Он делал бы калеками на всю жизнь тех, кто однажды не оправдал его ожиданий

Наказание должно быть не на пользу грешнику – оно должно служить спасению его товарищей.

Джордж Паттон

За пределами обычной вздрючки лежит земля, где требования по‑настоящему велики и промахи не прощаются.

Не так давно жил да был один очень популярный старший менеджер в одном бизнесе, который я хорошо знаю. Джим нравился всем. Его подчиненным казалось, что он дает им нужное направление в работе. Всем нравилось, что он пытался создать единый сплоченный коллектив. Он ввел новые порядки на предприятии, и впервые люди получили возможность задавать вопросы непосредственно высшему руководству. Он прекрасно смотрелся в своем костюме‑тройке. Лишь одно было не в порядке: продажи росли не так быстро, как хотелось.

Так было на протяжении трех кварталов, а затем, когда он был на вершине популярности и власти, корпорация выставила Джима вон. Сделал это его непосредственный начальник. Однако непосредственно проследил за тем, чтобы это непременно случилось, еще более высокий начальник в Чикаго, назовем его Боб. Все менеджеры аналогичного ранга обратили внимание на произошедшее и извлекли уроки. Не хочу сказать, что в этой компании сотрудники лучше, чем в какой‑нибудь другой. Но вот менеджеры низшего звена здесь действительно весьма нервные.

И это всегда только на руку.

В той же компании есть большое коммерческое подразделение недалеко от Сент‑Луиса. Показатели хорошие, причем из года в год. Но рост компании не превышает и пяти процентов. А Боб хочет, чтобы рост был как минимум не ниже десяти. А раз хочет Боб – хотят и его непосредственные подчиненные. Поэтому в один прекрасный день подразделение лишается целого отдела менеджеров по сбыту. Их суммарный стаж работы в компании превышал сто лет. А теперь им сказали «гуд бай», и точка. Поговаривали, что они тратили немало времени на угощение потенциальных покупателей обедами, порой позволяя себе выпить более одного коктейля в середине рабочего дня.

Иногда покупателей было не так много, но ребята все равно выпивали свои положенные коктейли. Как бы то ни было, руководство это в конце концов достало. На их место пригласили новых ребят.

Сейчас компания растет быстрее.

Чтобы коррекционные действия были эффективными, они должны производиться быстро и уверенно. Как‑то в нашу организацию взяли парня с Западного побережья. Скользкий такой тип маленького роста. Короткая стрижка. Маленькая голова в форме пули. Я бы сказал, снисходительный в обхождении. К тому же ни дать ни взять всезнайка. Его наняли, чтобы он пересмотрел нашу стратегию по целому ряду пунктов и бла, бла, бла. Он, по сути, должен был стать политическим лидером корпорации – ни больше, ни меньше.

И вот этот умный, высокооплачиваемый, нахальный молодец впервые встречается с нашим тогдашним председателем, Марком. Сначала он потратил какое‑то время на то, чтобы раскритиковать в пух и прах всю предыдущую деятельность компании, а затем долго сотрясал воздух о необходимости коренной переделки, и не просто с помощью лопаты, а с привлечением тяжелой техники. В ходе всего этого он не продемонстрировал никаких конкретных знаний, касающихся сферы деятельности компании, обходясь все больше общими словами, а также ухитрился чем‑нибудь поддеть буквально всех за столом, в том числе и Марка.

После встречи стоит Марк в коридоре и разговаривает с президентом компании – два государя, стало быть, беседуют, – а затем, направившись было в свой офис, Марк вдруг поворачивается, как будто его только что осенила идея, и говорит: «О, кстати, Ленни. По поводу этого нового парня. Ты, быть может, хочешь встречаться с ним и в дальнейшем, а вот я не хочу никогда. Впредь не надо меня звать туда, где он».

Ленни всю ночь мучительно решал дилемму и в итоге не сомкнул глаз. Он ведь только что нанял человека за большие деньги, а теперь председатель объявил того персоной нон грата. Он мог бы попробовать поговорить с парнем. Мог бы объяснить ему все, научить, как себя вести. Помочь ему проявить свои положительные качества. Помочь ему начать все сначала. Попытаться спасти что– нибудь из‑под руин…

Или же – нет. На следующий день Ленни пришел на работу пораньше, вызвал самонадеянного молодого человека в свой офис и сказал ему: «Знаешь, Барри, я мог бы соврать и сказать, что ты взял несколько неверный старт и нам нужно теперь вернуть все на свои места, но, знаешь, не хочу. Ты уволен».

Мне приходилось слышать о том, как людей с треском скидывали с самых высоких постов. Но этот случай – своего рода рекорд в плане скорости, с которой произошло увольнение, и величины ставки, которую потерял в итоге человек.

Так что, как мне кажется, история увенчалась хэппи‑эндом, не правда ли?

Наши рекомендации