Чему удивляться, если мы скажем, что Создатель Один после того, что мы узнали и увидели?

Почему Совершенному надо быть многочисленным? Разве у Него есть недостаток, чтобы Он нуждался в возмещении или исправлении этого недостатка? Поистине, только те, кто с недостатками, нуждаются в многочисленности.

И если бы богов было много, то между ними возникали бы разногласия, каждый тянул бы свое создание к себе, и мир тогда разрушился бы. Аллах — Величайший и Всемогущий и поэтому Ему не нужны соучастники.

Смеясь над нашим пониманием Аллаха, наш друг продолжает:

— Не странен ли тот Бог, который вмешивается во все мелкое и крупное, управляет умом животных, чтобы они узнавали своего хозяина, свой дом, внушает пчеле, чтобы она брала себе “жилище из гор”, и. не может ни один лист с дерева упасть без Его ведома, каждая почка на ветке находится на учете, ни одна беременная не носит свое бремя и не рожает без Его ведома. Если муха упадет в пищу, значит Он внушил ей это, если нет дождя, это Он остановил его? Не делаете ли вы Его своим пониманием слишком занятым бесконечным множеством малозначительных дел?

Я внимательно выслушал его и ответил:

— Как, по-твоему, Господь Бог способен быть божеством, если Он освободит себя от этой ответственности, отвернется от мира, которого Он создал, и бросит его на произвол судьбы? Что же, по-твоему, Он будет божеством, если Он станет сумасшедшим бездельником, — не будет ни видеть, ни слышать, ни отвечать на мольбы своих созданий, не будет заботиться о них? И как ты определяешь важность одних дел и неважность других и куда именно вмешиваться Богу и куда не надо?

Муха, которую ты считаешь мелочью и безобидной ерундой, способна изменить ход истории. Представь, что вдруг она попадет в пищу. Этот, по-твоему, незначительный факт может повлиять на ход событий. А именно: попав в пищу, предназначенную для армии, она может заразить всю армию дизентерией или холерой. По этой причине воины проиграют сражение, изменив тем самым ход истории. Не погиб ли Александр Великий от москита?

Незначительное предисловие может привести к печальному эпилогу. А печальное предисловие может закончиться ничем. Единственный, кто знает это, — Аллах!

Почему же ты хочешь ограничить круг обязанностей Аллаха. Поистине, быть божеством способен лишь тот Бог, который знает все о каждом, не скрыта от Него ни одна пылинка ни на земле, ни на небе. Бог — Слышащий, Отвечающий, Заботящийся о своем создании — только такой Бог способен быть божеством!

СУДЬБА. ИЗБРАНА ИЛИ НАВЯЗАНА

Мой друг радостно засиял, подумав, что на этот раз “схватил меня за горло” и что мне нечего будет ответить, он сказал:

— Вы говорите, что Аллах определил каждой вещи судьбу, предопределил наши дела. Тогда выходит, что я должен все делать, хочу я этого или нет. Если все это так, то почему Он судит за это? Не говорите, как обычно я своеволен, а то это будет, самой большой выдумкой. Разреши продолжить мысль, разве я волен родиться или нет, в выборе нации, длины, ширины, цвета кожи, родины? Разве по моей воле восходят и заходят луна и солнце? По моему желанию даются мне судьба, смерть, болезни? Разве я виноват, когда все предопределено судьбой, у меня же нет иного выхода? Почему тогда Аллах судит? Если скажешь, что ты свободен и что ты обладаешь волей наряду с волей Аллаха, то ты делаешься Его соучастником. И еще. Что ты скажешь о влиянии общества, эпохи на человечество и об исторической неизбежности, о которых говорят философы-материалисты?

Выпустив этот “залп”, мой друг стал спокойно и свободно дышать. Он вообразил, что “убил” меня и ему ничего не осталось, как “закопать” меня.

Тогда я ему спокойно ответил:

— Ты впал в софистику (форма рассуждений, основанных на софизмах, а софизм — это формально кажущееся правильным, но ложное по существу умозаключение, основанное на преднамеренно неправильном подборе исходных положений). Твои дела, безусловно, известны Аллаху и записаны в Его книге, но это не значит, что Он принуждает тебя. Поистине, они предопределены, но только в Его знании. Это примерно подобно тому, как если ты предположишь своим сознанием, что твой сын будет прелюбодействовать. И потом это в жизни свершилось. Разве ты своим предположением вынудил его к этому? Или только предположение сбылось, хотя ты этим и не был доволен и не хотел?

Что касается твоего разговора о свободе, будто она выдумка, и твое доказательство на это, что тебе не дано (право выбора в рождении, в нации, в длине, ширине и, что ты не можешь распоряжаться солнцем, луной — это другая твоя ошибка.

Причина ошибки в том, что ты представляешь свободу не так, как представляем ее мы — верующие. Ты говоришь об абсолютной свободе: разве я свободен в выборе цвета кожи —быть бельм или черным, высоким, низким, и смогу ли я переместить солнце, его движение по орбите? Ты спрашиваешь об абсолютной свободе — хозяйничать во вселенной, а эта свобода принадлежит только Единому Аллаху, как сказано в Коране: “И Господь наш творит, что желает, и избирает; нет у них выбора!” (28 : 68).

Нету ни у кого свободы в области создания, так как только Аллах создает то, чего хочет и избирает.

Аллах никогда не осудит тебя за то, что ты был низким, не упрекнет за то, что высокий, и никогда не накажет за то, что ты не остановил движения солнца по его орбите. В этом отношении ты волей-неволей подчиняешься Аллаху, так как здесь нет у тебя выбора.

Тема дискуссий у нас — вопросы обязанностей, за которые ты будешь отвечать и в которых тебе дана свобода. Это будут те ограничения, которые мы будем обсуждать и говорить о них.

Ты волен подавить в себе свои страсти, обуздать свой гнев, бороться со своей душой, подавлять низменные побуждения, поощрять свои хорошие намерения. Ты волен жертвовать своим имуществом, собой. Ты волен также говорить правду и неправду, не прикасаться к запретному. Ты можешь отвести свой взгляд от чужих срамот. Ты можешь уберечь свой язык от сквернословия, сплетеч, клеветы. В этих вопросах -мы свободны и за все это мы будет отаптываться, и с нас по всем вопросам строго спросят.

Свобода, о которой идет речь, относительная свобода, а не абсолютная, свобода человека в вопросах обязанностей. Эта свобода действительна, а доказательством является наше природное ощущение ее в нашей душе. Мы чувствуем ответственность и раскаиваемся в наших ошибках, мы чувствуем спокойствие духа, когда мы делаем доброе дело. Мы каждое мгновение выбираем, взвешивая многочисленные возможности, так как первейшая задача нашего разума — выбирать, предпочитать одно другому.

Мы ясно видим разницу между рукой, которую трясет лихорадка, и рукой, которая пишет. Мы видим, что движения первой руки — вынужденные, не по воле, а движения второй — независимые, по доброй воле. Если бы они были в обоих положениям

Наши рекомендации