Женщина, уличенная в прелюбодеянии

(1792.5) 162:3.1 Именно во время этого посещения Иерусалима Иисус столкнулся с женщиной, имевшей дурную репутацию и приведенной к нему ее обвинителями и его врагами. Из того искаженного описания этого случая, которое есть у вас, можно сделать следующий вывод: эта женщина была приведена к Иисусу книжниками и фарисеями, и своими действиями Иисус дал им понять, что эти религиозные вожди евреев, возможно, и сами повинны в аморальном поведении. Иисус хорошо знал, что хотя из-за своей приверженности традициям эти книжники и фарисеи отличались духовной слепотой и предвзятостью, они принадлежали к числу наиболее высоконравственных людей своего времени.

(1793.1) 162:3.2 В действительности же произошло следующее. Рано утром на третий день праздника, когда Иисус подходил к храму, ему повстречалась группа наймитов синедриона, волочивших за собой женщину. Когда они подошли поближе, один из них обратился к Иисусу: «Учитель, эта женщина была уличена в прелюбодеянии – застигнута на месте преступления. Закон Моисея требует, чтобы мы побивали таких камнями. Как, по-твоему, следует поступить с ней?»

(1793.2) 162:3.3 По замыслу врагов Иисуса, если бы он поддержал закон Моисея, требующий побивать камнями сознавшегося преступника, он был бы вовлечен в столкновение с римскими правителями, которые отказывали евреям в праве выносить смертный приговор без одобрения римского суда. Если бы он запретил побить эту женщину камнями, они обвинили бы его перед синедрионом в том, что он ставит себя выше Моисея и иудейского закона. Если бы он промолчал, они обвинили бы его в трусости. Однако Учитель поступил так, что весь план развалился под тяжестью собственной подлости.

(1793.3) 162:3.4 Эта некогда благопристойная женщина являлась женой одного скверного жителя Назарета – того самого, который когда-то досаждал Иисусу в дни юности. Женившись на ней, этот человек самым постыдным образом заставил ее зарабатывать на жизнь своим телом. Он явился на праздник в Иерусалим для того, чтобы его жена могла торговать здесь своей привлекательностью. Сговорившись с наймитами иудейских правителей, он тем самым предал свою собственную жену, использовав для этого превращенный в источник наживы порок. Так они появились вместе с женщиной и ее греховным партнером с целью заманить Иисуса в ловушку – заставить его сделать заявление, которое можно было бы использовать против него в случае его ареста.

(1793.4) 162:3.5 Глядя поверх толпы, Иисус увидел ее мужа, находившегося позади остальных. Он знал, что это за человек, и понял, что тот является соучастником этой презренной сделки. Сначала Иисус, обойдя толпу, приблизился к подлому мужу и начертил на песке несколько слов, заставивших того поспешно удалиться. После этого он вернулся назад и, встав перед женщиной, написал на земле то, что предназначалось ее возможным обвинителям; прочитав его слова, они также ушли, один за другим. А когда Учитель в третий раз написал на песке, ушел и порочный партнер женщины, так что когда Иисус закончил писать и поднялся, он увидел, что женщина стоит перед ним в одиночестве. Иисус спросил: «Женщина, где твои обвинители? Разве никого не осталось, чтобы побить тебя камнями?» И женщина, подняв глаза, ответила: «Никого, Господи». И тогда Иисус сказал: «Я знаю о тебе; и я не осуждаю тебя. Ступай себе с миром». И эта женщина, Хилдана, оставила своего нечестивого мужа и примкнула к ученикам царства.

ПРАЗДНИК КУЩЕЙ

(1793.5) 162:4.1 Присутствие на празднике кущей людей со всего известного мира, от Испании до Индии, предоставило Иисусу идеальную возможность впервые публично и во всей полноте возвестить евангелие в Иерусалиме. Во время этого праздника люди проводили много времени на открытом воздухе в лиственных шалашах. Это был праздник сбора урожая, и так как он отмечался в прохладные осенние месяцы, евреи рассеяния чаще посещали его, чем Пасху в конце зимы или Пятидесятницу в начале лета. Наконец-то апостолы увидели их Учителя смело провозглашающим свою миссию на земле как бы всему миру.

(1794.1) 162:4.2 То был праздник праздников, ибо в это время можно было принести любую жертву, не принесенную на других празднествах. Здесь принимались пожертвования на храм; праздничные развлечения сочетались с торжественными религиозными обрядами. Это были дни народного ликования, смешанного с жертвоприношениями, хвалебными псалмами левитов и торжественным звучанием серебряных труб священников. По вечерам храм и его паломники представляли собой впечатляющее зрелище, освещенные огромными светильниками, ярко горевшими во дворе женщин, и ослепительным светом множества факелов, установленных во дворах храма. Весь город был в нарядном убранстве; исключение составляла только римская крепость Антония, мрачным контрастом возвышавшаяся над праздником веселья и вероисповедания. И как же евреи ненавидели это вечное напоминание о римском иге!

(1794.2) 162:4.3 Во время этого праздника принесли в жертву семьдесят тельцов – символ семидесяти наций языческого мира. Церемония излияния воды, которая символизировала излияние божественного духа, состоялась после утренней процессии священников и левитов. Верующие сошли по ступеням, ведущим из двора Израиля во двор женщин, в то время как священники раз за разом трубили в свои серебряные трубы. После этого благоверные направились к великолепным воротам, открывавшимся во двор язычников. Здесь они обратились лицом к западу, чтобы повторить свои псалмы и продолжить путь к месту символического излияния воды.

(1794.3) 162:4.4 В последний день праздника около четырехсот пятидесяти священников и соответствующее число левитов совершили богослужение. На рассвете со всего Иерусалима собрались паломники; каждый из них нес в правой руке сноп мирта, ивовые прутья и пальмовые ветви, а в левой держал ветвь райского яблока – цитрона, или «запретного плода». Для этой утренней церемонии все паломники разделились на три группы. Одна осталась в храме для участия в утренних жертвоприношениях, другая вышла из Иерусалима и спустилась в район Мазы, где нарезала ивовые ветви для украшения жертвенника, в то время как третья группа образовала процессию, которая – вслед за храмовым священником, под звуки серебряных труб несшим золотой сосуд для наполнения ритуальной водой, – вышла из храма и прошла через Офел к расположенному поблизости Силоаму, где находились ворота источника. После наполнения золотого сосуда из Силоамской купальни процессия повернула назад в храм, прошла через Водяные ворота и направилась прямо во двор священников, где к священнику, державшему в руках сосуд с водой, присоединился священник, несший вино для жертвы возлияния. Затем эти два священника направились к серебряным воронкам у основания жертвенника и вылили в них содержимое сосудов. Исполнение этого ритуала возлияния вина и воды послужило сигналом для собравшихся паломников, которые начали распевать псалмы, со 112 по 117 включительно, чередуясь с левитами. Повторяя эти строки, они взмахивали своими снопами перед жертвенником. Затем были принесены жертвы на тот день, сопровождавшиеся повторением восемьдесят первого псалма, который, начиная с пятого стиха, распевался в честь последнего дня праздника.

ПРОПОВЕДЬ О СВЕТЕ МИРА

(1794.4) 162:5.1 Вечером предпоследнего дня праздника, в ярких лучах светильников и факелов, Иисус встал посреди собравшейся толпы и сказал:

(1795.1) 162:5.2 «Я – свет мира. Кто последует за мной, тот не будет ходить во тьме, но будет иметь свет жизни. Позволяя себе судить меня и беря на себя смелость быть моими судьями, вы заявляете, что если я сам о себе свидетельствую, мое свидетельство не может быть истинным. Однако создание никогда не может судить Создателя. Даже если я свидетельствую о самом себе, мое свидетельство является извечно истинным, ибо я знаю, откуда я пришел, кто я и куда иду. Вы, желающие убить Сына Человеческого, не знаете, откуда я пришел, кто я и куда иду. Вы судите обо всём по плоти; вы не понимаете реальностей духа. Я не сужу никого, даже своего заклятого врага. Но если бы я решил судить, мой суд был бы истинным и праведным, ибо я судил бы не один, а вместе со своим Отцом, который послал меня в этот мир и который является источником всякого истинного суда. Ведь и вы принимаете свидетельство двух заслуживающих доверия людей – так вот, я свидетельствую об этих истинах; так же поступает и мой Отец небесный. И когда я сказал вам об этом вчера, то в своем невежестве вы спросили меня: „Где твой Отец?” Воистину, вы не знаете ни меня, ни Отца моего, ибо если бы вы знали меня, то знали бы и Отца.

(1795.2) 162:5.3 Я уже говорил вам, что я покидаю вас, что будете искать меня и не найдете, ибо куда я иду, туда вы не можете прийти. Вы, готовые отвергнуть этот свет, пребываете внизу; я же пришел свыше. Вы, предпочитающие сидеть во тьме, от мира сего; я же не от мира сего, и я живу в вечном свете Отца небесных светил. Всем вам было предоставлено множество возможностей узнать, кто я, но вам будут даны и иные свидетельства о личности Сына Человеческого. Я – свет жизни, и всякий, кто преднамеренно и сознательно отвергает этот спасительный свет, умрет в своих грехах. Я мог бы многое сказать вам, но вы неспособны принять мои слова. Однако пославший меня является истинным и верным; мой Отец любит даже своих заблудших детей. И всё, что сказано моим Отцом, я также возвещаю миру.

(1795.3) 162:5.4 Когда Сын Человеческий будет вознесен, тогда все вы узнаете, что я – это он и что я ничего не делаю от себя, но только так, как научил меня Отец. Я обращаю эти слова к вам и вашим детям. Пославший меня и сейчас со мной; он не покинул меня, ибо я всегда делаю то, что ему угодно».

(1795.4) 162:5.5 Так учил Иисус паломников во дворах храма, и многие уверовали в него. И никто не осмелился его схватить.

БЕСЕДА О ВОДЕ ЖИЗНИ

(1795.5) 162:6.1 В последний день, великий день праздника, когда после Силоамской купальни процессия прошла через дворы храма и сразу же вслед за тем, как вода и вино были излиты священниками на жертвенник, Иисус, стоя среди паломников, сказал: «Если кто из вас томится жаждой, пусть подойдет ко мне и напьется. От небесного Отца я несу в этот мир воду жизни. Тот, кто уверует в меня, исполнится духом, который выражает эта вода, ибо, как сказано в Писаниях, „реки живой воды потекут из его сердца”. Когда Сын Человеческий завершит свой труд на земле, на всю плоть будет излит живой Дух Истины. Те, кто примет этот дух, навсегда избавятся от духовной жажды».

(1795.6) 162:6.2 Иисус не прерывал службу, чтобы произнести эти слова. Он обратился к верующим сразу же после исполнения гиллела – распевного чтения псалмов с ответствием хора, которое сопровождалось взмахиванием ветвей перед жертвенником. Пока готовили жертвоприношения, образовалась пауза, и именно в это время паломники услышали благозвучный голос Учителя, заявляющего, что он дарует живую воду каждой душе, томящейся духовной жаждой.

(1796.1) 162:6.3 По окончании этого состоявшегося ранним утром богослужения Иисус продолжал учить народ, говоря: «Разве не читали вы в Писании: „Смотрите, как проливаются воды на сухую землю и разливаются по опаленной земле, так я дам дух святости, чтобы излить его на ваших детей и благословить даже ваших внуков”? Зачем вам жаждать помощи духа, если вы пытаетесь напоить свои души людскими традициями, изливаемыми из разбитых сосудов ритуальной службы? То, что вы наблюдаете сейчас в этом храме, отражает стремление ваших отцов символизировать посвящение божественного духа детям веры, и вы правильно поступили, сохранив эти символы до сего дня. Но теперь этому поколению дано откровение Отца духов через посвящение его Сына, и за всем этим непременно последует посвящение духа Отца и Сына детям человеческим. Для каждого верующего это посвящение духа станет истинным учителем на том пути, который ведет к вечной жизни, – истинным водам жизни в царстве небесном на земле и в Раю Отца на небесах».

(1796.2) 162:6.4 И Учитель продолжал отвечать на вопросы как простых людей, так и фарисеев. Некоторые считали его пророком; другие называли его Мессией; третьи утверждали, что он не может быть Христом, поскольку он пришел из Галилеи, а Мессия должен восстановить трон Давида. Однако они не посмели его арестовать.

БЕСЕДА О ДУХОВНОЙ СВОБОДЕ

(1796.3) 162:7.1 Пополудни в последний день праздника, после того как апостолам не удалось убедить Иисуса бежать из Иерусалима, он вновь отправился учить в храм. Обнаружив большую группу верующих в притворе Соломона, он обратился к ним со словами:

(1796.4) 162:7.2 «Если мои слова находят отклик в ваших сердцах и если вы хотите исполнять волю моего Отца, то вы истинно являетесь моими учениками. Вы познаете истину, и истина сделает вас свободными. Я знаю, что вы ответите мне: „Мы потомки Авраама и не являемся ничьими рабами; как же ты говоришь, что мы будем свободны?” Это так, но я говорю не о внешнем подчинении чужой власти; я имею в виду свободу души. Истинно, истинно вам говорю: всякий, совершающий грех, является рабом греха. И вы знаете, что раб не остается навечно в доме господина. Вы также знаете, что сын действительно остается в доме своего отца. Поэтому если Сын освободит вас, сделает вас сынами, то вы будете воистину свободны.

(1796.5) 162:7.3 Я знаю, что вы – семя Авраама, но вожди ваши пытаются убить меня, ибо они не позволили моему слову оказать преобразующее воздействие на их сердца. Их души скованы предрассудками и ослеплены мстительной гордыней. Я возвещаю вам истину, которую показывает мне вечный Отец, в то время как эти обманутые учители стремятся делать лишь то, чему они научились от своих бренных отцов. И когда вы отвечаете, что Авраам – ваш отец, я говорю вам, что если бы вы были детьми Авраама, вы вершили бы дела Авраама. Некоторые из вас верят моему учению, но другие хотят уничтожить меня, ибо я раскрыл вам истину, которую получил от Бога. Но не так обращался с истиной Божьей Авраам. Я вижу, что некоторые из вас решили исполнять желания лукавого. Если бы Бог был вашим Отцом, вы знали бы меня и любили бы истину, которую я раскрываю вам. Разве вы не видите, что я пришел от Отца, что я послан Богом, что не сам по себе занимаюсь этим трудом? Почему вы не понимаете моих слов? Потому ли, что решили быть детьми зла? Если вы – дети тьмы, то едва ли пойдете по стезям истины, которые раскрываю я. Дети зла идут лишь по путям своего отца, который был лжецом и стоял не за истину, ибо оказалось, что нет в нем истины. Теперь же пришел Сын Человеческий, который говорит истину и живет ею, но многие из вас отказываются поверить.

(1797.1) 162:7.4 Кто из вас может обвинить меня в грехе? Ежели, в таком случае, я возвещаю истину и живу истиной, раскрытой мне Отцом, то почему вы не верите? Тот, кто от Бога, с радостью внимает словам Бога; потому-то многие из вас и не слышат меня, что вы не от Бога. Ваши учители даже осмеливаются говорить, что я творю свои чудеса силой князя дьяволов. Только что человек, стоящий возле меня, сказал, что во мне бес, что я дитя дьявола. Однако всякий, кто честно заглядывает себе в душу, знает, что я не дьявол. Вы знаете, что я чту Отца, вы же только бесчестите меня. Не для себя ищу я славы, а только для моего Райского Отца. И не сужу вас, ибо есть тот, кто судит за меня.

(1797.2) 162:7.5 Истинно, истинно говорю вам, верящим в евангелие, что если человек сохранит это слово истины живым в своем сердце, то никогда не познает смерти. А вот стоящий рядом со мной книжник говорит: это заявление подтверждает, что во мне бес, поскольку Авраам мертв, равно как и пророки. И спрашивает: „Неужели ты настолько больше Авраама и пророков, что берешь на себя смелость стоять здесь и говорить: кто сохранит твое слово, тот не познает смерти? Кто ты такой, чтобы иметь смелость нести такую ересь?” И я говорю всем подобным: если я славлю себя, то слава моя ничто. Меня прославит мой Отец – тот самый Отец, которого вы зовете Богом. Но вы не познали этого вашего Бога и моего Отца, и я пришел объединить вас, показать вам, как воистину стать сынами Божьими. Хотя вы не знаете Отца, я истинно знаю его. Так и Авраам был рад увидеть мой день; и он увидел тот день своей верой и возрадовался».

(1797.3) 162:7.6 Когда неверующие евреи и агенты синедриона, собравшиеся к этому времени, услышали эти слова, они подняли шум, выкрикивая: «Тебе нет и пятидесяти, а ты говоришь, что видел Авраама; ты дитя дьявола!» Иисус не мог продолжать свою речь. Уходя, он лишь сказал: «Истинно, истинно вам говорю: прежде, нежели был Авраам, я есть». Многие неверующие бросились искать камни, чтобы побить его, а агенты синедриона хотели взять его под стражу, но Учитель быстро прошел коридорами храма и скрылся, отправившись на тайную встречу неподалеку от Вифании, где его ждали Марфа, Мария и Лазарь.

Наши рекомендации