Звезды Шамана: философия Шамана

© Серкин В.

© ООО «Издательство АСТ

Введение

В современных условиях наука свободна лишь в искусстве.

Автор

Постоянно «развивающиеся» тексты «Хохот Шамана», «Шаманский лес» и «Свобода Шамана»[1]вызвали много вопросов: получаю письма каждый день. Физически (по ресурсам времени) я не в состоянии ответить на большинство писем. Тем более, что некоторые ответы требуют и серьезного размышления, и дальнейшего развития и углубления обсуждаемых мыслей. Искренне благодарю всех, кто прислал отзывы и вопросы, и надеюсь, что новый текст «Звезды Шамана» даст ответы на часть из них.

О чем новый текст? Первый текст «Хохот Шамана» является описанием его жизни и мировоззрения. Но жизнь не стоит на месте. Шаман не похож на бородатого мифологического мудреца-йога, сидящего неподвижно среди заснеженных вершин. Он меняется и развивается вместе с миром. И он знает, что нужно изменяться и развиваться. Поэтому он меняет места жизни и круги общения, оставаясь, насколько возможно, свободным от социума.

Тексты «Хохот Шамана», «Шаманский лес» и «Свобода Шамана» описывают мировоззрение и, частично, философию человека, живущего отшельнической жизнью. Такая жизнь на Северо-Востоке России возможна далеко не для каждого, и я не советую «бросаться» в нее, не попробовав и в теплое, и в холодное время года пожить так сначала пару недель, потом месяц и более. Без подготовки это опасно для жизни.

В тексте «Звезды Шамана» я акцентирую внимание на философских аспектах его мировоззрения, специально обращая внимание не только на единство с миром и умение видеть знаки этого мира (это есть частично и в предыдущих текстах), но и на конструирование, выстраивание этого мира, с одной стороны – гармонично с потоками мира и безопасно для всего окружающего, с другой – так, как это нужно Шаману с его достаточно безупречной, с моей точки зрения, системой ценностей и самодисциплиной.

Если читатель не может пока удержаться от желания съесть иногда лишний кусочек, конфету, выпить, включить телепередачу или общение в Сети, выкурить сигарету и т. п., рекомендую после первого прочтения текста научиться лучше контролировать все это (не отказаться совсем, а контролировать, что немного труднее) и потом прочесть второй раз. Это будет другой текст, прочтенный более подготовленным человеком. В другом тексте откроются и новые нюансы.

С сентября 2011 года я стал работать в Москве на факультете (теперь – департаменте) психологии Высшей школы экономики (НИУ ВШЭ). Польза есть: после четверти века работы в Магадане необходимость адаптации в Москве расширила и [модернизировала] мой кругозор, а более высокие, хотя и не всегда разумные[2], конкурентные требования заставили подтягиваться к современному уровню научного истеблишмента. Но я не мог общаться с Шаманом…

За первые два года я четырнадцать раз (потом перестал считать) вырывал из напряженного московского графика две недели или десять дней, тратил деньги из своей по первому году совсем скромной профессорской зарплаты[3]и магаданских сбережений и летал в Магадан, Владивосток, Иркутск (слух, что Шаман обосновался на Байкале, не подтвердился), Хабаровск, на Сахалин, Чукотку или на Камчатку. Больше, понятно, никуда не летал: ни времени, ни возможности. В конце июля 2013 года Шаман позвонил мне (в Магадане), и я смог обсудить с ним некоторые вопросы. Часть обсуждения изложена в этой книге.

По-прежнему нецензурные выражения Шамана изменены в тексте. Изменения выделены курсивом.

Все чаще появляющиеся в моих текстах словосочетания-через-тире иллюстрируют обычный эффект несовпадения мысли и развернутой устной речи: мысль (значение) есть, а соответствующего понятия в языке нет. Вот и приходится такую короткую мысль (значение) передавать развернутой цепочкой слов. Для более сложных значений по мере развития текста придумываю что-нибудь еще.

Рассчитываю, что предыдущие книги продвинули зону ближайшего развития[4]многих читателей, и продолжаю дальше описывать непривычные для современного человека мысли. Например, развиваю мысль про паука, для которого я одновременно и спереди, и сзади (мои руки с двух сторон), и Духа местности, который одновременно находится со всех сторон от меня (см. раздел «Дальше личности») до мысли про существ, больше чем я не только в пространстве, но и во времени; ставлю вопрос не только о действии, но и воле к действиям и о смысле намерения и действия (см. Раздел «Воля и смысл»). Конечно, «Звезды Шамана» будет легче прочесть тем, кто читал мои предыдущие тексты, но я старался писать так, чтобы и другие читатели смогли понять и обдумать основные мысли.

Но эта книга труднее предыдущих. Нелегко сразу прочесть ее целиком. Лучше сначала привлекшие внимание темы, части или фрагменты.

В Приложении № 2–4 размещены опубликованные вполне научные статьи. Они оказались связаны с множеством диалогов (я просто использовал и пытался развивать в статьях мысли из некоторых диалогов). Увы, я не могу в научной статье поставить такую, например, ссылку: «Из разговора с Шаманом на Охотском побережье. Зима 2015». Но прямо пишу об этом здесь. Шаман в курсе, и его это абсолютно не интересует. Статьи эти читать необязательно, только если есть желание лучше разобраться в обсуждаемой в диалогах теме (сноски есть в тексте диалогов).

Не все в ответах Шамана я сам понимаю до конца. Но доверяю. В тексте «Звезды Шамана» я предпринял небольшую попытку собственного первичного обобщения (см. раздел «Философия Шамана»).

Отвечу заранее на некоторые вопросы.

1. Если человек что-то придумал или знает и контролирует, то из этого вовсе не следует, что он знает и контролирует вообще все. Одни люди просто делятся своим небольшим знанием. Другие – из своего небольшого знания создают культы-школы…

2. Я не беру учеников только потому, что человек приехал в Магадан, или схватил меня за рукав при входе в лекционную аудиторию, или попросился через электронную почту на мои семинары. Ученики могут «образоваться» лишь в совместной деятельности. Деятельность конституирует[5], то есть выстраивает, образует и сознание, и тело человека, и инструментарий, и саму себя.

3. Не воспринимайте текст слишком буквально. У нас с Шаманом много метафор и шуток. Задавайте вопросы.

Дальше личности

17.07.2015

Плавник (вынесенные морем бревна-дрова) на побережье распределен неравномерно. То голый берег, то довольно много дров, опять голый берег, и вдруг завалы в тысячи кубометров. Понятно, что в бухточках дров должно быть больше, чем на мысах. Так и есть, но не всегда.

Течения? В некоторых местах я годами беру рыбу и краба на резиновой лодке. Что голый берег, что завал, что просто с дровами – нет никаких особых течений. Ветра? Как там учили в школе полвека назад? Пассаты и муссоны. Но они дуют и на голый берег. Наверное, просто какое-то сочетание ветров, волны и береговой линии. Не очевидно. Люди не находят закономерности и просто идут вдоль берега искать дрова…

Так и в жизни. Сочетание ветров и обстоятельств. Только мы – не дрова. «Мы – не рабы. Рабы – не мы»[6]. Рабы немы. А обычный человек имеет мнение. Правда, его мало кто слушает. Мы, конечно, не рабы. Но большинство ходят и ходят по кругу, пока есть силы, как лошадь, впряженная в конную водокачку. Лошадь понятно почему. Но люди почему? Многие чувствуют – нет перспективы, только зря время и силы уходят. Но, ходят и ходят, ходят и ходят.

– Почему большинство не реализуют свои проекты?

– Это один из залогов стабильности общества.

– Да они не думают о стабильности общества. И недовольны. Но и проектов у них нет.

– Уже говорил, что люди приучены мыслить определенным образом[7].

– Как приучить человека мыслить? Мысли же не видны-слышны. Даже родители не могут так сильно влиять на ребенка.

– Родители не все могут, а общество может.

– Как, в чем механизм?

– В значениях слов и предметов.

19.08.2015

Утренние сумерки постепенно белеют. Свежо. Но уже лучи солнца осветили белые ледники и серые гранитные скалы на вершинах сопок желто-розовым. Заросли стланика, покрывающие сопки ниже, пока в тени, темно-зеленые. Мы тоже пока в тени, но через час-полтора солнце обогреет. Сниму сначала штормовку, потом свитер. Тело, как бы сжавшееся от ночного холода, расправится, освободится. Днем вообще можно будет бродить по стоянке и вокруг только в шортах и шлепанцах.

Пока можно греться чаем. Чай на костре вкуснее, чем на плите, как ни крути. А настоявшийся за ночь с добавкой трав Шамана… Дома иногда пьешь чай и вспоминаешь-предвкушаешь утренний чай у костра в красивом месте. Где до тебя не ступала нога человека[8]. То есть место чистое не только физически, но и энергетически.

Душа отдыхает. Жаль, это не может длиться достаточно долго. Нужно в город, нужно работать. Нужно ли? Шаман вот ни пенсии, ни зарплаты не получает, а как живет! Но я жить так пока не готов. Скорее физически не уверен, чем психологически.

Шаман, философ – собиратель – рыбак – охотник – вообще без пенсии – здоровый мужик, абсолютно спокоен. Слился в тени горы с гранитными валунами и кустами стланика и поглощает чай с сушками. Столько лет общаюсь, но как постичь мировоззрение – философию, позволяющее быть таким? Может, рискнуть, «рвануть» связи с социумом, как он много-много лет назад? Никого не призываю. Если для меня с кое-каким опытом это огромный риск, то для неподготовленного человека…

Что вообще должно случиться с человеком, чтобы он предпочел жить отшельником? Какой социальный ожог? Все нормальные геологи-рыбаки-пограничники, все вахтовики-полевики-сезонники-сменники и даже уголовники мечтают через некоторое время вернуться в общество.

Или здесь дело не в травме, а продвижении дальше личности?

– Знаешь, по науке ты невероятнее инопланетянина.

– Почему?

– Все современные теории личности, то есть вообще все – и наши, и зарубежные, построены на описании общения человека с другими.

– Конечно, без этого нет большинства современных людей.

– Но ты можешь не общаться.

– Не общаться не могу. Просто не все с людьми.

– То есть ты уже не человек?

– Тогда и люди, общающиеся с кошками-собаками, лошадьми-растениями-скалами, тоже «нечеловеки»?

– Но сначала ты был как все.

– И сейчас как все.

– Да нет[9]. Люди так порабощены социумом, что не смогут оторваться.

– Было время, я обдумывал начала, как ты говоришь , порабощения.

– И когда оно начинается?

– Еще до рождения.

– Кастанеда пишет, что взрослые «накачивают» ребенка описанием мира, из которого потом не вырваться.

– Все еще глубже.

– Куда уж?

– Чтобы «накачивать», как ты говоришь, описание, нужно, чтобы было что накачивать и чем накачивать.

– То есть все знания – часть общественного порабощения?

– Только часть.

– А что другая часть?

– Язык, слова, отношения.

19.08.2015

Около двух дня. Сошлись к костру выпить чаю. Шаман куда-то далеко ходил – часов шесть-семь. Общаться с Духами, наверное. Ничего не принес, ни ягод-грибов, ни трав, только немного дров, собранных за последние пять-семь минут пути.

А я набрал лисичек и немного белых. И Шаману, и своим в город. Климат меняется. Лет десять назад появились единичные лисички, а сейчас весь южный обрыв огромного плато в них. Есть просто гигантские, с ладонь. И белых тут вообще раньше не было. Выложил грибы, чтобы не мокли в пакете, на солнышко на большом плоском валуне. Голубое небо чуть затянуто туманной дымкой и небольшими облачками. Ветерок как раз «что доктор прописал». Овевает, освежает. Гармоничный день.

Напившись, лежим на травках-мхах и неторопливо продолжаем утренний разговор.

– При чем здесь слова?

– Слова сделаны так, чтобы одним было удобнее, а другим нет.

– Да? Вот кружка. Чем же слово «кружка» кому-то удобнее, а кому-то нет?

– Дома пьешь чай из чашки?

– Из стакана с подстаканником.

– А чо не из кружки?

– Кружка для походов. Дома из походной как-то …

– Кружка классная, стальная. Сто лет можно пить и дома, и в походах.

– Дома все же принято по-другому.

– Поэтому ты купил и кружки, и чашки[10], и стакан с подстаканником?

– Почему если дома, то сразу «купил»? Подарили (смеемся) [11]. Еще и разные бокалы-рюмки. И все не необходимо. Но выгодно производителю-продавцу.

– Понял про язык?

– Да, с языком «накачиваемся» ритуалами.

– Глубже. Не только ритуалами, но и смыслами.

– А это как?

– Уже до твоего рождения есть книги, картины, музыка, фильмы и много чего, где построены и эмоции, и отношения того, кто к ним обратится.

– Но ведь я сам выбираю, читать/не читать книгу, смотреть/не смотреть фильм.

– Маленьким не ты выбираешь, а родители, программа ТВ или школьная программа. Потом опять не ты, а, например, мода на книгу. А еще старше – совместно.

– Совместно с кем?

– Хорошая книга или картина, например, создают в культуре информационно-энергетическое напряжение. И они «подходят» или «не подходят» человеку с его энерго-информационной структурой по принципу комплиментарности.

– Да, бывает даже, что начинаю в магазине книгу листать и сразу чувствую: моя – не моя.

– Часто люди даже и по рекламе чувствуют. То есть для них задается культурный общественный туннель.

– Как же вырваться, если еще до рождения начинается?

– Зачем вырываться? Многие именно этим живут, для них это ценно.

– Да я не отрицаю ценности. Но хотелось бы контролировать влияние на себя.

– Только что ты чуть двинулся к освобождению, осознав это.

19.08.2015

Помолчали. Кажется, чуть вздремнул. Мыслить можно смутно, что-то само соображается. Или образами. Но чтобы начать действовать, часто нужно мысль оформить словами. А когда оформляю мысль словами, пользуюсь созданным до рождения языком. А структуры языка становятся правилами мышления …

Заколдованный круг. Чтобы оформлять мысли, нужны знания и язык. Чтобы стать личностью, нужно их сначала усвоить. Но знания и язык заставляют определенным образом мыслить. Ловушка-засада еще рождения? Есть выход! Даже два. Даже три. Первый – практики остановки языка. Их еще называют остановками внутреннего диалога. Буду использовать, конечно.

Второй – действовать интуитивно. Это точно было в жизни каждого. Только не каждый сможет множество таких случаев вспомнить, осмыслить и начать ими управлять. Потому что для этого нужно опять-таки использовать язык.

И, кажется, третий – став личностью, можно начать постепенно самому выбирать использование языка и мысли. Чтобы не они тобой управляли, а ты ими. То есть перерасти влияние общества. Рассказал глядящему в небо Шаману.

– Как тебе мысль?

– Нормально. (Шаман не сменил позы, не перевел на меня взгляд, как обычно. Отвечает лежа, закинув руки за голову.) Только таких личностей почти нет.

– Да ладно. Любой взрослый – личность.

– Да? И кто, по-твоему, личность?

– Человек, который освоил-соблюдает социальные правила… в основном.

– То есть приспособился?

– Ну, еще сам принимает решения.

– Прям-таки сам? И что за решения?

– В основном как жить дальше, строить отношения.

– Как получше приспособиться?

– Понятно, к чему ты клонишь. Но это нормально.

– Для кого?

– Для общества.

– Приспособление – цель личности?

– Для таких, как ты, отшельников, конечно, нет. Но в основном. А что, по-твоему, личность – это против общества?

– Что ж ты мыслишь так полярно – только «за» или только «против». А не может быть иногда «за», иногда «против»?

– Так и есть. Я за многое, но не за все.

– За что многое?

– Ну, там, экологию, образование, человечность, борьбу с наркотиками… Можно часами перечислять.

– А «против»?

– Например, когда не согласен с несправедливым решением.

– А если решение начальника?

– Все равно против.

– Так это же против приспособления.

– Я не говорил, что личность – только приспособление.

– Да ладно. Что же еще?

– Есть что-то поважнее приспособления. Духовность, честь, любовь …

– Ты забыл кое-что.

– Что?

– У большинства современных людей есть несколько конкретных «мечт», которые можно было бы легко исполнить с помощью миллиона долларов.

– Знаю, житейский набор: хорошее жилье себе и близким, машина, гараж, участок с красивым домиком…

– Вот-вот. Скажи, если человеку предложить этот лимон, но с условием никогда не творить (изобретать, рисовать, писать, исполнять, познавать и другое), он взял бы?

– Знаешь, многие бы взяли.

– Говорю же: настоящих мало. Выйти из-под социума – та еще задача. Довольно творческая. И вообще, само по себе – не задача.

– Что значит само по себе – не задача?

– Ставить отдельную задачу – выйти из-под социума – глупость.

– Почему?

– Идеальная (нематериальная) устойчивая форма человека – совокупность его образов [12], значений, переживаний и смыслов. Она «собирает» или при неправильности «разрушает» физиологию человека. Если у тебя нет пока новой осознанно построенной идеальной формы, то отказ от культурных значений и смыслов приведет к разрушению тела.

– То есть сначала нужно построить новую форму?

– Обычно постепенно. Ты можешь выйти за личность, развиваясь в своем направлении.

19.08.2015

Сидим на нависшем над обрывом скальном массиве, смотрим вниз-вдаль на сверкающую золотом поверхность моря. Самое теплое время суток где-то с двух дня до пяти. Ветерок затих совсем. Солнце разогнало дымку. Без облачка, аж немного фиолетовая высокая синева неба. Кусты и огромные гранитные валуны выписаны на фоне неба особенно отчетливо. Будто-то кто-то обвел контуры тончайшей черной линией.

Во второй половине августа на таких вершинках ни комаров, ни мошек, ничто не отвлекает. Также ясно, даже немного безжалостно-жестко мыслится.

– «За личность» не всем доступно?

– Трудно перерасти приспособление.

– Практики повоевать с общественным мнением?

– Опять за свое. Освободиться – не значит стать противником. Освободиться – иметь независимую позицию, с которой будешь выбирать. И свою цель.

– Да, таких крайне мало.

– Зато много в иллюзиях независимости.

– Как понять, где иллюзия, а где свобода?

– В иллюзии человек только мантру «я свободен» проговаривает, а в реальности действует со своей позиции.

– Трудно.

– Многим еще и страшно.

19.08.2015

Протянул руку, снял с невысокого, сантиметра три-четыре кустарничка несколько уже бархатистых от зрелости и солнца ягодок голубики. Кустарнички тут такие невысокие из-за ветров. Ветров-ураганов на вершинах больше всего. Приспособились. Но и солнца больше всего. Эти кустарнички ягоду начинают давать раньше всех и плодоносят дольше – до начала сентября. И повкуснее обычных. Не только со штормами-пургами борются, живут полноценно. В чем, интересно, их смысл?

– Освободишься – и что потом? В чем смысл?

– Иди дальше. Постепенно начнешь жить и сотрудничать в, нет слова в человеческом языке , в более широком, чем человеческое, обществе.

– И подчиняться ему?

– Пока не повзрослеешь в новой системе[13].

19.08.2015

Оранжевое закатное солнце садится за гору, окрашивая все в цвет своих лучей. У Шамана, сидящего спиной к морю, левая половина лица оранжевая, правая в тени. Себя я не вижу, но знаю, что у меня правая оранжевая, левая в тени. Как два краснокожих индейца у костра.

Как индейцы принимают решения? Если верить этнографам, ход их мысли не совсем понятен европейцу. Мы можем только предполагать, что они увидели какие-то знаки в дыму, в облаке, полете птицы… Но точно не знаем.

– Можно ли действовать только по интуиции, не оформляя словами?

– Можно, но тогда в нашей культуре опыт не сохраняется.

– Как это?

– Бывает, что что-то сделал, а в той же или похожей ситуации повторить не можешь?

– Да-а, был у меня замок. То сразу открывался, то минут по десять-пятнадцать с ним мучился.

– И как справился?

– Присмотрелся и понял, что нужно вставить и потом чуть-чуть, на полмиллиметра его (ключ) назад подать.

– Вот «полмиллиметра назад» – уже способ.

– То есть у нас способ – это действие, оформленное словами ?

– (Шаман кивнул). Или образом.

– С этим замком получается, что способ лучше интуиции.

– Конечно.

– Почему мы так трепетно относимся к интуиции?

– Способ, как туннель в горе. Ты легко проходишь, но всю гору уже не видишь. Если цель или ситуация чуть изменились…

19.08.2015

Тревожно думать о выходе из привычного общества. Это мне, взрослому. Страшно – не страшно. Можно об этом не думать и жить спокойно-дальше-нормально. Иногда вспоминать, что умышленно остановился в развитии, и отгонять эту мысль подготовленными обществом для таких случаев словами типа «А-а-а, чушь собачья». Есть же одобряемые всеми почетные образцы северной старости: домик с участком в хорошем климате, овощи-плоды-ягоды для приезжающих летом с Севера внуков. Сейчас еще и общение по Сети. Потом, конечно, болезни-немощь. Но это, наверное, в любом варианте. Лучше не думать.

А можно пытаться продвинуться дальше общепринятого. Не истерично-подростково, а по-взрослому, продуманно и ответственно. Все равно один конец в любом варианте. Окружающие в основном не поймут. Некоторые будут что-то чувствовать, но им же некогда – жить же надо, свои проблемы решать. А у большинства есть подготовленные обществом штампы: «А-а, этот приехал». Или: «О-о-о! И он приехал!»

Хотя мне-то что? Я же «приеду из» этих отношений. Найду ли общество таких же? Или жить как Шаман? Но сколько же нужно сил, которых не чувствую пока.

– Знаешь, общество не одобрило бы такие мысли.

– Почему?

– С такими мыслями человек выходит из подчинения обществу.

– Тогда и твой текст…

– Понимаю.

– Не беспокойся, подростки не выйдут[14].

– Но все же общество будет против.

– Старое против, а новому без этого не выжить.

– Попробую все же «выйти», наверное.

– Только очень-очень осторожно и аккуратно.

(Показалось или Шаман переживает – беспокоится за меня?)

Вдруг понял, как ему хочется, чтобы рядом был не задающий вопросы учащийся, а равный собеседник и соратник. А может, даже и он тоскует по детско-ученической позиции? Чтобы рядом был кто-то более знающий и берущий на себя ответственность. Хотя это вряд ли.

«Пошли ему Бог второго, чтоб вытянул петь как он…»[15]

Без даты

Однажды, еще в 99-м привел к Шаману друга, уступив его многочисленным настойчивым просьбам. Войдя в хижину, друг был несколько разочарован: связки сохнущей рыбы и пучки трав под навесом перед входом; железная, уже прогорающая печка, обложенная камнями; вместо шаманских атрибутов на стенах на гвоздях висели обычные инструменты; низкий потолок, маленькое окошко, неказистая посуда, видавшая виды лопата, выбитый веник, коричневые доски нар… Не так он себе это представлял.

«Входи, – сказал ему брутального вида небритый, бесцеремонный босой мужик (Шаман), валяющийся на нарах. – Здесь то, зачем ты пришел».

Когда, проводив воодушевленного разговором друга, я вернулся в хижину, Шаман предупредил, что если я буду сюда водить людей без согласования, то больше его не найду.

20.08.16

Какое дождливое лето!.. В июне было солнечно и сухо. Аж ручьи стали пересыхать, а в июле-августе дождь моросит почти непрерывно. Правда, Шаман говорит, что скоро будет полоса солнечных дней, но мне к 1 сентября в Москву, учебный год начинается.

Иду в тумане и мороси. Метров за 10–12 уже ничего не видно. Хорошо, что дорогу знаю. Хозяина[16]бы не встретить неожиданно. Он тоже не будет по кустам ломиться, раз тропа есть.

Идти проще, если знаешь куда. А развиваться куда?

– Ты говорил, что освобождение от социума – вообще не задача?

– Да. На фига тебе освобождаться?

– Чтобы не быть рабом общества.

– А дальше?

– Расскажи что-нибудь про дальше.

– Могу, но это пример, а не путь. Путь ты сам выбирай.

– Знаю.

– Помнишь паука и твои руки с разных сторон?[17]

– Да, это я одновременно и спереди, и сзади него. И Духа местности помню, который одновременно и спереди, и сзади, и вокруг для меня.

– А теперь подумай о существе, которое по линии времени сейчас и в твоем прошлом, и в твоем будущем.

– Как это?

– Ты, например, встретил его вчера и встретишь завтра.

– Ну, я и сам был вчера и, наверное, буду завтра.

– Завтра ты будешь не такой, как вчера. А это существо – такое же, просто оно больше тебя во времени и находится и сейчас, и вчера, и завтра от тебя.

– Туда развиваться?

– Нет. Это один из многих примеров.

– Так что мне делать?

– Начни с того, что, максимально отвлекшись от тела и общества, думай о том, кто (что) есть ты в этом состоянии – без телесных и социальных потребностей.

– В какое время?

– В любое. Например, проснувшись, подумай, кем ты был во сне и кого (что) ты «собираешь-воссоздаешь» по утрам . Вспомнив днем, подумай о том, кто (что) только что направлял(о) и контролировал(о) твою активность . Импровизируй.

– Так можно и проектировать себя на день ?

– Задающий вопрос…

– А что-то конкретное, чтоб не только в мышлении?

– Завтра расскажу про пару практик.

Глухари и Волки

Животные могут давать человеку неожиданные подсказки, не подозревая об этом. Говорят, что один из самых больших золотых приисков на Лене был открыт при разделке глухаря. Глухари (как и куры) глотают камешки для «перетирки» пищи в желудке. При разделке глухаря был обнаружен первый золотой самородок. А уж старатели проверили-промыли и токовища, и предполагаемые маршруты глухарей.

Глухаря не слишком уважают. Хорошо относятся – да, но без особого уважения. Как, наверное, к курице, только редкой и чистой.

А Ворона и Волка уважают. Для коренных малочисленных народов Севера (КМНС) Ворон и Волк – учителя. Существуют даже специальные танцы с Волком, Вороном, Оленем и Человеком. Сейчас бы их назвали ритмичными ролевыми играми[18]. Современные ролевые игры усложнились, но потеряли ритм. А ведь именно ритм определяет отметку «когда» действовать . Танцы, напротив, слишком схематизировали или просто потеряли роли. Я думаю, что будущее и ролевых игр, и танцев в их объединении.

Побыв в таком танце Волком, многое о нем узнаешь. В другом танце – Вороном. «Животные» стили восточных единоборств когда-то начинались с аналогичных танцев. Потом что-то приобрелось, но многое и потерялось.

Собаку любят, но не так уважают. Впрочем, и Оленя тоже. Психологически, Собака, даже старая, – воспитанный щенок. Взрослое животное может жить самостоятельно (самостоятельность – критерий взрослости). Домашняя Собака не может. Она остановлена в развитии заботой Человека. Людям и не нужно, чтобы Собака была психологически взрослой. Взрослое животное не будет слепо подчиняться.

В схватке с Волком Собака будет драться за человека, потому что щенок не разбирается в жизни. И «взрослого» человека так же используют более взрослые люди, структуры и пр.

Некоторые Волки ночью ходят по городам. Умны и при встрече с психологически взрослым человеком маскируются под Собак. При других – не маскируются. Волки и другие хищники не разбираются в психологии и состояниях человека, не размышляют об этом, они знают.

Взрослый Волк обладает возможностями, не доступными большинству Собак, живущих в ограниченных квартирах-вольерах-дворах: Волк неутомим, он может загонять дичь, часами (!) мчась с большой скоростью; может загрызть зверя в десятки раз крупнее себя. У Волка самый большой из всех сухопутных животных охотничий участок – до 1000 км и больше при следовании за оленями; при случае Волк также берет рыбу (особенно в период хода лососевых), как и зверя; волчат кормит вся стая, отрыгивая пищу.

Иногда при волчьей охоте другой зверь сталкивается не с отдельным Волком, а со Стаей – волчьим надорганизмом, и тогда шансов у зверя мало. В стае Волки общаются телепатически. Им достаточно просто посмотреть друг на друга, чтобы понять, какой участок или тропу какому Волку нужно перекрыть при охоте, что собираются делать другие члены стаи и т. п. Также, если один Волк освоил какой-то новый прием охоты или поиска, остальные члены стаи осваивают этот способ очень быстро, даже не контактируя с первым. Изредка, по совершенно непонятной причине, Волки объединяются просто в чудовищные стаи (до нескольких сотен!). Биологически это совершенно необъяснимо, так как при всей мобильности Волка прокормиться в одном ареале такой стае невозможно. Возможно, волчий надорганизм просто «экспериментирует», пробуя новые формы организации сообщества. Однако Волку, несмотря на телепатические способности, уже очень трудно конкурировать с Человеком, заменяющим телепатию средствами связи, оснащенным оружием и все более сложными инструментами и машинами. Волк (или его надорганизм) пока не пошел по пути создания инструментария (набора средств), так как ему это было не нужно.

Волки есть везде – от Южной Африки до Заполярья. Полярные Волки – самые крупные, могут брать Бизона, а раньше Стаей брали и Мамонта. Крупного зверя они сначала «давят» психологически, не давая есть-спать-отдыхать, а потом – физически.

Летом Волк, бросившись со скалы в море, может превращаться в Косатку.

Еще про свободу

21.08.16

Проснулся и, не вставая, разглядываю нависающую надо мной гранитную скалу. Вообще-то так спать опасно – скалы тут постепенно крошатся, может «прилететь» гранитный обломок любого размера. Перепады температур, вода замерзает в трещинах, ветра-пурги, иногда большая волна бьет в берег так, что земля содрогается, спишь как на краю огромной регулярной наковальни. Но другой удобной площадки нет, усталость вечером берет свое и, возможно, русское: «А-а, сегодня, наверное, не прилетит». И так много лет.

Конечно, все осыпается. Острыми, еще не обкатанными волной камнями и глыбами все усыпано под скалами. То есть упали недавно.

Кое-где из трещин в скале торчат густыми пучками упрямые колымские травы и цветы: желтый курильский чай, прибрежная, стелющаяся от ветров разновидность ярко-сиреневого иван-чая, белая пастушья сумка, жесткий пырей и еще пяток темно-зеленых, прилегающих к скале из-за ветров разлапистых трав, названия которых не знаю. Повыше метров на пятьдесят – сто мохнатые уже серовато-седые к осени эдельвейсы. Красиво на суровом фоне серого неба и серого обветренного гранита.

Интересно, для цветов скала одна и та же сегодня и завтра? И есть ли у цветов сегодня и завтра? Может, у них есть только сейчас? В «только сейчас» они тотально счастливы или тотально несчастны при плохих условиях?

Шаман прикантовал пару принесенных штормами бревен так, что они дают защиту от промозглого ветра и костру, и человеку. Ставлю поперек этих бревен несколько бревнышек поменьше, увеличивая защищенную площадь, и подсаживаюсь к уже горячему чайнику рядом с Шаманом.

– Откуда ты вообще знаешь про практики выхода за личность? В обществе их же нет.

– Одна была по всей Земле в древности[19]. И сейчас сохранилась у эвелнов и других племен.

– Что это?

– В разные периоды жизни ты меняешь свой образ жизни и берешь себе, соответственно, новые имена.

– Меняешь паспорт, документы?

– Нет. Для эвелнов паспорт – формальность, ритуал, как для нас новогодняя маска. Зачем менять маску, если «детям» можно показывать ее все время, и им нужна именно эта: в гостинице, полицейскому, в аэропорту… А свои настоящие имена у них только для себя и близких. Если же ты не эвелн, то паспорт – инструмент порабощения обществом Скоро у формальных людей будет вживленный паспорт, чтобы лучше контролировались.

– Много раз эвелны меняют имена?

– Обычно 4–6 раз по возрастным периодам жизни или по продвижению. Шаманы, понятно, больше.

– Как человек узнает свои новые настоящие имена?

– Раньше в инициации. Сегодня во сне, в видении, иногда слышишь свое имя в шорохе листьев в лесу, или в шепоте травы, или в журчании реки на берегу. В крайнем случае попроси помощи у настоящего шамана[20]. Можешь в выбранном впечатляющем тебя месте сосредоточиться и спросить.

– Концентрированная медитация?

– Хоть горшком назови.

– Если паспорт для них лишь формальное прикрытие, то эвелны более свободны, чем современный городской человек?

– Задавший правильный вопрос… У них больше траекторий развития.

– И они считают нас отсталыми?

– В этом отношении – да. Больше свободы от общества (1). Их иногда смешит, насколько городской человек отождествляет свою сущность и социальные роли.

– Да, видел, как они с усмешкой переглядываются, когда кто-то с пафосом сообщает о своей «высокой-важной» должности.

– Для них это звучит как для нас что-то типа: «Я уже большей частью не человек, а робот для функции и этим горжусь».

– А какие еще степени свободы, кроме свободы от общества?

– Тебе пока нужно развивать еще две.

– Какие?

– Свобода полного контроля над влечениями (2).

– Волевое сдерживание.

– Не воздержание, а контроль. Не они тебя контролируют, а ты их.

– А третья?

– Свободно управлять своим поведением (3).

– Не оно тобой, а ты им?

(Шаман хмыкнул).

21.08.16

Как травы растут на скалах? Там почвы почти нет. Воды, понятно, достаточно в дождливом магаданском климате. Но только в стакане с водой травы быстро гибнут, не плодоносят. А тут зернышко заносит ветром в совсем небольшую скальную трещину. Оно пускает росток вверх и корешок вниз. Откуда питательные вещества? Травы торчат из всех подходящих трещин и, судя по высохшим стеблям, много-много лет. Может, они как-то крошат-растворяют-усваивают гранит? Это невозможно для трав, но они не думают о невозможности, просто практикуют свою жизнь.

– Как мне развиваться в сторону увеличения во времени?

– Зачем тебе это?

– Развиваться хочу.

– Почему именно туда?

– Здесь хоть какой-то пример. Других не знаю.

– Не спеши. Пока просто научись думать о таких существах.

– Зачем?

– Не будешь менять содержание мыслей – всегда останешься в этой форме.

– Я могу и так думать о своей другой форме. Например, представлять себя облаком и думать, как все это выглядит с его позиции.

– Тоже небесполезно. Но ты уже прошел этот шаг.

– Но думать о «больше во времени» почти невозможно.

– Не бойся.

– Что я могу о них думать? Да и зачем?

– Тьфу. Или ничего не делай. Тогда ничего не будет.

14.07.14

Человек должен есть. А чтобы было что есть, нужно работать на общество. Вот и вся свобода. Однако я уже получаю пенсию. Небольшую, конечно, всю жизнь в образовании, но на крупы-хлеб хватило бы. Наверное. Потому что она (пенсия) не успевает за инфляцией[21]. Потом что еще коммуналка, Интернет, одежда, здоровье… И родные-близкие, социальный стандарт, привычка питаться лучше, чем только крупы, и пр. И запасы бы хоть какие-нибудь организовать по российской привычке ХХ и предыдущих веков. Короче, все мои ровесники после шестидесяти работают. И я должен работать?

Вот Шаман. Гораздо старше меня, без пенсии, полностью безмятежен. Родственников его я не видел – не слышал, коммуналку платить не нужно. Социальные стандарты ему до лампочки, а здоровье и физическое, и психическое железное. Кажется, я мог бы жить, как Шаман, если бы не здоровье, зубы. Вот она, ближайшая цель – научиться здоровью и обеспечению едой.

– Ты не боишься голода?

– Нет.

– Рассчитываешь на свои запасы?

– На мир.

Наши рекомендации