Её спасут...или она спасла?. часть 2

Гермиона, наблюдала за всем этим как будто сквозь туман. Слышала каждое слово. Но она не могла сделать не чего. В глазах Тома она видела безысходность и ещё что-то. Что-то непонятное. Но она всё ещё верила в то что сказала ему и повторяла в голове: «Даже самое тёмное что есть в человеке, может однажды стать светом!». Гермиона заметила, как Том незаметно вздрагивает, как будто слышит. Она надеялась достучаться до него.
А тем временем Гарри разговаривал с Томом.
Гарри растерянно смотрел на него. Творилось что-то неладное.
— Что случилось с Гермионой? — произнес он медленно.
— Интересный вопрос, — любезно ответил Реддл. — Но это длинная история. Причина ее нынешнего состояния в том, что она открыла сердце и свои маленькие секреты некоему невидимому незнакомцу. И поверила мне.
— Ничего не понимаю! О чем ты?
— Дневник, — пояснил Реддл. — Мой дневник.
И тут Гарри всё понял.
- Это ты сделал? – непонимающе глядя на него. – Зачем? Что она тебе сделала?
-Ничего. Она в безопасности. В отличии от тебя. Мне жаль её, слепая грифиндорская доверчивость. А знаешь, что она сказала мне, когда я рассказал ей. Это весьма любопытно. «Даже самое тёмное что есть в человеке, может однажды стать светом!». Мне такого никто не говорил. Она и сейчас это твердит.
-Сейчас? – неуверенно спросил Гарри.
-Да, она пытается, я слышу, но от своей судьбы не убежишь.
-Ты же можешь ей помочь!
-Ей не надо помогать. Она жива, здорова и в безопасности. Я не дам ей погибнуть!
«Том, Том! Я знаю ты меня слышишь, остановись пока не поздно! Перейди на свет!»
Том вздрогнул сильнее чем обычно.
-Прекрати! Это глупо. И хватит плакать! Скоро всё закончиться… - сказал Том и вытер её слёзы.
-Что ты делаешь, Том?
-Я разговариваю, не видишь? – усмехнулся Том.
-Гермиона, ты меня слышишь, скоро всё будет хорошо!
-Я бы не был так уверен. – сказав это Том звать змею. Но его отвлёк громкий крик, ему казалось, что он не просто у него в голове, а слышен везде.
«Том, ты не чудовище! Я верю в тебя, Том!»
-Хватит, пожалуйста… - говорил Том, но его вновь перебил знакомый голос:
«Том, ты не должен становиться таким, это не ты. Ты просто запутавшийся мальчишка, который всегда был один!»
Последняя фраза ударила как гром среди ясного время. А Гарри всё время наблюдал за этой нелепой картиной.
-Я всё равно останусь частью души! Навсегда и этого нельзя изменить!
«Том, ты не такой! Я верю в тебя. Всегда есть выход, и я найду его, Том!»
-Я часть его души! Я виновен во всём!
«Нет, Том! Ты Том Марволо Риддл, а не Волдеморт! ... »
Гарри был ошарашен, последнюю фразу услышал даже он. В надеже на то, что Гермиона очнулась, он взглянул на неё. Но она, казалось, стала ещё холоднее.
- Ты просто запутавшийся мальчишка, который всегда был один! Всегда, но только не сейчас!
-Гермиона! – радостно воскликнул Гарри.
-Как? – немного испуганно спросил Том.
Но Гермиона как будто не услышала их обоих. Она подошла к Тому и обняла его и сказала:
- Том Марволо Риддл, всегда есть путь к свету! Спасибо что поверил!
-Поверил? – спросили Том и Гарри хором.
-Ты поверил в свет! – с улыбкой ответила она. – Ты же тоже не понял, что со мной, правда, Том?
-Ты потеряла сознание, но здесь ты не могла сделать этого! – неуверенно ответил Реддл.
-Не знаю, что это было. Но если ты бы не поверил, то я бы погибла. – со слезами сказала девушка.
Вдруг вспомнив о Гарри она подбежала и обняла его.
-Я так волновался! – сказал Гарри. Но вдруг он дрогнул и произнёс: - Это правда, это он.
Гарри выхватил палочку Гермионы и направил на Тома. Но Гермиона перегородила путь перед ними.
-Гарри, опусти палочку, его не убить, он крестраж! – крикнула Гермиона.
-Но, это он! – кричал Гарри в ответ
-Нет, он Том Марволо Риддл, он не успел стать им, его отделили 50 лет назад. Он ни в чём не виноват! – оправдывала Тома Гермиона.
-Он часть его души! – негодовал Поттер.
-Самая светлая часть! – выкрикнула Гермиона.
-И ты ему веришь? – растерянно спросил Гарри.
-Ты мне веришь? – также спросил Том.
-Я не верю, я знаю! – обратилась она к ним. И через мгновение продолжила. – Том, я была в твоих мыслях, в мыслях Волдеморта!
-Ладно. – сказал Гарри, опустив палочку. – И что с ним делать?
-Ну я думаю, что найду выход! – уверенно сказала Гермиона.
Опять появилась режущая тишина.
-Ты что мне поможешь? Я же чудовище! – сказал Риддл.
- Том Марволо Риддл, ты всегда был один! Всегда, но только не сейчас! Ты никогда, слышишь, никогда не будешь больше один!

Примечание к части

Это ещё не всё

Третий курс или Коты чуствуют гниль! Часть 1

Гермиона взяла дневник и направилась к выходу. Следом за ней шёл Гарри.
—И что теперь? – спросил он.
—Ну, для начала, нужно рассказать всё директору.
—Мне пойти с тобой?
—Нет, в этом нет необходимости.
—Ладно, я тогда пойду?
—Да, иди! Гарри, думаю Рону не обязательно знать об этом.
—Рон, а я и забыл. Пока, Гермиона мне нужно бежать.
—Пока
Гермиона уверено двигалась в сторону кабинета директора. Подойдя к горгулье, она сказала пароль и поднялась по лестнице. Постучалась в дверь.
—Войдите.
Она зашла в тёплый и уютный кабинет. И увидела добрый взгляд директора.
—Здравствуйте, профессор. Вы не могли бы дать мне разрешение на посещение Запретной Секции в библиотеке?
—Мисс Грейнджер, а зачем вам понадобились книги из Запретной Секции? – спросил Дамблдор.
—Эм… помочь другу! – слегка неуверенно сказала она.
—Да, Тому повезло, раз он всё-таки нашёл друга. – увидев ошарашенный и шокированный взгляд директор невозмутимо продолжил. – Знаешь, Гермиона, всё должно было случиться не так. Должно было быть всё иначе. Дневник должен был попасться под руки младшей Уизли. Но видимо кто-то изменил судьбу! Или может, всё так и должно было быть? Может, предсказанное могло быть лишь одним путём, по которому было суждено пройти? Может судьба распорядилась иначе? Но в любом случае это не важно. Да, я вам дам разрешение.
Профессор написал разрешение и передал бумажку Гермионе.
—Ты можешь взять книги с собой на летние каникулы. И будь осторожна!
—Хорошо! Спасибо, профессор!
Она вышла и направилась в библиотеку. Отдав разрешение библиотекарше, она зашла в Запретную Секцию. Взяв пять толстых и тяжёлых фолиантов, она направилась в гостиную своего факультета. До летних каникул осталось три дня. Она хотела почитать книги.
Гермиона Грейнджер имеет одну замечательную особенность. Она очень быстро читает так что все эти книги она уже прочитала. И в последний день она набрала ещё кучу книг. Уменьшив их с помощью заклинания засунула в багаж.
**

Ссора


Летние каникулы – это здорово. Но как не грустно, время неумолимо движется в перёд. За лето Гермиона успела прочитать все книги, подружиться с Риддлом и многое узнать о прошлом Хогвартса. Том обучил её оклюменции и легименции. По приезду в школу Гермиона посвятила себя всю учёбе и книгам в которых искала способ помочь Тому. После выходки Малфоя, добавились ещё поиски способа оправдать Клювокрыла. Очень помогал маховик времени, который ей дала Макгонагалл. Но из-за нехватки времени и не высыпания Гермиона стала какая-то бледная и болезненная. Ещё и кот стал нападать на крысу и в порыве гнева использовала легименцию. И то что она узнала шокировала её. Это оказалась ни какая не крыса. Друзья пытались ей помочь и не раз говорили об этом. Но настоящую причину знал только Гарри.

—Гермиона, ты как будто с дементором!
—Я просто волнуюсь за Гарри!
—Ничего, всё будет в порядке. Блэка скоро найдут!
—А вдруг это не он! – вдруг сказала Гермиона.
—Не говори глупостей, Герми!
—А в друг карта не ошиблась, и по школе бегает Питер Петтигрю, следовательно, Блэк не убил его, а значит Петтигрю мог предать родителей Гарри.
—Гермиона, тебе точно надо отдохнуть.
—Знаешь, что Рональд, как мне кажется если бы ты знал кто такие Мародёры, то и сам понял, что карта не ошиблась. И стати к сведенью, кошки всё чувствуют. – она развернулась и вышла из Большого Зала.
—Он сожрал мою крысу!
**
— Ой! — воскликнул он от неожиданности. — А, это ты, Букля!
Он взял у нее письмо и открыл конверт, а Букля тем временем принялась за хлопья, оставленные Невиллом. Записка была от Хагрида.
«Дорогие Гарри и Рон!
Как вы насчет того, чтобы выпить со мной чашку чая сегодня вечером около шести? Я зайду за вами в замок. ЖДИТЕ МЕНЯ В ХОЛЛЕ. ВАМ ОДНИМ ВЫХОДИТЬ ЗАПРЕЩЕНО.
Не вешайте носа.
Хагрид»
— Он, наверное, хочет подробнее узнать про Блэка! — решил Рон.
Ровно в шесть друзья вышли из гриффиндорской гостиной, миновали чуть не бегом троллей и спустились в холл.
Хагрид уже их ждал.
— Привет, Хагрид! Ты, наверное, хочешь узнать, как все было в ту ночь? — спросил Рон.
— Я знаю. — Хагрид отворил двери и выпустил их наружу.
— А-а, — слегка разочарованно протянул Рон. Первое, что они увидели в хижине Хагрида, был Клювокрыл. Он лежал, вытянувшись во всю длину на лоскутном одеяле Хагрида, плотно прижав крылья к бокам, и с наслаждением уплетал тушки хорьков, лежащие перед ним на большом блюде. Гарри поспешно отвернулся от малоприятного зрелища и увидел на дверце гардероба, на плечиках, огромный каштанового цвета костюм с премерзким оранжевым в желтую полоску галстуком, явно приготовленные для выхода.
— Ты куда-то собрался, Хагрид? — спросил Гарри.
— На слушание дела «Клювокрыл против Комиссии по обезвреживанию опасных существ». Оно будет в эту пятницу. Поедем в Лондон вместе, Клювокрыл и я. Я уже заказал два спальных места в «Ночном рыцаре».
У Гарри от стыда заныло сердце. Он совсем забыл, что суд над Клювокрылом так скоро. У Рона вид был такой же несчастный. Вылетело у них из головы и обещание подумать над защитой Клювокрыла. Вновь обретенная «Молния» затмила все другие дела и заботы.
Хагрид налил им чаю и предложил сдобных булочек с цукатами, но друзья от булочек отказались: им слишком хорошо была знакома стряпня Хагрида.
— У меня к вам… э-э… нелегкий разговор, — на редкость серьезно заявил Хагрид.
— О чем? — спросил Гарри.
— О Гермионе.
— А что с ней такое? — спросил Рон.
— Как бы это сказать… После рождественских каникул она частенько сюда захаживает. Уж больно ей одиноко. Сначала вы из-за «Молнии» перестали разговаривать. Потом из-за кота… И карты…
— Он сожрал мою крысу, — взвился Рон.
— Так ведут себя все коты, — упрямо продолжал Хагрид. — Она часто плачет. У ней нелегкое время, да. Сдается мне… она это… откусила слишком большой кусок. Ну, все эти предметы… А она еще — представьте себе! — нашла время помочь мне и Клювокрылу. Такие дала… э-э… советы… Теперь у Клювокрыла есть надежда…
— Прости, Хагрид, это мы должны были помочь… — начал смущенно оправдываться Гарри.
— Тебя никто не винит! — прервал его Хагрид. — И тебе было нелегко. Я ведь все вижу. Ты тренировался день и ночь. Но скажу честно: для вас крыса и метла дороже друга. Вот и все.
Гарри с Роном смущенно переглянулись.
— Знаешь, Рон, как она расстроилась, когда Блэк чуть тебя не зарезал. Сердце у нее где надо, у Гермионы. А вы двое не разговариваете с ней…
— Если она избавится от этого кота, я опять буду с ней разговаривать, — не унимался Рон. — А она и слушать ничего не хочет! Этот кот — какое-то чудовище!
— Ну… это понятно. Люди частенько глупо себя ведут со своими любимцами, — изрек мудрый Хагрид. За его спиной Клювокрыл выплевывал кости хорьков прямо ему на подушку.

Примечание к части

Кидаться только мягкими тапочками, писать очень сложно!!!
И спасибо Бете Charloutte Dickens за её работу!!!

Третий курс или Коты чуствуют гниль! Часть 2.

Время летит неимоверно быстро. Гермиона всё время занималась, искала выход из ситуации с Клювокрылом, искала способ помочь Тому и пыталась намекнуть Гарри и Рону о истинной сущности Коросты. Как Золотое Трио не старались помочь своему другу Хагриду, но Клювокрыла решили судить.
И вот сейчас должнен будет проходить суд. Гарри, Рон и Гермиона, завидя директора, Фаджа и палача поспешили скрыться через чёрный вход из хижины Хагрида. И сделали они это как раз вовремя. В дверь уже стучали. Медленно, словно в дурном сне, друзья побрели вокруг избушки Хагрида, и только они обогнули хижину, передняя дверь с треском захлопнулась.
— Пожалуйста, пойдемте скорее, — прошептала Гермиона. — Я этого не выдержу, не смогу…
Они шли по склону лужайки. Уже был закат, который окрасил все небо где-то в бледно-пурпурный цвет, а где-то в рубиново-красный. Рон остановился, как будто налетел на столб.
Рон скрючился, стараясь удержать Коросту в кармане, но крыса словно обезумела — дико пища, она крутилась, билась, пытаясь укусить Рона за руки. Он пытался успокоить её, но крыса не поддавалась уговорам.
Со стороны хижины донесся звук открывшейся двери и голоса людей…
— Рон, пожалуйста, идем, они уже вот-вот… — задыхаясь, просила Гермиона.
— Да, да, сейчас… Короста, сидеть!
Вся троица бросилась бежать. Но Рон опять остановился. Крыса визжала так, словно ее резали. Вдруг сквозь писк до них начались доноситься другие звуки: сначала мешанина мужских голосов, затем тишина, и неожиданный короткий свист и глухой удар топора. Гермиона пошатнулась. Никто не мог поверить, что Клювокрыла больше нет, что его казнили…
Всех троих ужас пригвоздил к месту, и они оцепенели, стоя под мантией. Последние лучи заходящего солнца заливали землю кровавым светом, в полях залегли длинные черные тени. Внезапно до их слуха долетел дикий вой.
— Это Хагрид. — прошептал Гарри. Не раздумывая над тем, что делает, он повернул назад, но Рон с Гермионой схватили его за руки.
— Нельзя! — Рон был белее бумаги. — Еще хуже ему сделаем, если узнают, что мы с ним виделись…
На Гермионе тоже лица не было.
— Как… они… могли? — ловя воздух ртом, спрашивала она. — Как они могли?
— Пойдем, — взволновано сказал Рон.
Они побрели к замку, стараясь двигаться как можно осторожнее. Быстро смеркалось, и к тому времени, когда друзья вышли на лужайку, свой плащ-невидимку на них набросила темнота.
Рон всё ещё пытался успокоить крысу, но та лишь укусила его. Короста явно обезумела от страха. Она как бешеная рвалась из рук Рона.
— Да что с тобой?
И тут Гарри увидел, как к ним крался Живоглот. Кот был уже совсем рядом. Гермиона пыталась прогнать кота, но было поздно! Крыса вывернулась и убежала, за ней охотясь мчался кот, и Рон метнулся вслед за ними. Гарри с Гермионой переглянулись и со всех ног помчались следом. Впереди слышались топот Рона и его крики. Гарри и Гермиона пытались догнать друга. Гарри и Гермиона едва не перелетели через Рона, затормозив перед самым его носом. Рональд всё же поймал крысу. Гарри хотел накинуть на них мантию-невидимку, но не успели друзья укрыться мантией как увидели, что прямо на них из темноты скакал гигантский угольно-черный пес со светящимися белесыми глазами. Гарри потянулся за палочкой, но пёс, сделав прыжок ударил его передними лапами в грудь, Гарри опрокинулся навзничь, ощутив лицом волну густой длинной шерсти и горячее дыхание зверя, перед глазами сверкнули дюймовые клыки. Толчок оказался столь сильный, что пес перекатился через Гарри. Несмотря на головокружение и боль в боку, Гарри попытался встать; зверь рычал где-то совсем рядом, готовясь к новому нападению. Но Рон был уже на ногах и готов к бою. Пес снова ринулся на них, Рон изо всех сил оттолкнул друга в сторону, и страшные челюсти, миновав Гарри, сомкнулись на вытянутой руке Уизли. Гарри бросился на зверя и обеими руками вцепился в мохнатую шкуру, но чудище стряхнуло его и унесло Рона с такой легкостью, словно тот был тряпичной куклой.

Невесть откуда на Гарри обрушился еще один удар, на сей раз по лицу, и он опять упал. Где-то рядом Гермиона взвизгнула от боли и, кажется, тоже упала. Отерев кровь, попавшую в глаза, Гарри нащупал наконец волшебную палочку.
— Люмос! — с трудом выговорил он.
Огонь на конце палочки высветил из темноты корявый ствол дерева — погоня за Коростой привела их прямо под сень Гремучей ивы, и ее ветви, скрипя, словно под сильным ветром, хлестали во все стороны.
И там, у основания бугристого ствола, Гарри увидел черного пса; тот затаскивал Рона в широкий подземный провал меж корней. Рон отчаянно сопротивлялся, но его голова и полтуловища уже сползли в дыру.
— Рон! — закричал Гарри, кидаясь на подмогу, но здоровенная ветвь беспощадно просвистела в воздухе, и его опять отшвырнуло назад.
Теперь на поверхности осталась только нога Рона, которой он зацепился за корень, сопротивляясь собаке, тащившей его в подземелье; словно выстрел, прозвучал жуткий треск — нога сломалась и в ту же секунду пропала из виду.
Гарри попытался бросится броситься вслед за ними, но был остановлен Гермионой.
— Гарри! — воскликнула Гермиона. Мантия ее была в крови — ива рассекла ей плечо. – Успокойся!
— Эта огромная тварь может сожрать Рона.
— Гарри, это не совсем зверь…
Свистнула еще одна плеть, стараясь достать их, — тонкие ветви сплелись в узловатый кнут.
— Что?
—Увидишь…
— Ладно, если смог пес, сможем и мы, — пропыхтел Гарри, забегая то с одной, то с другой стороны, ища путь между злобных, полосующих воздух веток, но не мог приблизиться к корням ни на шаг.
— На помощь, на помощь, — отчаянно шептала Гермиона, переступая с ноги на ногу. — Хоть кто-нибудь…
Откликнулся, как ни странно, Живоглот. Он по-змеиному скользнул между свирепых ветвей и передними лапами уперся в какой-то нарост на стволе Ивы.
И дерево, будто окаменев, замерло — не шевелился ни один листик.
— Глотик! — ошарашено воскликнула Гермиона, до боли сжав руку Гарри. — Как он мог это знать?
— Они с той собачкой друзья, — буркнул Гарри. — Я видел их вместе. Идем. Держи наготове волшебную палочку.
В считанные секунды они были у ствола Ивы.
Живоглот первый нырнул внутрь, призывно махнув распушенным по-лисьи хвостом. Гарри поспешил за ним — пролез в нору головой вперед и по земляному накату соскользнул на пол низкого туннеля. Глотик поджидал неподалеку, его глаза сверкали в свете волшебной палочки Гарри. Еще мгновение — и рядом приземлилась Гермиона.
— Вперед! — позвал Гарри и, пригнувшись, бросился вслед за Живоглотом.
— Куда ведет этот туннель? — чуть слышно спросила Гермиона.
— Не знаю… Он отмечен на Карте Мародеров, но Фред с Джорджем говорили, что им никто никогда не пользовался. Он ведет за пределы Карты, но кончается, скорее всего, в Хогсмиде…
Они очень долго шли. Но вот туннель пошел вверх, затем свернул, и Живоглот куда-то исчез. Сбоку Гарри увидел слабый свет, падающий из какой-то дыры. Они с Гермионой на мгновение замерли, переведя дух, подошли к ней, подняли волшебные палочки и заглянули внутрь.
С той стороны оказалась комната — пыльная и разоренная. Обои клочьями свисали со стен, весь пол в грязи, мебель сломана, словно кто-то ее крушил, окна заколочены досками.
Гарри взглянул на Гермиону, вид у нее был изрядно напуганный, но она согласно кивнула.
Гарри протиснулся в проем и огляделся. Комната была пуста, но справа виднелась открытая дверь, ведущая в полутемный коридор. Гермиона снова сжала руку Гарри, ее широко открытые глаза пробежали по забитым окнам.
— Гарри, по-моему, мы в Визжащей хижине.
Гарри тоже огляделся, рядом стояло разбитое деревянное кресло на трех ножках и с выломанными подлокотниками. Гарри с сомнением покачал головой:
— Это не привидения натворили.

Над головами у них послышался какой-то скрип — на втором этаже явно что-то происходило. Друзья уставились в потолок, Гермиона с такой силой ухватилась за руку Гарри, что у него онемели пальцы. Обернувшись к ней, Гарри вопросительно поднял брови — Гермиона, соглашаясь, кивнула еще раз.
Тихо вышли в прихожую и начали подниматься по шаткой лестнице. Все вокруг покрывал толстый слой пыли, но на полу виднелась широкая чистая полоса: видно, что-то тащили наверх, и совсем недавно.
Поднялись на темную площадку.
— Нокс, — произнесли вместе как можно тише, и свет на концах палочек погас. Перед ними была единственная чуть приоткрытая дверь. Подкравшись, они услышали внутри какое-то движение, чей-то приглушенный стон и короткое басовитое мурлыканье. Друзья в последний раз обменялись взглядами и кивками.
Твердой рукой выставив перед собой волшебную палочку, Гарри ударом ноги широко распахнул дверь. На великолепной кровати с пыльным пологом на четырех столбах возлежал Живоглот. Увидев вошедших, он опять громко заурчал. А рядом с кроватью на полу, обхватив ладонями ногу, вывернутую под неестественным углом, сидел Рон.
Гарри и Гермиона бросились к нему.
— Рон, как ты?
— А где пес?
— Это вообще не пес, Гарри, — выдохнул Рон, скрипя зубами от боли. — Это ловушка…
— Что?
— Он анимаг! – сказала Гермиона.
— Ты знала? – выдохнул Рон.
—Это ещё не всё… - загадочно улыбаясь произнесла Гермиона.
Взгляд Рона был устремлен поверх плеча друга. Гарри круто обернулся. Какой-то человек, скрытый тенью, громко захлопнул дверь в комнату.
Грива спутанных грязных волос свисала ниже плеч; не будь глаз, горевших в глубоких глазницах, его можно было бы принять за мертвеца — воскового цвета кожа так туго обтягивала кости лица, что оно походило на череп, желтые зубы оскалились в усмешке. Это был Сириус Блэк.
— Экспеллиармус! — каркнул он, направив на друзей волшебную палочку Рона.
Палочки Гарри и Гермионы вырвались из рук и, взмыв в воздух, оказались у Блэка. Не сводя глаз с Гарри, он подошел ближе.
— Я так и знал, что ты придешь помочь другу. — Голос Блэка звучал неровно, надтреснуто, как будто он давно разучился говорить. — Твой отец сделал бы то же самое для меня… Храбрый ты парень, не побежал за преподавателями… Прими мою признательность… это все упрощает…
Издевательское упоминание об отце обожгло Гарри точно каленым железом. В душе поднялась кипящая ненависть, не оставившая места страху; впервые в жизни он захотел взять в руку волшебную палочку не для того, чтобы защититься, а, чтобы напасть и убить. Не размышляя, Гарри рванулся вперед, но его тут же оттащили две пары рук.
— Не надо, Гарри, — прошептала Гермиона. — Он не…
Рон же, поднявшийся на ноги несмотря на боль, повернулся к Блэку.
— Если ты хочешь убить Гарри, тебе придется убить и нас вместе с ним! — яростно крикнул он, перебив этим Гермиону, побледнел еще больше и от слабости его шатнуло в сторону.
Что-то вспыхнуло в темных глазах Блэка.
— Ты лучше ляг, — спокойно сказал он. — А то еще больше повредишь ногу.
— Ты слышал? — спросил Рон нетвердым голосом. С силой вцепившись в плечо Гарри, он как-то сумел удержаться на ногах. — Тебе придется убить всех троих!
Усмешка Блэка стала шире.
— Он не убийца, он мстит! – сказала Гермиона.
— Только один умрет этой ночью… - будто подтвердив её слова сказал Блэк.
— Это почему же? — Гарри рванулся из рук Рона и Гермионы. — В прошлый раз тебя такие мелочи не волновали! Сколько ты тогда убил магглов, охотясь за Петтигрю? Что, подобрел в Азкабане?
— Гарри! — всхлипнула Гермиона. — Остановись!
— Он убил моих родителей! — Гарри бешеным усилием освободился от хватки приятелей и кинулся на Блэка.
— Он не убийца, и не предатель! Тот, кто должен быть мёртв сейчас в этой комнате, выслушай его, Гарри!
— Ладно, но надеюсь ты окажешься права, как тогда в Тайной Комнате… - Гарри замолчал, поняв, что дал осечку.
— И что там случилось? – спросил Рональд.
— Не сейчас Рон!
Гарри навёл палочку в оборонительной позе и направил её на анимага.
— Ты убил моих родителей. — Голос Гарри чуть дрожал, но рука с волшебной палочкой оставалась твердой. — Ты продал их Волан-де-Морту, — вот все, что мне нужно знать!
Блэк смотрел на него запавшими глазами.
— Если бы ты знал всю историю с начала до конца…— почти шепотом сказал он.
— Всю историю? — Ярость стучала у Гарри в висках.
— Тебе придется выслушать меня. — Голос Блэка зазвучал настойчивее. — Ты пожалеешь, если не… если не узнаешь…
— Я знаю гораздо больше, чем ты думаешь, — ответил Гарри, и его голос дрожал все сильнее. — Ты ведь никогда не слышал, что она тогда кричала? Моя мама… Волан-де-Морт хотел убить меня… а она пыталась его остановить… Ты виноват во всем… И все из-за тебя…
Живоглот митнулся к Блэку.
Дверь с грохотом распахнулась, Гарри стремительно обернулся. В потоке красных искр в комнату ворвался профессор Люпин — в лице ни кровинки, в поднятой руке волшебная палочка. Его Горящий взгляд скользнул от Рона, лежавшего на кровати, к Гермионе, прижавшейся к стене, от нее — к Гарри, и остановился на самом Блэке.
— Экспеллиармус! — приказал Люпин. Волшебная палочка Гарри снова вылетела из его рук; та же участь постигла и две другие, что держала Гермиона. Люпин проворно схватил их и прошел внутрь комнаты, не спуская глаз с Блэка. У того на груди по-прежнему сидел Живоглот.
Профессор Люпин заговорил необычным взволнованным голосом:
— Где он, Сириус?
Гарри поднял глаза на Люпина: что тот говорит? О ком? Мальчик снова посмотрел на Блэка.

Лицо узника решительно ничего не выражало, минуту он лежал не шелохнувшись, потом очень медленно поднял руку и указал на Рона. Гарри озадаченно оглядел пространство справа и слева от приятеля, который был тоже явно сбит с толку.

— Но тогда… — Люпин глядел на Блэка так пристально, словно пытался прочитать его мысли. — Почему он до сих пор не открыл себя? Разве что… — Глаза Люпина расширились, как будто он увидел позади Блэка нечто такое, чего не видел никто другой. — Разве что это был он… Он, а не ты?.. Но ты не успел мне это сказать.
Блэк, не сводя с Люпина немигающего взгляда исподлобья, чуть приметно кивнул.
— Профессор Люпин, — не вытерпел Гарри, — что здесь…
Закончить вопрос ему не удалось, он увидел такое, от чего слова застряли у него в горле. Опустив волшебную палочку, Люпин подошел к Блэку взял за руку и помог встать — Живоглот при этом слетел на пол, — после чего по-братски обнял Блэка.
Люпин отпустил Блэка и повернулся к детям.
—Профессор, луна… - проговорила Гермиона.
— Вы с ним… - начал было Гарри, но был прерван.
— А ты действительно, очень умна!
— Да о чём это вы оба?
— Я права? Вы… - она проигнорировала вопрос Рона.
— Не буду лгать — я действительно оборотень. – сказал Люпин. — Давно ты узнала?
— Давно, — нехотя призналась та. — Когда писала реферат для профессора Снейпа.
— Он будет в восторге, — холодно заметил Люпин. — Снейп и затеял этот реферат, потому что надеялся, кто-нибудь да сообразит, что означают симптомы моей болезни… Ты, наверное, проследила по лунному календарю, что я заболеваю всегда в полнолуние? Или обратила внимание на то, что, увидев меня, боггарт превращался в луну?
— И то и другое, — ответила Гермиона. Люпин невесело засмеялся.
— Для своих лет ты исключительно умная колдунья.
— Дамблдор пригласил вас преподавать, зная, что вы оборотень? — Рон задохнулся от изумления. — Он что, с ума сошел?
— Многие именно так и думают, — кивнул Люпин. — Как только он ни убеждал преподавателей, что я не опасен!
— На этот раз он ошибся! — не выдержал Гарри. — Вы все время помогали ему! — Он указал на Блэка.
Тот подошел к кровати и сел, закрыв лицо трясущимися руками. Живоглот вспрыгнул на постель рядом и, мурлыча, уселся беглецу на колени. Рон, придерживая ногу, отодвинулся.
— Я не помогал Сириусу, — повторил Люпин. — И, если вы дадите наконец мне возможность, я вам все объясню. Определив, какая палочка кому принадлежит, он одну за другой бросил их хозяевам. Гарри растерянно поймал свою.
— Ну вот. — Люпин засунул собственную палочку за пояс. — Вы вооружены, мы — нет. Теперь вы готовы слушать?
— Если вы не помогаете ему, как вы узнали, что он здесь? — спросил он, с ненавистью глядя на Блэка.
— Помогла Карта, — ответил Люпин. — Карта Мародеров. Я проследил по ней у себя в кабинете…
— Вы знаете, как она действует? — усомнился Гарри.
— Разумеется, знаю. — Люпин нетерпеливо взмахнул рукой. — Я ведь принимал участие в ее создании. Лунатик — это я. Меня так называли друзья еще в школе.
— Значит, это вы ее создатель…
— Сейчас важно другое. Я весь вечер не отрывал от нее глаз, поскольку догадывался, что вы трое непременно попытаетесь тайком выбраться из замка и навестить Хагрида до казни гиппогрифа. И я оказался прав, не так ли?
Он прошелся по комнате взад и вперед, поднимая пыль и поглядывая на друзей.
— Скорее всего, вы укрылись старой мантией твоего отца, Гарри…
— Откуда вы знаете про мантию?
— Я много раз видел, как Джеймс исчезал с ее помощью. Фокус в том, что даже если вы скрыты мантией-невидимкой, на Карте Мародеров вас все равно видно. Я видел, как вы пересекли поле и вошли в хижину Хагрида. Через двадцать минут вы оттуда ушли и отправились обратно в замок. Но теперь с вами был еще кое-кто.
— Никого больше не было! — возразил Гарри.
— Крыса, Гарри, крыса! – пыталась достучаться до друзей Гермиона.
— Что ты несёшь, Гермиона, причём здесь Короста?
— Я не поверил своим глазам, — по-прежнему меряя комнату шагами и не обращая внимания на слова Гарри, продолжал Люпин. — Решил, что в Карте, должно быть, произошел какой-то сбой. Как он мог оказаться с вами?
— Да не было с нами никого!
— Гарри, крыса это тот, кого ты видел. Тот, кто мёртв на самом деле жив… - сказала Гермиона.
— То есть ты хочешь сказать?
— Да, Гарри.
— И тут я заметил еще одну точку. Она быстро приближалась к вам и была помечена именем Сириуса Блэка… Я видел, как вы столкнулись, наблюдал, как он затащил двоих под Гремучую иву…
— Одного из нас! — мрачно поправил его Рон.
— Нет, Рон. Двоих.
Люпин вдруг остановился, устремив взгляд на Рона.
— Не возражаешь, если я взгляну на твою крысу? — спросил он ровным голосом.
— Что? — на секунду Рон даже забыл о больной ноге. — При чем тут Короста?
— А никто не задумывался, что Мародёров, было четверо, что они все были анимагами, а профессор оборотень, и их прозвища… Гарри, какие у них прозвища? – спросила Гермиона.
— Лунатик, Бродяга, Сохатый и Хвост.
— Лунатик – профессор Люпин оборотень! Бродяга – Сириус Блэк пёс, Сохатый – твой отец, Гарри, олень, если я не ошибаюсь? – и получив подтвердительный кивок от профессора она продолжила. – Хвост – Питер Петтигрю. Анимаг. Крыса?
— В точку! – подал голос Блэк.
— Пожалуйста, дай мне ее.
Поколебавшись, Рон сунул руку под мантию, и на свет показалась Короста — она дико металась, и мальчику пришлось крепко ухватить ее за длинный лысый хвост. Живоглот на коленях у Блэка вскочил и протяжно мяукнул. Люпин подошел к Рону. Казалось, он даже задержал дыхание — так внимательно рассматривал крысу.
— Ну что? — еще раз спросил Рон. Он с трудом удерживал ее, и ему было явно не по себе. — Причем здесь моя крыса?
— Это не крыса, — процедил сквозь зубы Сириус Блэк.
— Что вы такое говорите? Конечно, крыса.
— Нет, не крыса, — негромко подтвердил Люпин. — Ты держишь за хвост волшебника.
— По имени Питер Петтигрю, — добавил Блэк. — Он анимаг.

Примечание к части

Не поленитесь и прочтите всё...

Третий курс или Коты чуствуют гниль! Часть 3.

Наконец Рон произнес вслух то, о чем Гарри только подумал:
— Вы просто сошли с ума.
— Питера Петтигрю нет в живых! — сказал Гарри. — Он убил его двенадцать лет назад.
—Но это правда! —сказала Гермиона.
Лицо бывшего узника исказила гримаса.
— Я действительно хотел убить, — зарычал он, скаля желтые зубы. — Да малыш Питер оказался хитрее меня… Но на этот раз у него ничего не выйдет.
И Блэк кинулся на крысу. Живоглот очутился на полу, а Рон заорал не своим голосом; беглец придавил ему сломанную ногу.
— Сириус, осторожней! — Люпин метнулся вперед и оттащил Блэка от Рона. — Подожди! Так просто нельзя с этим покончить. Надо им объяснить, пусть они знают!
— Потом объясним! — хрипел Блэк, оттолкнув Люпина. Скрюченные пальцы когтили воздух, стараясь дотянуться до крысы, а та извивалась и визжала не хуже поросенка, царапая Рону лицо и шею.
— У них… есть… право… знать… правду! — Люпин уже задыхался, повиснув на Блэке. — Рон считает его домашним зверьком! Во всей этой истории много такого, чего даже я не понимаю! А Гарри? Ты обязан рассказать Гарри, как все было на самом деле, Сириус!
Блэк утихомирился, но его ввалившиеся глаза неотступно следили за крысой, которая сжалась в комок под защитой искусанных, исцарапанных и окровавленных рук Рона.
— Ладно, согласен, начинай ты. Рассказывай, что хочешь. Но только побыстрее, Римус. Я хочу немедля покончить с убийцей, из-за которого столько лет провел в Азкабане.
— Вы просто психи, вы оба. — Рон очумело потряс головой и оглянулся за поддержкой к Гарри и Гермионе. — С меня хватит, я в вашу игру не играю.
Он попробовал подняться, опираясь на здоровую ногу, но Люпин вновь достал волшебную палочку и направил ее на Коросту.
— Тебе придется выслушать меня до конца, Рон. И пока будешь слушать, держи покрепче Питера.
— Он не Питер, он моя Короста! — завопил Рон.
— Рон, он не тот, кем кажется! – крикнула Гермиона.
— Гарри, Гермиона тоже сумасшедшая! – всё так же вопил Рональд.
Он попытался сунуть крысу в карман, но не тут-то было: крыса сражалась так отчаянно, что Рон свалился бы с кровати, если бы Гарри не подхватил его.

Наши рекомендации