Часть 3 . Каждый охотник желает знать, кого можно есть...(ХЗБ)

Судя по всему, настроение у демона поднялось, как после хорошей понюшки. Он предусмотрительно не повел огонь к русой дорожке на животе, легко убрал руку.
Макс уже не сопротивлялся так активно. Где-то из глубин коллективного бессознательного, ему удалось вспомнить, наконец, что помимо крайне неприятных черт, Асмодей еще и демон вожделения, блуда и сладострастия. И уж, наверное, знает, что делает. Тем временем Асмодей со знанием дела перебросил его на четвереньки, отработанным движением поддернув под живот. Помедлив, вновь добытой веревкой ловко скрутил руки частыми обвязками. То есть опираться на локти можно. И все. Макс слегка занервничал, когда проклятый шелковый шарф снова оказался на лице. На этот раз основательно завязали глаза. Макс возмутился:
- Эй! Желание, блять!
И чуть дрогнувшим голосом:

- Ты, вообще, сволочь тридцать вторая, что творишь?
- Я? - демон незаметно потеребил веревку, проверяя, не туго ли. – Примеряюсь к своей плате. Мне нужно удовольствие. Последняя фраза прозвучала с металлическим отзвуком в стиле «Есть, капрал!».
– И, разумеется, господин, я выполню твое желание, да-а.
Тварь перепончатолапая даже не издевалась! Этот Асмодей, что, решил, что он на распродаже?!!!

По спине едва ощутимо протек огонь, и Макс заткнулся, подставляясь. Он и представить себе не мог, что легчайшее, нечеловечески быстрое касание язычков пламени может доставлять такое пронизывающее удовольствие. Которое, кстати, скрыть невозможно – по спине, просто, рекой бежала рябь подлых мурашек. Затем опять началось безумие. На плечи легли поглаживающие руки. По пояснице ощутимо и мокро прошелся собачий язык.
Долгими горячими мазками, поднимаясь к лопаткам и спускаясь обратно, к крестцу.

Жаркое дыхание обожгло загривок, язык принялся облизывать позвонки, плечо осторожно прикусили крупные зубы. И тут Макс придушенно взвыл – за бедра взялись цепкие руки, раздвинули, и к ягодицам и дальше, к отверстию, юрко скользнуло узкое, раздвоенное змеиное жало. Принялось перебирать тонкую собранную кожу. Легко пробегаясь ниже, ловко облизывая яйца, и возвращаясь обратно. Когтистая рука осторожно провела по животу, вызвав сладкую дрожь по всему телу, и спустилась к паху. Слабовольно подавшись назад, уронив лицо в связанные руки, едва не скуля в голос, Макс вдруг подумал – может быть, в этом что-то есть…К тому же Асмодей не очень похож на человека, и болтать не станет – он этим веками занимается, гаденыш.

С каждым ввинчивающимся движением умелого, сочащегося текучей шелковистой слюной змеиного языка капитуляция становилась все реальнее. К тому же, Макс был наслышан про попперс и иже с ним, а демон давал возможность прилично сэкономить на всякой дряни, перепробовав все, что придет в башку. Да и вообще – потрахаться с демоном, быть оттраханным демоном – какая, нах, разница. Дело свое тридцать второй знать обязан.
Позади что-то развернулось с тихим кожистым шорохом.
- Крылья, – обмер Макс.
Надо думать, к теме получения своего гонорара демон подошел со всей ответственностью. Макс плюнул на все и прогнулся сильнее.
Внезапно его заторможенное от удовольствия сознание молнией продернула естественная мысль – а что именно у Асмодея там? «Его член всегда был как у мула…» - заботливо подкинуло мировое сознание. Это про ифритов или как? Бля-я, от затылка пополз липкий страх. Макс попытался вывернуться из когтей.
- Агрр-рх! – недовольно откликнулся демон. Прихватил зубами и грубо потащил обратно. Удвоив старания змеиного языка и суставчатой руки. Проурчал что-то ворчливое на непонятном языке и начал потихоньку вталкиваться. Макс зашипел предостерегающе, но умолк, осознав полное отсутствие дискомфорта. Блядский князь инкубов и суккубов не уронил свою репутацию. Дальнейшее воспринималось урывками.
Их валяло по всей комнате. Разбили кружку и раскидали уголь. Сползшая к чертям повязка, волосы Асмодея подметают пол, лезут в лицо, их все время придавливают, паркет с треском продирают острые черные когти. Сильное крыло упирается для устойчивости в стену, неловко соскальзывает, и задыхающийся Макс даже благодарен за скрученные руки – они тоже помогают держаться, используя их для опоры на стену. Глаза он решил держать крепко зажмуренными, потому, что нечаянно задел потной щекой скуластую собачью голову, и язык-тряпочка тут же прошелся до локтя.
Внезапно Асмодей остановился.
Макса аж заломало всего, превратив в бьющийся клубок, способный растерзать даже демона.

- Ну, – рявкнул он, – ну, давай же, блять!!
- Ваше желание, мой господин? - ровно и вежливо спросил демон.
И слегка толкнулся, под другим, чертовски нужным углом, подчеркивая сказанное. Еще несколько раз двинулся и опять замер, крепко удерживая тело под собой, не давая вскидываться в ответ.

- Да! Да!! – простонал, едва не рыдая, Макс.
– Не останавливайся, тварь!!!!

Меа кульпа, меа максима кульпа.

Тяжелая бычья голова легла на плечо. Пускай.
Всем телом содрогаясь в такт неистовому ритму, под свой однообразный речитатив «Еще, еще, еще», бессильно падая лицом в веревки, он еще успел подумать, что первое свое желание он позорно слил. Начхать. О-о-о-о…Да-а-а-а…

Очнулся Макс на полу. Возле пустой бутылки коньяка. Носом почти в раскрошенном угле. Отметил, что эти встречи с паркетом становятся патологически регулярными и надо, в таком случае, что-то придумать с уборкой.
Головой шевелить не представлялось возможным.
Руки свободны.
Князь, кстати, достойно связывает – на запястьях ни одного следа.
Покрытое синяками и укусами тело подло ластилось и млело, готовое продать все за пережитое только что удовольствие.

Тридцать второй, похоже, умотал в неизвестном направлении, спасибо всем - всем-всем и господу богу.
Макс понемногу начал осознавать, во что он влип. Потом, когда осознание притомило, озадачился другим скорбным вопросом – чтобы спать (а спать хотелось зверски), нужно встать и лечь на кровать. Еще можно сходить в душ, например.
Или же остаться на полу, как есть. Голым и получившим шикарнейшее удовольствие.
Сил не было никаких, даже на какое-нибудь вялое проявление воли.

Штиль.

Раздирая ватную тишину, заорал мобильник.
Макс, подвывая и запинаясь, кое-как встал и пошел его отыскивать. Разумеется, Серега, полностью и тяжело неадекватный, так как жесточайше огреб от Петровича за треклятую плазму. Каковую плазму он таки не купил, ибо заебся со своими имбецилами на объекте для мэрии.

Слушая Серегин бубнеж, Макс почесывал ногу и размышлял о своем следующем желании.

Ход мыслей демона ему начинал нравиться.

Наши рекомендации