Различия. Проведите сравнительный анализ, чтобы найти и перечислить субмодальные различия между Верой и Сомнением, — точно так, как вы делали раньше с замешательством и уверенностью.

Проверка. Проверьте по очереди каждую субмодальность из вашего списка различий, чтобы выяснить, какие из них наиболее эффективны при превращении веры в сомнение. Проверив одну субмодальность, верните ее в исходное состояние, прежде чем проверять следующую.

Новое убеждение:“Какое новое убеждение вы хотели бы иметь вместо того, которое у вас сейчас есть и вам не нравится?” Позаботьтесь о том, чтобы это убеждение было предъявлено в позитивных терминах, без отрицаний. “Я могу научиться меняться в зависимости от обратной связи” вместо “Я перестану быть неспособной менять свое поведение”.

Убедитесь также в том, что ваш партнер думает о новом убеждении в терминах скорее способности или процесса, нежели уже достижения желаемой цели. “Я верю, что могу научиться изменять и поддерживать свой вес” — это полезное убеждение. “Я вешу 107 фунтов” — это не очень полезное убеждение, особенно если на самом деле она весит 350! Мы хотим мобилизовать новые способности, а не встроить новые заблуждения.

Вам также нужно попросить человека об экологической проверке:“Если бы у тебя было это новое убеждение, как это могло бы причинить тебе неприятности?”, “Как изменится реакция твоего мужа или твоей семьи, если у тебя будет это новое убеждение?”, “Как это новое убеждение повлияет на твою работу?” и т.д. Модифицируйте новое убеждение, чтобы принять в расчет любые вероятные проблемы.

Ваш партнер не должен сообщать вам, в чем состоит новое убеждение. Все, что вам нужно, — это слово, определяющее новое содержание.

Б. Процесс изменения убеждения

6. От веры к сомнению. Оставляя содержание неизменным, превратите нежелательное убеждение в сомнение путем использования одной или нескольких из числа наиболее мощных субмодальностей, обнаруженных на шаге 4. Например, если двумя сильнейшими различиями были фильм — слайд и близкая панорама — удаленная картина в рамке, то пусть панорамный фильм замедляется до неподвижного слайда, отодвигаясь и превращаясь в обрамленную картину.

7. Изменение содержания. Используя какую-нибудь другую субмодальность, смените содержание старого нежелательного убеждения на содержание нового, желательного. Используйте то, что она уже делает, или любой постепенный непрерывный метод. Например, если в сомнении картинки у нее прыгают туда-обратно, она может прыгнуть из старого содержания в новое. Вы можете заставить картину старого убеждения отодвинуться так далеко, что невозможно будет разобрать, что там; потом вернуть ее обратно с образом нового убеждения. Вы можете сделать картинку столь яркой или столь темной, что старое содержание исчезнет, а потом вернуть ее в прежнее состояние с новым содержанием — и т.д.

8. От сомнения к вере. Сохраняя новое содержание, превратите сомнение в убеждение путем обратного изменения тех же субмодальных характеристик, которые вы использовали на шаге 6. Если перемещение вправо превратило старые убеждения в сомнения, то теперь вы перемещаете картину обратно влево, чтобы превратить новое содержание из сомнения в убеждение. Делая это, будьте очень внимательны к любому “сопротивлению” или трудностям, возникающим у вашего партнера. Если новое убеждение плохо сформулировано или в нем есть какие-либо отрицания — какая-нибудь часть личности может ему воспротивиться. Если вы столкнулись с возражениями, отнеситесь к ним с почтением, соберите информацию и вернитесь на шаг 5, чтобы переопределить новое убеждение.

В. Проверка

Существует несколько способов проверки. Вы можете спросить:“Как вы думаете об этом новом убеждении?” Запросите информацию о субмодальности и используйте несловесное поведение, чтобы подтвердить (или опровергнуть) словесный отчет.

Когда новая вера на месте, старая, возможно, сменит свои субмодальности на таковые неверия. Если вы выясните, как теперь представлено старое убеждение, то сможете сравнить это с субмодальностями сомнения, которые вы уже знаете; или с субмодальностями неверия, которые можете определить, попросив человека подумать о чем-то еще, во что он твердо не верит.

Я часто говорил, что хорошая работа в НЛП — это 95% сбора информации и 5% вмешательства. Первые 5 шагов готовят ситуацию для вмешательства. После этого легко провести действительное вмешательство мягко и быстро. Запомните, мозги обучаются быстро; медленно они не обучаются. Если вы все подготавливаете заранее, гораздо легче сделать хорошую работу. Это немного похоже на выстраивание целого ряда костяшек домино, а затем легкий щелчок по первой из них.

Приступайте и попробуйте эту последовательность в группах по три. Я знаю, что у некоторых из вас есть вопросы; на многие ответит само упражнение. Вопросы, которые у вас все же останутся, будут куда более интересными после того, как вы приобретете некий опыт, пробуя эту технику на практике. Мои ответы тоже будут для вас куда более осмысленными.

Теперь, когда у вас появился какой-то опыт в этом, давайте обратимся к некоторым вопросам и комментариям.

Мужчина: Когда я проводил изменение веры, у меня было множество глубоких внутренних ощущений. Это ощущалось так, словно в моем мозгу и теле плавает масса маленьких рыбок, и двое наблюдателей тоже отметили множество видимых изменений. Это типично?

Если убеждение важное, то это обычный отчет. Центральные убеждения организуют большую часть человеческого поведения. Если вы производите изменение в центральном убеждении, то часто получаете глубокую внутреннюю реорганизацию. Если это более периферическое убеждение, изменения не такие разительные.

Мужчина: Я нашел трудным подбор полезного убеждения для изменения. Я хотел бы услышать какие-то примеры содержания того, что меняли люди.

Женщина: Я билась и билась годами, чтобы сбросить последние пять фунтов — чтобы достичь желаемого веса. Мне легко подойти близко к весу, какого я хочу, но я всегда верила, что должна биться и сражаться, контролируя себя, чтобы сбросить эти последние пять фунтов. Так что я превратила свое убеждение, что это трудно, в убеждение, что сбросить эти последние пять фунтов будет легко. Какое освобождение; я чувствую себя настолько расслабленнее.

Мужчина: Я работал с ней над этим, и было действительно приятно наблюдать, как она шла через это изменение. Ее лицо, голос, все ее тело — после завершения все было гораздо расслабленнее.

Женщина: У меня был насморк, и я изменила убеждение о том, что ничего не могу с этим поделать. Я была поражена, потому что действительно чувствую, что нос начинает подсыхать.

Мужчина: Я начал с убеждения, что для меня опасно водить по ночам машину без очков. Я хотел заменить его убеждением, что могу безопасно ездить ночами без очков. Тогда мой партнер указал, что мое желаемое убеждение было целью и что, может быть, опасно переходить к такому убеждению. Я мог бы отправиться ночью в поездку, думая, что я в безопасности, когда это не так. Поэтому мы перешли к убеждению, что я могу научиться безопасно ездить по ночам без очков. Думаю, на самом деле я работал над гораздо более общим убеждением — что я не могу учиться. У меня есть ощущение, что это повлияет на гораздо большее, чем просто поездки по ночам; кажется, это гораздо шире.

Чудесно. Большинству людей полезно изменить убеждение в том, что они неспособны чему-либо научиться. Многие пробуют что-то один раз, у них не получается, и они делают вывод, что не могут этого делать и не могут научиться это делать. Я знаю человека, который “знал”, что не может играть на пианино:“Однажды я сел за пианино и попробовал, но из этого ничего не вышло”. Я начинаю с убеждения, что пока большая часть клеток мозга не изменена, кто угодно может делать все, что угодно. Вам может понадобиться разделить задачу на более мелкие кусочки или научиться решать ее по-другому, и вы можете потратить некоторое время, чтобы приобрести в этом компетентность — но если вы начнете с убеждения, что можете учиться, у вас будет большое будущее. Мое убеждение иногда может даже быть неправильным, но оно позволяет мне совершать поступки и получать результаты, которые мне никогда даже в голову бы не пришли, если бы я предположил, что люди ущербны от рождения.

Мужчина: Некоторые используют хождение по горячим углям как способ изменения ограничивающих человеческих верований. Вы можете это прокомментировать?

Если человек убежден, что неспособен на что-либо типа хождения по горячим углям, а вы побуждаете его открыть, что это возможно, — это, несомненно, может пошатнуть старое убеждение, особенно если ему сказано:“Если ты можешь ходить по огню — ты можешь сделать все, что угодно!” Однако в этом случае никоим образом нельзя качественно определить новое убеждение, которое займет место старого. Я читал о человеке, который испытал огнехождение и сказал:“Теперь я верю, что мог бы стоять в эпицентре взрыва ядерной боеголовки и со мной ничего бы не случилось”. Если ему повезет, ему никогда не доведется проверить это убеждение, но это пример каких-то дешевых верований, которые могут таким образом внедряться. Если вы внедряете убеждения именно так, то люди часто закладывают в себя верования, которые не соотносятся с фактами или обратной связью. Один учитель, обучающий огнехождению, называет себя “величайшим тренером НЛП”, хотя он даже не сертифицирован как практикующий мастер, не то что тренер! У некоторых других его убеждений оснований еще меньше.

Я знаю, что некоторые люди получили в результате огнехождения некоторые очень полезные изменения убеждений. Даже остановившиеся часы дважды в день показывают точное время. С огнехождением проблема в том, что почти отсутствует контроль над новой верой, которая занимает место старой. В мире и так достаточно странных и опасных убеждений, без добавок, связанных со случайным процессом.

Другая проблема с вещами типа огнехождения вот в чем: они имеют тенденцию встраивать убеждение, что для того, чтобы вы изменились, требуется по-настоящему драматическое внешнее событие. Я бы лучше встроил веру в то, что изменение происходит постоянно и легко; а как сделать, чтобы оно для вас работало, — это вопрос понимания того, как управлять собственным мозгом. Для этого не обязательно ходить по горячим углям.

Существует совершенно отдельный вопрос, действительно ли огнехождение есть нечто трудновыполнимое и действительно ли шесть часов евангелической подготовки как-то меняет способность ходить по углям. Репортер из “Rolling Stone” засекал время, когда люди ходили по углям, и получил интервал от 1,5 до 1,9 секунды, примерно 1,7 секунды в среднем. Длина дорожки была футов десять, так что если у вас большой 30-дюймовый шаг, вам легко может хватить четырех шагов — по два на каждую ногу. Это дает реальный контакт в менее полусекунды на каждый шаг. Огнеходцы делают много шума из-за температуры углей — от 1400 до 2000 градусов — но не упоминают, что каждая ступня совершает лишь два прикосновения к углям, оба меньше полусекунды. Когда вы поднимаете горячий уголек, упавший на ваш ковер, чтобы бросить его обратно в камин, ваши пальцы контактируют с угольком примерно такое же время — а кончики ваших пальцев гораздо более чувствительны, чем ступни.

Горение требует теплопередачи, а не только высокой температуры, и время контакта — лишь один фактор теплопередачи. Другой фактор — проводимость. Скажем, вы находитесь в домике в горах, встаете с постели утром при 20 градусах ниже нуля, и одна голая ступня приземляется на стальную плиту, а другая — на коврик из овчины. Хотя и коврик, и сталь одной температуры (-20 градусов), сталь будет ощущаться гораздо холоднее коврика из-за своей большей теплопроводности. Проводимость древесного угля больше, чем овчины, но много меньше, чем стали. Спросите первого встречного огнеходца, согласен ли он пройти то же расстояние по стальному листу той же температуры, что и те угли!

Есть еще один фактор, который физики называют “эффектом Лейденфроста”. Когда имеется существенная разница температур между двумя веществами и более холодное из них — это жидкость или содержит жидкость, то формируется тонкий слой пара, чтобы создать изоляционный барьер, значительно уменьшающий теплопередачу.

Все данные, какими я располагаю, указывают, что десятифутовая полуторасекундная прогулка по огню есть нечто, что может делать каждый — с евангелической подготовкой или без — но очень немногие думают, что они это могут.

Женщина: У некоторых людей есть убеждения, по-видимому, несильно влияющие на их поведение. Например, мой босс всегда говорит о том, как люди должны быть добры друг к другу, но сам обычно низко поступает с людьми. Как вы это объясните?

Я пытаюсь понять, как вещи работают, а не “объяснить” их. Тут несколько возможностей. Одна состоит в том, что это убеждение не есть нечто, во что он на самом деле верит, пусть даже он и говорит об этом. У многих “интеллектуалов” есть убеждения такого типа, не влияющие на их поведение. В этом случае вы могли бы применить метод изменения веры, чтобы превратить его убеждение в такое, которое достаточно субъективно реально, чтобы повлиять на его поведение.

Другая возможность — его убеждение достаточно реально, но оно избирательно: другие люди должны быть добры к нему, а ему не обязательно быть с ними добрым - потому что он особенный. Таковы короли, диктаторы и некоторые кинозвезды. Убеждения не всегда работают в обе стороны.

Третья возможность — убеждение вашего босса реально и работает в обе стороны; но то, что он считает “добрым”, вам кажется “низким”. В шестидесятые годы многие гуманистические психологи очень крепко всех обнимали, потому что верили, что это хорошо — не обращая внимания, нравится ли это “обнимаемому”. Еще они оскорбляли людей направо и налево, потому что думали, что всегда хорошо быть честным и говорить правду. Крестоносцы верили, что надо заниматься спасением душ, и их не волновало, если иногда для этого требовалось уничтожить тело.

Процесс изменения веры относительно прост, если только человек на это согласен. Чуть хуже, если человек не хочет менять веру. Я еще предположил, что вы можете определить убеждение, которое стоит изменить. Иногда это неочевидно, и может потребоваться кое-какая работа, чтобы определить, в чем заключается ограничивающее человека убеждение. Часто убеждение, которое человек хочет изменить, не есть то, которое ограничивает его поведение на самом деле.

Моя принципиальная цель здесь — обучить вас процессу, который вы можете использовать для изменения убеждения. Однако содержание, которое вкладывается в убеждение, тоже важно. Вот почему я просил вас непременно проводить экологическую проверку, а также формулировать новую веру в качестве, скорее, процесса, нежели цели и в позитивных терминах. Я просил, чтобы вы проделали этот процесс изменения веры, не зная содержания нового убеждения, потому что знаю, что некоторые из вас заблудились бы в содержании и им было бы трудно научиться процессу. После того как вы тщательно изучили процесс, вам уже не так легко будет потеряться в содержании. Когда вы работаете со своими клиентами, разумно знать кое-что о содержании — так, чтобы вы могли убедиться, что новая вера сформулирована в позитивных терминах, является скорее процессом, нежели целью, и что она, наверное, экологична. Убеждения — очень мощные вещи; если вы меняете одно из них, это может принести много пользы, но если встраиваете другое, неверное — это может принести и много вреда. Я хочу, чтобы вы были очень осторожны с типами новых убеждений, которые вы собираетесь встраивать в людей.

ОБУЧЕНИЕ

Мне всегда казалось интересным, что, когда люди спорят о чем-то, не имеющем значения, они говорят:“Это академично”. Джона Гриндера и меня принудили оставить преподавание в Калифорнийском Университете, потому что мы учили старшекурсников делать в жизни разные вещи. В этом заключалась жалоба на нас. Сказали, что школа предназначена только для того, чтобы давать людям информацию про вещи.

Когда я был старшекурсником, единственные курсы, по которым я не успевал, были психология и ораторское искусство. Я завалил психологию с оценкой 1А и получил “Д” по ораторскому искусству! Каково в качестве шутки? НЛП — моя месть.

Общаясь с педагогами, я заметил, что люди, преподающие какой-либо предмет, могут быть очень компетентны в нем и много знать об этой конкретной области. Однако они обычно очень мало знают о том, как они этому научились, и еще меньше — о том, как научить этому кого-то другого. Как-то я пошел на лекцию по химии в класс начального уровня. Профессор предстал перед аудиторией в 350 человек и сказал:“Теперь я хочу, чтобы вы представили здесь зеркало, а перед зеркалом находится спиральная молекула ДНК, крутящаяся в обратном направлении”. Некоторые люди в комнате сказали:“Аххх!” Они стали химиками. Некоторые люди в комнате сказали:“А?” Они не стали химиками. Некоторые люди в комнате сказали:“Брр!” Они стали терапевтами!

Этот профессор понятия не имел о том, что большинство людей не может визуализировать так подробно, как он. Такой тип зрительного представления является предпосылкой успешной карьеры в химии, и это — навык, которому можно обучить людей, еще не знающих, как хорошо визуализировать. Но поскольку этот профессор предполагал, что все остальные уже могут делать то, что делает он, с большинством людей на своих занятиях он зря тратил время.

Большинство исследований процесса научения являются “объективными”. НЛП занимается исследованием субъективного опыта в процессах, при помощи которых люди чему-то обучаются. “Объективные” исследования обычно изучают людей, имеющих проблемы; НЛП изучает субъективный опыт людей, имеющих решения. Если вы исследуете дизлексию, то узнаете кучу всего о дизлексии. Но если вы хотите учить детей как читать — имеет смысл исследовать людей, которые могут читать хорошо.

Когда мы придумали название “Нейро-Лингвистическое Программирование”, множество людей сказало:“Это звучит как “управление мозгом” — как будто это что-то плохое. Я сказал:“Да, конечно”. Если вы не начнете контролировать и использовать свой собственный мозг, то вам придется просто бросить его на произвол судьбы. Это примерно то, на что похожа наша образовательная система. Двенадцать лет они трясут перед вами содержанием; если вы ему научились, значит, они вас ему научили. Существующая система образования неэффективна во множестве отношений, и я хотел бы обсудить некоторые из этих неэффективностей.

“Школьные фобии”

Одна из глубочайших проблем состоит в том, что множество детей уже испытало в школе неприятные переживания. Из-за этого определенный предмет — или школа вообще — становится сигналом, который запускает неприятные воспоминания, заставляющие ребенка плохо себя чувствовать. А вы, вероятно, замечали, что людям немногому удается научиться, когда они плохо себя чувствуют. Если реакция ребенка по-настоящему сильна, психологи даже определяют ее как “школьную фобию”. Плохое самочувствие в ответ на школьные ситуации можно быстро изменить посредством ряда техник, уже описанных и продемонстрированных нами ранее, но я хотел бы показать вам еще один очень простой способ сделать это.

У кого из вас есть неприятные ощущения в связи с математикой — дроби, квадратные корни, квадратичные уравнения и всякое такое? (Он пишет на доске длинную цепочку уравнений, и несколько человек стонут или вздыхают).

Наши рекомендации