Значение родного языка в общем развитии ребенка
Изложенные выше идеи В.В.Аршавского восходят к некоторым классическим трудам отечественных лингвистов.Так в статье «Язык и народность». А.А.Потебня, который занимался вопросами взаимодействия языка и мышления, языка и творчества, языка и народа, писал, что нормальная мысль может возникнуть лишь при нормальном языке, что обучение на неродном языке отчуждает поколение детей от поколения отцов, что национализм не порождение самого народа, а представителей его, заинтересованных в политических целях, что своеобразие народов не сгладится с теченьем веков и слияние их во «все человечество» плохо доказывается.
А.А.Потебня [74, 9] утверждал, что если бы языки были только средствами обозначения мысли уже готовой, образовавшейся помимо их, то их различия по отношению к мысли можно было бы сравнить с различиями почерков и шрифтов одной и той же азбуки. «При таком положении дела было бы вероятно, что как скоро распространилось бы убеждение, что разница между языками лишь внешняя и несущественная, что привязанность к своему языку есть лишь дело привычки, лишённой глубоких оснований, то люди бы стали менять язык с такой же лёгкостью, как меняют платье».
Усилие человека, говорящего на двух языках, переходя от одного языка к другому, меняя тем самым характер и направление своей мысли, может быть сравнено с тем, что делает стрелочник, переводящий поезд на другие рельсы. Эта мысль наводит на размышления по поводу того, с какой осторожностью и точностью необходимо переходить на другой язык обучения, чтоб не произошло столкновения. «Знание двух языков в очень раннем возрасте не есть обладание двумя системами изображения и сообщения одного и того же круга мыслей, но раздвояет этот круг и наперёд затрудняет достижение цельности миросозерцания, мешает научной абстракции, Если язык школы отличен от языка семейства, то следует ожидать, что школа и домашняя жизнь не будут приведены в гармоничные отношения, но и будут сталкиваться и бороться друг с другом. Ребёнок, говорящий: «du pain» к родителям и гувернантке и (тайком) «хлебца» к прислуге, имеет два различные понятия о хлебе. Даже лёгкое изменение звука, по-видимому, нисколько не касающееся содержания слова, заметно изменяет впечатление слова на слушателя». Эту мысль А.А.Потебня поясняет следующим образом: «Трудность самого наблюдения различий в эффектах увеличивается, когда мы имеем дело со словами одного происхождения не оттого, что пути их развития действительно сходятся, а оттого, что, расходясь от одной точки, они некоторое время идут почти параллельно друг подле друга». Поэтому и перевод с одного языка на другой есть не передача той же мысли, а возбуждение другой и советовал: «чтобы ознакомление учащихся с иностранными языками начиналось лишь тогда, когда они достаточно укрепились в знании своего; с другой стороны, - в том, чтобы язык учеников был для учителя родной». И в очень резкой форме он оценивал тех родителей, «которые в языке видят только звуки, а не мысль, а потому ради чистоты выговора начинают обучение иностранному языку чуть не с пелёнок и, как во времена «Недоросля», поручают детей Вральманам. Так из детей с порядочными способностями, как считает А.А.Потебня, «делаются полуидиоты, живые памятники бессмыслия и душевного холопства родителей».
К.Д.Ушинский [23, 557] подчеркивал то, что родной язык ценен тем, что он отражает народность. «В языке, - писал К.Д.Ушинский, - одухотворяется весь народ и вся его родина». Отсюда первостепенное значение имеет раннее усвоение именно языка предков.
При всей ценности идей, постулирующих приоритетное значение родного языка для развития ребенка, его воспитания и образования, следует отметить, что в литературе имеются и другая точка зрения. Она состоит в утверждении, что параллельное изучение двух и более языков оказывает сугубо положительное – стимулирующее и развивающее – влияние на психику ребенка. Это направление образования, как выяснилось, окутано облаком дискуссий и противоречий.
Таким образом, анализ литературы по изучаемой проблеме показывает, что билингвальное образование трактуется неоднозначно. В его оценке имеются противоречия и необходимость целого ряда уточнений.
По всеобщему признанию, язык является важнейшим феноменом человеческой психики и жизни. Освещая проблемы общего воспитания и обучения подрастающего поколения, мыслители-гуманисты, энциклопедисты, просветители, педагоги и общественные деятели всех времён, в частности, корифеи отечественной мысли, придавали важное значение проблеме формированию у ребенка языка, манифестируемого в речи. Во многих источниках встречаются указания на общее значение языка для развития человеческого общества и каждого человека.В сочинениях Я.А.Коменского, Ж.Ж.Руссо, М.В.Ломоносова, А.Н.Радищева [23, 557] приводится мысль, что разум и речь – это то, что, прежде всего, отличает нас от животных. Они подчёркивали зависимость совершенствования самого человека от слова. «Язык есть творец всего, что в человеке есть изящно» - писал А.Н.Радищев, «солью жизни» называл разум, действие и речь Я.А.Коменский [23, 557] В языке, по мнению Песталоцци [23, 558], отразились результаты человеческого прогресса, и поэтому он называл язык «необъятным искусством» и «совокупностью всех искусств», которыми овладел род человеческий. К.Д.Ушинский считал, что человек смог создать отвлечённое понятие только на основе владения словом. Он писал, что если человек хочет выразить другому человеку, что у него происходит на душе, то он должен обратить внимание на сам процесс, происходящий в его душе, и найти соответствующие знаки и звуки, чтобы его понял слушатель. Из этого стремления и рождаются слова языка, «является потребность обобщения явлений, а вместе с тем, само обобщение, т. е. понятие и его представитель–слово». Самонаблюдение, свойственное только душе человека, К.Д.Ушинский называл «психическим источником речи» [23, 559].
Вполне естественно, что гуманисты-просветители рассматривали речь как обязательную часть общего развития ребёнка и как средство образования и воспитания.
Как составная часть общего воспитания ребёнка, развитие его речи тесно связано с развитием его познавательных и умственных способностей, взаимосвязь и взаимообусловленность которых является предельно тесной. «С того времени, - писал А.Н.Радищев, - как ребёнок начинает говорить, развержение его умственных сил становится всё приметнее». Беспредельно значение языка как источника знаний. «Речь предназначена для того, чтобы учиться» - писал Я.А.Коменский. Считая язык важнейшим средством познания, И.Г.Песталоцци относил его к «вспомогательной силе человеческой природы», предназначенной помочь ребёнку плодотворно усвоить знания, приобретённые путём чувственного восприятия. Поэтому главную цель и значение языка он видел в том, чтобы вести ребёнка от смутных чувственных восприятий к чётким понятиям. При этом И.Г.Песталоцци отмечал, что «язык даёт ребёнку в короткое мгновение то, что человек получил от природы за тысячелетие» [23, 558]. Эту мысль развил впоследствии К.Д.Ушинский. Усматривая близость языка и народа, который им владеет, К.Д.Ушинский находил, что каждое новое поколение, овладевая без особого труда родным языком «усваивает в то же время плоды мысли и чувства тысячи предшествующих поколений». Поэтому ребёнок, осваивая родной язык, учится не только условным звукам, но «пьёт духовную жизнь и силу из родимой груди родного слова». Он усваивает не только слова, их сложение и видоизменение, но бесконечное множество мыслей, чувств, художественных образов, логику и философию языка. Делает он это на удивление легко и скоро. В коротком детстве приобретается такой объем языка, который и в половинном размере не может быть освоен за 20 лет прилежного и методического учения.
А.А.Потебня рассматривает языки как глубоко различные системы приёмов мышления и очень образно сравнивает язык со зрением: «Подобно тому, как малейшее изменение в устройстве глаза и деятельности зрительных нервов неизбежно даёт другое восприятие и этим влияет на всё миросозерцание человека, так каждая мелочь в устройстве языка должна давать без нашего ведома свои особые комбинации элементов мысли. Влияние всякой мелочи языка на мысль в своём роде единственно и ничем не заменимо [74, 11].
Оценивая роль языка в развитии познавательных и умственных способностей детей, К.Д.Ушинский с полным основанием называет его в этом отношении «великим народным педагогом», «наставником и учителем».
Эти положения классических отечественных трудов являются базисными для рассмотрения проблемы билингвизма, которая носит глобальный характер. Она значима для многих регионов мира. В настоящем исследовании основное внимание уделяется вопросам, значимым конкретно для Латвии.