Свет в творчестве Луиса Кана
Серьезное отношение Л. Кана к свету определяется тем, что он фундаменталист. Исследуя природу архитектуры, он приходит к закономерному выводу о том, что свет одна из основных составляющих архитектуры. Он стремится к тому, чтобы выбору формы соответствовал выбор системы освещения. Он писал [5, с. 537]: «… когда я выбираю характер структуры, требующей колоннаду, он представляется мне как ритм появления и исчезновения света, свет – нет света – свет. Свод и купол – это тоже выбор характера света. Сделать квадратную комнату – значит осветить её так, чтобы подчеркнуть в своем бесконечном разнообразии ее квадратный характер. Осветить – это не просто сделать отверстие в стене или раздвинуть балки, несущие кровлю…». Особенно велика в его концепции роль естественного света для интерьера. Меняющийся в течение дня, сезона, года свет заставляет вибрировать внутреннее пространство, создавая ощущение мира внутри мира.
Он преодолевает слепой культ как горизонтальных, так и вертикальных окон. Он не связывает себя с эстетическими традициями, а следует требованиям жизни. Окно в его постройках становится гибким и многофункциональным инструментом организации внутренней среды. В то же время он всегда стремится не к максимальному, а к необходимому освещению.
Т-образные окна в типографии издательства «Трибюн Ревью» в Гринсберге (1956-1961 гг.) (рис. 5, 6) обеспечивают достаточное освещение интерьера и вместе с тем его защиту от солнца. Широкая горизонталь окна, приподнятая к потолку, дает возможность свету проникнуть вглубь помещения. Узкое вертикальное окно, сопоставленное с широкими массивами стен, создает ощущение ритма «свет – нет света». Одновременно с этим вертикальная прорезь выполняет функции зрительной связи интерьера с внешней средой.
Защита от прямого света осуществляется Каном также с помощью углубления проемов. В Унитарной церкви в Рочестере (1959-1962 гг.) (рис. 7, 8) сложная система выступов и отступов затеняет и, наоборот, открывает проемы.
Обычно колонны служат рамкой для освещенных мест. Но если колонны пустые внутри, они могут стать носителями света. Цилиндры, врезанные в стены синагоги в Филадельфии (1962 г.) (рис. 9, 10), становятся своеобразными световыми диффузорами. Улавливая свет через небольшие застекленные окна в наружной части цилиндров, они рассеивают его и направляют внутрь церкви через арочные проемы верхней части цилиндров.
Кондиционирование воздуха позволяет интерьеру менее зависеть от внешней среды. Стремясь овеществить связь здания с окружением, Кан отказывается от искусственного климата. Не признает он и обычных солнцезащитных устройств, которые могут быть навешены на любую коробку.
Задача защиты от солнца в условиях жаркого климата, основанная на традициях, получает у него яркую индивидуальную трактовку. Одна из интересных в этом отношении построек – Консульство США в Луанде (Ангола 1959 – 1962 гг.). Здесь для получения нужного светового климата он используют дополнительные стенки-экраны, которые располагает на некотором расстоянии от основных проемов. Стенка-экран, которую Кан назвал
Рис. 5. Здание типографии «Трибюн Ревью»
Рис. 6. Интерьер типографии «Трибюн Ревью»
Рис. 7. Унитарная церковь в Рочестере
Рис. 8. Интерьер Унитарной церкви в Рочестере
Рис. 9 . Синагоги в Филадельфии
Рис. 10 . Интерьер синагоги в Филадельфии
руиной, ограждает зону у окна от прямых солнечных лучей. Эта часть помещения освещается лучами, отраженными от внутренней стены помещения, куда солнце проникает через верхнее отверстие в экране. Этим не ограничиваются функции стен-экранов (рис.11,12). Между ними и основными стенами возникают токи воздуха, которые проветривают помещения. Для защиты от солнца он создает также вторую кровлю, независимую от основной. Материалом для нее служит светопреломляющая черепица. Она образует своеобразную решетку, которая пропускает дождь, но не пропускает солнце.
Менее убедительным представляется использование приема стены-руины в комплексе Института биологических исследований им. доктора Солка в Сан-Диего (1959-1970 гг.) (рис.13). Части этого сооружения цилиндрической формы охвачены прямоугольными стенами, части прямоугольной конфигурации – круглыми. Тем самым в каждой отдельной зоне стены экраны образуют вторую замкнутую и законченную по композиции оболочку, которая слабо связана со своим ядром. Для целостности композиции было бы необходимо взаимопроникновение внешних стен внутрь и внутренних – наружу.
В комплексе Института управления в Ахмадабаде (Индия) он в полной мере использует весь свой опыт в создании оптимального светового климата. Проникновение света внутрь здания решается здесь особенно сложно. Через арочные проемы в заглублениях свет попадает в коридоры и только через них, тоже сложным путем – в центральную зону.
Одно из самых известных произведений Л. Кана – Художественный музей имени Кимбелла в Форт-Уэрте (Техас). Выбор конструктивной структуры и способа освещения хорошо решают задачу создания специфического освещения. Пять цилиндрических сводов, простершихся над равнинной местностью Форт-Уэрта, образуют галереи, конторские и складские помещения (рис.14). Шестой свод открыт и заканчивается портиком, обращенным на улицу. Солнечный свет просачивается внутрь сквозь длинную щель в тех местах покрытия, где соединяются половинки сводов. Таким образом замок свода, освобожденный от своей конструктивной функции, становится линией света, идущей из одного конца свода в другой. Свет рассеивается посредством перфорированного отражения, подвешенного на перекладине. Кривизна скорлупы и диффузора полностью обусловлены направлением лучей света. Свет омывает бетонную поверхность кольцеобразных цилиндров, нежно смешиваясь с отражением теплых тонов от пола из белого дуба. На картинах музея нет блеска отражения. Даже когда в течение дня солнце движется, свет и освещение помещений меняется плавно.
Рис. 11. План и разрез Консульства США в Луанде
(Ангола 1959 – 1962 гг.)
![]() | ![]() |
Рис. 12. Фрагменты здания с показом стен - экранов |
Рис.13. Институт биологических исследований
им. доктора Солка в Сан-Диего (1959-1970 гг.) Макет.