Экономические, военно-политические и гуманитарные аспекты интеграции

СТРАН СНГ И БАЛТИИ

Экономика

Поскольку решающую роль в распаде Советского Союза сыграли причины политического и этнического характера, более всех пострадала при этом экономика входивших в него республик. На момент распада все они оставались частями больной, но еще единой советской экономики. С этим связаны трудности их последующей интеграции в мировую экономику. Главными и наиболее общими из них на первых порах стали:

1) разрыв устоявшихся, отработанных хозяйственных связей со странами бывшего СЭВ и между собой в рамках бывшего Союза;

2) переход от плановой экономики к рыночной, протекавший крайне болезненно;

3) как следствие обоих названных факторов – социально-экономический кризис.

Более чем вдвое сократилась доля стран СНГ в мировой экономике – с 5,1 % в 1990 г. до 2,5 % в 1998 г. Масштабы кризиса и динамика выхода из него представлены в следующей таблице (исходной точкой выбран 1989 г. – последний предкризисный год в СССР).

Таблица 1. Объем ВВП в странах СНГ и Балтии в 1989–2002 гг.[1]

    Страны 1989 г. Пик кризиса 2002 г.
Доля в ВВП СССР, % Год % к 1989 г. % к 1989 г.
Бывший СССР 53,2 63,4
Россия 60,6 66,1
Украина 17,4 43,6
Белоруссия 3,9 61,2 90,9
Молдова 35,7
Грузия 1,5 25,5 37,6
Армения 1,1
Азербайджан 1,8 38,4
Узбекистан 3,4 80,4 101,6*
Казахстан 56,3 78,8
Туркмения 0,7 55,9 94,1*
Таджикистан 0,8 32,8 47,3
Киргизия 0,8 54,3 73,2
Эстония 0,6 61,1 81,1*
Латвия 47,6 57,2*
Литва 1,5 55,2 70,6*

*Данные на 2001 г.

Как видно из таблицы, быстрее других кризис протекал в прибалтийских республиках (и быстрее других же там началось его преодоление), поскольку они раньше других (еще находясь в составе СССР) начали рыночные реформы.

Показательно, что из остальных республик наибольшая стабильность достигнута в тех, которые сохранили в условиях рынка государственное регулирование – Белоруссии, Узбекистане и Туркмении. Будущее покажет, правы они были или нет, поскольку об итогах реформ в большинстве стран бывшего СССР говорить еще рано.

Наибольшего падения производства в ходе кризиса достигли Украина, Молдова, закавказские республики и Таджикистан. За исключением Украины, во всех остальных это объясняется длительными и кровавыми вооруженными конфликтами – в странах Закавказья и Молдове межэтническими (молдавско-приднестровский, грузино-абхазский, грузино-осетинский, армяно-азербайджанский), а в Таджикистане гражданской войной. Глубину кризиса на Украине можно объяснить ее наибольшими в прошлом экономическими связями с Россией, разрыв которых оказался наиболее болезненным, а также региональной разнородностью, политической нестабильностью и исключительно высокой коррупцией государственного аппарата.

Характерной чертой кризиса в большинстве республик (кроме Украины, Белоруссии, Узбекистана и Казахстана) является более глубокая его степень в промышленности по сравнению с сельским хозяйством, поскольку именно промышленность наиболее пострадала от разрыва межреспубликанских хозяйственных связей, и рыночные реформы в ней протекали особенно болезненно.

В наибольшей степени кризис поразил высокотехнологичные и наукоемкие отрасли промышленности – отчасти в силу начавшейся конкуренции на мировом рынке (ведь советская экономика была ориентирована в основном на внутреннего потребителя), отчасти по причине негибкости и поспешности в проведении реформ. Не случайно в большинстве постсоветских стран в эти годы произошла примитивизация промышленности, а именно рост сырьевых отраслей при упадке обрабатывающих, поскольку из первых быстрее и доходнее извлекать прибыль без дополнительных затрат. К середине 90-х годов капиталовложения в экономику стран СНГ и Балтии упали до 15–20 % от уровня советского времени. В начале нового тысячелетия в СНГ он едва достигал 30 %.

Общими чертами финансового кризиса стали:

1. Разрушение единого рублевого пространства (первыми вышли из него балтийские республики еще в 1991 г., после неудачной попытки его сохранения в рамках СНГ – все остальные в 1992–1993 гг.).

2. Гиперинфляция и девальвация национальных валют, вызванные освобождением цен (в советскую эпоху устанавливавшихся государством директивно) и падением производства. Пик инфляции в большинстве стран СНГ пришелся на 1992–1995 гг., когда она ежегодно измерялась в десятках раз (в России за этот период деньги обесценились в 10 000 раз). В последующие годы произошла относительная стабилизация. По итогам десятилетия 1990–2000 гг. (1990 – последний доинфляционный год), рост цен в разных республиках бывшего Союза составил (в порядке возрастания): Эстония – 136 раз, Латвия – 148, Литва – 489, Киргизия – 4,1 тыс., Молдова – 10,4 тыс., Узбекистан – 14,9 тыс., Россия – 22,6 тыс., Азербайджан – 26 тыс., Казахстан – 55,3 тыс., Украина – 103 тыс., Армения – 127,2 тыс., Таджикистан – 376,6 тыс., Грузия – 417 тыс., Белоруссия – 2,7 млн, Туркмения – 3,9 млн.

Как видно из приведенных цифр, в меньшей степени инфляция затронула опять же балтийские страны, в которых наиболее последовательно и жестко, с позиций «монетаризма» проводились валютно-финансовые реформы и которые были в наибольшей степени обеспечены иностранными (западными) займами. Позже всех стабилизировали цены Белоруссия из-за непоследовательной политики в проведении реформ и Туркмения из-за проблем с экспортом газа (составляющего в ней основное природное сырье). В большинстве стран СНГ (в том числе в России) в результате пришлось проводить деноминацию национальных валют.

3. Хронический дефицит бюджета, из которого первыми вышли (по тем же причинам) балтийские республики (первой – Эстония с 1994 г.). Россия вышла на стабильно профицитный бюджет с 2000 г., а некоторые страны СНГ не преодолели дефицита до сих пор.

4. Рост внешнего и внутреннего государственного долга во всех странах бывшего СССР. Максимальные цифры внешнего долга, в разных республиках пришедшиеся на период от 1997 до 2000 г., составили (в миллиардах долларов, по возрастающей): Армения – 0,7; Таджикистан – 0,9; Молдова – 1; Белоруссия – 1,1; Азербайджан – 1,2; Киргизия – 1,8; Грузия – 1,9; Туркмения – 2,5; Латвия – 2,6; Эстония – 2,7; Литва – 3,3; Узбекистан – 4,1; Украина – 10,9; Казахстан – 12,3; Россия – 163. В отношении России столь великая цифра объясняется как неизмеримо большим удельным весом ее экономики по сравнению с остальными, так и тем, что она приняла на себя весь 69-миллиардный внешний долг бывшего СССР, включая признанный М.С. Горбачевым дореволюционный долг Российской империи. Но именно Россия, в силу начатой с 1998 г. правительством Е.М. Примакова и продолженной в президентство В.В. Путина жесткой экономии бюджета, укрепления финансовой дисциплины и обозначившегося с 2000 г. устойчивого (хотя и медленного) экономического роста, к настоящему времени в числе первых погасила почти все внешние долги. Большинство же стран СНГ за эти годы задолжали не только Западу, но и России.

Проблемы внутреннего государственного долга нередко решались за счет населения – такими путями, как в России безвозвратное обесценение сбережений в начале реформ и дефолт в 1998 г.

Разрыв хозяйственных связей, сложившихся в советский период, привел к сокращению объема торговли России с республиками бывшего Союза с 1990 по 2001 г. более чем в 5 раз – с 138 до 26 млрд долларов. Доля стран СНГ во внешней торговле России упала почти в 3 раза – с 55 до 20 %.

Главными социальными последствиями всех перечисленных катаклизмов в большинстве республик стали: резкое падение уровня жизни и социальная поляризация. Рост цен неизменно опережал рост номинальных доходов населения.

Таблица 2. Реальная зарплата в странах СНГ и Балтии в пик кризиса в процентах к советскому периоду (в порядке убывания[2])

Страны Реальная зарплата в пик кризиса (год), % к 1990 г.  
 
Эстония 83 (1992 г.)  
Латвия 73 (1992 г.)  
Киргизия 61 (1994 г.)  
Белоруссия 56 (1995 г.)  
Литва 54 (1992 г.)  
Россия 43 (1995 г.)  
Украина 27 (1994 г.)  
Казахстан 25 (1994 г.)  
Молдова 25 (1994 г.)  
Азербайджан 14 (1995 г.)  
Армения 7 (1994 г.)  
Туркмения 7 (1995 г.)  
Таджикистан 5 (1996 г.)  
Узбекистан нет данных  
Грузия нет данных  

Все это отразилось на сокращении продолжительности жизни и рождаемости в большинстве стран СНГ, результатом чего стало общее сокращение численности населения (за исключением мусульманских стран, где рождаемость неизменно высока).

Следующая таблица отражает наиболее общепринятый в мире, ежегодно измеряемый ООН показатель качества жизни по странам СНГ и Балтии – индекс человеческого развития, состоящий из произведения трех показателей: ВВП на человека в год, продолжительности жизни и уровня образования, а также сокращение численности населения.

Таблица 3. Показатели качества и продолжительности жизни в странах СНГ и Балтии (за точку отсчета взят последний относительно благополучный 1990 г.)[3]

Страны Место в мире по индексу челов-го развития на 1999 г. ВВП на человека в год на 1999 г., тыс. долл. Продолжительность жизни, годы Численность населения, млн чел.
Эстония 8,4 1,5 1,4
Литва 6,7 2,6 2,4
Латвия 6,3 3,7 3,7
Белоруссия 6,9 10,2
Россия 7,5 148,5
Армения 2,2 3,6
Украина 3,5 51,7 47,5
Казахстан 16,4
Грузия 2,4 5,4
Азербайджан 2,9 7,2
Туркмения 3,3 3,8 4,8
Киргизия 2,6 4,4
Молдова 4,4
Узбекистан 2,3 20,6
Таджикистан 5,3 6,5

Следует отметить, что Советский Союз входил в группу первых 50 стран мира, считавшихся развитыми по уровню жизни. Теперь из его бывших республик в эту группу входят лишь страны Балтии, хотя реальный разрыв между ними и Россией невелик.

Пик экономической дезинтеграции в СНГ пришелся на 1993 г., когда окончательно развалилось единое рублевое пространство и было в целом разделено союзное наследство.

Попыткой преодолеть эту тенденцию стал упоминавшийся договор об Экономическом союзе, заключенный в сентябре 1993 г. и предполагавший поэтапную интеграцию по образцу Евросоюза: от создания зоны свободной торговли – через формирование таможенного союза – к общему рынку товаров, труда и капиталов – и, наконец, к возрождению единой валютной (рублевой) системы. Однако уже на этапе разработки и подписания конкретных соглашений по реализации договора уклонились от участия в нем Украина и Туркмения. В дальнейшем разногласия между остальными участниками не позволили реализовать даже первую стадию договора.

Характерно, что среди наиболее неуступчивых стран в процессе переговоров оказалась сама Россия, настаивавшая на изъятии из списка беспошлинных более 200 категорий товаров. В противном случае она рискует ежегодными миллиардными убытками. С другой стороны, сохранение пошлин на российские энергоносители лишает смысла участие в зоне свободной торговле стран-потребителей вроде Украины. Правда, образование зоны свободной торговли выгодно российским обрабатывающим предприятиям. И все же в итоге победила ориентация российского руководства на поддержку более доходных сырьевых отраслей. Таким образом, экономическая стратегия самой России способствовала провалу попытки общеэкономической интеграции. С другой стороны, Россия, экономически наиболее мощная из стран Содружества, в наименьшей степени зависит от торговли с бывшими «подопечными» соседями.

Формирование зоны свободной торговли осложнено вступлением во Всемирную торговую организацию (ВТО) с иными правилами Грузии, Армении, Молдовы и Киргизии. А ожидаемое с года на год и постоянно откладываемое принятие России в ВТО (против чего есть серьезные противники с вескими аргументами в самой России) раньше создания режима свободной торговли в рамках Содружества сделает общеэкономическую интеграцию в СНГ невозможной.

Первое время после распада Союза в большинстве республик СНГ преобладали иждивенческие стереотипы по отношению к России, чему во многом способствовали принятие ею на себя всей суммы внешнего долга СССР, льготные цены на энергоресурсы и льготный режим проезда граждан стран Содружества на заработки в Россию. С середины 90-х годов наметился поворот к тому, что теперь принято называть «разноскоростной и разноформатной интеграцией», то есть к образованию в рамках Содружества региональных группировок по интересам. Ужесточение Россией экономической и миграционной политики в отношении политически недружественных республик, усилившееся в президентство В.В. Путина, способствовало изживанию иждивенческих настроений и интеграции на деловой взаимовыгодной основе.

Одной из реальных форм интеграции в СНГ служит деятельность транснациональных корпораций (ТНК), конвенция о которых была принята Советом глав правительств Содружества в марте 1998 г. Уже спустя 5 лет на территории Содружества действовали до 70 ТНК, из них около 30 – топливно-энергетические, на втором месте – металлургические. Быстро обозначилось доминирование российских корпораций с государственным участием («Газпром», «Лукойл», «Роснефть» и др.). Пытаясь противостоять ему, некоторые страны СНГ (среди них – Украина) создают условия повышенной трудности для российских инвестиций. Но растущий долг этих стран по отношению к России обрекает их на зависимость от нее и позволяет российским компаниям скупать их имущество, в чем особенно преуспели «Газпром» и РАО ЕЭС.

Значительно быстрее официальной идет интеграция на уровне контрабанды и теневой экономики, облегченная «прозрачными» границами большинства государств СНГ.

Основными региональными экономическими группировками в СНГ являются:

Евразийское экономическое сообщество (ЕврАзЭС) – наиболее крупная, основана в 1995 г. (под действующим названием с 2000 г.), сегодня в ее состав входят Россия, Белоруссия, Армения, Казахстан, Киргизия и Таджикистан. Штаб-квартира – Алма-Ата (Казахстан). Главные координирующие органы – Межгосударственный совет и назначаемый им постоянно действующий Интеграционный комитет во главе с генеральным секретарем. Изначальными целями организации было достичь того, что не удалось в рамках СНГ. Но и в более узком составе работа оказалась затрудненной, хотя по ряду вопросов продвижение значительно более существенно, чем по Содружеству в целом. Несмотря на то, что в Интеграционном комитете страны-участницы представлены в пропорции, приближенной к их реальному весу (Россия – 40 % голосов, Белоруссия и Казахстан – по 20 %, Таджикистан и Киргизия – по 10 %), существующие разногласия и нежелание каждой из стран поступиться частью своего суверенитета тормозят процесс интеграции.

Союз России и Белоруссии, образованный в 1996 г. По пути реальной интеграции этот союз продвинулся значительно дальше, что обусловлено во многом наибольшей этнокультурной близостью между двумя странами, а также политической изоляцией белорусского режима А.Г. Лукашенко в Европе. В декабре 1999 г. в Москве был подписан договор о создании Союзного государства России и Белоруссии. Договор предусматривал создание таких руководящих органов, как Высший государственный совет (его председателем стал президент Белоруссии А.Г. Лукашенко), Совет министров (во главе с председателем правительства России) и 2-палатный парламент, выборы в который так и не проводились. Реально текущую работу возглавляет находящийся в столице Белоруссии Минске государственный секретарь на правах заместителя председателя совета министров (первым на эту должность был назначен представитель России П. Бородин). Но, хотя изначально целью союза было провозглашено поэтапное формирование единого федеративного государства, достичь этого не удалось по следующим причинам: а) сложившееся различие экономических систем и экономической политики двух государств (в Белоруссии жестко авторитарный режим, сохраняющий все рычаги государственного регулирования и не допускающий крупномасштабного развертывания частного капитала, в России же, при всех тенденциях к авторитаризму, экономика носит гораздо более либеральный характер); б) нежелание белорусского руководства поступиться частью своего суверенитета, что неизбежно при реальной интеграции по причине несоизмеримости потенциалов России и Белоруссии, плюс личные политические амбиции А.Г. Лукашенко (пока у власти в России стоял стареющий и потерявший популярность

Б.Н. Ельцин, он лелеял надежду стать президентом союзного государства, но эти надежды улетучились с приходом к власти в России В.В. Путина, а на подчиненную роль Лукашенко не пойдет); в) противодействие Запада возрождению любого подобия Российской империи, первым шагом к чему могло бы послужить воссоединение Белоруссии с Россией. Поэтому в последующем речь шла лишь о военно-политическом оборонительном союзе и о создании единого экономического пространства с единой рублевой валютой. Первое по существу достигнуто, создана региональная объединенная группировка войск. Со вторым проблем больше, что упирается во внутреннюю политику каждой из стран.

ГУАМ – экономический союз Грузии, Украины, Азербайджана и Молдовы, образованный в 1997 г. (некоторое время к нему примыкал также Узбекистан). Высший орган – ежегодный саммит глав государств, постоянно действующий рабочий орган – Комитет национальных координаторов, штаб-квартира – Ялта. Изначально главной целью ГУАМ было заявлено принятие совместных мер, направленных на скорейшую интеграцию в Евросоюз. В реальности это объединение вызвано стремлением избавиться от энергетической зависимости от России; одним из средств для этого стал проект южного транспортного «Шелкового пути», или ТРАСЕКА. Антироссийская направленность данного объединения обусловила его поддержку со стороны США. Но в реальности этот альянс является слабейшим, по существу бездействующим из всех экономических союзов в СНГ – не только в силу разногласий (в частности, особняком по большинству вопросов стоит Азербайджан), но и по причине внутренней политической нестабильности остальных стран-участниц, препятствующей их экономической активности. Это – единственная из региональных экономических группировок в СНГ, товарооборот между участниками которой падает, а не растет.

Центрально-Азиатское сотрудничество – первый из региональных экономических союзов на территории СНГ, основанный в 1993 г. (под действующим названием с 2001 г.). Он объединяет бывшие республики Средней (Центральной) Азии – Узбекистан, Казахстан, Киргизию и Таджикистан. Штаб-квартира – столица Киргизии Бишкек. Туркмения, проводящая обособленную политику, в этой интеграции не участвует. Организацию возглавляет Межгосударственный совет из глав государств и правительств, который назначает постоянно действующий Межгосударственный исполнительный комитет, создан межгосударственный банк, разработаны многочисленные совместные экономические проекты. Но реальная степень интеграции тоже немногим отличается от СНГ по причине противоречий между ее участниками, в первую очередь, между Узбекистаном и Казахстаном, каждый из которых претендует на лидерство в регионе. Более реальным является военно-политическое содружество стран ЦАС, объединенных угрозой исламского фундаментализма и терроризма (особенно после событий 11 сентября 2001 г. в США), поскольку все они являются по составу своих элит, политике и идеологии светскими государствами.

В настоящее время большинство стран СНГ находятся на завершающем этапе выхода из экономического кризиса и достижения объемов производства советского времени. Затяжной характер этого процесса, начавшегося лишь в конце 90-х годов, обусловлен теми же причинами, о которых говорилось в начале лекции. Дольше всех задержались на этапе преодоления кризиса Украина, Молдова, Грузия и Таджикистан, прежде всего по политическим причинам, о которых говорилось выше.

В развитии же реальной интеграции между ними серьезную проблему представляют как политические амбиции национально-государственных элит – явление безусловно временное и субъективное, так и гораздо более серьезный фактор – сырьевая направленность развития послекризисных экономик. Ее исправление тоже по большей части зависит от воли руководителей к корректированию проводимых реформ, и прежде всего – от России, которая одна может выступить в роли экономического локомотива Содружества.

Наши рекомендации