Национальное своеобразие английского просветительского классицизма

Национальное своеобразие английского просветительского классицизма по сравнению с «высоким» французским классицизмом XVII в. объяснялось его иным идейным содержанием и смягчением классицистской нормативности, что было обусловлено развитием английской философской и научной мысли, интересом к национальным традициям, приверженностью к концепциям, подтачивающим роль рассудочности в творческом процессе. В первой трети XVIII в. просветительский классицизм занимал в английской литературе господствующее положение. Он активно противостоял барокко, накапливал на жанровом уровне элементы рококо и вместе с тем мог вступать в синтез с набирающим силу просветительским реализмом. Характерное для раннепросветительской литературы разделение ее на элитарную и демократическую отразил в своем творчестве Дж. Лилло, стоявший у истоков европейской мещанской драмы. Он предпринял попытку демократизации жанра классицистской трагедии. В его драмах главными героями стали представители буржуазно-торговых кругов общества. Лилло назидательно прославлял буржуазные добродетели: труд, умеренность, бережливость, умение владеть собой.

3.Творчество А.Поупа – представителя классицисткой поэзии

Александр Поуп (1688 — 1744) — самый значительный представитель английской просветительской классицистской поэзии. Творчество Поупа подразделяется на два периода: 1700 — 1727 и 1728 — 1744 гг., водоразделом между которыми служит выход в свет его сатирической поэмы «Дунеиада» (май 1728 г.). Он начал с переводов из античных авторов (Гомера, Овидия, Стация) и «Пасторалей» (1709), в которых развивал не только классические традиции (Феокрита, Верх илия), но и национальные (Э. Спенсера, Мильтона).

В «Опыте о критике» (1711), опираясь на «Поэтическое искусство» Буало и «Науку поэзии» Горация, он с необычайной для молодого поэта прозорливостью в просветительском духе обобщил и развил классицистские принципы. «Подражание природе» он рассматривал как подражание античному образцу («Природа и Гомер... одно и то же»). Придерживаясь концепций «меры», «уместности», «правдоподобия», он, как просветительский гуманист, призывал к разумной, «естественной» жизни. Поуп считал вкус врожденным, но становящимся «правильным» под воздействием воспитания и, следовательно, присущим человеку из любого сословия. Он выступил против пышного стиля приверженцев барокко, однако «простота» языка в его понимании предстала как «ясность» и «уместность» слога, а не расширение словаря и демократизация выражений. Как и все просветители, Поуп отрицательно относился к «варварскому» средневековью. В целом Поуп вышел за рамки строгой классицистской доктрины: он не отрицал возможность отклонения от античных правил; он признавал влияние «гения» и «климата» на появление шедевров искусства не только в Древней Греции и Риме. Выступив против двенадцатисложного (александрийского) стиха, он способствовал окончательному утверждению героического куплета (грамматически и логически завершенного десятисложного двустишия). В «Опыте о критике» Поуп затронул не только общие проблемы — себялюбия, остроумия, смирения, гордыни и т. д., — но и частные вопросы, в том числе мотивы поведения критиков.

В 1711 — 1713 гг. Поуп сблизился с Аддисоном, Стилом и их вигским окружением. Он написал пролог к трагедии «Катон» Аддисона, опубликовал ряд эссе в «Зрителе» и «Опекуне». Однако, принимая идею Шефтсбери о гармоничности природы и ее разумной упорядоченности, Поуп выражал сомнения в непогрешимости того порядка, который принесла Англии «Славная революция». В этом истоки его основных расхождений с ее апологетами (Шефтсбери, Аддисоном, Стилом) и сближения с виконтом Болингброком, тори, одним из первых дворянских критиков буржуазных порядков. В поэме «Виндзорский лес» (1713) Поуп прославлял подготавливаемый тори Утрехтский мирный договор, размышляя о славе, времени, смерти, природе суверенной власти. Виндзорский лес олицетворял «порядок в разнообразии». Пейзажные зарисовки Поупа разворачивались в метафору процветающей Англии под эгидой королевы Анны, которую поддерживали тори.

В 1712 г. у Поупа возник замысел издавать сатирический журнал «Отчет трудов неученых». Он был поддержан Дж. Геем, Свифтом и другими литераторами, которые вместе с Поупом организовали торийский клуб. Они решили публиковать свои сатиры в форме «Мемуаров о необычайной жизни, трудах и приключениях Мартина Скриблеруса» (Мартина-писаки). Полностью «Мемуары» были опубликованы в 1741 г. Сатира скриблерианцев на «фальшивый вкус» современных им ученых-педантов, литераторов и музыкантов отличалась конкретностью, была одновременно и улыбчивой, и ядовитой.

В поэме «Похищение локона» (1-й вариант — 1712, 2-й — 1714) Поуп в изящной шутливой форме рассказал о действительном случае, который привел к ссоре двух семей: Арабеллы Фермор (в поэме — Белинда) и ее поклонника, осмелившегося отрезать у нее локон. В поэме реалии аристократического быта переплетаются с фантастическими элементами: сильфы во главе с Ариэлем охраняют Белинду и во всем помогают ей, боги, в конечном итоге, превращают локон в созвездие на небе. Совмещение низменных явлений с возвышенными, описание высоким слогом тривиального события создавало комический эффект. Жанр «Похищения локона» — ироикомическая поэма — был характерным для галантной литературы рококо и свидетельствовал о накоплении в творчестве Поупа на жанровом уровне элементов рококо. В ином, трагическом ключе Поуп страстно и взволнованно рассказал о любви в послании «Элоиза к Абеляру» (1717) и в «Элегии на память одной несчастной леди».

В 1713 — 1726 гг. Поуп переводил «Илиаду» и «Одиссею». Он заменил гекзаметр героическим куплетом, нередко дополнял строки Гомера и в целом приблизил поэмы к английскому читателю XVIII в. В 1725 г. Поуп издал сочинения Шекспира. Он проделал большую текстологическую работу, а в предисловии подчеркнул индивидуальность созданных Шекспиром характеров и первым указал на народность его творчества.

В «Моральных опытах» (1731 — 1735) Поуп сделал акцент на нравственном совершенствовании человека. В философско-дидактической поэме «Опыт о человеке» (1734) он размышлял о пределах человеческого разума, соотношении добра и зла, человеческих пороках, природном начале себялюбия как основы нравственности, земном счастье человека как единственной цели, к которой он стремится. Поуп выразил свой оптимистический взгляд на мир, утверждая, что «все существующее — справедливо».

В поэме «Дунсиада» (dunce — тупица, глупец), над которой он работал с 1728 по 1743 г., Поуп подчеркнул роль разума в борьбе с невежеством, которое в случае своей победы приведет мир к хаосу. Олицетворяющая невежество Богиня Тупости ищет себе преемника на земле. Перед ней проходят желающие занять трон короля дураков: глупцы, ханжи, бездарные поэты (в число последних был несправедливо включен Дефо). Среди тупиц-философов шествуют Мандевиль, Толанд, нападками на которого Поуп, видимо, хотел снять с себя обвинение в деистическом восприятии религии. В первом издании «Дунсиады» королем дураков был выбран Л. Теоболд, сурово критиковавший Поупа за его метод редактирования Шекспира, а в последнем варианте поэмы — драматург К. Сиббер, враждовавший с скриблерианцами. В «Дунсиаде» были осмеяны английские короли Георг I и Георг II, которые не соответствовали поуповскому идеалу просвещенного монарха, а также их продажный премьер-министр Р. Уолпол. В целом выпады против личных недругов поэта вылились в гротескно-сатирическое осмеяние пороков буржуазного общества. В «Подражаниях» Горацию (1713 — 1738) Поуп выступил как наставник-моралист, язвительно бичующий пороки отдельных людей, опасных для общества. Ведущее положение сатиры во втором периоде творчества Поупа подтверждало его окончательный переход на позиции активного участника общественной борьбы.

4.Развитие «готического романа»

Готический роман отличают следующие черты:

1. Сюжет строится вокруг тайны – например, чьего-то исчезновения, неизвестного происхождения, нераскрытого преступления, лишения наследства. Обычно используется не одна подобная тема, а комбинация из нескольких тем. Раскрытие тайны откладывается до самого финала. К центральной тайне обычно добавляются второстепенные и побочные тайны, тоже раскрываемые в финале.

2. Повествование окутано атмосферой страха и ужаса и разворачивается в виде непрерывной серии угроз покою, безопасности и чести героя и героини.

3. Мрачная и зловещая сцена действия поддерживает общую атмосферу таинственности и страха. Большинство готических романов имеют местом действия древний, заброшенный, полуразрушенный замок или монастырь, с темными коридорами, запретными помещениями, запахом тлена и шныряющими слугами – соглядатаями. Обстановка включает в себя завывание ветра, бурные потоки, дремучие леса, безлюдные пустоши, разверстые могилы – словом, все, что способно усилить страх героини, а значит, и читателя.

4. В ранних готических романах центральный персонаж – девушка. Она красива, мила, добродетельна, скромна и в финале вознаграждается супружеским счастьем, положением в обществе и богатством. Но, наряду с общими для всех романтических героинь чертами, она обладает и тем, что в 18 в. называли “чувствительностью”. Она любит гулять в одиночестве по лесным полянам и мечтать при луне у окна своей спальни; легко плачет, а в решительную минуту падает в обморок.

5. Сама природа сюжета требует присутствия злодея. По мере развития готического жанра злодей вытеснял героиню (всегда бывшую не столько личностью, сколько набором женских добродетелей) из центра читательского внимания. В поздних образцах жанра он обретает полноту власти и обычно является двигателем сюжета.

Предромантические тенденции нашли воплощение в «готическом романе», известном также как «черный роман» или «роман ужасов». Его основоположником был Гораций Уолпол (1717 — 1797), в 1764 г. анонимно опубликовавший «Замок Отранто». Всесилие зла, порожденного «первородным грехом» человека, бессмысленность его борьбы с Роком — вот тема романа. Термин «готический» соотносился с названием германского племени готов, разрушивших Рим, и в этом смысле ассоциировался со средневековьем. Уолпол попытался соединить черты средневекового рыцарского романа с бытовым, подражая при этом и Шекспиру. Сверхъестественное выполняло у него роль божественного возмездия. Линию Уол-пола продолжили в своих готических романах Клара Рив («Старый английский барон», 1777) и Мэтью Грегори Льюис в «Монахе» (1795).

В «готических» романах Анны Радклиф (1764 — 1823), из которых особой популярностью пользовались «Удольфские тайны» (1794) и «Итальянец» (1797), прослеживаются традиции сентиментального романа. Писательница психологически обосновывает предчувствие беды у своих героев, их сложные душевные переживания. В отличие от Уолпола, фантастические явления объясняются у нее естественными причинами. Зло предстает как порождение страстей, не управляемых разумом (образ злодея Ске-дони в «Итальянце»). В философской повести Уильяма Бекфорда «Ватек» (1786) «готический» сюжет разворачивался на фоне реального мусульманского быта. В ней рассказывалось о калифе Ватеке, который под влиянием своей матери колдуньи Каратис и чужеземца Гяура совершает чудовищные преступления, чтобы завладеть богатствами Сулеймана. Повесть отразила возросший во второй половине XVIII в. интерес к Востоку и способствовала тому, что развитие жанра восточной философской повести, по сравнению с раннепросветительским периодом, пошло по иному пути.

Наши рекомендации