Как возникают и что означают имена, почему одни меняют их, а другие скрывают?

Имена, псевдонимы и анонимы

Эти вопросы для евреев важны не менее, а, может быть, и более чем для дру­гих этносов. Ответы на них позволяют глубже понять жизнь конкретного индивида и живую историю его рода. В широком смысле имя - это визитная карточка человека, за которой кроется его сущность.

«Что в имени тебе моем?»

Уже в первой книге Торы «Берешит» содержатся основы учения иудаизма об именах. Монотеизм еврейской ре­лигии не исключает множества наиме­нований Бога, выражающих неисчерпа­емость его атрибутов. Так, личное имя Яхве на иврите означает «Сущий», Эло-хим - «Творец всего сущего», Адонай -«Господь мой», Саваоф - «Всемогущий», Эль-Эльйон - «Бог Всевышний». А по­скольку в иудаизме не принято произно­сить истинное имя Божье, евреи употре­бляют обычно слово «Ашем», букваль­но означающее «имя», производное от «сущности» («шем»).

Каждому собственному имени би­блейских персонажей соответствует определенный смысл. Адамом Бог на­звал первого человека, сотворенного из праха земного («адама»), а Хавой - «да­ющую жизнь» женщину, праматерь всех живущих. Их сыновья также являются носителями скрытых символов: Каин происходит от ивритского «создавать» (прецедент будущих людских грехов), Эвель имеет два значения: «парение» вольного пастуха и «скорбь» по поводу обреченного на смерть. Ноах - «умиро­творяющий», имена его сыновей Шема, Хама и Яфета толкуются как «знак», «го­рячий» и «распространяющий». Авраам в переводе с древнееврейского - «отец многих народов» (колен Израилевых), а Сарра - «владычица». Яаков ведет на­чало от «акее» («следующий по пятам, близнец»), а его новое имя Израиль - от «борющийся с Богом». В Мидраше ска­зано, что Всевышний вывел евреев из Египта также за то, что и в рабстве они сохранили свои имена.

Антропонимика как раздел онома­стики - наука об истории возникнове­ния и преобразования имен людей. Она связывает этот процесс с разложением рода и выделением индивидов как су­веренных носителей самобытных про­звищ, отличающих их от прочих лиц с учетом внешнего вида, места прожива­ния, вида деятельности, характера и т. п. Множество библейских имен, принад­лежавших выдающимся историческим лицам, устойчиво сохраняло у евреев свое значение, звучание и широкое рас­пространение на протяжении тысячеле­тий (Мозес, Аарон, Яаков, Давид, Шло-мо, Шмуэль, Леа, Ривка, Рахель, Двойра и др.). Многие имели двойные имена: на-ример, мой прадед по отцовской линии был Нахум-Ицхак, а мать записана как Хая-Геня, хотя все звали ее Кларой.

В диаспоре значительная часть имен под влиянием новых культурно-языко­вых систем трансформировалась или исчезала. У испанских, немецких, поль­ских, российских евреев появлялись модернизированные имена, этимологи­чески привязанные к греческим, латин­ским, германским, славянским языкам. Так, русифицированный Шмуэль пре­вращался в Семена, Эфраим - в Ефима, Ханна - в Анну, Эстер - в Эсфирь. Вме­сте с тем еврейский мальчик редко ста­новился Иваном, Гавриилом, Василием, Николаем, хотя этимологически эти имена тоже уходят в ветхозаветные вре­мена. Намного чаще среди ашкеназов встречались имена Лев, Марк, Михаил, Григорий и др., согласно обычаю давае­мые в память об умершем родственнике и не звучавшие как сугубо русские.

Сегодня в Израиле и диаспоре про­исходит массовое возрождение древне­еврейских имен в честь праведников, пророков и царей, библейских праот-цев и праматерей, великих мудрецов и раввинов. Новорожденным мальчикам имя дают в день обрезания, девочкам - в первый шаббат после рождения. Неред­ко младенец получает как синагогальное имя («шем кадош»), так и бытовое («ки-нуш»): например, имя Нафтали, перево­димое как «серна», связано с повседнев­ным именем Гирш (нем. «олень»), Бе-ньямин - «волк», отсюда - Вольф, Иуда -«лев», а его бытовой эквивалент - Лейба. Взрослые израильтяне переименовыва­ют себя на ивритский лад, причем одни переводят свое имя дословно (Мила -ивр. Наоми), другие выбирают новое по созвучию: Игорь - Игаль, Илья - Эли, Виктор - Авигдор, Мария - Мириам, Рита - Рут, Елена - Илана и т. п.

У еврейства и большинства других на­родов нет отчества (патронима) в том ви­де, как у русскоязычных. В дофамильный период употреблялись частицы бен/бин/бар или бат, выражавшие уважительное родственное отношение сына или до­чери к отцу (Йехошуа бин Нун, Шимон бар Кохба). Фамилии же у ашкеназов, за исключением отдельных родовитых семей (Лурье, Рапапорт, Шиф и др.), по­являются лишь с конца XVIII - нач. XIX вв. под давлением власти, нуждавшейся в поголовном учете населения для взи­мания налогов и набора рекрутов. В не­мецких землях фамилиям богатых при­давался подчеркнуто позитивный смысл (Гольденберг, Зелигман, Гутмахер), а у бедняков нередко - уничижительный (Эзелькопф, Крумер, Люгнер).

В России первым предложил обязать евреев принимать фамилии Г. Держа­вин, считавший, что по форме они мо­гут быть славянскими или немецкими, а по содержанию должны отражать место проживания (Бердичевский, Варшавер, Литвак, Белоцерковский), имя отца или матери (Абрамзон, Хаймович, Нехам-кес, Ривкин), профессию или занятие (Шнайдер, Шустер, Фишман, Меламед), фауну и флору (Берман, Розенбаум, Блюмкин). Тех, кто происходил из се­мей священников, называли Кон, Коган, Левин, Левинсон. У галахических евреев встречаются русские и польские фами­лии, заимствованные от прежних го­спод. Фамилия моего отца, популярная в Чернобыле, давалась местным евреям в честь владельцев шляхетской усадьбы Щимановских, откуда вышли извест­ные музыканты. Есть и такие родовые имена, происхождение которых нелегко определить: например, Маршак - аббре­виатура от «морену рабену Шломо Клу-гер» («учитель и господин наш Соломон Мудрый»). В условиях растущего анти­семитизма и атеизма ассимилирован­ные советские евреи подстраивали свои анкетные данные под общепринятые. В смешаных семьях муж и дети, вопреки обычаю, нередко принимали фамилию жены и матери-нееврейки.

«Маска, кто ты?»

В свою очередь прибывавшие из России в Израиль меняли на библейский лад не только имена, но и фамилии.

Первый президент еврейского государства Давид Бен-Гурион в прошлом - Грин, Ариэль Шарон - Шейнерман, Ицхак Шамир -Езерницкий, Моше Даян - Китайгород­ский, Голда Меир - Меерсон. Однако от подобных метаморфоз, фиксируемых в официальных документах, следует от­личать псевдоним (по греч. «ложное имя») - новую фамилию, намеренно ис­пользуемую человеком в публичной дея­тельности вместо подлинной (автонима). Псевдоним зачастую настолько вытес­няет настоящее имя, что окружающие идентифицируют с ним известное лицо, не подозревая о его истинных имени и фамилии. Например, о том, что автоним Эдуарда Багрицкого - Давид Дзюбин, Ро­мана Кармена - Лазарь Коренман, Джор­джа Гершвина - Яков Гершович.

В античности псевдонимы почти не употреблялись, а в Средние века исполь­зовались, как правило, при изменении социального статуса, звания, религиоз­ного сана, в периоды обострения идео­логической борьбы. Известно, что под именами Боттичелли, Тинторетто, Па-рацельса скрывались иные, полученные ими при рождении.

У еврейских мудрецов практикова­лись акронимы - аббревиатуры имен, образованные из начальных букв, частей слов и словосочетаний, составляющих единое слово. Философ раннего Средне­вековья Рамбам - рабби Моше бен Май-мон; историк, врач, астроном Раавад -Абрахам бен Давид ха Леви ибн Дауд. Не­которые имена латинизировались: так, комментатор Библии и математик Леви бен Гершом был титулован как Герсо-нид, а талмудист Шломо бен Иехуда ибн Габироль - Авицеброн.

Энергетический потенциал еврейско­го духа, реализуясь в самых разных сфе­рах деятельности, сплошь и рядом ма­скируется псевдонимами. Естественно, что евреи-революционеры в силу усло­вий и специфического характера их не­легальной работы скрывали свои насто­ящие имена, как и их соратники-неевреи. Подпольные клички Мартова, Троцкого, Каменева, Зиновьева еще в царской Рос­сии заменили им подлинные фамилии -Цедербаум, Бронштейн, Розенфельд, Радомысльский. Среди диссидентов евреи составляли значительную часть, и большинство из них демонстративно выступало под собственными фамили­ями (Е. Боннэр, П. Якир, Н. Щаранский, И. Бродский и др.), хотя некоторые пу­бликовались под псевдонимами (А. Гинз­бург подписывался Галич, Ю. Даниэль -Н. Аржак). Другое дело - разведчики и шпионы: все они имели конспиративные клички. Легендарный Сидней Рейли в действительности - Самуил Розенблюм, агент ГРУ Яков Драбкин зашифрован как Гусев, Шандор Радо - Дора и Альберт.

В творческой деятельности употребле­ние псевдонимов обусловлено возрас­танием самосознания и личной ответ­ственности авторов за свои труды, а так­же возникновением авторского права. В одних случаях шифровка имен вызвана стремлением отвести от себя подозрение в плагиате, в других - желанием скрыть свое подлинное авторство (криптоним). К примеру, французский романист Марк Левй подписывается: М. Агеев. А рус­ский критик Самуил Лурье в ряде работ использует имя реального С. Гедройца, медика и поэта (аллоним). Начиная с Менделе Мойхер Сфорима (Бройде) и Шолом-Алейхема (Рабиновича), писате­ли, творившие на идише, также пользо­вались псевдонимами, однако редко. За­то среди авторов, писавших на русском языке, применение условных имен было широко распространено. Достаточно вспомнить Сашу Черного (Гликберга) и Бруно Ясенского (Зискинда), Михаи­ла Кольцова (Фридлянда) и Александра Володина (Лифшица), Анатолия Ры­бакова (Аронова) и Давида Самойлова (Кауфмана). Каждый из них при выборе псевдонима руководствовался особыми мотивами, исходя из разных обстоя­тельств (о чем рассказывает И. Маляр в книге «Псевдонимы знаменитых евре­ев»). Так, философ и публицист Иегуда Лейб Шварцман почти все свои труды подписывал как Лев Шестов. Моло­дой одесский журналист Иехиэль Лейб Файнзильберг свои паспортные данные решил сменить на Илью Ильфа, взяв три буквы от имен и одну от фамилии. Юный прозаик Вениамин Зильбер использовал автоним пушкинского друга Каверина, а начинающий поэт Михаил Шейнкман по совету отца придумал себе звучное имя Светлов. Когда 16-летний Эли Гуре-вич принес свой первый рассказ в газе­ту, редактор предложил ему псевдоним Леонид Первомайский, поскольку автор родился в мае. Писатель Илья Маршак стал Михаилом Ильиным, не желая ока­заться в тени старшего брата Самуила.

Встречаются и групповые псевдони­мы, объединяющие несколько человек. Так, дуэт драматургов и сценаристов братьев Тур сложился из начальных букв фамилий Леонида Тубельского и Петра Рыжея. Вместе с тем в сфере искусства, где евреев великое множество, боль­шинство из них своих имен не меняли. Исключение составили актеры театра и кино Сарра Бернар (Розина Бернард), Соломон Михоэлс (Шломо Вовси), Фа­ина Раневская (Фанни Фельдман} и др.

В довоенные годы, относительно бла­гоприятные для советской еврейской интеллигенции, ее представителям не было особой нужды скрывать свою на­циональность. К псевдонимам они об­ращались чаще под влиянием издателей, художественных руководителей, а также руководствуясь субъективными побуж­дениями (эстетическими, этическими и т. п.). Но по мере усиления давления антисемитизма «сверху» и «снизу» фак­тор личной безопасности приобретал доминирующее значение при выборе публичных имен. Многие евреи - пи­сатели и журналисты предпочитали не афишировать свои настоящие фамилии и заменяли их вымышленными. В период «борьбы с космополитизмом, сионизмом и еврейским буржуазным национализ­мом» растет раздражение юдофобов про­тив «засилия» лиц еврейской националь­ности в литературе и искусстве, открыто звучат призывы очистить от «чуждых элементов» учреждения культуры и на­уки, средства массовой информации. С другой стороны, у шовинистически настроенной части общества использо­вание псевдонимов по этническим мо­тивам вызывало не менее болезненную реакцию, проявляясь в требовании рас­крыть «фальшивые прозвища», разобла­чить «двуличие и трусость» их носителей.

В 1960-х гг. на страницах «Комсомоль­ской правды» разгорелся спор вокруг статьи писателя-антисемита М. Бубен-нова «Нужны ли сейчас псевдонимы?» Он утверждал, что социализм целиком устранил причины, ранее побуждавшие авторов маскироваться придуманными фамилиями. К. Симонов высказал мне­ние, что каждый вправе сам решать, брать ему псевдоним или обходиться без него, но партфункционеры пытались пред­ставить вопрос так, будто «это явление в принципе нетерпимо в нашем обществе». Полемика вскоре утихла, а псевдонимы продолжали жить своей жизнью. Ведь порой благозвучное оригинальное имя, особенно для лиц творческого труда, -почти половина успеха.

Автор неизвестен

В исключительных обстоятельствах че­ловек, не желающий обнаруживать свою причастность к определенному тексту или акции, прибегает к анонимности. Аноним (в переводе с греч. - «безымян­ный») - автор любой публикации (лите­ратурного произведения, утилитарного сообщения), умышленно не обозначив­ший свое имя или сознательно исказив­ший его. В отличие от псевдонима лич­ность анонима точно установить почти невозможно. В истории еврейской пись­менности имеется ряд религиозных и философских трудов, авторы которых по сей день не опознаны. К ним отно­сятся апокрифы (от древнегреч. «апо-крифос» - «сокровенный, тайный») и псевдоэпиграфы - сочинения иудаиз­ма времен Второго Храма и эллинизма, связанные по своим темам с Библией, но не вошедшие в библейский канон: свитки Мертвого моря, книги Экклезиа­ста, Иова, Маккавеев, притчи Соломона и др. Часть средневековых сочинений мудрецов Талмуда и Мидраша, книга каббалистов «Зогар» также не имеют од­нозначных авторов и по сути являются анонимными.

В Новое время анонимность стано­вится одной из форм политической и идеологической борьбы в виде печатной критики и публицистики, сатирических произведений, памфлетов и пасквилей. Еще Спиноза вынужден был скрывать от иудейских и христианских гонителей ав­торство некоторых своих произведений.

Среди образованных российских революционеров сравнительно вели­ка была доля евреев, которые в тисках царской охранки и цензуры станови­лись «неизвестными» ораторами на ми­тингах, авторами нелегальных брошюр, воззваний, прокламаций без подписей или с указанием лишь организации. В период сталинского террора бдитель­ные анонимщики, сводили счеты с со­гражданами путем доносов, причем евреи встречались как среди жертв, так и среди «стукачей» и палачей. Вместе с тем те, кто сохранял веру в справед­ливость и гуманизм советской власти, порой пытались бороться с «извраще­ниями социализма» посредством писем в вышестоящие органы, не подписывая их из страха перед репрессиями. Так, разгул антисемитизма в освобожден­ном Киеве вынудил одного из них в сентябре 1944 г. обратиться в ЦК КП(б) У с жалобой-анонимкой, которая попала к секретарю Д. Коротченко. В ней сообщалось о фактах явной дискрими­нации евреев и предлагалось усилить борьбу с подобными явлениями. Раз­умеется, никаких эффективных мер принято не было, а ровно через год в Киеве произошел еврейский погром с большим числом жертв. В эпоху застоя распространенным способом скрытого сопротивления тоталитаризму явился «самиздат», в котором заметное участие принимали евреи. Некоторые их про­изведения - стихи В. Гершуни, И. Габая, А. Наймана, И. Бокштейна, проза Л. Ха­лифа, Б. Хазанова, В. Войновича, статьи М. Дейча, В. Альбрехта, 3. Паперного, П. Егидеса и др. - публиковались без подписи.

В современном цивилизованном мире нет объективных препятствий гласному изложению собственных взглядов. Жаж­ду полной ясности в межличностном об­щении выразил однажды Ст. Лем: «Ах, откройся, таинственный мой полемист, /Покажи хоть забрало, хоть фиговый лист». С другой стороны, сохраняется потребность и в анонимных контактах, частично удовлетворяемая Интернетом в диапазоне от шутливого виртуального обмена репликами до кибератак и кон-. тратак хакеров. При этом существует также возможность безнаказанной про­паганды самых реакционных взглядов, реализуемых в социально опасных дей­ствиях. Об этом свидетельствуют и огол­телая антисемитская и антиизраильская кампания, которую ведут в «мировой паутине» неонацисты и исламисты, и попытки так называемых «анониму-сов» взломать и парализовать сайты еврейских фирм и банков, учреждений и служб безопасности Израиля. Надо надеяться, что демократическое обще­ство сумеет обуздать тех, кто стремится использовать во зло достижения науки и техники. А творческие люди доброй воли смогут свободно и полно самоут­верждаться в различных вариантах - как инкогнито, так и под псевдонимами или под своими настоящими именами.

Давид ШИМАНОВСКИЙ

Наши рекомендации