Ошибочные представления о само-исследовании 4 страница

И: Необходимо ли служить Гуру физически?

М: Шастры указывают, что для достижения Само-реа­лизации нужно служить ему двенадцать лет. Но что Гуру де­лает? Разве он ученику осознание передает? Разве Атман не реализован всегда? Что же тогда означает общепринятая вера? Человек – всегда Атман, но он этого не знает и смешивает Его с не-Атманом, телом. Такая путаница обус­ловлена неведением, и, если оно уничтожено, то неразбери­ха исчезает, открывая истинное Знание. Оставаясь в контак­те с Осознавшими, человек постепенно утрачивает неведе­ние до полного его устранения. Это приводит к обнаруже­нию вечного Я19.

И: Вы говорите, что от ученика требуется обще­ние с мудрыми [сат-санг] и служба им.

М: Правильно, и первое подразумевает близость с не­проявленным Cam, или чистым Бытием, но это способны сделать лишь немногие. Поэтому для остальных наилучшим будет общение с проявленным Cam, то есть Гуру. Общение с мудрецами необходимо, ибо мысли так живучи. Мудрец уже покорил ум и пребывает в Мире. Близость к нему помога­ет в этом и другим, а иначе нет смысла искать его обще­ства. Гуру дает требуемую силу, хотя и не видимую со сто­роны. Служение – это прежде всего пребывание в Атмане, но сюда также включается уход за телом и жилищем Гуру. Обязателен и контакт, но контакт духовный. Неважно, где бродит ученик, если он нашел Гуру внутренне. Нужно осо­знать, что где бы он ни находился, результат будет одина­ков20.

И: Моя профессия требует, чтобы я всегда был на работе. Я не могу оставаться около садху. Есть ли воз­можность Реализации даже без сат-санга?

М: Cam – это Ахам пратьяя сарам, Атман инди­видуальностей. Садху есть то Я их всех. Он неотъемлемо присущ всему. Может ли кто-либо остаться без Себя? Нет. Поэтому находящихся в стороне от сат-санга тоже нет21.

И: Полезна ли близость к Гуру?

М: Вы имеете в виду расстояние между физическими те­лами и спрашиваете, в чем польза этого? Только ум имеет значение, и в контакте должен находиться он22. Сат-санг принудит ум погрузиться в Сердце.

Такая связь одновременно и мысленная и физическая. Явно зримый Гуру толкает ум внутрь, но он пребывает так­же и в Сердце искателя, а потому тянет направленный во­внутрь ум последнего в Сердце23.

И: Я только хочу знать, необходим ли сат-санг и по­может ли мне приход сюда.

М: Сначала вы должны разобраться, что такое сат-санг. Знающий или осуществивший Cam также рассматривается как Cam. Такая связь с Cam или знающим его безусловно необходима каждому. Шанкара говорил, что во всех трех ми­рах нет лодки, подобной сат-сангу, чтобы безопасно пере­правиться через океан рождения и смерти24.

Сат-санг означает санга [связь] с Cam. Cam есть только Атман. Тому, у кого сейчас нет понимания, что Атман – Cam, нужно искать общества Мудреца. Это и есть сат-санг. Результатом будет внутренняя сосредоточенность. Затем от­кроется Cam25.



ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Медитация и йога

Наилучшая медитация – это та, которая продол­жается во всех трех состояниях. Она должна быть столь интенсивной, чтобы не оставлять места для мысли «я медитирую»1.

Выработать склонность смотреть через умолкнув­шие лживые чувства и посредством этого расстать­ся с объективным знанием ума, подпрыгивающего эго, для того чтобы познать бессветный Свет и без­звучный Звук в Сердце, есть истинная сила йоги [йога-шакти]2.



Глава 10

Медитация и концентрация

Настойчивое утверждение Шри Раманы, что сознавание «я»-мысли есть обязательная предпосылка Само-реализации, вело его к выводу, что все духовные практики, не имеющие этого характерного признака, являются косвенными и неэф­фективными:

Этот Путь (внимание к «я») есть прямой путь, тогда как все остальные – косвенные, ибо лишь пер­вый направлен к Атману, остальные – к другому. И даже если они подводят к Атману, то только по­тому, что на конечном этапе переходят на первый путь, который окончательно и ведет к цели. Поэто­му в конце концов стремящиеся должны встать на него. Так почему же не сделать этого сразу? Зачем тратить время?1

Иначе говоря, другие техники иногда могут приводить человека к внутреннему состоянию покоя, в котором само-внимание, или само-сознавание, возникает непреднамеренно, но это кружные пути для достижения Атмана. Шри Рама­на утверждал, что другие методы лишь подводят к само-ис­следованию, и поэтому одобрял их, только если чувствовал у спрашивающего неспособность или нежелание принять са­мо-исследование. Это иллюстрирует диалог в Шри Рамана Гите (ранней коллекции его бесед), в котором Шри Рама­на детально разъяснял, почему само-исследование является единственным путем к Само-реализации. Внимательно выслу­шав объяснения, задавший вопрос все еще не смог принять этого, а потому спросил о наличии каких-либо иных мето­дов осознания Атмана. Шри Рамана ответил:

«Цель одна и та же для медитирующего (на объ­екте) и для практикующего само-исследование. Один обретает покой посредством медитации, другой – зна­нием. Один стремится достичь чего-то, другой ищет того, кто стремится достичь. Первый в конце концов тоже приходит к Атману, но за более длительное время»2.

Не желая поколебать веру человека, имеющего известное пристрастие к субъектно-объектной медитации и не склон­ного принять само-исследование, Шри Бхагаван поощрял его применять выбранный метод, говоря, что последний спосо­бен привести к Атману. С точки зрения Шри Бхагавана любой метод лучше, чем отсутствие метода, ибо всегда есть вероятность, что он поведет к само-исследованию.

По тем же причинам он и другим посетителям давал мно­го подобных ответов, показывающих, что методы иные, не­жели само-исследование или отдача себя, тоже могут при­вести к Само-реализации. Их не следует понимать букваль­но, ибо эти ответы предназначались людям, не интересую­щимся само-исследованием и желавшим использовать свои собственные методы. Когда же Бхагаван беседовал с почи­тателями, которых не привлекали, как он называл, «косвен­ные методы», то обычно вновь подтверждал, что в конечном счете само-внимание необходимо.

Энергично защищая свою точку зрения на само-иссле­дование, Шри Рамана никогда не настаивал на изменении чьей-либо веры или практики и, если был не в состоянии убедить своих последователей принять само-исследование, то был рад дать совет по другим методам. В диалогах этой главы он отвечает главным образом на вопросы почитате­лей о традиционных формах медитации (дхьяны). Обычно Бхагаван определял медитацию как концентрацию на одной мысли при исключении остальных, но иногда применял и более высокое определение, говоря, что истинная медита­ция – это удержание ума пребывающим в Атмане. Такая практика в действительности суть иное имя для само-ис­следования, ибо, как он разъясняет в одной из ранних на­писанных им работ, «постоянное удержание ума установ­ленным в Атмане одно и есть само-исследование, тогда как медитация есть размышление садхака о том, что он –Брахман»3.

И: В чем разница между медитацией [дхьяной] и ис­следованием [вичарой]?

М: Оба метода ведут к одной цели. Те, кто не подготов­лен к исследованию, должны практиковать медитацию. В ме­дитации духовно устремленный, забывая себя, размышляет: «Я – Брахман» или «Я – Шива» – и с помощью этого метода держится Брахмана или Шивы. В конечном счете ос­тается знание Брахмана или Шивы как Бытия и наступает осознание, что это – чистое Бытие, то есть Атман.

Тот, кто занят исследованием, начинает держаться за се­бя, и в процессе вопрошания «Кто я?» Атман становится ясным для него4.

Мысленное представление себя высочайшей Реальнос­тью, которая сияет как Бытие-Сознание-Блаженство, есть медитация. Установка ума в Атмане так, чтобы умерло не­реальное семя заблуждения, есть исследование.

Кто бы ни медитировал на Атмане с той или иной бхавой [умственным образом], достигает Его только в этом образе. Тот исполненный мира, кто остается спокойным без какой-либо бхавы, добивается прекрасного и неизменного состояния кайвальи, бесформенного состояния Атмана5.

И: Медитация – это более прямой путь, чем иссле­дование, так как в первом случае садхак держится ис­тины, а в последнем – отсеивает ее от не-истины.

М: Для начинающего медитация на форме более легка и приятна. Такая практика ведет к само-исследованию, со­стоящему в отделении подлинной сущности от воображае­мого.

Если вас наполняют противодействующие силы, то по­лезно ли держаться истины?

Само-исследование непосредственно ведет к Реализации за счет удаления препятствий, принуждающих вас думать, что Атман еще не Реализован6.

Медитация различается в зависимости от степени про­движения искателя. Если он подготовлен, то может прямо держаться думающего, и тогда последний автоматически по­грузится в свой источник, чистое Сознание.

Если человек не может непосредственно держаться ду­мающего, то должен медитировать на Боге, и за счет этого он станет достаточно чистым, чтобы прилепиться к мысли­телю и погрузиться в абсолютное Бытие7.

Медитация возможна лишь если сохраняется эго, ибо тогда есть оно и объект для медитации. Это, следователь­но, косвенный метод, потому что существует один только Атман. При розыске эго, то есть его источника, оно ис­чезает, а то, что остается, – Атман. Это прямой метод практики8.

И: Я не могу найти внутренний Путь посредством медитации.

М: А где еще мы сейчас находимся? Сущность нашего бытия и есть ТО.

И: Будучи этой сущностью, мы, заблуждаемся отно­сительно нее.

М: Неведение чего и чье это неведение? Если человек в неведении о Себе, то у него два «Я»?

И: Двух «Я» нет, но нельзя отказаться от чувст­ва ограниченности. Благодаря ограничениям...

М: Ограничение живет только в уме. Разве вы чувству­ете его в глубоком сне? В глубоком сне вы существуете, а проснувшись, не отрицаете этого. Тот же Атман присутст­вует здесь и теперь при бодрствовании. Сейчас вы говорите об ограничениях из-за разницы между этими состояниями. Различия обусловлены умом. В глубоком сне его не было, тогда как сейчас ум активен. Атман же ЕСТЬ и при от­сутствии ума.

И: Я понимаю это, хотя и не осознаю.

М: Осознание постепенно придет, если медитировать.

И: Медитация выполняется умом. Как ей убить ум, чтобы обнаружить Атман?

М: Медитация – это сосредоточение на одной мысли, которая не подпустит другие. Отвлечение ума – признак его слабости. Постоянная медитация усиливает ум, то есть сла­бость мимолетных мыслей заменяется неизменным фоном сво­боды от них. Этот простор, лишенный мысли, суть Атман. Ум в его чистоте – Атман9.

И: Что такое дхьяна [медитация]?

М: Это есть пребывание Собой без какого-либо отклоне­ния от своей истинной природы и без чувства «я медитирую».

И: В чем разница между дхьяной и самадхи?

М: Дхьяна достигается посредством обдуманного умст­венного усилия, в самадхи такого усилия нет.

И: Какие факторы нужно принимать во внимание при проведении дхьяны?

М: Установившемуся в Атмане [Атма-ништха] важ­но следить, не уходит ли он, хотя бы в небольшой степени, от полной поглощенности этим состоянием. При отклонении от своей истинной природы он может видеть яркие вспыш­ки, слышать необычные звуки или принимать за реальность видения богов внутри либо снаружи тела. Но ему нельзя об­манываться этим и забывать себя10.

И: Как надо практиковать медитацию?

М: По правде говоря, медитация – это Атма-ништха [установиться в Атмане], но обычно медитацией называет­ся усилие, необходимое для уничтожения возникающих мыс­лей. Атма-ништха – ваша истинная природа. Оставайтесь тем, кто вы есть. Такова цель.

И: Однако мысли всё равно поднимаются. Наши уси­лия направлены только на то, чтобы их уничтожить?

М: Да. Медитация – удержание единственной мысли, а остальные не допускаются. Результат медитации – отрица­ние, поскольку мысли не подпускаются.

И: В шастрах сказано: «атма самстхам манах критва» [установив ум в Атмане], но Атман невообразим.

М: Почему вообще вы желаете медитировать? Из-за того, что хотите действовать, как вам сказано: «атма самстхам манах критва». А почему бы не оставаться собой без меди­тации? Что такое манах [ум] ? Когда все мысли уничтожены, он становится «атма самстха» [установленным в Атмане].

И: Я могу медитировать на форме и уничтожать посторонние мысли, однако Атман бесформен.

М: Медитацию на формах или конкретных объектах на­зывают дхьяной, тогда как исследование в Атмане – это вичара [исследование], или нидидхьясана [непрерываемое сознавание Бытия]11.

И: В дхьяне гораздо больше удовольствия, чем в чув­ственных наслаждениях. Тем не менее ум бежит за по­следними, а не ищет первой. Почему?

М: Удовольствие или страдание – это лишь стороны ума. Счастье – наша неотъемлемая природа. Однако мы забыли Себя и воображаем, что тело или ум являются Атманом, а ошибочное тождество и вызывает страдание. Что делать? Эта склонность ума очень старая, проходит через бесчислен­ные прошлые рождения и поэтому достаточно сильна. Она должна уйти прежде, чем истинная природа – счастье –утвердит себя12.

И: Как следует практиковать дхьяну – с открытыми или закрытыми глазами?

М: Обоими способами. Главное – обязательная обра­щенность ума вовнутрь и поддержание его активности. Ино­гда при закрытых глазах скрытые мысли самопроизвольно нахлынут с огромной мощью. С открытыми глазами бывает трудно интровертировать ум, и для этого требуется большое усилие. Когда ум воспринимает объекты, он загрязнен, в про­тивном случае – чист. Основное в дхьяне – сохранять ак­тивность ума без соскальзывания на внешние впечатления и мысли о другом13.

И: Бхагаван, при медитации я чувствую сильный жар в голове, а если упорствую, то всё тело начинает го­реть. Как избавиться от этого?

М: Если концентрация ведется с участием рассудка, то следствием являются чувство жара и даже головная боль. Сосредоточиваться следует в Сердце – прохладном и осве­жающем. Расслабьтесь, и это облегчит вашу медитацию. Со­храняйте свой ум устойчивым, убирая все мешающие мысли мягко, без напряжения. Вскоре вы достигнете успеха14.

И: Как мне предотвратить засыпание при медитации?

М: Если вы попытаетесь препятствовать сну, то это бу­дет означать мышление в медитации, которого нужно избе­гать. Но если вы заснете в процессе медитации, то она бу­дет продолжаться во сне и после него. Однако сновидения есть вритти [мысль, движение ума], и необходимо избавить­ся от сна, ибо конечное естественное состояние должно быть достигнуто сознательно в джаграте [состоянии бодрствова­ния] без этой мешающей вритти. Бодрствование и сон – это просто изображения на экране природного, свободного от мысли состояния. Пусть они проходят незамеченными15.

И: Что же нужно брать объектом медитации?

М: Всё, что вы предпочитаете.

И: Говорят, что Шива, Вишну и Гаятри одинаково действенны. На чем следует медитировать мне?

М: На том, что вам нравится больше всего. Как объек­ты медитации они обладают равным влиянием, однако нуж­но придерживаться только одного.

И: Как мне медитировать?

М: Сосредоточьтесь на самом приятном из объектов. Ес­ли преобладает одна мысль, то все остальные отходят на зад­ний план и в конце концов искореняются. Разнообразие сви­детельствует о присутствии «плохих» мыслей, но когда до­минирует объект вашей любви, то удерживаются только «хо­рошие» мысли. Поэтому прилепитесь только к одной мысли. Дхьяна – это главная практика.

Она подразумевает бой. Едва вы начнете медитацию, по­сторонние мысли столпятся, соберут силу и постараются уто­пить ту единственную мысль, которую вы пытаетесь удер­жать. При повторении практики «хорошая» мысль должна постепенно усиливаться, и когда она станет совсем могучей, остальные мысли обратятся в бегство. В медитации всегда идет такая ожесточенная битва.

Человек хочет избавиться от страданий. Для этого необ­ходимо спокойствие ума, то есть отсутствие смятения, вызы­ваемого разного рода мыслями. Спокойствие ума создается только дхьяной16.

И: Так как Шри Бхагаван говорит, что Атман мо­жет функционировать в любых центрах, или чакрах, в то время как Его местопребыванием является Сердце, то возможно ли, чтобы благодаря практике интенсив­ной концентрации, или дхьяны, на точке между бровя­ми этот центр сам стал местопребыванием Атмана?

М: Если вы сосредоточиваете внимание на каком-то ме­сте тела, то любые обсуждения, касающиеся местопребыва­ния Атмана, будут просто теоретизацией. Вы рассматрива­ете себя субъектом, видящим, и место, на котором вы фик­сируете свое внимание, становится объектом видения. Это есть просто бхавана. Когда же, наоборот, вы видите само­го видящего, то погружаетесь в Атман, становитесь еди­ным с Ним. Это и есть Сердце.

И: В таком случае рекомендуется ли практика кон­центрации на точке между бровями?

М: Конечным результатом практики любой разновидно­сти дхьяны является то, что объект, на котором искатель устанавливает свой ум, перестает существовать как особен­ный и отдельный от субъекта. Они, субъект и объект, ста­новятся одним Атманом, и это есть Сердце.

И: Почему Шри Бхагаван не предписывает практику кон­центрации на некотором определенном центре, или чакре?

М: Йога Шастры говорят, что сахасрара [чакра, рас­положенная над головой*] является местопребыванием Ат­мана. Пуруша Сукта заявляет, что Сердце есть Его мес­тообитание. Чтобы дать возможность садхаку избежать воз­можных сомнений, я предписываю ему взяться за «нить», или ключ, чувства «я», или «я есмь», и следовать за ней до его источника. Это делается потому, что никто не пита­ет сомнений относительно своего чувства «я», а также по­тому, что конечной целью любой садханы является Реали­зация источника «я есмь»-ности – исходного факта вашего переживания.

Поэтому, если вы будете практиковать само-исследова­ние, то достигнете Сердца, которое есть Атман17.

И: Я практикую хатха-йогу, а также медитирую «Я есмь Брахман». После нескольких минут такой медита­ции в уме преобладает пустота, мозг разогревается и возникает страх смерти. Что мне следует делать?

М: «Я есмь Брахман» – лишь мысль. Кто высказыва­ет ее? Сам Брахман так не делает. Зачем Ему нужно гово­рить это? Истинное Я тоже подобного не скажет, ибо Я все­гда пребывает как Брахман, а данное изречение – только мысль. Чья мысль? Все мысли происходят от воображаемо­го «я», то есть «я»-мысли. Оставайтесь без мышления, ибо пока есть мысль, будет и страх.

И: Когда я продолжаю думать об этом, то забыва­юсь, мозг накаляется и мне становится страшно.

М: Да, ум сосредоточен на мозге, и отсюда ваше ощу­щение жара. Оно вызвано «я»-мыслью. Когда поднимается «я»-мысль, одновременно возникает и страх смерти. Что ка­сается забывания, то, пока есть мышление, будет и забыва­ние. Сначала идет мысль «Я есмь Брахман», а затем сле­дует забывание. И забывание, и мышление определяются только «я»-мыслью. Держитесь за нее, и она исчезнет слов­но призрак. То, что потом остаётся, есть подлинное «Я», Я, и Оно – Атман.

Мысль «Я есмь Брахман» – помощь в концентрации, поскольку она не подпускает другие мысли. Когда будет со­храняться единственно эта мысль, узнайте, чья она, и обна­ружите, что она «моя», идет от «я». Но откуда берется «я»-мысль? Расследуйте, тогда она исчезнет, и высочайшее Я воссияет Само по Себе. Дальнейших усилий не требуется.

Когда останется только одно Я, то Оно не скажет: «Я – Брахман». Разве человек непрерывно повторяет: «я – человек?» Если он в этом не сомневается, то зачем ему про­возглашать себя человеком? Разве кто-нибудь принимает се­бя за животное, что должен говорить: «Нет, я не животное, я – человек»? Подобным образом, так как Брахман, или Я, – единственно существующая Реальность, то нет никого, ос­паривающего это, а потому нет нужды и в повторении: «Я есмь Брахман»18.

И: Зачем принимать этот самогипноз размышления о невообразимом? Почему бы не использовать другие ме­тоды типа созерцания свечи, задержки дыхания, слуша­ния музыки или внутренних звучаний, повторения свя­щенного слога ОМ или других мантр?

М: Пристальный взгляд на свет притупляет ум и вызы­вает на некоторое время оцепенение воли, но постоянной пользы не приносит. Дыхательный контроль лишь временно парализует волю; то же происходит и при слушании звуков, если это не священная мантра, обеспечивающая помощь Высшей Силы в очищении и возвышении мыслей19.

И: Нам советуют сосредоточиваться на точке меж­ду бровями. Это правильно?

М: Каждый сознаёт: «Я есмь». Оставляя в стороне это сознавание, человек мечется в поисках Бога. Какова польза от фиксации внимания между бровями? Просто глупо гово­рить, что там находится Бог. Цель данного вам совета – по­мочь уму сконцентрироваться. Это один из силовых методов контроля ума и предотвращения его рассеяния, когда ум на­сильственно направляется в одно русло. Это помощь в кон­центрации.

Однако наилучшим средством Реализации является ис­следование «Кто я?» Настоящая беда – в уме, и она должна быть удалена только умом20.

И: Я не всегда сосредоточиваюсь на одном и том же цен­тре в теле. Иногда мне легче сконцентрироваться на одном центре, а иногда – на другом. По временам, когда я концен­трируюсь на некотором центре, мысль перемещается сама собой и устанавливает себя в другом центре. Почему?

М: Может быть, причина кроется в ваших прошлых прак­тиках; но в любом случае совершенно неважно, на каком именно центре вы концентрируетесь, так как истинное Серд­це находится в каждом центре и даже вне тела. На какой бы части тела или внешнем объекте вы ни сосредоточива­лись, Сердце находится там.

И: Можно ли концентрироваться в одно время на одном центре, а в другое – на другом или следует по­стоянно использовать один и тот же центр?

М: Как я только что сказал, вреда не будет, где бы вы ни концентрировались, ибо сосредоточение – только средст­во отбросить мысли. Какой бы центр или объект вы ни из­брали, концентрирующийся всегда тот же21.

И: Некоторые говорят, что нужно медитировать только на грубых объектах., ибо постоянное стремле­ние убить ум может оказаться гибельным.

М: Для кого существует эта гибельность? Может ли ка­тастрофа быть отдельной от Атмана?

Неразрушимое «Я–Я» – безграничный океан. Эго, «я»-мысль – только пузырь на его поверхности, называемый дживой, или индивидуальной душой. Пузырь также состоит из воды, ибо когда лопается, то просто смешивается с океа­ном. Оставаясь пузырем, он, однако, частица океана. Бес­численные методы под различными названиями, такие, как йога, бхакти, карма, каждый из которых имеет, в свою оче­редь, множество модификаций, не ведая этой простой исти­ны, с большим мастерством и в запутанных деталях обуча­ют искателей только для того, чтобы соблазнить их и запу­тать их умы. Это относится к религиям, сектам и догматам. Зачем все они нужны? Только для познания Атмана. Они – помощники и практики, требуемые для Его познания.

Объекты, воспринимаемые чувствами, считаются непо­средственным знанием [пратьякша], но что может быть не­посредственнее Атмана, всегда испытываемого без помощи чувств? Чувственные восприятия могут быть лишь косвен­ным, а не прямым знанием. Только собственное сознавание человека есть прямое знание, и оно суть общее пережива­ние одного и всех. Для познания Себя никакие помощники не требуются22.

Глава 11

Мантры и джапа

Мантра – это слово или выражение, которое Гуру обыч­но дает ученику в рамках ритуала посвящения. Если Гуру в результате Реализации или медитации аккумулировал духов­ную силу, то какая-то часть ее передается в мантре. Не­прерывное повторение мантры вызывает силу Гуру, которая и помогает ученику продвигаться к цели – Само-реализа­ции. Шри Рамана признавал вескость этого подхода, но очень редко сам давал мантры и никогда не использовал их как часть церемонии инициации. С другой стороны, он высоко отзывался о практике нама-джапы (непрерывном повторе­нии имени Бога) и часто отстаивал ее как помощь тем, кто следовал пути отдачи себя.

В главе 7 говорилось, что подчинение Богу, или Атма­ну, можно эффективно практиковать, постоянно сознавая, что существует не индивидуальное думающее и действующее «я», а только «Высшая Сила», ответственная за все актив­ности мира. Шри Рамана рекомендовал джапу как эффек­тивный путь развития этого отношения, поскольку она заме­няет сознавание индивидуальности и мира постоянным созна­ванием этой Высшей Силы.

На ранних стадиях повторение имени Бога является толь­ко упражнением в концентрации и медитации, но с продол­жающейся практикой наступает стадия, когда повторение на­чинает проводиться без усилий, автоматически и непрерыв­но. Эта стадия достигается уже не одной только концентра­цией, но полным подчинением божеству, имя которого по­вторяется: «Упоминая Имя Господа, должно призывать Его, тоскуя и безоговорочно отдавая себя Ему. Только после та­кого подчинения Имя Бога будет постоянно с человеком»1. Когда Шри Рамана говорил об этой продвинутой стадии джа­пы, то его идеи получали почти мистический размер. Он мог сказать о тождестве имени Бога и Атмана, а иногда даже говорил, что при осознании Атмана имя Бога само повто­ряется в Сердце непрерывно и без усилий.

Эта заключительная стадия достигается только после по­гружения практики джапы в практику само-внимания. Шри Рамана обычно иллюстрировал необходимость такого перехо­да, цитируя Намдэва, святого, жившего в XIV веке: «Все­проникающая природа Имени может быть понята, только ког­да человек узнал собственное „Я”. Если собственное имя не познано, невозможно обрести всепроникающее Имя»2. Эта цитата взята из небольшой работы Намдэва «Философия Бо­жественного Имени», полный текст которой дан в одном из ответов Шри Раманы, приведенном ниже в этой главе. Он впервые обнаружил ее в 1937 году и последние тринадцать лет жизни хранил копию в небольшом книжном шкафу ря­дом со своей кушеткой, сидя на которой принимал посетите­лей*. Бхагаван часто читал ее вслух, когда посетители спра­шивали о природе и полезности джапы, и это дает основа­ние предположить, что он полностью одобрял ее содержание.

И: Моя практика заключалась в непрерывной джапе имен Бога на вдохе и имени Ширди Сай Бабы на выдохе. Одновре­менно с этим я всё время вижу фигуру Сай Бабы. Даже в Бха­гаване я вижу Сай Бабу. Надо ли мне продолжать эту прак­тику или лучше изменить ее: ведь какой-то внутренний го­лос говорит, что если я буду держаться имени и формы, то уже никогда их не превзойду? Однако я не могу понять, что делать после отказа от имени и формы. Просветит ли меня Бхагаван в этом вопросе?

М: Вы можете продолжать свою практику. Когда джа­па становится непрерывной, то все остальные мысли исче­зают и человек остаётся в своей истинной природе – джа­пе или дхьяне. Мы поворачиваем свой ум вовне, на мир­ское, и поэтому не знаем нашей истинной природы – все­гда существующей джапы. Когда сознательным усилием джа­пы или дхьяны, как называют их, мы предохраняем ум от посторонних мыслей, то остающееся – наша истинная при­рода, которая есть джапа.

Пока вы считаете себя именем и формой, вам и в джа­пе их не избежать. Они сами уйдут при осознании, что вы – не имя и не форма. Другого усилия не потребуется. Джа­па или дхьяна естественно и как само собой разумеющее­ся приведут к этому. То, что сейчас считается средством, джапа, впоследствии будет признано целью. Бог и Имя не различаются. Это ясно показано в наставлениях Намдэва3:

1. Небо и преисподнюю, и вселенную в целом насквозь пропитывает Имя. Кто может сказать, на какие глубины ада и высоты рая Оно простирается? Невежественный испытывает 84 лакха [8,4 миллио­на] видов рождений, не зная сути вещей. Намдэв го­ворит, что Имя бессмертно. Формы бесчисленны, но Имя – это всё.

2. Само Имя – это Форма. Нет различия меж­ду Именем и Формой. Бог появился и принял Имя и Форму. Отсюда установлено Имя Веды. Осторож­но! Вне Имени мантры не существует. Те, кто ут­верждает иное, – невежественны. Намдэв говорит, что Имя есть Сам Кешава [Бог]. Это известно толь­ко преданным почитателям Господа.

Наши рекомендации