Представления о свободе и подлинности бытия в экзистенциализме

Этика экзистенциализма

В экзистенциализме собственно философские проблемы неотделимы от этических и предполагают друг друга; мораль, по мнению сторонников этого течения, одновременно является и единственно возможной сферой проявления человеком своей «подлинности», и средством выявления действительных онтологических структур «подлинного» бытия.

Специфика экзистенциализма как этической концепции заключается прежде всего в претензии на принципиально новое понимание человека и его места в мире, смысла и значения человеческого существования. Главным для экзистенциализма является вопрос о том, как человек может отстоять свою индивидуальность, своё «я» в условиях монополизации и бюрократизации общественной жизни, о возможности выхода за рамки стандартизированной жизни и выполнения навязанных ролей, не выражающих его индивидуальных интересов и стремлений. Согласно представлениям экзистенциалистов, человек является хозяином своей собственной судьбы лишь тогда, когда его действия носят непосредственно импульсивный характер. По замыслу эта точка зрения призвана изменить положение человека в современном буржуазном обществе, превратить его из существа, которым «действуют» в единственного творца своего бытия.

По теории экзистенциализма, чтобы встать на путь свободного, подлинно человеческого бытия, человеку достаточно, не меняя внешних условий, изменить лишь внутреннюю установку сознания с таким расчётом, чтобы его бытие выступило перед ним как его собственное творение. Нравственность в этом смысле перестаёт быть поведением, отличным от безнравственного. Она превращается всего лишь в особую форму умонастроения, освоения в сознании человеком своего места и значения в мире.

Этика неопротестантизма представлена таким течением как неоортодоксия (Барт, Бруннер, Тиллих). Радикальный пересмотр традиционного христианства, иррационалистическая ориентация, использование идей экзистенционализма. Главные установки: абсурдность мира, трагизм человеческого существования, разорванного на две части, что определяет две моральные ориентации; неискоренимая греховность человеческой природы, определяющая постоянное чувство вины; подлинная мораль рационально невыразима и нереализуема в мирской жизни – приоритет веры над делами; Абсолютная противопоставленность бога и человека.

Этика экзистенциализма.

Экзистенциализм («философия существования») выдвинул теоретический тезис: «сущность предшествует существованию». Применительно к

бытию человека это означает, что существование человека не является разверткой какой-то его предзаданной сущности; напротив, человек в ходе своего существования обретает сущность, которая никогда не является завершенной.

Для Алъбера Камю, французского писателя и философа, исходной стала тема абсурдности человеческого бытия, всесторонне рассмотренная в эссе «Миф о Сизифе». Абсурдны катастрофы этого мира, но не менее абсурдно наше повседневное обыденное существование. При таких обстоятельствах человек закономерно должен задаться вопросом о том, не следует ли покончить с собой. Ответ Камю на этот вопрос

отрицательный: самоубийство только увеличивает абсурдность происходящего. Наше положение в мире подобно положению Сизифа, катающего тяжелый камень жизни без надежды когда-либо достичь результата. Пока Сизиф проклинает богов, принудивших его к этому бессмысленному труду, и надеется, что ситуация изменится, боги смеются над ним. Надо достичь абсолютной ясности в понимании своей участи и перестать надеяться, тогда катание камня станет делом самого Сизифа, он изменит ориентацию своего сознания, а ситуация благодаря его усилию наполнится смыслом. Судьба человека, как и Сизифа, трагична, он должен мужественно ее принять и вопреки всему лично настаивать на

том, что моральные ценности возможны.

Ж,П.Сартр полагал, что человек в принципе ведет неподлинное существование, он «заброшен в мир», чуждый его сокровенным чаяниям. В

неподлинном мире подлинность существования человек обретает лишь, совершая выбор. Однако все традиционные опоры морального выбора

(семья, религия, общество) утратили свое значение, индивид оказался «брошенным в свободу». Именно «граничные ситуации» (ситуации на грани жизни и смерти) наиболее ясно выявляют наше подлинное «я». Выбор в них совершается абсолютно индивидуально, на свой страх и риск, без гарантий морального одобрения. Абсолютно свободный человек несет всю ответственность за свои поступки и их последствия. Такая глобальная ответственность делает человеческое существование полным Заботы, Тревоги, Отчаяния. Совершая поступки, избранные в качестве нравственных, человек не может надеяться на успех, но все-таки должен их совершать, чтобы обрести подлинность существования.

Этика права

Профессиональное увлечение лишенное нравственных критериев и ценностей, может быть опасным для окружающих, а в более широких масштабах — для социума в целом. Поэтому проблемы профессиональной этики – отнюдь не лишний довесок к профессиональному образованию. В этом смысле юридическая этика может быть понята как профессиональная этика, которая является практическим выражением и воплощением этики права у профессионала. Необходимо отличить эти два понятия.

Правовая этика подразумевает определенные морально-правовые ценности и нормы, исповедуемые любым правоспособным гражданином. Поскольку все мы находимся, независимо даже от своего желания, в определенном правовом поле, попадаем в это поле фактом своего рождения, становимся субъектом прав, то каждому присущ определенный характер восприятия реального права, оценка его. Исследователь развития правовой культуры А.П. Семитко так определяет субъект права: "Это человек в его юридическом качестве носителя субъективных юридических прав и обязанностей участника правовых отношений, то есть субъект, обладающий способностью иметь права и обязанности, реально имеющий и своими собственными действиями осуществляющие эти права и обязанности".

Этика права у субъекта права — вещь произвольная. Она предполагает своеобразную нравственную реакцию на внешнее, государством закрепленное право, законы. Проявляется эта реакция в индивидуальной позиции человека, в его общении, в поведении по отношению к гражданским и политическим институтам. Итак, субъектом правовой этики является каждый правоспособный гражданин. Он и творит право, и демонстрирует свое нравственное отношение к сложившимся правовым нормам.

Субъектом юридической этики является специалист, непосредственно реализующий в профессиональной практике свое отношение к законотворческой и правоприменительной институциональной деятельности. Закон по-разному может быть использован: это относится не к закону, а к юристу, который по-своему его толкует и применяет.

У субъекта правовой этики на первое место выходит ценностное отношение к праву; его роль в нормативном правовом творчестве минимальна и очень опосредованна.

У субъекта юридической этики ценностное отношение уходит в тень, а на первом месте оказывается знание нормативных документов и умение их практически применить, то есть знание «буквы закона». При этом у специалиста-юриста знание может не состыковываться с внутренней нравственной оценкой нормы закона. В этом случае возникает внутриличностный конфликт между человеческой позицией (гражданской) и позицией специалиста.

Поскольку сфера профессиональной деятельности юриста очень широка (генеральный прокурор, следователь, юрисконсульт, депутат думы, мэр города, руководитель трудового коллектива, таможенник, нотариус и т.д.), то нравственно-правовая позиция и должностная юридическая находятся в постоянном взаимовлиянии, принуждая постоянно совершать трудный нравственный выбор.

Сделаем попытку определения предмета юридической этики: отношение специалиста-профессионала к смыслу и ценностям права, законодательных норм, правил и реализация этого отношения в профессиональной деятельности. Юридическая этика — меняющееся знание. Его изменение определяется, прежде всего, изменением самого человека, его взглядов, а также особенностями и предметом юридической профессии, которая, в свою очередь, тоже имеет тенденцию к расширению, эскалации в иные виды профессиональной деятельности в качестве встроенной в них структуры (например, юрисконсульт в коммерческой фирме). Изменение юридической этики стимулируется и внешними по отношению к данной профессии обстоятельствами: уровнем цивилизованности социума, содержанием общественного сознания, степенью развитости социальной инфраструктуры.

Есть и еще одно обстоятельство, играющее роль в развитии юридической этики — это внутренняя логика самого этического знания, нравственной рефлексии индивида, его окружения.

52.Этика в России XIX-XX веков: от западников и славянофилов до этики ненасилия Л.А. Толстого и нравственной философии всеединства В.С. Соловьева.

Революционные демократы В. Г. Белинский, А.И.Герцен, Н.А.Добролюбов, Н.Г.Чернышевский ставили перед собой задачи создания целостной этической концепции. Их этические представления, подчиненные целям общественно-политического характера, растворены в литературе, которую нельзя назвать специально этической, т.е. в художественных, публицистических, философских произведениях.

Выбирая (на "зрелом" этапе своей творческой эволюции) в качестве своих идейных предшественников французских материал истов XVIII века, русские демократы часто и свою этическую позицию называли теорией "разумного эгоизма". Однако содержательные контексты этой теории иные: "разумный эгоизм" понимается как сознательное и бескорыстное согласование личного интереса с общим, причем содержание последнего интерпретируется в более конкретном контексте, применительно к реалиям российской действительности. Полезность, о которой идет речь у русских демократов, трактуется не в собственно утилитаристском смысле слова, а как свободно избираемое служение народу. Такое сущностное изменение принципа "разумного эгоизма" детерминировано иными (по сравнению с творчеством французских материалистов) социокультурными обстоятельствами, осознанным отказом русских мыслителей от абстрактно-теоретического подхода к морали.

Ориентация на конкретные практические задачи позволила русским революционным демократам высказать немало плодотворных идей относительно природы морали и ее проявлений. Так, например, ими была поставлена проблема зависимости морали от общественной среды и особенностей исторического процесса, намечена одна из возможных позиций по вопросу о статусе социальных революций в развитии нравственности.

Представляют интерес и идеи более частного характера, связанные с нравственным осуждением крепостничества, самодержавия, вообще любых форм эксплуатации; утверждением значимости мотивации в нравственной деятельности; критикой мещанской морали; интерпретацией долга как внутренней потребности человека; разработкой принципов морали (гуманизм, патриотизм).

Наиболее интересными, с точки зрения развития этической рефлексии, представляются такие направления в идеалистическом потоке русской философии, как философия "всеединства" (В.С.Соловьев, С. Н. . Трубецкой, Е.Н.Трубицкой, С. Н. Булгаков, СЛ.Франк) и экзистенциальная философия (Н.А.Бердяев, Л.И.IlIестов), поскольку этика являлась центром исследовательских интересов этих мыслителей, а предложенные ими идеи наиболее оригинальны и во многом созвучны духовным исканиям сегодняшнего дня. русские идеалисты посягали на решение главных вопросов бытия, их яркое, самобытное, во многом противоречивое наследие свидетельствует о попытках осмыслить судьбу человека в мире, проблемы смерти и бессмертия, свободы и творчества.

Если выделять некоторые общие характеристики способа философствования этих мыслителей, то в первую очередь следует обратить внимание на иррационалистическую тенденцию, в той или иной мере проявившуюся 'в их творчестве, и на свойственную ему установку на панэтизм*, и то, и другое во многом было обусловлено комплексом социально-экономических и идейно-теоретических предпосылок. Кризисное состояние России, нaгpoмождение и обострение социальных противоречий порождали инфляцию нравственных ценностей и идеологический вакуум, который чем-то нужно было заполнить российская интеллигенция, убежденная в необходимости глобальных перемен, мучительно искала ответа на, вопрос: что делать? или, в формулировке С.Франка: "Что делать мне и другим, - чтобы спасти мир и впервые оправдать свою жизнь".

Недолжный, неразумный характер российской действительности порождал сомнение в возможностях рационального познания мира, стремление к поиску иных (сверхрациональных или внерациональных) способов постижения сущности бытия. В этом поиске русская идеалистическая этика эволюционирует от умеренного иррационализма (философы "всеединства") к откровенному иррационализму (Н.Бердяев) и антирационализму (Л.Шестов). Религиозно-мистическая форма российского иррационализма предполагала безусловную значимость религии, без которой невозможно о существование высших ценностей ("Определяющей силой в духовной жизни человека является его религия ... ". С.Булгаков).

Говоря об панэтизме, следует отметить, что для всей идеалистической мысли того времени характерным был "этический перекос", т.е. приоритетное значение этической проблематики. Причин этого своеобразного явления в духовной жизни русского общества много, главные из них связаны с процессом переоценки ценностей, попыткой решить социально-экономические проблемы теоретическими, идейными средствами, среди которых предпочтение отдавалось нравственности. Поскольку моральный фактор признавался главным в индивидуальном и общественном бытии, постольку создавались различные проекты нравственного обновления мира, а этике отводилась главная роль в системе философского знания. Построение философской этики как высшего судилища всех человеческих стремлений и деяний, есть важнейшая задача современной мысли". Общей установкой русских идеалистов была убежденность в необходимости божественного освящения морали, поэтому все этические проблемы рассматривались ими в религиозном контексте. По вопросу о предмете этики и ее основной проблематике русские идеалисты высказывали различные мнения. В.Соловьев, поставивший перед собой задачу создания идеализма нового типа (синтетического, практического, гуманизированного), обосновывал позицию абсолютного синтеза, главный принцип которого - "положительное всеединство" ("полная свобода составных частей в совершенном единстве целого"). Данный принцип дает возможность созидания "цельного знания" (синтеза веры, интуиции, творчества), а результатом его осуществления является "теософия". Главная часть теософии - этика, ее предмет - абсолютное начало в его синтезе с человеком (субъективная этика) и с человечеством (объективная этика).

Особое значение в этическом исследовании, по мнению Соловьева, имеет нравственная деятельность, которая может быть рассмотрена с внутренней и внешней стороны. Первый вид деятельности должен реализоваться в богочеловеке, второй - в богочеловечестве. Таким образом, этика определяет идеал и условия реализации не только совершенной личности, но и "долженствующего быть" общества.

В "Оправдании Добра" Соловьев представил идеи о трехосновности морали (стыд, жалость, благоговение), о значении любви и совести в нравственной деятельности, об основных принципах морали (аскетизм, альтруизм, богопочитание). Главным вопросом этики полагался вопрос о цели и смысле человеческого бытия. Последователи Соловьева продолжили заложенные им традиции, но уже с несколько иными акцентами, усиливающими значимость религиозной детерминации морали. "Нравственность коренится в религии. Внутренний свет, в котором совершается различение добра и зла в человеке, исходит от Источника светов" (С.Н.Булгаков).

Что касается представителей второго направления, то Бердяев в осмыслении предмета этического знания прошел сложную эволюцию, высказывая немало интересных идей. Так, например, он отмечал, что предметом этики является антитеза должного и сущего; подчеркивал . противопоставленность "философии трагедии", способной прозреть суть морали, и "философии обыденности", скользящей лишь по поверхности человеческого бытия.

Выделение подлинной и неподлинной нравственности постепенно приобретало в работах Бердяева пафос противоположения морального социальному, утверждения индивидуальных нравственных ценностей и отрицания морали как чего-то общезначимого, общеобязательного. "Постигнуть смысл жизни, ощутить связь с этим объективным смыслом, есть самое важное и единственно важное дело, во имя его всякое другое дело может быть брошено", - такая установка Бердяева разделялась всеми русскими идеалистами, хотя в процессе смысложизненного поиска пути их нередко расходились. Колебания между пессимизмом (преимущественно по отношению к сущему) и оптимизмом, связанным с утверждением высшего идеала, также характерны для всех, однако, "удельный вес", если можно так выразиться, пессимизма значительно больший у представителей второго направления. Глубокие и убедительные описания трагизма и бессмысленности человеческого бытия являлись для русских мыслителей своеобразным фоном созидания позитива, т.е. обоснования такой ценности, которая позволила бы преодолеть зло и страдания, придать жизни подлинный смысл. Вне апелляции к богу разгадать "роковую загадку жизни" невозможно. "Бог как жизненная полнота и есть основное предположение всякой жизни. Это и есть то, ради чего стоит жить и без чего жизнь не имела бы цены". Абсолютный масштаб измерения ценности жизни принимают и представители второго направления, хотя исходная точка поиска у них, казалось бы, иная: стремление утвердить право индивидуальности, сделать возможным прорыв от неподлинного бытия к подлинному.

Если попытаться выделить общий теоретический контекст смысложизненного поиска русских идеалистов (сложность, глубину и противоречивость которого трудно осветить даже в специальной работе), то он может быть сведен к следующему. Смысл жизни - это высшая истинная ценность, которая должна быть познана ("постигнута" с помощью мистической интуиции), свободно принята личностью и осуществлена в ее деятельности. Чрезвычайно плодотворный подход к проблеме, если абстрагироваться от некоторых конкретных ракурсов этой теоретической модели. Не так ли?)

Много интересных идей содержится в творчестве русских идеалистов и по проблеме свободы, которые, к сожалению, невозможно изложить здесь достаточно подробно. Пытаясь разрешить антиномию своеволия и необходимости, Соловьев, стоявший на позиции "абсолютного синтеза", и Бердяев, проповедовавший "болезненный индивидуализм", при всей кажущейся не сходности своих основоположений, приходят, по сути дела, к единому результату при интерпретации этического аспекта этой проблемы. Основоположник "всеединства" понимает нравственную свободу как деятельность человека, который "добровольно, своей волей отказывается от своей воли", а Бердяев, вопреки своим же попыткам показать абсолютную не детерминированность свободы, считает все же обязательной нравственной установкой личности "вольный отказ от своеволия".

Постановка и решение русскими философами проблемы идеала и действительности дает нам возможность представить себе, как они пытались ответить на знаменитый вопрос: что делать? Мир "во зле лежит", его необходимо изменить, уничтожить пропасть между должным и сущим, внести в жизнь Добро, Истину, Красоту. Различные вариации в рассуждениях русских идеалистов на эту тему по существу сводятся к утверждению первостепенной значимости внутреннего, духовного, религиозно- нравственного преобразования человека и общества. Так как "практическая" задача плохо соизмерялась с реальным бытием, рождая у ее авторов мучительные сомнения )

В своей осуществимости. Первоначальные упования Соловьева на особую роль России в деле "здешнего" преобразования мира сменяются горькими размышлениями о том, что в русском народе нет сознания своего предназначения, поэтому "час его исторического призвания, еще не пробил". На определенном этапе духовной эволюции надежда на религиозную революцию становится весьма проблематичной и для Бердяева, не случайно он утверждал, что "мы живем в мире безумия". Что касается Шестова, то для него вообще не существовало задачи преобразования мира, его интересовал только изолированный субъект, идущий по пути мистических озарений, "не зная! куда", "не ведая зачем", и стремящийся обрести спасение в вере, "отменяющей разум".

Разумеется, такой беглый обзор русской идеалистической этики конца XIX - начала ХХ века можно считать лишь точкой опоры для более глубокого и всестороннего знакомства с ней. Интерес к наследию русских идеалистов, который пробудился относительно недавно и не успел еще угаснуть явление, несомненно, позитивное. Сама по себе попытка одухотворения мира, выявления приоритета морали имеет чрезвычайно важное значение и во многом созвучна с тем процессам, которые характерны для нашего времени. Вполне вероятно, что приобщение к таким высоким образцам российской культуры способно хоть в какой-то мере симулировать процесс индивидуального нравственного совершенствования.

53. Юридическая этика, её особенности и перспективы развития.

Юридическая этика обусловлена спецификой профессиональной деятельности юриста, особенностями его нравственного и социального положения. "Необходимость повышенных моральных требований, а следовательно, и особой профессиональной морали, как показывает исторический опыт, проявляется прежде всего во врачебной, юридической, педагогической, научной, журналистской и художественной деятельности, т. е. в тех сферах, которые непосредственно связаны с воспитанием и удовлетворением потребностей личности"[2].

Особенности профессиональной деятельности судьи, прокурора, следователя настолько своеобразны и так существенно затрагивают права и интересы людей, что требуют отдельной характеристики с точки зрения их влияния на нравственное содержание этой деятельности.

Деятельность судьи, следователя, прокурора носит государственный характер, так как они являются должностными лицами, представителями власти, осуществляют властные полномочия. Они наделяются этими полномочиями для защиты интересов общества, государства и его граждан от различных посягательств и в своем служебном общении с другими людьми представляют государственную власть. Закон в ряде случаев прямо определяет государственный характер принимаемых ими решений. Так, приговоры по уголовным делам и решения по гражданским делам выносятся именем государства. Прокурор осуществляет надзор за исполнением законов и поддерживает государственное обвинение. Все постановления следователя, вынесенные в соответствии с законом по находящимся в его производстве уголовным делам, обязательны для исполнения всеми, кого они касаются.

Обычно под юридической этикой понимается как сам свод нравственных требований, которые распространяются на работников юридической профессии, так и соответствующая отрасль знания, наука, изучающая эти правила.

В принципе, не может быть возражений и против конкретизации этических требований применительно к определенной юридической специальности в рамках единой правовой профессии (этика судьи, прокурора, следователя, адвоката).

Таким образом, юридическая этика – это вид профессиональной этики, представляющий собой совокупность правил поведения работников юридической профессии, обеспечивающих нравственный характер их трудовой деятельности и внеслужебного поведения, а также научная дисциплина, изучающая специфику реализации требований морали в этой области.

Юридическую этику можно назвать нравственным кодексом юристов различных специальностей. В пределах единой юридической профессии существуют специальности: судья, прокурор, адвокат, следователь, юрисконсульт, арбитр, нотариус; сотрудники органов внутренних дел, сотрудники органов контрразведки, выполняющие правоприменительные функции; работники органов Министерства юстиции, судебные приставы, научные работники – правоведы, преподаватели правовых дисциплин и др.

Юридическая этика – научная дисциплина, предмет которой составляет проявление морали в правосудии и правоохранительной деятельности.

Судебная этика – совокупность правил поведения судей и других профессиональных участников уголовного, гражданского и арбитражного судопроизводства, обеспечивающих нравственный характер их профессиональной деятельности и внеслужебного поведения, а также научная дисциплина, изучающая специфику проявления требований морали в этой области.

В то же время вполне правомерно говорить отдельно об этике судьи, о прокурорской этике, следственной этике, этике адвоката. Наряду с этим существует и этика арбитра, юрисконсульта, нотариуса и т. д. Правда, для ряда юридических специальностей научная разработка их нравственных принципов находится лишь на начальной стадии, хотя они стихийно складываются и соблюдаются на основании единых для всех нравственных норм.

Значение юридической этики состоит в том, что она придает нравственный характер деятельности по осуществлению правосудия, выполнению прокурорских функций, следственной работе, а также и другим видам деятельности, осуществляемой юристами-профессионалами. Нравственные нормы наполняют правосудие и юридическую деятельность в целом гуманистическим содержанием.

Юридическая этика, раскрывая и пропагандируя гуманные начала правоотношений, складывающихся в различных областях жизни, оказывает позитивное воздействие как на законодательство, так и на правоприменение.

Юридическая этика способствует правильному формированию сознания, взглядов работников юридической профессии, ориентируя их на неукоснительное соблюдение нравственных норм, обеспечение подлинной справедливости, защиту прав, свобод, чести и достоинства людей, охрану собственной чести и репутации.


Наши рекомендации