Глава 67. Как следует судить
§ 1883. Согласно нашим кутюмам, никто не может быть судьей в своем суде и по своему делу по двум причинам: первая – та, что никакой человек никогда не может быть судьей в собственном деле...; вторая – что, согласно кутюмам Бовези, сеньор не судит в своем суде. Судят в его суде только его люди.
§ 1884. Если какой-либо человек с весом (a poi) собирается судить в суде своего сеньора, он должен просить последнего представить его пэрам, и тот должен это сделать...
§ 1910. Всякий раз, когда выносится приговор в отсутствие сторон, когда стороны не вызываются, чтобы выслушать решение, его следует повторить в присутствии сторон, с тем чтобы они могли впоследствии апеллировать в совет.
§ 1914. Как мы уже сказали, решение суда ничего не стоит, если оно было вынесено в отсутствие сторон; оно также ничего не стоит в том случае, если оно было вынесено против несовершеннолетнего и если этот несовершеннолетний не сможет апеллировать при достижении совершеннолетия.
§ 1920. Да знают все, что никто не имеет права отказаться от обязанности судьи, которые он несет по оммажу; но если у него на то есть какие-то законные основания, он может послать вместо себя [в суд] человека, могущего по своему положению его представлять.
Великий мартовский ордонанс[22]
(извлечение)
Указ, изданный после собрания трех сословий королевства Франции Лангдойля, содержащий многие постановления по различным вопросам.
Карл, старший сын короля Франции, и его наместник, герцог Нормандский и дофин Вьенский. Доводим до сведения всех настоящих и будущих, что по нашему приглашению были созваны и собирались в Париже несколько раз, а в последний раз в пятый день и в последующие дни только что истекшего февраля, три сословия королевства Франции [Лангдойля], а именно: архиепископы, епископы, аббаты, капитулы, принцы крови, герцоги, графы, бароны, рыцари и пр., и горожане – жители епископских резиденций, крепостей и других добрых городов, чтобы подать нам совет и оказать подмогу для освобождения нашего дорогого сеньора отца, чего мы желаем больше всего на свете; а также, чтобы подать нам совет и мнение относительно охраны, хорошего управления, попечения и защиты государства; чтобы с их совета и с их помощью мы могли с Божьей помощью сопротивляться и противостоять злым замыслам врагов и изгнать их из пределов государства, чтобы население впредь могло жить в мире и пользоваться полной безопасностью. ...Чтобы лучше обсудить наши просьбы, все улучшить и осуществить сполна, они собрались отдельно и имели большое суждение и совещание, разобрав прежде всего добросовестно и справедливо причины и обстоятельства, вследствие которых государство пришло в такой упадок, а подданные так много терпели и переносили такие бедствия; все произошло от того, что в прошлом мало боялись Господа Бога и святую Церковь, плохо служили им и плохо чтили их; правосудие плохо поддерживалось, осуществлялось и охранялось; государство управлялось людьми корыстными, жадными и нерадивыми, которые мало или совсем не думали об общественной пользе, а думали преимущественно о своей частной выгоде и о выгодах своих друзей, о том, чтобы потакать им и обогащать, исполнять пожелания и возвышать своих приближенных и своих креатур. Три сословия правильно решили, что такие большие недочеты, от которых страдает государство, могут быть вполне исправлены и уничтожены с помощью Божьей только при том условии, если те лица, которые так дурно управляли государством, будут совершенно устранены от управления, отставлены и удалены, а вместо них будут поставлены нами во главе правительства хорошие, честные люди, сведущие, рачительные и верные, и чтобы нами и другими судьями и должностными лицами государства впредь отправлялся, поддерживался и охранялся правый и справедливый суд, а всякие притеснения, вымогательства и незаконные поборы, которые взыскивались в прежнее время с народа всевозможными способами и путями, займами, правом захвата, соляным налогом и другими обложениями, а также порчей монеты и иначе, впредь были прекращены совершенно. Кроме того, три сословия решили, что, когда все эти дурные порядки будут совершенно уничтожены и вместо них установятся другие – праведные, справедливые и разумные, – они окажут большую подмогу для скорейшего освобождения нашего дорогого сеньора и отца и для ведения войны и сопротивления злым замыслам врагов, при условии определенных уступок по четырем требованиям их, на которые мы по их просьбе согласились и даровали им, и еще соизволяем и жалуем за их доброе решение и постановление в следующем порядке.
1. Мы желаем, безусловно, чтобы то, что депутатами и вами будет сделано по совету трех сословий относительно подмоги (aide), относительно реформ, относительно монеты и по другим вопросам, сообразно с инструкцией, составленной по этому поводу, равно как относительно должностных лиц и советников, нижепоименованных, которые были нам названы и которых мы сместили с занимаемых ими должностей, всецело и навсегда вошло в силу и не подвергалось ни каким-либо изменениям, ни отмене.
2. И чтобы эти подмоги (aide), субсидии, налоги были использованы исключительно на военные нужды, для которых они и были вотированы ввиду того, что некоторые лица пытались, следуя дурным советам, располагать ими и обращать их на другое употребление, отчего государство терпело большой ущерб, мы приказали и приказываем по совету трех сословий, а также обещаем сами верно соблюдать и заставить нашей властью соблюдать и охранять, чтобы все деньги, полученные от подмоги, которую три сословия решили и обещали предоставить на нужды войны, были всецело обращены на военные нужды...
...Кроме того, мы желаем, приказываем и соизволяем, чтобы эти деньги, доходы, прибыли и пени взимали и распределяли не люди сеньора короля и не наши люди, не казначеи или какие-либо иные должностные лица, а разумные, честные и состоятельные люди, получившие полномочия, избранные и назначенные для этого тремя сословиями, как на границе, так и в других местах, где придется их распределять. Этим доверенным лицам и депутатам мы предоставляем настоящим полную власть и авторитет делать это; эти доверенные лица (commis) и главные депутаты (deputes generaux) принесут присягу нам или кому мы прикажем и депутатам трех сословий или кому они прикажут; а провинциальные депутаты (deputes particuliers) точно так же принесут присягу перед местными королевскими судьями в присутствии одного или двух представителей от каждого из трех сословий над св. Евангелием, что ни для каких надобностей, каковы бы они ни были, они не отдадут эти деньги ни сеньору королю, ни нам, ни кому-либо другому, каковы бы ни были приказания, сделанные им по этому поводу, а только чинам армии или тем, кому будет поручено вербовать рекрутов в армию, чтобы обратить эти деньги на военные нужды, и чтобы это было твердо и нерушимо, и чтобы никто не пытался делать противное...
И если кто-либо по назойливости своей или как-либо иначе выпросит грамоту или приказание от нас или от кого-либо иного, противоречащую вышесказанному, мы повелеваем, чтобы главные и провинциальные депутаты (deputes generaux et particuliers), приемщики и другие лица, к которым эти грамоты и эти письменные приказания будут обращены, не были обязаны повиноваться этим грамотам и этим письменным приказаниям... ...Если случится, что они поступят иначе, мы тотчас же лишаем их навсегда и безвозвратно всех государственных служб и должностей и заключаем их в тюрьму, и мы представляем право людям трех сословий задерживать их и приказывать их задерживать во всяком месте, где они найдены, исключая священных мест убежища, и передать первому королевскому судье, которого они найдут, и заключать их в тюрьму, из которой они не могут быть выпущены и освобождены за уступку своего имущества, ни как-либо иначе, до тех пор, пока они не уплатят полностью и не возвратят все, что они отдали или истратили из этих денег или из доходов, прибылей и пени, которые на них получались. И если бы случилось, что кто-либо из должностных лиц сеньора короля, из наших или кого-либо иного, ссылаясь на письменное приказание или просьбу кого-либо, захотели силой их взять, мы желаем и приказываем, чтобы названные депутаты или приемщики оказали им силой сопротивление; если они для этого недостаточно сильны, мы представляем им право собрать и просить помощи у соседних горожан и у других, как им будет удобнее, чтобы достигнуть того, чтобы сила для сопротивления была на их стороне.
3. Главные депутаты, избранные сословиями для сбора подмоги (aide), Могут действовать только с общего согласия или, по крайней мере, чтобы шесть из них, по два лица от каждого сословия, были бы одного и того же мнения...
4. Мы обещали искренно, что за подмогу, которую вотировали нам три сословия, ни мы, ни наша возлюбленная супруга герцогиня, ни наши братья, ни сами, ни через казначеев, начальников счетных палат или других каких-либо должностных лиц нашего сеньора короля или наших не будем требовать или вымогать или прямо или косвенно, словами или как-либо иначе никого из людей трех сословий, кто бы они ни были, прелаты, клирики, дворяне или горожане, купцы и пр., давать нам денег или взамен их что-либо иное для какой бы то ни было нужды или необходимости; но мы желаем и приказываем, чтобы все такие поборы отныне были прекращены, и мы отказываемся от десятин, субсидий, соляной пошлины, тальи, от иных обложений и каких бы то ни было поборов... Мы уничтожаем все налоги совершенно и совсем отказываемся от всех десятин, пожалованных или которые будут пожалованы в течение того времени, когда будет собираться подмога (aide)...
5. Для того чтобы как можно лучше обдумать и принять надлежащие меры для ведения войны и чтобы не было и не могло быть никаких ошибок, мы приказали с согласия трех сословий, чтобы названные сословия вновь собрались в Париже в наличном составе или, прислав надлежащих уполномоченных в понедельник на ближайшей Фоминой неделе: мы потребуем посредством писем или письменных приказов от наших верных кузенов, герцога Бургундского, графа Фландрского и от населения их земель, от наших дорогих кузин, графини Фландрской и графини Алансонской и от населения их земель и от многих других дворян и горожан, которые не явились на настоящее собрание, чтобы в назначенный день, в понедельник на Фоминой неделе, они явились или прислали бы надлежащих уполномоченных, чтобы изъявить согласие и утвердить, поскольку это будет их касаться, установление подмоги (aide), с предупреждением, что если они не явятся и не пришлют уполномоченных, как было сказано, они должны будут подчиниться всему тому, что постановили присутствовавшие на собрании, и постановят разумно те, которые будут присутствовать на следующем собрании; кроме того, в указанный день три сословия могут увеличить, уменьшить, установить или изменить подмогу (aide) сообразно тому, как им покажется лучше; постановление будет сделано ими с общего согласия таким образом, что согласие двух сословий не может связать третьего; далее, так как подмога (aide) вотирована нам только на один год, а бремя войны очень велико и тягостно, и требуется постоянная забота и тщательное внимание, мы повелеваем с согласия трех сословий... что без всяких грамот и письменных приказов со стороны сеньора короля или от наших должностных лиц три сословия могут собраться в Париже или где-либо в другом месте, где им заблагорассудится, два раза или более, если окажется необходимым, после понедельника на Фоминой неделе до 1 марта 1357 г., чтобы обдумать и принять необходимые меры для ведения войны, осуществления ордонанса о подмоге (aide) и устройстве хорошего управления государством.
6. Впредь не будут получать помилования люди, совершившие тяжелые преступления, преднамеренные убийства, изнасилование девушек и женщин, поджоги, нарушение божьего мира...
7. Мы строго приказываем и предписываем всем судьям государства отныне и на все последующие времена: если кто-либо совершит преступление против короля и нас, против членов Парламента, членов Палаты расследований (Chambres des Enquetes) и Палаты прошений (Chambres des Requetes), против бальи, прево и всех прочих, чтобы они скоро и хорошо отправляли правосудие каждый в своей инстанции, отпуская тяжущихся как можно скорее и с наименьшими издержками, и чтобы они обращались с ними вежливо и дружественно, также и с бедными людьми, которые будут иметь к ним дело. И так как мы слышали, что многие тяжбы и процессы были слишком надолго отложены и просрочены палатой Парламента по вине некоторых из ее президентов, по дружбе, знакомству или недопустимому пристрастию, или же из-за ненависти, питаемой ими к тяжущимся, отчего многие подданные терпели значительные потери и убытки, ибо приговоры, которые должны бы были состояться 20 лет тому назад, до сих пор еще не постановлены – мы повелеваем, чтобы впредь члены Парламента, заседающие в Палате расследований (Chambres des Enquetes), собирались для заседаний с восходом солнца и как можно скорее, без всяких оговорок, разыскали бы сами или заставили разыскивать секретарей и писцов Парламента все процессы, старые и новые, по которым возможно сделать постановление; будут образованы две палаты, одна – чтобы решать тяжбы по докладам, другая – для выслушивания тяжущихся. Мы повелеваем, чтобы они поступили таким образом под страхом быть лишенными своих должностей и навлечь на себя гнев короля и наш...
8. Так как мы слышали, что население очень страдало и страдает как оттого, что должности прево, виконтов, секретарей и многие другие в прежнее время сдавались на откуп, отчего происходило много бедствий и много затруднений, так и оттого, что лица, которые держат эти должности на откупе, думают только о том, чтобы совершать незаконные притеснения и вымогательства у подданных, и многие из этих должностных лиц недостойны занимать эти должности, а также оттого, что бальи, сенешалы и виконты были судьями в тех областях, откуда они родом, – мы, желая показать добрый пример высшим судьям и прочим подданным, повелеваем, чтобы должности прево, сельских нотариусов, виконтов, секретарей и др., имеющих отношение к судопроизводству, впредь не продавались и не сдавались на откуп, а замещались лицами на жалованье и с согласия местных штатов и окрестного населения, и чтобы бальи, сенешалы и виконты не были судьями в тех областях, откуда они родом и в которых они имеют постоянное жительство; если таковые окажутся среди них, мы желаем, чтобы они были смещены, и мы сами смещаем их настоящим постановлением.
9. Запрещается впредь получать за преступления композиции...
10. Процессы должны рассматриваться в порядке списка дел, подлежащих слушанию...
13. До нашего сведения дошло по жалобам населения, что все лица, имеющие дело в Счетной палате, каково бы оно ни было – крупное или незначительное, – или наводящие справку о нем, никоим образом не могут ничего добиться и им приходится терять время и тратить деньги и уходить оттуда, ничего не сделав. Кроме того, в этой палате слишком много членов, получающих чрезмерные жалованья, что приносит большие убытки...
Мы, желая все это скоро и хорошо исправить... повелеваем следующее: мы и наш совет назначим определенное количество членов в эту палату, хороших, честных, разумных и сведущих, которые будут получать достаточное жалованье; они обязаны будут приходить в палату с восходом солнца; они принесут присягу над св. Евангелием, что хорошо и добросовестно будут разбирать дела просителей, в порядке очереди, не заставляя их терять времени, что будут исполнять все, что полагается им по должности...
16. ...Впредь запрещаются реквизиции хлеба, вина, съестных припасов, провианта, лошадей и пр., которыми злоупотребляли сеньоры и люди короля, без соответствующей компенсации по справедливой цене. Потерпевшие могут обращаться к судьям области, где произошел захват...
17. Так как многие в государстве так привыкли пользоваться правом реквизиций, что едва ли смогут от него воздержаться, мы желаем, обещаем, соизволяем искренно, что всякий может этому противиться силой и взять обратно отнятое у него без наказания и без штрафов, причем те, которые произвели реквизицию, будут рассматриваться как частные лица; если же те, у кого хотят взять, окажутся недостаточно сильными, чтобы оказать сопротивление захватчикам, они могут позвать на помощь своих соседей и соседних горожан, которые могут быть созваны криком, звоном колокола или как-либо иначе... чтобы оказать сопротивление захватчикам; если же они [захватчики] захотят поколотить, оскорбить или совершить насилие, можно от них защищаться таким же способом, не подвергаясь наказанию или штрафу; кроме того, они будут наказаны за это – те, которые силою захотят взять, – штрафом в учетверенном размере и могут быть преследуемы судом в том месте, в каком заблагорассудится тем, у кого они сделают захват...; захватчики не могут быть освобождены из тюрьмы и процесс их прекращен даже в том случае, если какое-либо значительное лицо заявит, что захватчик действовал по его приказанию и оно берет на себя ответственность за все...; захватчики будут наказаны, как за насилие, за воровство и похищение; вместе с тем местные судьи не будут оказывать им никакого снисхождения и никакой помощи... Если же по этому случаю возникнет судебное разбирательство, ссора или процесс против сопротивляющихся или против тех, которые вернут себе силою захваченное у них, их нельзя привлекать к суду королевского Совета, ни к суду дворецкого, лейтенантов, коннетаблей, маршалов или других судей или каких-либо должностных лиц, а только в обыкновенный суд[23]; королевский прокурор, занимающий свой пост в настоящее время, и его преемники по должности принесут присягу в том, что лишь только дойдет до их сведения о случаях реквизиции, строжайшим образом преследовать захватчиков, если даже со стороны потерпевших не последует иска и жалобы...
25. Так как лица, стоящие во главе управления водами и лесами, и некоторые другие стремятся изо дня в день распространить и увеличить существующие заповедные парки для дичи и приобрести новые, вследствие чего невозможно с выгодой обрабатывать землю и пашня останется необработанной, а если ее обрабатывают, то урожай гибнет или портится, мы повелеваем и соизволяем, чтобы все заповедные парки, устроенные и увеличенные за последние 40 лет, были совершенно уничтожены... кроме того, предоставляем каждому право в них охотиться, не подвергаясь за это никакому штрафу...
31. До нашего сведения дошло, что многие советники и чиновники короля отца и наши, как из Большого совета, так и другие, имеют обыкновение через посредников вести крупную торговлю, отчего товары нередко вследствие их злоупотреблений сильно повышаются в цене; и, что еще хуже, по причине их высокого положения и их авторитета, находится мало людей, которые осмеливаются устанавливать цены на товары, которые они или их посредники желают иметь или купить, отчего купцы терпят большой ущерб и обиду... поэтому мы повелеваем всем советникам и чиновникам короля отца и нашим, чтобы они ...впредь не занимались торговлей, ни обменом денег и не вступали бы в товарищества с другими, под угрозой лишиться товаров и подвергнуться другим тяжелым наказаниям...
33. Мы приказываем, чтобы было объявлено во всеобщее сведение, что под страхом телесного наказания и лишения имущества никто из дворян и других военных людей не может покинуть королевство во все время продолжения настоящей войны ни по какой причине, кроме как по постановлению суда или с разрешения короля.
34. Да будет объявлено во всеобщее сведение, что мы запрещаем под угрозой телесного наказания и лишения имущества всем дворянам и недворянам в течение всей настоящей войны начинать друг против друга войну, явную или скрытую, и подстрекать к войне; мы приказываем, чтобы если кто-либо сделает противное, местный судья, сенешал, бальи, прево или другие, созвав, если нужно, местных жителей, захватил зачинщиков войны и принудил их, безотлагательно посадив их в тюрьму и, наложив арест на их имущество, заключить мир и прекратить войну.
37. Мы приказали и приказываем, чтобы было обнародовано от имени сеньора короля и нашего и запрещено под угрозой повешения наемным войскам, королевским или чужим, проходя по стране, реквизировать, грабить и отнимать хлеб, вино, какие-либо съестные припасы или что-либо иное у подданных королевства, где бы они ни проходили и у кого бы то ни было; если они будут стремиться поступать иначе, мы желаем и приказываем, чтобы все оказывали им сопротивление силой против их насилий, всеми путями и способами, какие они найдут лучшими, призывая соседних горожан ударом в колокол или как-либо иначе, как им покажется целесообразнее; мы даем им право и власть делать это, предписываем и строго приказываем; также местные судьи должны предоставлять им свою силу, оказывать помощь и содействие, если в этом будет нужда и если к ним обратятся; если они этого не сделают, они будут строго наказаны и будут лишены своих должностей и обязаны будут возместить убытки добрым людям. Кроме того, мы желаем, чтобы такие грабители были наказаны так строго и жестоко, чтобы это послужило примером для всех, — как за грабительство и воровство.
38. Пусть будет обнародовано, что, если наемные войска придут и поместятся в гостинице, они могут оставаться в ней не больше одного дня после того, как они будут зачислены на жалованье; если они захотят остаться дольше, они будут удалены силой; их заставят идти на войну указанными выше способами, если они не приведут уважительной причины, о которой они должны довести до сведения местного судьи.
39. Принимая во внимание мнение и советы трех сословий, а именно – вести беспрерывную войну с нашими врагами на воде и на суше... обещаем искренно представителям трех сословий, что не заключим перемирия с нашими врагами иначе, как по их совету и с их согласия.
40. Мы приказали и приказываем, для того чтобы мы могли как можно скорее оказать помощь жителям королевства, пусть будет обнародовано, чтобы все люди вооружились по своему состоянию; те, которые этого не сделают, будут принуждены вооружиться; это принуждение по отношению к светским людям будет исполнено высшими судьями и мэрами добрых городов в их землях; а по отношению к церковным людям и к клирикам – обыкновенными судьями церкви.
41. Так как депутаты трех сословий сделали нам представление и показали очень почтительно, что в прошлом многому было дано употребление, совершенно несоответствующее назначению, посредством чрезмерных и бесполезных дарений, сделанных людям, которые не были ни достойными, ни достаточно значительными, чтобы получать такие чрезмерные дарения, и что эти дарения, если придерживаться разумной точки зрения, не могут и не должны быть за ними закреплены, то они просили нас, чтобы мы эти дарения отобрали назад и присоединили и обратили их снова в состав домена французской короны, часть которого они составляют; так как они обратились к нам, как к наместнику нашего возлюбленного сеньора отца и к правителю всего королевства, мы, всегда преисполненные желания увеличить честь и достоинство французской короны и хранить их на надлежащей высоте и в должном порядке, обещали и обещаем искренно депутатам трех сословий, что мы будем поддерживать, охранять и защищать всеми нашими силами величие, честь, достоинство, вольности французской короны и все домены, которые ей принадлежат и могут принадлежать, и что мы не будем отчуждать и не допустим отчуждения по нашей воле этих доменов. Кроме того, мы им обещали и обещаем искренно, что если что-либо из этого домена или что-либо, являющееся по своему существу и по своим свойствам, относящимся к домену, было отнято, отчуждено, отделено или обменено каким бы то ни было образом, со времени короля Филиппа Красивого, мы будем добиваться и употребим всю нашу власть чтобы все было возвращено и опять присоединено к домену, исключая того, что было дано и вручено святой Церкви и Господу Богу должным образом, без ущерба для кого бы то ни было, или дано в результате выделения должной части кому-нибудь из принцев крови, или какое-либо иное дарение сделано им, или дано в виде выделения вдовьей части, или в виде вознаграждения за другое наследство, без всякого обмана и лжи. Что касается других лиц, которые не являются принцами крови и которым могли быть сделаны дарения, у них они будут отобраны лишь после тщательного обсуждения и совета, потому что может оказаться, что эти люди таковы, что вполне того заслужили и достойны того, что они получили, так что было бы несправедливо отнимать у них сделанные им пожалования; с другой стороны, могут быть и такие люди, которые так дурно используют сделанные им пожалования, что вполне справедливо и честно отнять их обратно; у таковых мы немедленно их отнимаем и совершенно аннулируем. 42. Так как в прежнее время многие советники государства относились небрежно к управлению государством и поздно приходили на службу, а, придя, мало работали, мы в предотвращение сего приказали строго всем и каждому из членов Большого совета, которых мы оставили, избрали и утвердили по совету и с одобрения трех сословий, чтобы впредь в той отрасли управления, которую мы им доверим, они разобрали и позаботились обо всех отложенных делах, и мы приказали им принести в этом присягу над св. Евангелием. Сверх того, мы им приказали, чтобы ежедневно, около времени восхода солнца, они приходили в назначенное им место и обсуждали, что должно быть спешно исполнено в этот день, выбирая, рассматривая и оканчивая самые крупные и трудные дела; затем мы им приказали, чтобы они заканчивали по порядку все дела, за которые они возьмутся; и когда они примутся или начнут одно дело, – чтобы они доводили его до конца, прежде чем перейдут к новому, если только они не увидят вполне добросовестно, что произойдет большой вред от задержки нового дела и большая польза от его продвижения; и приказали им, чтобы в таком случае они извещали нас об этом, если им кажется, что хорошо необходимо так поступить.
43. Мы приказали им принести присягу в том, что они будут заниматься и разбирать исключительно дела, относящиеся к управлению государством и общественной пользе, а не относящиеся к их частной выгоде или к выгоде их друзей; а чтобы они лучше и прилежнее могли ими заниматься, мы назначили и установили большое вознаграждение и жалованье, совершенно достаточное для занятия этой должности; мы приказали, что кто опоздает прийти в совет рано утром в назначенный час, тот лишится вознаграждения за весь этот день; а если он обычно это делает, он будет лишен должности и исключен из Большого совета, если он не приведет достаточных, извиняющих его, обстоятельств...
48. Мы прикажем канцлеру, членам совета и другим чиновникам и советникам нашим принести присягу над св. Евангелием в том, что они не будут заключать между собою союзов или вступать в заговоры; мы запретим им это строго, под угрозой быть навсегда лишенными государственных должностей в случае, если они будут поступать иначе.
49. Ради расположения к нашим добрым подданным и за великую преданность, которую они показали в прошлом и проявляют в настоящем, чтобы показать им добрый пример, а прелатов, принцев и баронов королевства побудить умерить свои расходы, и чтобы прекратить впредь излишние траты на роскошь для нас и для них, мы обещали сократить расходы на содержание нашего двора и двора нашей любимой супруги герцогини; также поступят наши любимые братья, ваш любимый дядя герцог Орлеанский, наши любимые кузены, графы Алансонский и Этампский, и прочие принцы крови; мы поручили заботу о нашем продовольствии и о продовольствии вышепоименованных лиц людям хорошим, рассудительным, честным и сведущим в этом деле; кроме того, мы строго приказали нашим дворецким и заведующим продовольствием, чтобы они аккуратно оплачивали то, что они будут покупать для нас, а также дворецким и
заведующим продовольствием нашей дорогой супруги герцогини; а также мы повелели и просили всех вышепоименованных принцев крови, чтобы они отдали такие же приказания своим людям и заставили их таким же образом поступать.
50. До нашего сведения дошло и подтверждено жалобами представителей трех сословий, что очень многие люди испытывают много волнений и беспокойств от преследований за долги ломбардам – ростовщикам, как со стороны комиссаров, назначенных для этого нашей дорогой королевой Бланш, так и со стороны чиновников, назначенных после нашим дорогим королем отцом и нами; такие дела ведутся в судах и теперь еще изо дня в день; должников заставляют приходить из отдаленных местностей в Париж и подвергают их многим беспокойствам и притеснениям, вызывая их в суд и в разные дни; так что многие из них, чтобы избежать этих беспокойств и притеснений, уплатили столько, сколько с них вовсе и не причиталось, и, что еще хуже: некоторые ордонансы, справедливые и разумные, изданные королем, согласно которым по истечении определенного времени, а именно после десяти лет, долги совершенно погашались, так что никто не мог уже преследовать за эти долги ни путем продажи имущества, ни путем предъявления иска судебным порядком, некоторые чиновники, вследствие неправильного и недоброжелательного понимания, совсем неудовлетворительно и неразумно разъясняли и толковали эти ордонансы. Мы, желая прийти на помощь в этих случаях, приостанавливаем настоящим распоряжением все дела, иски и судебные разбирательства по долгам ломбардам до понедельника ближайшей Фоминой недели...
52. До сведения нашего дошло, что некоторые лица, присутствовавшие на прошлом собрании трех сословий в Париже около дня св. Ремигия и на следующем собрании, 5 февраля, и которые прибудут на последующие собрания, подверглись или могли подвергнуться насилиям со стороны некоторых должностных лиц, которые служили при короле отце и при нас; эти должностные лица хотели, если бы были в состоянии, их побить, ранить или убить; поэтому эти лица, которые присутствовали на прошлых собраниях и прибудут на последующие собрания, имеют достаточные основания опасаться с их стороны нападений, и просили нас, чтобы мы оказали им помощь. Мы, желая, во что бы то ни стало охранять их и предоставить им полную безопасность и помощь против их недоброжелателей, доводим до всеобщего сведения, что мы берем названных лиц под особую и специальную охрану короля отца и нашу. Сверх того, мы предоставляем каждому из них право для безопасности, защиты и охраны их жизни проходить по всему королевству в сопровождении вооруженных людей, числом до шести, каждый раз, как они найдут это нужным, и никто не может их арестовать или оскорбить, а все население должно их охранять. И мы повелеваем всем судьям королевства, сенешалам, бальи, прево и другим, чтобы они предоставили им и их конвою проходить всюду, где им угодно, не делая возражений и не чиня препятствий по поводу ношения ими оружия. Кроме того, мы желаем, чтобы бальи и другие судьи оказывали им помощь и содействие в вышеуказанных случаях, если это понадобится и если к ним обратятся...
61. Все вышеизложенные постановления и каждое из них в том виде, как оно изложено, мы соизволяем, жалуем, утверждаем и одобряем настоящим указом по нашему разумению – и по нашей особой милости и в силу вышеупомянутого права и авторитета, невзирая на некоторые указы, обычаи и права, которые находятся с ними в противоречии и которые мы устраняем и совершенно отменяем.
Саксонское зерцало[24]
(извлечение)
«...И право то, что здесь дано,
Не выдумано мной оно,
А с давних пор от предков перешло...
Названье примет пусть оно «Зерцало Саксов» от того,
Что право саксов в нем дано,
И чтоб его правдиво отражало,
Как образ женщины зерцало»[25].
Земское право (Landrecht)
Книга первая
Статья 1
Два Меча предоставил Бог земному царству для защиты христианства. Папе предназначен духовный, императору – светский. Папе предназначено ездить верхом в положенное время на белом коне, и император должен держать ему стремя, чтобы седло не сползло. Это значит: кто противится папе и не может быть принужден церковным судом, того император обязан принудить при помощи светского суда, чтобы был послушен папе. Точно так же и духовная власть должна помогать светскому суду, если он в этом нуждается[26].
Статья 2
§ 1. Каждый христианин обязан по достижении им совершеннолетия участвовать трижды в году в церковном суде в том епископстве, где он проживает. Свободные же люди бывают трех родов: люди, могущие быть шеффенами[27], которые должны участвовать в епископском суде, чиншевики[28] в суде пробства и поселенцы [ландзассы][29] в суде декана [архипастыря].
§ 2. Равным образом они должны участвовать в светских судах. Шеффены – в суде графа через каждые 18 недель по королевскому приказу [банну]. Если же суд по поводу преступления назначается через 14 ночей после очередного суда[30], то [шеффены] обязаны в нем участвовать для того, чтобы осуществить суд над преступлением. Тем самым они оправдали свою земельную собственность перед судьей, и, таким образом, их земельная собственность свободна от судебной повинности[31].
§ 3. Чиншевики тоже обязаны на основе их земельной собственности участвовать в суде шультгейса[32] через каждые шесть недель после вызова. Из их среды должен быть избран судебный исполнитель, если [прежний] судебный исполнитель умрет.
§ 4. Поселенцы [ландзассы], не имеющие никакой земельной собственности в данном месте, обязаны участвовать в суде го-графа[33] через каждые шесть недель.
Статья 3
§ 1. Origines[34] предсказывал в свое время, что должны быть шесть веков, каждый век по тысяче лет, а на седьмом веке мир должен погибнуть. Так вот, нам известно из Священного Писания, что с Адама начался первый век, с Ноя второй, а с Авраама третий, с Моисея четвертый, с Давида пятый, с рождением Христа – шестой. В седьмом мы живем без определенного счета.
§ 2. Равным образом установлено семь военных щитов[35], из которых королю принадлежит первый; епископам, аббатам и аббатисам – второй; светским князьям – третий, если они становятся вассалами епископов; сеньорам[36] – четвертый; лицам, могущим быть шеффенами, и вассалам, – пятый, а их вассалам – шестой. Как христианства в седьмом веке в точности не знает, как долго этот век будет существовать, точно так же и о седьмом щите неизвестно, имеет ли он ленное право и военный щит[37]. Шестой щит превратился в седьмой благодаря тому, что светские князья стали вассалами духовных князей1, чего раньше никогда не было. Как феодальная лестница кончается на седьмом щите, точно так же и родство заканчивается седьмой степенью2.
§ 3. Далее заметим, где родство начинается и где оно кончается: в голове находятся муж и жена, которые соединены законным браком. Место шеи занимают дети, если они полнородные, происходят от того же отца и той же матери. Неполнородных [единокровных или единоутробных] отодвигают в следующую часть тела. Если, однако, два брата женятся на двух сестрах, а третий брат на сторонней женщине, то их дети все же равны при получении наследства, если они равного рождения. Дети полнородных братьев находятся там, где плечи сходятся с руками; равным образом и дети сестер. Это первая степень родства, которую причисляют к родным, – дети братьев и дети сестер3. В локтевом суставе находится вторая [степень родства]4. В запястье – третья. В первом суставе среднего пальца – четвертая. Во втором суставе – пятая. В третьем суставе среднего пальца – шестая степень родства. На седьмом месте находится ноготь, а не сустав, поэтому здесь кончается родство, и его называют ногтевым родством. Те, которые находятся между головой и ногтем и могут причислить себя к одинаковой степени родства, получают наследство в равной доле. Кто может причислить себя к более близкому родству, тот прежде получает наследство5. Родство кончается на седьмой степени для наследования, хотя папа разрешил брать жену в пятой степени родства. Но папа не может устанавливать никакого права, которое ухудшало бы наше земское или ленное право.
Статья 4
На уродов6 и на карликов не переходит ни наследство, ни лен, равно как и на детей-калек. Наследники и их ближайшие родичи должны тогда принять на себя попе<