— Они нам заплатят! Они нам за все заплатят!

Я чуть приподнял голову и увидел, что Ванесса тоже стоит на коленях. Согнувшись под неистовыми порывами ветра.

Эд распластался на полу. Он не шевелился.

Скотт скорчился в углу, держась за голову.

Меня оглушил новый шквал визга, а вслед за ним обрушилась страшная боль. Пространство чердака рассекли желтые изгибы молний. Я крепко закрыл глаза, но не смог защитить их от ослепительного света.

Когда я снова открыл глаза, Джастин стоял у выхода из чердака. Его выворачивало наизнанку. Ванесса распростерлась на пыльном полу, обхватив голову руками.

Тошнотворный вихрь закручивался вокруг нас, не давая подняться.

Хриплые, ужасные голоса шипели и шептали и хохотали. Потом снова раздался оглушительный визг.

Я не выдержал.

— Нет, не надо! — взмолился я. — Что мы вам сделали? Что мы вам сделали? Зачем вы так?

Глава XXII

БЕГСТВО С ЧЕРДАКА

— Мы им отплатим! Мы им отплатим!

Голоса шелестели в вихрях обжигающего ледяного ветра.

— Сто лет мы просидели в этом шкафу — но теперь мы СВОБОДНЫ!

Из моей груди вырвался стон ужаса. Мой желудок выворачивался от густой кислой вони. Превозмогая сильный ветер, я заставил себя подняться на ноги.

Захлопнуть дверцу шкафа.

Я должен захлопнуть дверцу.

Надо мной ревел ветер. Я чуть повернулся, выставив вперед плечо. Я закрыл глаза. И изо всех сил продирался вперед сквозь ледяную бурю.

Шел вперед…

Мне казалось, будто я пытаюсь протиснуться сквозь каменную стену.

Густая вонь вызывала у меня болезненные судороги в желудке. Я старался пореже вдыхать, но все равно не мог избавиться от этого запаха.

Шаг вперед… еще шаг…

Я не доберусь туда никогда, понял я. Встречный ветер слишком сильный. Не смогу… не смогу…

— О-о-ох! — закричал я, падая.

Впереди меня находилась дверца шкафа. Падая, я ухитрился выбросить вперед руки — и захлопнул ее. Получилось!

Рев ветра прекратился. Наступила тишина. Тяжелая, жуткая тишина. В моем носу осталась кислая вонь. Я чувствовал ее вкус даже тогда, когда глотал слюну.

Я заморгал, глядя на закрытую дверцу. У меня сильно кружилась голова.

Неужели мне удалось это сделать? Неужели я снова запер этих призраков в шкафу?

Тесное пространство чердака кружилось у меня перед глазами. Я повернулся к своим друзьям.

— Скорей! Нужно выбираться отсюда!

Я схватил Ванессу за руку и помог ей встать.

— Давай! Шевелись!

Кое-как подняв ее на ноги, я потащил ее к лестнице.

Джастин сел. Он тряс головой, моргал и казался страшно смущенным. Эд лежал рядом с ним на спине, стонал и держался за живот.

— Скорей! — закричал я. — Спускаемся вниз! Нужно уходить отсюда!

Я протащил Ванессу еще несколько шагов, спотыкаясь о какие-то картонки и стопки газет. Скотт уже сбегал вниз по ступенькам. Мыс Ванессой последовали его примеру.

— Скорей! — крикнул я, оглянувшись на Эда и Джастина. — Шевелитесь!

Кое-как они спустились по лестнице. Скотт схватился обеими руками за чердачную дверь и задвинул тяжелый металлический засов.

Тяжело дыша, будто загнанные звери, мы уселись на пол. У меня в ушах все еще раздавался вой сирен. Отвратительный запах смерти и разложения прилип к моей коже и одежде.

— П-п-пошли, — заикаясь, произнес я и направился к входной двери.

— Не оставляйте меня тут! — воскликнул Скотт и потянул меня за рукав. — Я… я не знал, Спенсер, — признался он. — Я не знал, что там наверху водятся настоящие привидения. Я ведь выдумывал все свои истории.

Я поднял глаза на чердачную дверь.

— Ладно, — сказал я. — Теперь все тихо. Мы заперли их. Мы снова заперли их в шкафу. Теперь можешь не бояться.

Подбородок Скотта дрожал. По его лбу все еще катились струйки пота.

— Я больше никогда не пойду на этот проклятый чердак. Никогда! — заявил он.

Я тогда и не предполагал, что через несколько дней, рискуя жизнью, снова окажусь на чердаке у Скотта.

Глава XXIII

ПОЛОСЫ НА СТЕНЕ

Следующие несколько дней пролетели мимо меня каким-то расплывчатым пятном. Я пребывал в полном тумане. Я не мог выбросить призраков из головы.

Удастся ли мне когда-нибудь забыть эту жуткую сцену?

Я не мог сосредоточиться на школьных заданиях. Мои мысли блуждали и отказывались складываться в логические цепочки.

Во вторник, вернувшись из школы, я лежал на полу в своей комнате и с лихорадочной быстротой рисовал плакат. Мне нужно было сдать его на следующий день, в среду. Я совершенно забыл, что неделю назад записался участником школьного конкурса плакатов.

Я знал, что большинство ребят будут рисовать с помощью компьютерных программ. И решил сделать свой плакат по старинке, чтобы выделиться из общего потока.

На полу, рядом с большим листом бумаги, стояли баночки с черной и красной краской и лежали три кисточки разных размеров. Я собирался написать наверху жирными черными буквами: «ТИГРЫ, ВПЕРЕД!» «Тигры» — общее название спортивных команд нашей школы.

Я уже набросал карандашом голову яростно ревущего тигра. Теперь оставалось раскрасить полоски в черный и оранжевый цвета. Да еще сделать так, чтобы тигр казался живым, готовым спрыгнуть с листа бумаги.

Наклонившись над плакатом, я уже начал прорисовывать черной краской контуры головы, когда услышал шаги. Меня кто-то окликнул.

Я поднял голову и увидел, что в комнату входит Скотт. В тот день я не видел его в школе. Но сейчас у меня совсем не было времени на разговоры.

— Эй, Спенсер… — Он остановился всего лишь в нескольких сантиметрах от листа бумаги. — Ты все еще пыхтишь над своим плакатом? А я закончил свой еще на прошлой неделе. Я придумал на компьютере несколько крутых штучек.

— Я совсем забыл про этот конкурс, — признался я. — Так что теперь мне приходится все делать в спешке. — Я разговаривал, не поднимая головы, и работал кистью, закрашивая поверхность бумаги.

— Это кто у тебя, собака? — поинтересовался Скотт.

Я застонал от досады.

— Нет, тигр. — Тут я положил кисточку на расстеленную на полу газету. — Как дела, Скотт? Все в порядке? Ты больше не видел призраков?

Улыбка исчезла с его лица. Он покачал головой:

— Нет. Все тихо. Думаю, мы надежно заперли их.

— Хорошо, — пробормотал я. Когда я вспомнил про тех призраков, по моей спине пробежал холодок.

— Я рассказал эту историю своим родителям, — сказал Скотт. — Все им рассказал.

— И что же они ответили? — поинтересовался я.

Он нахмурился.

— Они посоветовали мне приберечь истории про привидения до Хеллоуина.

У меня открылся рот от удивления.

— Значит… они тебе не поверили?

Он покачал головой:

— Нет. Не поверили. А заставить их подняться на чердак и открыть шкаф я никак не могу. Сам понимаешь. Мне жутко даже подумать об этом.

— Логично, — согласился я.

Я так и думал, что родители Скотта не поверят его рассказу. Мои тоже никогда бы не поверили. Вероятно, поэтому я ничего им и не рассказываю.

— А мне все еще страшно, — признался Скотт. — Я вздрагиваю каждый раз, когда слышу какой-нибудь шум или скрип. Тогда мне кажется, что те самые призраки спустились вниз и хотят наброситься на меня.

Я понимающе кивнул головой.

— Да уж. Я тоже все время о них думаю. Но ведь мы их снова заперли. Ты в безопасности до тех пор, пока кто-нибудь опять не откроет этот шкаф.

Я увидел, что Скотт серьезно задумался над моими словами. Через несколько минут он ушел. Я схватил кисть, наклонился над плакатом и продолжил работу.

— Что это ты тут малюешь, чудик? — поинтересовался Ник, ворвавшийся в мою комнату.

— Я должен нарисовать плакат, — ответил я.

— Это называется плакат? Больше похоже, будто тебя стошнило на бумагу завтраком.

— Спасибо, Ник. Ты приятный парень, — ответил я.

Он подошел ближе и загородил мне весь свет. Теперь я ничего не видел, что рисую.

— Что означает буква М? — спросил Ник.

— М?

— Да, М, — повторил он. — Что она означает?

Я задумался.

— Хм… малявка?

— По крайней мере, ты помнишь свое имя, — ответил с ухмылкой мой брат. — Только на этот раз ты ошибся. М означает мороженое.

Я возмущенно закатил глаза.

— Зачем ты мне все это говоришь? — спросил я.

— Потому что у нас нет в холодильнике хорошего мороженого. — Он тихонько толкнул меня в бок своим огромным башмаком. — Ступай, да поживей, малявка. Купи две порции, ладно? Да за свои деньги. Я на этой неделе оказался на мели.

— Нет, Ник, не получится! — запротестовал я. — Не дождешься! Я никуда не пойду!

— Да поскорей возвращайся, — спокойно продолжал брат. — Скоро обед. Ты ведь не захочешь опаздывать.

— Нет! — крикнул я. — НЕТ! НЕТ! НЕТ!

Он занес башмак над моим плакатом.

— Как ты думаешь, когда твой плакат будет выглядеть лучше — до того, как я наступлю на него, или после? — Он медленно опускал свой тяжелый ботинок.

— Нет! Не надо! — закричал я и оттолкнул его ногу. — Я должен дорисовать этот плакат! Я не пойду за мороженым, Ник! А теперь давай действуй!

Брат отошел на шаг.

— Ладно, ладно, — пробормотал он. — Давай обойдемся без истерики. — К моему удивлению, он повернулся и затопал вон из комнаты.

— Ого! Я победил! — тихонько воскликнул я.

Вот это победа! Я никогда еще не восставал против Ника. Никогда. И вот теперь сделал это впервые — и победил!

Я нагнулся над плакатом и продолжил работу.

Но долго рисовать мне не пришлось. Через несколько минут меня позвал снизу мамин голос:

— Спенсер! Отец вернулся из супермаркета. Ступай и помоги ему убрать продукты.

— Но мама, я занят, — запротестовал я. — Почему Ник не может это сделать?

— Потому что сейчас твоя очередь! — крикнула мама. — Поторопись! У меня почти готов обед.

Выбора не было. Я сунул кисточку в банку с красной краской и побежал вниз помогать отцу.

Много времени я на это не потратил и, вероятно, поставил мировой рекорд по распаковке пакетов. Потом побежал к себе наверх.

Я вошел в комнату — и издал пронзительный крик.

— Ох! Нет!

Кто-то провел на стене моей спальни красной краской несколько жирных полос. Нет. Не полос.

Это была буква М! Корявая красная буква М!

— Ник! Ты скотина! — закричал я. — Скотина! Скотина!

Глава XXIV

ПРИЗРАКИ СПУСКАЮТСЯ С ЧЕРДАКА

— Это ты мне? В чем дело? — Ник вышел из своей комнаты. В руке он держал телефонную трубку. — Разве ты не видишь, что я разговариваю по телефону?

— Скотина! — завизжал я. — Как ты мог такое сделать? Испортил мне всю стену!

— Я не понимаю, что ты там лепечешь, — ответил брат. — Давай двигай в свою клетку, понял?

— Нет! — завизжал я. — Не понял! — Я побежал по коридору и схватил его за руку. — Пошли! Я все расскажу маме с папой!

Ник отпихнул меня и поднес трубку к уху.

— Я потом тебе перезвоню, — сказал он кому-то. — Тут мой младший братец что-то разбушевался.

— Что происходит? — крикнул отец.

Они с мамой показались на верху лестницы. Мама несла на плечиках синий костюм.

— Он испортил мне комнату! — завыл я. — Он размалевал мне стену!

— Что ты сказал? — взвизгнула мама.

Они с папой быстро прошли в мою комнату. Оттуда раздались их возмущенные возгласы.

— Ник — ну-ка иди сюда! — проревел папа.

Ник закатил глаза.

— Что с вами со всеми случилось? — пробормотал он, потом оттолкнул меня в сторону и вошел в мою комнату.

— Ого! — воскликнул он. — Спенсер — ты промахнулся мимо листа бумаги на целую милю!

Я стоял в дверях. Мои коленки дрожали, а сердце бешено колотилось в груди.

— Ты сам знаешь, что я этого не делал! — ответил я брату. — Это сделал ты! Ты!

— Ник! Как ты мог набезобразничать в комнате твоего родного брата? — сердито спросил отец.

— Я… я не верю своим глазам, — вздохнула мама. — Мне становится плохо, когда я это вижу.

— Но я не делал этого! — воскликнул Ник и поднял правую руку. — Я клянусь. Клянусь, что не делал этого. Я был в своей комнате. Все это время я разговаривал по телефону.

— Врешь! Тут больше никого не было, — заявил я. — Это мог сделать только ты. Только ты способен на такое!

— Ты сам это сделал, малявка! — заорал Ник. — Ты сам! Чтобы потом обвинить во всем меня!

— Врешь! — завизжал я, бросился на брата и хотел его ударить.

Отцу пришлось нас разнимать.

— Крики тут не помогут, — сказал он. — Может, краска эта смывается. Давайте попробуем что-нибудь придумать.

— Потом. После обеда, — заявила мама и положила на мою кровать синий костюм, который принесла на плечиках. — Спенсер, примерь его после обеда. Этот костюм ты наденешь на свадьбу моей двоюродной сестры. Я немного его ушила. Посмотришь, как он теперь на тебе сидит.

— Только постарайся не испачкать его красной краской! — добавил Ник.

— Заткнись! — закричал я. — Гад! Ты это сделал из-за мороженого! Потому что я не пошел за твоим дурацким мороженым!

— Прекратите — вы оба! — приказал отец. — Давайте пообедаем — спокойно, как цивилизованные люди, — договорились?

— Я согласен, — пробормотал я. Однако обед прошел не совсем гладко.

— Я понимаю, что после такой катастрофы у тебя пропал аппетит. Но сегодня я приготовила твое любимое блюдо, — произнесла мама и поставила передо мной на кухонный стол тарелку.

— Хм… Макароны с сыром. Это и мое любимое блюдо тоже! — заявил отец. — Положи-ка мне побольше, дорогая!

Вообще-то я не люблю макароны. Они скучные.

А еще я терпеть не могу, когда сыр липнет к зубам. Но у меня никогда не хватало духа признаться в этом маме.

Я взглянул через стол на брата. Размалевал стену, и сейчас ему все сойдет с рук, подумал я. Он такой ловкий обманщик. Мама с папой ему всегда верят.

Но ведь это он испортил мне стену. В доме больше никого не было.

Мама положила мне на тарелку целую горку макарон, придвинула миску с салатом.

Я принялся за еду, как вдруг услышал шепот.

Я оглянулся. Но за мной никого не оказалось.

— Здесь… здесь…

Вот как это звучало.

Я засунул в ухо мизинец и пошевелил им. Может, в ушах просто накопилась сера?

По другую сторону стола мама с папой разговаривали о покупке новой печки.

— Горючее для печки стоит целое состояние, — сказал отец, подкладывая на свою тарелку новую порцию салата.

Я вернулся к обеду. Но шепот заставил меня остановиться.

— Здесь. Там…

— Гляди-ка. Здесь.

Внезапно у меня защемило под ложечкой. Ведь ничего этого нет, подумал я.

Я повернулся, обшарил глазами всю кухню. Никого постороннего в ней не было.

— Вон там. Погляди туда.

Призраки? Призраки из дома Скотта?

Может, мы вовсе и не заперли их в шкафу на чердаке? И они прилетели вслед за мной сюда?

Может, Ник сказал правду? Может, вовсе не он испортил мою стену? Может, это сделали призраки?

— Но ведь это безумие. — Я и не понял, что произнес это вслух.

— Что безумие? — переспросил отец.

Он и мама посмотрели на меня.

— Ой. Извините. Я просто задумался, — ответил я.

— Вот. Погляди сюда. Погляди туда.

Я почувствовал на своей шее дуновение горячего воздуха. Словно кто-то дышал мне в затылок. Я резко повернулся. Никого.

— Погляди сюда.

От новой волны горячего дыхания у меня побежали мурашки по коже.

— НЕ-Е-ЕТ! — закричал я. — Уходите! Уходите!

Я вскочил на ноги, опрокинул стакан. Он упал и отколол край от моей тарелки. Макароны просыпались на стол, на пол.

— Здесь. Здесь. Гляди.

— НЕ-Е-ЕТ! — снова закричал я.

— Спенсер, что случилось? — воскликнула мама. Они с папой тоже вскочили.

— Разве вы не слышите? — заорал я. — Разве вы не слышите этот голос?!

— Что мы должны услышать? — воскликнул папа.

Я выскочил из-за стола. Стул с грохотом опрокинулся на пол. Я не стал его поднимать.

Я выбежал из кухни и помчался наверх, в свою спальню. Захлопнул дверь и запер ее на ключ. Но я понимал, что это их не остановит.

Призраки с чердака Скотта преследовали меня. Я это понял.

Почем они прилетели сюда? И что они собираются делать? Будут теперь мстить мне? За что? Что я им сделал плохого?

Глава XXV

ЛЕТАЮЩИЙ КОСТЮМ

Я позвонил Скотту. Рассказал ему про красную краску на стене моей спальни. И про напугавший меня шепот за обедом. Он воспринял мои слова с олимпийским спокойствием.

— Думаю, это те самые призраки, — предположил я. — Вероятно, мы плохо заперли тот шкаф на вашем чердаке.

Скотт долго молчал.

— У нас дома все нормально, — произнес он наконец. — Абсолютно нормально.

Неужели все призраки переселились в мой дом?

Когда я лег спать, сон ко мне не шел. Я долго лежал в постели и прислушивался, не раздастся ли снова шепот, а глазами шарил по темным углам, отыскивая зловещие признаки.

Наконец, когда я уже задремал, мой усталый взгляд уловил что-то необычное.

Какое-то движение.

Мгновенно сон слетел с меня. Я быстро сел.

И увидел, что рукав моего пиджака шевелится.

Тот самый костюм, который мама велела мне примерить. Я совсем забыл это сделать. Бросил его на стул, стоящий у стены, и забыл.

Теперь, онемев от ужаса и разинув рот, я смотрел, как рукав поднимается сам собой. Потом зашевелился и другой рукав. Тут и весь пиджак плавно соскочил на пол.

— Кто там? — спросил я. — Кто это? Тишина.

Я хотел спрыгнуть с кровати, но ноги меня не слушались. Все тело застыло от страха.

Наши рекомендации