Карл Густав ЮНГ, Мишель ФУКО. прочего, содержит и все дурные помыслы

прочего, содержит и все дурные помыслы. В камерах сердца обитают злые духи крови, внезапного гнева и чувственных пристрастий. Так выглядит бессознательное с точки зрения сознания. Но сознание, по своей сущности, является родом деятельности большого головного мозга; оно раскладывает все на составные части и способно видеть все лишь в ин­дивидуальном обличий. Не исключая и бессознательного, которое трактуется им как «мое бессознательное». Тем са­мым погружение в бессознательное понимается как спуск в полные влечений теснины эгоцентрической совместимости. Мы оказываемся в тупике, хотя думаем, что освобождаемся, занимаясь ловлей всех тех злых зверей, что населяют пеще­ру подземного мира души.

Тот, кто смотрит в зеркало вод, видит прежде всего соб­ственное отражение. Идущий к самому себе рискует с самим собой встретиться. Зеркало не льстит, оно верно отображает то лицо, которое мы никогда не показываем миру, скрывая его за персоной, за актерской личиной. Зеркало указывает на наше подлинное лицо. Такова проверка мужества на пути вглубь, проба которой достаточна для большинства, чтобы отшатнуться, так как встреча с самим собой принадлежит к самым неприятным. Обычно все негативное проецирует­ся на других, на внешний мир. Если человек в состоянии увидеть собственную Тень и вынести это знание о ней, за­дача, хотя и в незначительной части, решена: уловлено, по крайней мере, личностное бессознательное. Тень является жизненной частью личностного существования, она в той или иной форме может переживаться. Устранить ее безбо­лезненно с помощью доказательств либо разъяснений не­возможно. Подойти к переживанию Тени необычайно труд­но, так как на первом плане оказывается уже не человек в его целостности; Тень напоминает о его беспомощности и бессилии. Сильные натуры (не стоит ли их назвать скорее слабыми?) не любят таких отображений и выдумывают для себя какие-нибудь героические [образы] «по ту сторону доб­ра и зла», разрубают гордиевы узлы вместо того, чтобы их

развязать. Но раньше или позже результат будет тем же са­мым. Необходимо ясно осознать: имеются проблемы, кото­рые просто невозможно решить собственными средствами. Такое признание имеет достоинство четности, истинности и действительности, а потому закладывает основание для компенсаторной реакции коллективного бессознательного. Иначе говоря, появляется способность услышать мысль, готовую прийти на помощь, воспринять то, чему ранее не дано было выразиться в слове. Тогда мы начинаем обращать внимание на сновидения, возникающие в такие жизненные моменты, обдумывать события, которые как раз в это время начинают с нами происходить. Если имеется подобная ус­тановка, то могут пробудиться и вмешаться силы, которые дремлют в глубинной природе человека и готовы прийти ему на помощь. Беспомощность и слабость являются веч­ными переживаниями и вечными вопросами человечества, а потому имеется и вечный им ответ, иначе человек давно бы уже исчез с лица земли. Когда уже сделано все, что было возможно, остается нечто сверх того, что можно было бы сделать, если бы было знание. Но много ли знает человек о самом себе? Судя по всему имеющемуся у него опыту, очень немного. Для бессознательного остается вполне достаточно пространства. Молитва требует, как известно, сходной уста­новки, а потому и приводит к соответствующим эффектам. Необходимая реакция коллективного бессознательного выражается в архетипических оформленных представлени­ях. Встреча с самим собой означает, прежде всего, встречу с собственной Тенью. Это теснина, узкий вход, и тот, кто пог­ружается в глубокий источник, не может оставаться в этой болезненной узости. Необходимо познать самого себя, что­бы тем самым знать, кто ты есть, поэтому за узкой дверью он неожиданно обнаруживает безграничную ширь, неслыхан­но неопределенную, где нет внутреннего и внешнего, верха и низа, здесь или там, моего и твоего, нет добра и зла. Таков мир вод, в котором свободно возвышается все живое. Здесь начинается царство «Симпатического», души всего живого, где «Я» нераздельно есть и то, и это; где «Я» переживает Другого во мне, а другой переживает меня в себе.

ФИЛОСОФСКИЙ БЕСТСЕЛЛЕР

Коллективное бессознательное менее всего [ассоцииру­ется] с закрытой личностной системой, это открытая миру и равная ему по широте объективность. «Я» есть здесь объект всех субъектов, т.е. все полностью перевернуто в сравнении с моим обычным сознанием, где «Я» является субъектом и имеет объекты. Здесь же «Я» находится в самой непосред­ственной связи со всем миром так, что мне легко забыть, кто же «Я» в действительности. «Я потерял самого себя» — это хорошее выражение для обозначения такого состояния.

Эта Самость является миром или становится таковым, когда его может увидеть какое-нибудь сознание. Для этого необходимо знать, кто ты есть. Едва соприкоснувшись с бес­сознательным, мы перестаем осознавать самих себя. В этом главная опасность, инстинктивно ощущаемая дикарем, на­ходящимся еще столь близко к этой плероме, от которой он испытывает ужас. Его неуверенное в себе сознание стоит еще на слабых ногах; оно является еще детским, всплыва­ющим из первоначальных вод. Волна бессознательного мо­жет легко его захлестнуть, и тогда он забывает себя и дела­ет вещи, в которых не узнает самого себя. Дикари поэтому боятся несдерживаемых аффектов: сознание тогда слишком легко уступает место одержимости.

Все стремления человечества направлялись на укрепле­ние сознания. Этой цели служили ритуалы, догматы; они были плотинами и стенами, воздвигнутыми против опаснос­тей бессознательного. Первобытный ритуал не зря включал в себя изгнание духов, освобождение от чар, предотвраще­ние недобрых предзнаменований, искупление, очищение и аналогичные им магические действия.

С тех древнейших времен воздвигались стены, позднее ставшие фундаментом Церкви. Стены обрушились, когда от старости ослабли символы. Воды поднялись выше, и по­добные бушующим волнам катастрофы накатываются на человечество. Религиозный вождь индейцев Таоспуэблос, именуемый Локо Тененьте [Горное Озеро] Гобернадор, од­нажды сказал мне: «Американцам стоило бы перестать тес­нить нашу религию, потому что когда она исчезнет, когда

Наши рекомендации