Костюм vii - первой половины xi века



Костюмный комплекс

Этнокультурная история автохтонных народов Северного Кавказа в ран­нем средневековье тесно связана с тюркоязычными племенами булгар и хазар. Наиболее мощным политическим объединением, под эгидой которого разви-вались местные народы, явился Хазарский каганат. Хазария просуществовала более 300 лет, с середины VII до второй половины X в. Она оставила заметный след в культурном развитии адыгов, нахских племен, алан и народов Дагестана, входивших в состав Хазарской империи.

Побережье Черного моря занимали адыги, которые консолидировались под началом племени зихов и создали союз племен причерноморских адыгов. Рядом с ним существовало еще два адыгских союза: Касожский на севере и Абазгский на юго-востоке.

Центральные районы Северного Кавказа были заняты аланами, которые по­степенно продвигались и на смежные территории. Горные зоны современных территорий Осетии, Балкарии и Карачая были освоены аланами к X в. Кавказ-ские племена, проживавшие на этих территориях, были включены в аланское военно-политическое объединение.

Вайнахские племена, согласно письменным средневековым источникам, локализовались на территориях их современного проживания в Чечне и Ингу-шетии.

Благодаря выгодному географическому положению в Центральном Пред­кавказье аланы имели тесные политические и культурные связи со своими сосе­дями. Прочные союзнические отношения они поддерживали с Византией. Контакты устанавливались на политическом и идеологическом уровнях, а также посредством династических браков. Влияние на алан пытался оказать и саса-нидский Иран.

Однако наибольшее воздействие на развитие северокавказских народов оказал Хазарский каганат. Аланская правящая династия состояла в родстве с хазарской, заимствовала у хазар их титулатуру, подражая хазарскому двору, носила их костюм, который в VII в. представлял собой базовый костюм мужско­го населения Северного Кавказа. В могильниках, связанных с алано-адыгским этносом, обнаружены целые формы одежд, обуви, головных уборов этого пе-риода. Поскольку есть основания считать этот костюмный комплекс типичным для всего населения, он будет рассматриваться в качестве основного.

Аланский мужской костюм состоял из коротких штанов с широким шагом, чулок, утепленного кафтана без подкладки, мягкой кожаной обуви без подметок и головного убора. Одежда дополнялась кожаным поясом, ремешками для чу-лок и перчатками. Женская одежда состояла из таких же штанов, а также чулок, платья, тщательно продуманного головного убора и мягкой кожаной обуви. Женщины носили шубы, подбитые мехом, головные покрывала и перчатки.

Детская одежда, как и одежда для кукол, повторяла взрослый набор.

Наиболее характерным показателем, связывающим костюм с традиционным прошлым, является покрой одежды. Находки из могильника Подорванная Балка позволяют построить точные выкройки одежды, сшитой аланскими портни-хами.

Мужской костюм

Конструкция мужского кафтана основывалась на распашном характере кроя. Он был отрезным немного ниже линии талии, имел левый запах и рукав, превышающий длину руки.


Рис. 3. Выкройка мужского каф­тана из могильника Подорван­ная Балка Fig.3- Pattern of a man's kaftan from the burial mound of Podor-vannaya Balka

Холщовый кафтан, обнаруженный в Подорванной Балке В.Н.Каминским и И.В.Каминской, состоял из 20 деталей. Из выкройки видно, что аланским масте­рицам была известна система косого кроя и вытачек, позволяющая убирать излишки ткани в области торса, благодаря чему достигался эффект облегания туловища.

костюм vii - первой половины xi века - student2.ru

Отрезная по линии талии юбка слегка посажена по соединительному с ли­фом шву, который прикрыт узким отделочным кантом из основной ткани, свер­нутой руликом. Перегиб этого канта обра­зует петлю для пуговицы. С правой сторо­ны петля выходит наизнанку, с левой — налицо. Кант проходит по боковым частям шва, выходит на спину, но не соединяется. Таким образом, на спине остается в центре промежуток неприкрытого шва.

У кафтана нет проймы как таковой. Конструкция рукава отличается сложностью, обусловленной утилитарной необходи­мостью создать свободу движения руке при полном облегании кафтаном тулови­ща. Юбка имеет разрезы по боковым швам, согласно конструкции смещенным назад. Над разрезами пришиты закрепляющие прямоугольники из основной ткани, кото­рые не давали швам разойтись в процес­се носки. Ворот кафтана оформлен шелко­вой бейкой, скроенной по косой. К бейке изнутри пришита петелька из толстой кру­ченой нити и пуговка из шелковой ткани.

Внутренние швы бесподкладочного кафтана тщательно обработаны. Соедини­тельный шов выполнен следующим обра­зом. Край полочки подогнут наизнанку на 1,5 см, а верх юбки — на 0,8 см, они скреп­лены швом «через край». Край полочки отогнут вниз и закрывает соединительный шов. Затем он подогнут внутрь и подшит к юбке швом «через край». Благодаря по­добному приему достигались и эстетиче­ская отделка изделия, и технологическая крепость шва. По этой технологии выпол­нены практически все изделия, не имею­щие подкладки. Утепленные и без подклад­ки мужские шелковые и холщовые каф­таны шились по одной схеме.

В могильнике Амгата VII-Х вв. обнаружены фрагменты одежды из двухслой­ного холста, переложенного войлоком и простеганного. Мужские холщовые кафтаны, как правило, были отделаны шелком по вороту, обшлагам рукавов, низу и боковым разрезам.

Для костюмов населения Северного Кавказа запах — важная характери­стика. Левый запах отличал «варварский» западный мир от цивилизованного Китая. Выделение левого запаха как признака варварского костюма случай­ным не было, так как в китайской одежде он символизировал потусторон­ний мир в погребальном обряде. И сегодня в Северном Китае нижняя одежда покойников изготовляется с запахом налево. «О древности этого обыкнове­ния можно судить по следующей цитате из классической книги „Лунь-юй" (Суждения и беседы): „Учитель сказал: Гуань-Чжун был первым министром в правление Хуань-Гуна. Благодаря ему Хуань, встав во главе всех князей, объединил страну и установил порядок в Поднебесной. До настоящего време­ни мы вкушаем плоды его деяний. Если бы не Гуань-Чжун, то мы носили бы волосы распущенными и запахивали бы халаты налево" (т.е. были бы




костюм vii - первой половины xi века - student2.ru

покорены варварами и переняли бы их обычаи)» [Сычев Л.П., Сычев ВЛ., 1975, с. 33]. Поясная одежда средневекового населения Северного Кавказа была одно­типной для мужчин и женщин. Она включала штаны, чулки, ноговицы и кожаные носки. Короткие штаны кроили из трех квадратов. Этот покрой был распро­странен в кочевническом мире с гуннских времен. Верх обрабатывали крайне узким рубцом, в который невозможно было продеть шнур. Поэтому штаны закрепляли на поясе при помощи стягивающего ремня. Детали соединяли обметочным швом «через край». Технологически короткие штаны изготовляли небрежнее по сравнению с тща­тельной обработкой кафтанов. Видимо, это происходило потому, что штаны были скрыты под верхней одеждой. Чулки также изготовляли из холста. В случа­ях, когда для больших размеров не хватало ши­рины ткани, в них вставляли клинья. Стопу вы­краивали и шили отдельно, а затем пришивали к верхней части чулка. Встречаются экземпляры, у которых нижняя и верхняя части сшиты из холстов разного качества. Обычно ткань худше­го качества использовалась для нижней части чулка, так как ее скрывала обувь. Верх чулка под­шивали «вподгибку». В центр верхней части пришивали кожаный квадрат. В нем делали отверстие, через которое протягивался кожа­ный шнурок. С лицевой стороны, поверх кожа­ного квадрата, шнур завязывали узлом, а затем через отверстие вытягивали с изнаночной сто­роны и закрепляли на поясе. Возможно, на ноге чулок еще дополнительно закрепляли завязка­ми крест-накрест. В Мощевой Балке найдены чулки, к которым пришиты завязки из полотня­ных полос. В Подорванной Балке был обнаружен кожа­ный чулок, сшитый по модели холщовых образ­цов, только шов проходил по внутренней сто­роне голени. Голенище и ступня соединены вшитым треугольником. Верх чулка не сохра­нился. Как показывают материалы раскопок, наряду с чулками в обиходе были распространены и 8 войлочные ноговицы. Обувь в VII-IX вв. представляла собой мягкие кожаные башмаки или сапоги без подметок и каблуков. Простейший вид обуви — арчита — шили из цельно­го куска сыромятной кожи, при надевании внутрь подкладывали сухую траву. Интересный вид обуви был найден в Хасаутском скальном могильнике. Это хорошо сохранившийся высокий кожаный сапог с мысом, закрывающим коле­но. Он сшит по сложной схеме, особенно в местах соединения стопы с голени­щем. Верх его, как и у других видов обуви, обшит шелковой тканью. Соедини­тельные швы «имеют мелкую строчку, очень похожую на машинную» [Рунич, 1971, с. 174]. Сапог выполнен из кожи высокого качества и не имеет подметки. На серебряном венгерском блюде X в. охотник, держащий на руке сокола, обут в сапоги, идентичные хасаутскому экземпляру [Артамонов, 1962, с. 261]. Мужские головные уборы, бытовавшие в это время, представляли собой шлемовидные шапки из четырех клиньев с округлым или пирамидальным вер­хом. Длина назатыльника варьировалась от заканчивающегося под подбород­ком до спускающегося к плечам. В Мощевой Балке была обнаружена шапка с округлым верхом. По низу ее шла опушка из чередующихся белых, желтых и коричневых полосок меха.

Рис.4. Соединительный шов меж­ду лифом и юбкой прикрыт отде-почным руликом, перегиб которо­го образует петлю для пуговицы Рис.5- Технология обработки бо­ковых разрезов нашитыми свер­ху прямоугольниками из основной ткани Рис.6. Технология обработки во­рота шелковой бейкой, скроенной по косой нити Рис. 7- Технология выполнения со­единительного шва Рис.8. Технология изнаночной об­работки изделия Fig.4- The joining seam between bodice and skirt is bidden under a decorative cord folded over to make abuttonbole Fig. 5- Method of working side seams with overlaid rectangles of the mam fabric




Fig. 6. Method of 'decorating the collar with a silk inset cut aslant Fig. J. Method of making a joining seam Fig. 8. Method of finishing the inside oj the clothes

Рис. 9. Фрагмент изнаночной стороны холщового кафтана с кожаной (меховой?) подклад­кой Fig. 9- Part of the inside of a canvas kaftan lined with leather (fur?)

Шапку застегивали петелькой, расположенной с правой стороны нижней части опушки, пуговка пришита слева.

костюм vii - первой половины xi века - student2.ru

Большое распространение получили мужские головные уборы с кониче­ским верхом. Оригинален головной убор из Мощевой Балки, изготовленный из согдийской ткани с изображениями кувшинов. Схема кроя та же: верх из четы­рех клиньев, низ в виде широкой полосы до плеч. Верх головного убора венчает небольшая деревянная палочка, обтянутая позолоченной кожей. Шапка посаже­на на полотняно-кожаную подкладку. Такой тип головных уборов был широко распространен на Кавказе в раннем средневековье Изображения подобных шапок встречаются и в Закавказье, на барельефах, где представлены строители церк­ви Звартноц — каменщики и ваятели VII в.

Среди головных уборов башлыкообразные модели, видимо, были основными, так как этой форме подчинены другие выкройки. В Подор­ванной Балке найден головной убор, сшитый из одного куска холста, верхняя часть которого вырезана в виде треугольных клиньев, сшитых вместе так, что получается коническая форма, а нижняя образует назатыльник Края, обрам­ляющие лицо, обработаны шелковой тканью. Важным элементом ансамбля мужского костюма был пояс. В кавказском костюме этот функциональный атрибут одежды нес не только конструктивную нагрузку, он содержал и определенную информацию, обусловленную различ­ными историческими аспектами.

Народы Северного Кавказа, как, впрочем, и другие, издревле наделяли пояса, как бы заключавшие человека в круг, охранительными функциями. Практически во всех аланских погребальных памятниках раннего средневековья встречают­ся поясные гарнитуры. В некоторых случаях в погребениях при наличии полно­го поясного набора в поясах отсутствуют пряжки. Этот факт исследователи свя­зывают с идеологическими представлениями средневековых людей, которые таким образом обезвреживали покойника: висящее на расстегнутом поясе ору­жие невозможно было использовать против живых [Плетнева, 1967, с. 1б1].

Скифы, например, придавали «поясу, на котором завязывалось несколько „мужских узлов", важное очистительное значение» [Бессонова, 1983, с. 22]. В аланском могильнике Амгата был обнаружен орнаментированный бронзо­выми бляшками кожаный пояс, на котором были завязаны узлы из кожаных шнуров. Народы Северного Кавказа считали, что узел — это оковы для духов. Вероятно, данный аланский пояс можно соотнести со скифо-иранской тра­дицией.

Пояса являлись тем отличительным знаком военного сословия, который прослеживается на территории от Китая до Византии [Ковалевская, 1972, с. 108].

В IV-ГХвв., когда происходили непрерывные передвижения многочислен­ных племен и военные походы, возникали различные союзы, появилась объек­тивная необходимость неязыкового средства опознавания, которое передавало бы максимум сведений минимальным количеством сигналов. Таковым опозна­вательным средством в раннем средневековье стал пояс с металлическим набо­ром [Ковалевская, 1970, с. 44]. Поясной набор указывал на заслуги и место его владельца в административной и воинской иерархии.

Использование пояса в качестве знака, выделявшего человека знатного про­исхождения, встречается в разных традициях. Например, Анна Комнина сооб­щает о назначении Мономаха на пост дуки буквально следущее: «Получив пись­менные предписания о поясе дуки... на следующий день уехал из царственного города в Эпидамн и в область Иллирика» [Анна Комнина, 1996, с. 88]. В коммен­тарии к этому тексту указывается, «что особый пояс был инсигнией носителей титулов новелиссима, куропалата и магистра. Согласно этому свидетельству Анны, передача пояса символизировала и сопровождала акт назначения на пост дуки» [там же, с. 462].





Рис. 10. Выкройка и внешний вид штанов с широким шагом — характерной мужской и женской поясной одежды северокавказ­ского населения в VII-XI вв. Fig. 10. Pattern and appearance of "wide stride"pants — typical unisex waist clothes used in the North Caucasus during the 7th-11th cc.

В книге «О церемониях византийского двора» говорится о порядке назначе­ния «опоясанной патрицианки». Эта статья появилась по велению византийской императрицы Феодоры, которая хотела иметь высший чин при своем дворе для связей с чиновниками двора царского. Широкий пояс в виде портупеи стал в Византии отличительным знаком чиновников, находящихся на государствен­ной службе, еще с IV в. и вошел в моду у женщин высших слоев общества [Кондаков, 1929, с. 182].

костюм vii - первой половины xi века - student2.ru

Пояс является отличительным символом и в Библии: «Он возвысил Аарона, подобного ему святого, брата его из колена Левиина; постановил с ним вечный завет, и дал ему священство в на­роде; Он благословил его особым украшением и опоясал его поясом славы» (Сирах 45,7-8). Помазанни­ку своему Киру Господь говорит: «Я держу тебя за правую руку, что­бы покорить тебе народы, и сниму поясы с чресл царей, чтоб отворя­лись для тебя двери, и ворота не затворялись» (Исайя 45,-?).

Очевидно, что поясной набор не должен был надевать никто другой, кроме владельца. Но из­вестны факты, когда пояс стано­вился предметом зависти. Феофи-лакт Симокатта, рассказывая об охоте византийского императора Маврикия в 592 г., описывает сле­дующий факт. Юный телохрани­тель императора стал жертвой за­висти одного из представителей свиты к своему поясу: «Когда же... лань со всей своей быстротой бросилась в какую-то заросль и скрылась в чаще деревьев, то... двое бросились за нею дальше, в охотничьей горячке желая добиться своей цели. Тут гепид, увидев юношу верхом на златоуздом коне, одетого в блестящую одежду и подпоясанного золотым поясом с прекрасными украшениями, убил несчастного, совершив это страшное преступление в каком-то овраге. Так вместо оленя телохранитель сделался добычей злостного нападения со сторо­ны своего же человека. Повод для этого был при нем: его золотое украшение стало для него льняною петлей и сетью охотничьей — сотоварищем разукра­шенным и спутником коварным» [Феофилакт Симокатта, 1957, с. 139].

На Северном Кавказе наборные пояса распространялись, несомненно, под тюркским влиянием. Но аланы выработали собственную сигнальную систему украшений, предоставив ведущую роль бляшкам, в то время как авары, основные распространители тюркской моды в то время, эту роль отводили наконечникам. Если в поясном наборе воина бляшек не было, а украшали его наконечники на подвесных ремешках, то владелец, скорее всего, был аваром. Таким образом, помимо знака воинского достоинства пояс являлся показателем этнической принадлежности. В этнографическом костюме народов Северного Кавказа узкие кожаные пояса с металлическим набором оказались устойчивой деталью костюма, но указывали скорее на социально-имущественное положение вла­дельца, чем на его этническую принадлежность.

В период раннего средневековья поясной набор в костюме народов Север-нбго Кавказа наделялся максимальной смысловой информацией. Однако по­степенна она стала угасать, и в результате сохранилось лишь утилитарное на­значение пояса как конструктивного элемента костюмного ансамбля.

В VII-XI вв. рассмотренный покрой одежды был основным у населения Се­верного Кавказа, что подтверждают изображения людей на аланских памятни­ках того времени. Приталенно-расклешенный кафтан, остроконечные шапки и мягкие высокие сапоги составляют основной набор предметов мужского кос­тюма персонажей, изображенных на стенах гробницы с реки Кривой, а также на каменной плите, обнаруженной в Кочубеевском районе Ставропольского края.



•? - 4520


Женский костюм


костюм vii - первой половины xi века - student2.ru

Рис. 11. Схема кроя мужских и женских чулок, крепившихся к нижнему поясу Fig. 11. Tailoring of man's and woman's stockings that were attached to the lower belt

костюм vii - первой половины xi века - student2.ru
костюм vii - первой половины xi века - student2.ru

Жительницы Северного Кавказа в раннем средневековье носили платья ту-никообразного покроя с перегибом по плечам. Рукав повторял конструкцию рукава мужского кафтана и пришивался под прямым углом к стану. Размеры пла­тья варьировали, уменьшая ширину ткацкого куска или добавляя раскашиваю­щие клинья в боковые швы. Горловину округлой формы снизу обшивали хол­стом, а сверху — шел­ком. В некоторых слу­чаях в качестве деко­ра горловины исполь­зовали металлические бляшки. Застегивалось платье на левом пле­че. Пуговица распола­галась сверху, а пет­ля — снизу. В районе плеч, у горловины при­шивали петли, в кото­рых закрепляли концы ожерелий.

Интересной деталью женского платья слу-

костюм vii - первой половины xi века - student2.ru

________ _____^_____ ^ жил запазушный кар-
1Г " ман прямоугольной

формы, вшитый под горловину. Он пере­крывал плечи и фикси­ровался в верхней час­ти спины. Такая кон­струкция должна была придать карману жест­кость и прочность, ведь его использовали в качестве вместилища, поскольку женское платье того времени не имело пояса, на который подвешивались бы сумочки и другие необходимые предметы. По обеим сторонам кармана распо­лагались входы. Запазушный карман аланского женского платья VII-Х вв. был типичным элементом. Его пришивали даже на платьица кукол.

Под карманом находился вертикальный разрез, высота которого варьиро­валась и зависела от семейного статуса женщины. Глубокие, почти до живо­та разрезы были характерны для платьев женщин-матерей. На девичьих платьях такие разрезы были неглубокими, достаточными для того, чтобы про­ходила голова. Различное оформление ворота, зависящее от семейного стату­са женщины, зафиксировано в этнографическом материале народов Средней Азии.

Платья женщин всех возрастов, в том числе детские и кукольные, шили по одной схеме.

Холщовые женские платья, как и мужские кафтаны, украшали шелком по вороту, низу рукавов, подолу и боковым разрезам. Но шелковый декор жен­ской и детской одежды был несравненно богаче. Ее украшали разного рода нашивки на плечах, рукавах или подоле. В позднеримской традиции встав­ки-медальоны называют орбикулами (лат. orbiculi), а вставки-квадраты — таблианами (лат. tabulae). Манера декора подола горизонтальной полосой, которая у боковых разрезов поворачивала вверх, называлась гаммадий (лат. gammadie). Мода украшать одежду таким образом была заимствована аланами у византийцев.

Подобный прием декора можно видеть также на коптских одеждах VII в., где места отделки постоянны: вокруг ворота, по подолу и на рукавах. Интере­сен прием декора вертикальными полосами, которые начинаются на спине, проходят через плечи и заканчиваются на груди перехватом с круглой или копьевидной розеткой [Соболев, 1934, с. 99].




костюм vii - первой половины xi века - student2.ru

костюм vii - первой половины xi века - student2.ru

Женские шубы имели тот же покрой, что и платья. Они были не распашны­ми, а с осевым разрезом впереди. Шубы подбивали овчиной, козьим мехом или пушниной и крыли холстом, а иногда шелком. Женщины носили такие же короткие штаны и холщовые чулки, как и мужчины. Л.Н.Глушков, исследовавший парное захоронение в Нижнем Архызе, отмечает: «Обе женщины были положены на правый бок с согнутыми ногами, сверху были покрыты шубами с холщовым верхом на козьем меху, в холщовых панталонах и чулках»1. Женская обувь также была аналогична муж­ской. В Подорванной Балке обнаружен кожа­ный башмачок, верх которого отделан шелком. В соединительные швы мастерицы вставили кожаную бейку, сложенную вдвое и выпущен­ную на лицевую сторону в качестве отделочно­го канта. Наличие бейки объясняется техноло­гией скрепления кожаных изделий. Ее отсутст­вие привело бы к быстрому разрыву кожи в мес­тах прокола иглой и скрепления нитями. Детали обуви скреплялись лубяными нитками. Отделочный шелковый кант по верху женских башмаков мог быть более широким и даже фигурным. В этом могиль­ нике встречено несколько экземпляров образцов такой обуви, которая подоб­ на находкам в Мощевой Балке, где были найдены экземпляры, окрашенные в красный цвет. Обнаружена также пара женских чувяков с фигурным верхом, сшитых из одного куска дубленой кожи со швом по подметке. В средневековых экземплярах сафьяновой обуви применяли холщовую подкладку и шелковую- отделку. ' Наряду с чувяками в могильниках встречаются и кожаные носки. В этногра­фии у разных народов Кавказа подобный вид обуви известен под одним корнем (меси, мес, мест, маьхьси). Это древнеиранский термин, восходящий к слову «овца» [Абаев, 1949, с. 171]. В VII-IX вв. на Северном Кавказе уже сформировались основные типы обу­ви, которые прослеживаются в этнографическом костюме: кожаная обувь без подметок, изготовленная из сыромятной кожи и кожи тонкой выделки в виде низких чувяков и высоких сапог, а также ко­жаные носки, чулки и войлочные ноговицы. Низкую обувь носили как мужчины, так и жен­щины. Высокие, закрывающие колено сапоги были, очевидно, элементом исключительно мужского костюма. Систему кроя обуви и швов на ней ААИерусалимская соотносит с этническими традициями: «Однотипную обувь типа чувяков разные народы Кавказа сшивают по-разному: осетины — со швом по верху, адыгские народы — со швом по подметке» [Иерусалимская, 1992, с. 17]. Однако исследователь этнографического кавказского костюма Е.Н.Студенецкая указы­вает на однотипный характер изготовления обуви всеми народами Северного Кавказа. Автор настоящего исследования считает, что имеющийся на сегодняш­ний день археологический материал, соотносимый с этнографическими тра­дициями, позволяет говорить о том, что обувь, как и весь комплекс костюма, формировалась на Северном Кавказе в рамках региона, а не этнических групп, что было обусловлено особенностями рельефа, климата и имевшегося у населе­ния материала. В погребениях обнаружены мужские и женские перчатки, холщовые и ко­жаные, с пальцами и типа митенок. Оригинальны перчатки из Мощевой Балки, сшитые из кожи ягненка, с шелковой аппликацией в виде небольших кружочков у каждого пальца. С достаточной степенью уверенности можно провести границу между го­ловными уборами женщин-матерей и молодых девушек и девочек. До рождения

Рис. 12. Арчита — простейший вид обуви из сыромятной кожи, в которую закладывали сухую траву. Рисунок передал автору ВЛКузнецов Fig. 12. The arcbita, a primitive type of raw leather shoes that were lined with dry grass (drawing by V.Kuznetsov)

Рис. 13- Кожаный пояс, декори­рован бронзовыми бляшками. На нем из кожаных шнуров за­вязаны узлы. Скифы придавали поясу с ^мужскими узлами» важ­ное очистительное значение Fig. 13- Leather belt ornamented with bronze signets and leather knots on top. The Scythians considered a belt with "man's knots" to be of great purifying value



1 Черновая записка Л.НГлушкова. Хранится в СГОКМ без номера.


Рис. 14- Изображения мужских фигур, одетых в кафтаны, на каменной рельефной плите X-XI вв. Кочубеевский район Став­ропольского края. Случайная находка Fig. 14- Figures of men in kaftans carved on a stone slab of the 10th-llthcc. A chance find in Kochu-beyevski Rayon, Stavropol Krai

ребенка женщины могли показывать волосы, что известно из этнографии, причем этнографические сведения стали известны раньше, чем данные архео­логии. Долгое время материалы из могильника Мощевая Балка считались этно­графическими. Но когда исследователи установили хронологические рамки бытования памятника — VII-Х вв. и провели культурно-исторические парал­лели с могильниками этого круга — Уллу-Кол, Эшкакон, Подорванная Балка, Амгата и др., стало возможным говорить о том, что различие между девичьими

костюм vii - первой половины xi века - student2.ru

и женскими головными уборами на Северном Кавказе имело место и в раннем средневековье. Об этом свидетельствуют археологические мо­дели головных уборов аланок

Девочки носили волосы открытыми, за­плетенными в косички, лоб при этом пере­хватывала диадема из шелковой или шерстя­ной узорчатой ткани с нашитыми на нее брактеатами и индикациями. Среди головных уборов девочек встречаются глубокие округ­лые шапочки из четырех клиньев с опушкой, выполненные по той же схеме, что и округлые мужские шапки. Мелкие овальные шапочки с собранными надо лбом складками, которые также изготавливали из четырех клиньев, имели завязки.

К этому же типу овальных шапочек можно отнести головные уборы из ста­ницы Старокорсунской и городища Адиюх. У станицы Старокорсунской остат­ки шапочки такого типа обнаружил В.Н.Каминский. От головного убора сохра­нилось только убранство венчика: бронзовые бляшки в виде восьмерок нашиты по одной линии с располагавшейся надо лбом брошью с триквестром.

Фрагменты шапочки с городища Адиюх позволяют по аналогиям реконст­руировать оба головных убора. На черепе женского костяка сохранились остат­ки красного шелка, окантованные полосой из трех рядов мелких выпуклых по­золоченных бляшек, нашитых на кожаную ленту, которая над теменной костью образовывала угол, характерный для шапочек из могильников Мощевой и Подорванной Балок. Этот угол был декорирован трехлепестковой розеткой. Головной убор из Кисловодского могильника, обнаруженный АЛ.Руничем, был, очевидно, подобной конструкции.

В могильнике Эшкакон найден холщовый головной убор, изготовленный из цельного прямоугольного куска ткани. В середине длинной стороны завя­зан узел. Это придает головному убору форму, сходную с башлыковидной.

В парном женском захоронении из Подорванной Балки сотрудник Ставро­польского краеведческого музея Л.Н.Глушков обнаружил головной убор, сши­тый по схеме мужских конических шапок, выполненный из шелковой ткани с аппликацией из золоченой кожи. Головной убор изготовлен из четырех ра-диально расположенных лоскутов ткани треугольной формы размерами 22 х 22 х 17, 22 х 22 х 19, 22 х 22 х 16,5, 22 х 22 х 17 см. Один лоскут сшит из двух кусков ткани: треугольного (16 х 16 х 14,5 см) и прямоугольного (8,08 х 14,6см). Соединительные швы, которыми детали сшиты между собой, выполнены следующим образом: подогнутые на изнанку на 1 см срезы ткани сшиты стежками «через край» по лицевой стороне (в 1см — 8-10 стежков) нитками коричневого цвета. На отдельных лоскутах имеются фрагменты кром­ки ткани.

Кожаная аппликация, покрывающая 15 см от вершины убора, в верхней части представляет собой сплошные кожаные накладки треугольной формы, ниже — сложный растительный орнамент. В местах соединения части аппли­кации сшиты соединительным швом стежками с изнанки. Скрепленные таким образом куски кожи пришиты к четырем радиально расположенным лоскутам ткани соединительными стежками по всему периметру орнамента кожаной аппликации (на 1 см —8-10 стежков). Нитки, которыми выполнены соедини­тельные швы кожаных аппликаций, светло-коричневого цвета.

Радиальные отделочные швы, соединяющие между собой заготовки дета­лей кожаных аппликаций, выполнены крестообразными стежками. При этом




Рис. 15. Схема кроя женского аланского платья с запазушным карманом Fig. 15- Cut ofAlanic woman's dress, with pouch pocket

использовались нитки двух цветов — бежевого и зеленовато-коричневого. Две разноцветные нити связывались вместе узелком, затем нить одного цвета укладывалась между сшиваемыми кусками, а нитью другого цвета сверху делали крестообразные стежки, через 4-6 мм нити менялись. Таким образом, получался отделочный шов шириной 2 мм с перемежающимися крестообразными стеж­ками бежевого и зеленовато-коричневого цвета. Отделочные и соединительные швы верхней части головного убора выполнены натуральным шелком.

костюм vii - первой половины xi века - student2.ru

Ткань головного убора выполнена из нитей

натурального шелка основным полотняным пе- , ~ i
реплетением. Раппорт состоит из двух нитей
основы и двух нитей утка. На полосках ткани
имеются фрагменты кромки. Переплетение
кромки не отличается от переплетения ткани.
Однако кромка более плотная по основе. Нить
утка непрерывна. Таким образом, кромка отно­
сится к классическому виду. Толщина нити
ткани —0,13мм. Плотность ткани по утку — 83,
по основе — 86 нитей на 25мм длины. Перед
нами тафта китайского производства, широ­
ко распространенная в тот период и известная
по вещам из могильников Нижнего Архыза и
Мощевой Балки.

Ткань была окрашена мареной красильной (Rubia tinctorum), экстракт которой носит назва­ние «крапп». Это растение известно с древней­ших времен как природный краситель. Для окра­шивания используются корни марены, в кото­рых содержится основное красящее вещество —

гликозид ализарин. Цвет окрашенной ткани может быть ярко-красным, желто­вато-красным, коричневым, желтым. Растение окрашивает шелк и хлопок, при этом чистота оттенка сохраняется в течение многих лет. Химико-биоло­гический анализ ткани с определенной степенью вероятности позволяет утверждать, что она была окрашена экстрактом корней марены красильной уже в готовом виде.

Кожа, из которой была выполнена аппликация, выделана местными скорня­ками. Она имеет толщину 1,8-2 мм. Проколы, с помощью которых кусочки кожи пришивали друг к другу и к ткани, выполнены шилом и представляют собой отверстия с ровным краем. Поверхность кожи около проколов гладкая, без по­вреждений, что свидетельствует о ее мягкости, прочности и гибкости в момент сшивания. Эти характерные свойства, а также особенности гистологического строения позволяют утверждать, что аппликация выполнена из овечьей или козлиной кожи. На поверхности кожи обнаружены частицы желтого металла. Эмиссионный спектральный анализ показал, что покрытие представляло собой сплав золота, серебра и меди.

К шапочке крепился назатыльник, выполненный из шелковой ткани не­сколько другого качества. Ее плотность по утку — 70, по основе — 58 нитей на 25 мм длины. Назатыльник заканчивался опушкой из разного по цвету меха животных семейства куньих (колонок, куница и норка). Опушка сшивалась из чередующихся между собой светлых и темных прямоугольных кусочков меха соединительным швом «через край».

Таким образом, анализ материала головного убора свидетельствует о боль­шом искусстве не только древних швей, но и скорняков, и мастеров по металлу. Можно говорить о развитии животноводства и охотничьих промыслов среди местного населения. Ткань указывает на торговые связи с Китаем, а использо­вание шелковых ниток для скрепления деталей изделия свидетельствует о том, что среди импортируемых товаров были не только ткани, но и нити, а возможно и шелк-сырец.

Эти два головных убора из Эшкакона и Подорванной Балки являются уни­кальными башлыкообразными формами, которые мы связываем с женским комплексом. Если в пользу такой атрибуции экземпляра из Эшкакона говорит




Рис. 1б. Женский башмачок из мягкой кожи без подметки и каблука. Верх отделан шелком. В соединительные швы встав­лена кожаная бейка. Могильник Подорванная Балка (находка В.Н.Каминского, И.В.Каминской) Fig. 16. Woman's shoe of soft leather, without soles or heels. The top is decorated with silk. A leather inset was seum into the joining seams

символика узла, завязанного в теменной части, о чем речь пойдет ниже, то в Подорванной Балке головной убор был обнаружен в женском захоронении с типичным набором женского инвентаря. Наше мнение опирается также на археологические данные, сведения исследователей в этой области [Атаев, 1963, с. 113; Равдоникас, 1972, с. 163] и письменные источники.

Шлемообразные головные уборы были типичными для женщин Кавказа, считает ТД Равдоникас. Она указывает на сходство покроев глубоких шапочек

костюм vii - первой половины xi века - student2.ru

с округлым верхом и шлемообразных головных уборов у мужчин и девушек, отмечая при этом, что такой обычай был характерен для многих народов: монголов, адыгейцев, осетин. Напри­мер, путешественники отмечали, что в XIII в. монгольских девушек и моло­дых женщин с большим трудом можно было отличить от мужчин, так похоже они одевались. При этом монгольских женщин выделяли совершенно особые головные уборы [Плано Карпини, 1957, с. 10]. В этой связи исследователь одеж­ды народов Средней Азии ОАСухаре-ва предлагает рассматривать единство покроя костюма как черту архаиче­скую, а общие для обоих полов формы считать наиболее древними [Сухарева, 1979, с. 79]. На наш взгляд, вопрос о единстве форм шлемообразных голов­ных уборов у мужчин и молодых де­вушек не должен ограничиваться кон­статацией факта древности их про­исхождения, а может быть рассмотрен в контексте социального статуса облада­тельницы такого убора. К сожалению, на сегодняшний день мы не располагаем достаточным материалом, чтобы решить его однозначно.

Наши рекомендации