Военное искусство второй половины xviii в

Русское военное искусство второй половины XVIII в. достиг­ло вершины в деятельности полководца Александра Васильевича Суворова и флотоводца Федора Федоровича Ушакова, причем значение разработанной ими стратегии и тактики выходило за национальные рамки.

Суворов прошел путь от рядового солдата до генералиссиму­са. Боевое крещение он получил в 28-летнем возрасте, участвуя в чине подполковника в Семилетней войне. С тех пор он дал мно­жество сражений на открытой местности, в горах, при осаде и штурме крепостей и ни одного не проиграл. Он опирался на опыт предшествовавших ему русских полководцев, прежде всего П. А. Румянцева. Но заслуга Суворова состоит в том, что нахо­дившиеся в зародыше новшества в стратегии и тактике он довел до совершенства, придав им суворовские черты.

В Западной Европе в это время господствовала кордонная стратегия, суть которой состояла в том, что войска распределя­лись равномерно по всей линии фронта, используя в качестве опорных пунктов крепости. Главным способом ведения войны

считалось маневрирование на коммуникациях противника. Ру­мянцев и Суворов кордонную стратегию заменили сосредоточени­ем основных сил на главном участке сражения, а целью войны считали не маневрирование и истощение ресурсов противника, а уничтожение его живой силы. Эту мысль Суворов формулировал афоризмами: «Дерево срубишь — сучья сами упадут»; «Уничто­жена армия — крепости сами падут». Овладение полем боя про­тивника полководец считал неудачей. «Оттеснен противник — не­удача, уничтожен — победа». Отсюда главный вид боевых дейст­вий — наступление, стремительная атака, переходящая в штыко­вой удар. Эти высказывания Суворова на много лет упредили взгляды Наполеона, который писал: «Я вижу только одно — мас­сы неприятельских войск. Я стараюсь их уничтожить, будучи уверен, что все остальное рухнет вместе с ними».

Кордонная система находила воплощение в линейной тактике:
противостоявшие на поле боя армии выстраивались в две линии,
каждая из которых состояла из трех шеренг. В центре распола­
галась пехота, на флангах —кавалерия, а между ними — пушки.
Такое построение войск практически ограничивало использова-
| ние резервов, поскольку они стесняли маневрирование. Суворов

| резерву отводил роль ударной силы, направляемой на тот учас-

!> ток сражения, где решалась его судьба, либо на обеспечение

безопасности флангов.

\ Суворов считал, что на исход операций оказывали воздейст-

] вие три фактора: глазомер, быстрота и натиск. Под глазомером

понималось умение быстро ориентироваться в обстановке, опре-
1 делить уязвимые места боевых порядков противника, проник-

нуть в его планы. Быстрота — умение действовать внезапно, что
уравнивало силы атакующего с силами численно превосходящего
противника: «Неприятель нас не чает, щитает нас за сто верст,
, а коли издалека, то в двух и трех стах и больше: вдруг мы на не-

го, как снег на голову Закружится у него голова! Атакуй с чем пришли, с чем бог послал!» Под натиском подразумевались решительные действия: нельзя останавливаться на полпути, надо преследовать противника до его полного уничтожения.

Мысли Суворова о стратегии и тактике изложены в много­численных его приказах, наставлениях, письмах и высказывани­ях, переданных современниками. Главным трудом в его теорети­ческом наследии является «Наука побеждать», в которой об- общен богатый боевой опыт командования войсками и участия в сражениях. Оригинален язык этого сочинения, в нем мысли отточены в афоризмах, понятных как офицеру, так и солдату: «Стреляй редко, да метко, штыком коли крепко»; «Голод — луч­шее лекарство» и т. д.

Особое место в «Науке побеждать» занимает солдат, его вос- питание и обучение. Некоторые высказывания Суворова не утра- тили значения и сейчас: главным он считал воспитание патрио­тизма, выносливости, храбрости, решительности и т. д.

Военное искусство Суворова опережало время. Это определи­ло непонимание правящими кругами России гения великого пол­ководца и вызывало частые недовольства двора, когда заслужен­ные почести сменялись опалами и даже травлей. Суворов гово­рил, что он был ранен 32 раза: «дважды на войне, десять раз до­ма и двадцать у двора». И это несмотря на то, что Суворов был горячим сторонником монархического режима и отдал свои полководческие дарования его укреплению.

Выдающегося флотоводца Ф. Ф. Ушакова называли морским Суворовым. У Ушакова с Суворовым было много общего: он то­же опирался на опыт морских сражений своего предшественника Г. А. Спиридова, героя битв в Хиосском проливе и в Чесменской бухте. Как и Суворов, Ушаков не знал поражений, подобно ему, он считал главной задачей сражения разгром противника, унич­тожение неприятельских кораблей, прежде всего флагманского корабля с помощью сосредоточения всего огня на одной цели. Ушаков руководствовался таким же отношением к матросу, как Суворов к солдату, считая важнейшей обязанностью командиров воспитание таких качеств, как патриотизм, храбрость, смекалка, умение быстро ориентироваться в боевой обстановке и принимать решения. Ушаков блестяще маневрировал кораблями во время сражений. Такого можно было достичь только слаженными действиями экипажей, их высокой боевой выучкой.

Суворов и Ушаков заняли выдающееся место в истории рус­ского военного искусства. Их школы дали стране немало талант­ливых военачальников: Кутузова, Багратиона и многих других в армии, Сенявина, Лазарева и других на флоте.

Глава XX. КУЛЬТУРА И БЫТ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XVIIIв.

Наши рекомендации