Это не обязательно так. Были гении почти с нулевой памятью. Альберт Эйнштейн не отличался хорошей памятью. И были люди с невероятной памятью, но у них не было никакого разума.

Память — это механизм вашего ума. Разум — это сознание. Разум — это часть вашего духа, память — это часть вашего мозга. Память относится к телу, разум принадлежит вам.

Теперь нужно учить пониманию, потому что перемены настолько стремительны, что память не поможет. К тому време­ни, как вы что-то запомните, оно уже устаревает. И вот что происходит: образование неэффективно, университеты неэф­фективны потому, что они все еще утверждают старые методы. Они научились обману; они занимались этим три тысячи лет, и теперь это проникло в них настолько глубоко, что они не знают, как можно делать что-то другое.

В настоящее время просто давать детям старую информа­цию, которая не сделает их приспособленными к жизни в будущем, а только затруднит их рост, опасно. Теперь им нужен разум для того, чтобы жить в условиях стремительных перемен.

Всего сто лет назад миллионы людей никогда не покидали пределов своего города или не отъезжали от него больше чем на десять миль. Миллионы людей всегда жили на одном месте, от рождения до смерти. Теперь все меняется. В Америке средний человек живет на одном месте три года, и точно такой же срок определяет также и брак — три года. Потом человек начинает менять город, работу, жену, мужа.

Вы живете в совершенно новом мире. А ваше образование делает вас просто ходячими энциклопедиями, и вдобавок уста­ревшими. Различия не новы — нова степень изменений.

Примерно три минуты назад на нашем циферблате про­изошло качественное изменение характера перемен: изменилось измерение.

Сейчас мы должны учить пониманию, чтобы мы могли дать детям способность жить среди того нового, которое будет происходить каждый день. Не отягощать их тем, что не принесет никакой пользы в будущем. Старшее поколение не должно учить тому, чему учили его; старшее поколение должно помочь ребенку стать более разумным, чтобы он приобрел способность спонтанно отвечать новым реалиям, которые будут приходить. Старшее поколение не может даже вообразить, какими будут эти реалии.

Возможно, ваши дети будут жить на Луне; им придется жить в совершенно другой атмосфере. Возможно, ваши дети будут жить на небе, потому что Земля становится слишком перенасе­ленной. Возможно, вашим детям придется жить под землей или под океаном. Никто не знает, как придется жить вашим детям. Может быть, они будут жить только на таблетках, витаминах... они будут жить в совершенно другом мире. Так что не имеет никакого смысла продолжать давать им энциклопедические знания из прошлого. Мы должны подготовить их встать лицом к новым реалиям.

Мы должны подготовить их осознанно, медитативно. Тогда образование будет правильным. Тогда оно не будет служить прошлому и мертвому; оно будет служить будущему. Оно будет служить живому.

В моем представлении, для того, чтобы быть правильным, образование должно быть разрушительным, бунтарским. До сих пор оно было ортодоксальным, до сих пор оно было частью установленного порядка. Правильное образование должно учить вещам, которые не создают новой организации. Оно должно быть антиэнтропийным.

Государство, учреждения и все общественные институты — все они препятствуют росту, помните об этом. Почему они мешают росту? Потому что любой рост бросает вызов, а они упорядочены. А кто хочет беспорядка? Те, кому принадлежит власть, предпочитают, чтобы не было ничего нового — потому что оно нарушает равновесие сил. Те, кому принадлежит власть, предпочитают не выпускать на свободу ничего нового, потому что это новое принесет силу новым людям. Каждое новое знание приносит в мир новую силу. А старшее поколение не желает ослаблять свои тиски, терять свое господство.

Образование должно служить революции. Но обычно оно служит правительству, священникам и церкви. Очень тонким путем оно готовит рабов — рабов государства, рабов церкви. Настоящей целью образования должно быть ниспровержение устаревших отношений, верований и обманов, которые не служат больше прогрессу и человеку и являются положительно вредными и самоубийственными.

Однажды корреспондент спросил Эрнеста Хемингуэя:

— Есть ли какой-то существенный признак, по которому вы могли бы определить великого писателя?

Хемингуэй ответил:

— Да, существует. Для того чтобы быть великим писателем, человек должен иметь врожденный индикатор чепухи, быть устойчивым к ударам.

Вот мое представление о правильном образовании. Детей нужно учить, тренировать, чтобы они умели распознавать чепу­ху. Действительно разумный человек имеет индикатор чепухи. Он немедленно понимает, в тот момент, когда произносит что-то, есть ли это нечто значительное или просто навоз священных коров.

Эволюция человеческого сознания — не что иное, как долгая история борьбы против благоговения перед чепухой. Люди все время поклоняются, боготворят чепуху. Девяносто девять процентов их верований — просто ложь. Девяносто девять процентов их верований античеловечны, антижизненны. На девяносто девять процентов их верования настолько прими­тивны, настолько варварски, настолько невежественны, что просто невероятно — как люди продолжают верить в это.

Правильное образование поможет вам отбросить всю эту бессмыслицу, какой бы древней, уважаемой и почитаемой она ни была. Оно научит вас реальности. Оно будет учить вас не каким-то суевериям, но научит жить более радостно. Оно будет учить вас жизнеутверждению. Оно будет учить вас почитать жизнь и ничего более. Оно научит вас глубокой любви с существованием. Оно будет касаться не только ума, но также и сердца.

Оно также поможет вам стать не-умом. Это измерение, которое в образовании пропущено. Оно просто все больше и больше запутывает вас в умственных концепциях, вы теряетесь в уме. Ум хорош, полезен, но это не ваша целостность. Есть еще сердце, которое в действительности гораздо важнее ума — ведь ум может создать лучшую технологию, может дать вам лучшие машины, дороги, дома, но не может сделать вас более хорошим человеком. Он не может сделать вас более любящим, более поэтичным, более изящным. Он не может дать вам радость жизни, празднование. Он не может помочь вам стать песней и танцем.

Правильное образование должно учить вас также путям сердца. Правильное образование должно также учить вас тран­сцендентальному. Ум — для науки, сердце — для искусства, поэзии, музыки, а трансцендентальное — для религии. Если образование не служит всему этому, оно не является правиль­ным. И ни одна система образования все еще не делает этого.

Неудивительно, что многие молодые люди бросают коллед­жи, университеты — поскольку они понимают, что все это чепуха, они понимают всю глупость образования.

Ни один другой институт не может заниматься этим, только образование: университеты должны сеять семена революции. Они должны сеять семена мутации — ибо новый человек должен прийти на Землю.

Первые лучи уже появились. Новый человек приближается с каждым днем, и мы должны подготовить Землю принять его; и вместе с новым человеком — новое человечество и новый мир. И кроме образования, нет никакой другой возможности принять нового человека, приготовить для него почву. А если мы не сможем приготовить для него почву, мы обречены.

В действительности, эксперименты, которые мы проводим здесь — это попытка создать новый тип университета. Прави­тельство против этого, общество против этого, все церкви — индуистская, мусульманская, христианская — против этого. Священники, политики — все против. Стадо, массовое сознание - против.

Но это естественно; этому не нужно удивляться. Мы зани­маемся подрывной деятельностью, мы делаем нечто очень бун­тарское. Но так и должно быть, и это должно делаться во многих местах по всей Земле. Этот эксперимент должен происходить в каждой стране. И лишь немногие примут вызов, но эти немногие будут вестниками. Эти немногие будут возвещать новый век, нового человека, новое человечество, новую Землю: смелый новый мир.

Уолт Уитмен написал:

Когда я слушал ученого астронома;

Наши рекомендации