Давай поговорим завтра рано утром в Мелвуде
Луис, что за дела? Надо всё выяснить до конца.
Случай, чувак, мне тренер наврал, и клуб мне наврал.
Я хочу помочь и тебе, и клубу разобраться с этим.
Луис написал ещё несколько смс, и было видно, что он сильно волнуется, так как фразы были на всё более ломаном английском. Я написал:
Давай поговорим завтра рано утром в Мелвуде.
Хорошо, Стиви.
С утра в пятницу капитану «Ливерпуля» и его изгнаннику было не так просто встретиться в Мелвуде. Луису велели приходить лишь к обеду, когда все закончат утреннюю тренировку. Но для меня откровенный разговор был важнее всех этих запретов, правда, тренера я об этом предупредил.
«Слушай, - начал я. - Я не стану помогать тебе уйти, потому что считаю твоё решение неправильным».
Притихший Луис внимательно слушал меня.
«Скажу честно, тебе нужно остаться ещё на один год. Если ты продолжишь играть, как играл до этого, клубы, которые действительно хотят купить тебя и дать тебе то, чего ты заслуживаешь, никуда не денутся».
«А если денутся?» - просто спросил Луис.
«Сейчас кто-то связывался с тобой?»
«Ну, они обозначают активность. Правда, Мадрид купил Бэйла, и я не думаю, что «Барселона» готова сделать предложение. Но они интересуются мной».
Я сказал Луису, что, если «Реалу» и нужен игрок, то они всегда возвращаются со своим предложением - это из моего личного опыта. С «Барселоной» то же самое. Если они заинтересованы в нём сейчас, интерес не пропадёт и к следующему лету. Мне можно верить в этом плане - я это уже проходил с «Челси» и с «Реалом».
Я заговорил прямо: «Я не хочу, чтобы ты уходил в «Арсенал». Я не хочу выходить на поле против тебя. И я понимаю, что «Арсенал» будет выше нас в таблице, если ты перейдёшь туда, это факт. Я хочу, чтобы ты был честен со мной, Луис. Ты действительно хочешь уйти из «Ливерпуля» в «Арсенал»? Или хочешь уйти из «Ливерпуля» в суперклуб?»
Луис замялся: «Что ты имеешь в виду под суперклубом?»
«Ну… если спросить наших болельщиков, то ответ очевиден. Но будь я на твоём месте, я бы ушёл только в два клуба - «Реал» или «Барселону». Я знаю, ты и сам так думаешь».
Молчание Луиса означало, что я попал в точку. Он начал слушать очень внимательно. Я продолжал: «У меня была возможность перейти в «Реал», но я отказался. Но со мной другая история - мне важно играть перед своими болельщиками именно в Ливерпуле, они мои родные».
Луис кивнул - он понимал, о чём я говорю. Я продолжал убеждать, сказал, что переход в «Реал» или «Барселону» был бы для меня рискованным - ведь у меня молодая семья. Но я понимал, что для него, южноамериканца, Испания будет как второй дом - особенно, Барселона. Его жена жила там много лет, а его дети говорят по-испански.
Но я не останавливался и продолжал: «Если ты останешься у нас ещё на один сезон, то получишь предложения от клуба явно лучше «Арсенала». Луис смотрел на меня, а я продолжал: «Слушай, чувак, переход в «Арсенал» - это бессмысленно для нас, для наших болельщиков и для тебя. Если кто-то советует тебе сделать это - то это плохой совет».
Луис не нашёл, чем возразить. Он не говорил: «Арсенал великий клуб, и я за них с детства!»
Он знал, что может мне доверять. Мой план был прост: забыть про «Арсенал», отыграть ещё год и попробовать выиграть чемпионат. А потом мы посмотрим, стоит ли «Ливерпулю» уступать тебя, когда «Реал» или - что более вероятно - «Барса» - вернуться с предложениями.
Мы уже почти договорились, но был ещё один важный пункт. Я спросил, согласен ли он встретиться с Бренданом. Луис протянул руку, чтобы пожать мою и сказал: «Хорошо, Стиви». Я отправил смс Роджерсу:
Я договорился с Луисом. Кажется, вариант найден. Но надо всё сделать без косяков, ибо он злится. Устроим встречу?
Брендан согласился, и я договорился о времени. Той же ночью Луис написал мне снова. Он хотел встречаться с Бренданом только вместе со мной.
«Луис хочет, чтобы я присоединился», - написал я Брендану.
«Я бы тоже этого хотел», - ответил мне тренер.
На следующий день мы втроем уселись на кожаные диванчики в кабинете тренера. Было немного неловко. Мы все улыбались, но улыбка Луиса в адрес Брендана выглядела какой-то опасной. Пожалуй, Брендан не был уверен, как сложится наш разговор. Я хотел быть лишь третьей примиряющей стороной в этот важный момент.
Луис был готов ляпнуть то, что Брендану совсем бы не понравилось. Мне он много раз повторял, что считает тренера обманщиком. Но я надеялся, что всё образуется. Брендан с пониманием относится к игрокам. Он в этом почти противоположен Рафе Бенитесу - нашему тренеру, с которым мы играли в двух финалах Лиги чемпионов. Рафа блестящий тактик, когда дело касается побед на футбольном поле, но вот в личных отношениях он холоден как лёд. И мне нравилось, что Брендан более дружелюбен. И вообще, до всех этих событий с трансфером, он относился к Луису и ко мне с большим уважением. Оно и понятно: я капитан, а Луис - лучший игрок.
Разговор сложился сам собой, Брендан понимал, о чём речь. Я допускал мысль, что ничего не выйдет, потому что не знал, о чём он уже успел поговорить с владельцами. Я не знал, что там написано у Луиса в контракте. Но наш разговор был максимально продуктивным: мы договорились именно о том, о чём я ранее говорил Луису. Брендан сказал, что хочет, чтобы Луис вернулся в команду - и Луис обещал, что будет тренироваться по полной. Мы все пожали друг другу руки, и Брендан пообещал, что поговорит с владельцами, чтобы разрешить трансферный вопрос.
На выходе из офиса я чувствовал облегчение. Кажется, у нас был шанс всё исправить.
Мы смогли это проверить на нашей первой же тренировке, когда вернулись с матчей сборных: Луис был опять в строю. Он как раз прилетел из Японии, где играла товарищеский матч сборная Уругвая. Я же в это время играл за Англию в победном матче с шотландцами (3-2) на «Уэмбли”.
Меня немного тревожили неоднозначные сообщения из СМИ об уходе Луиса. Сначала я с облегчением прочитал интервью Луиса уругвайской газете, где он сказал, что пересмотрел свою позицию: «С этого момента, благодаря заботе очень многих людей, я принял решение остаться в «Ливерпуле». Но через день после матча - Уругвай выиграл у Японии 4-2 - японская газета напечатала слова Суареса: «Я ничего такого не говорил… Может быть, эти слова просто приписали мне».
Если бы Суареса опять оставили бегать одного на тренировочном поле, я бы этого не перенёс. Все были рады снова его видеть, особенно наши испанцы и латиноамериканцы. Луис и Лукас Лейва были надеждой и опорой всех наших испаноговорящих игроков. Они все переживали за Луиса и хотели, чтобы он поскорее вернулся. Я чувствовал, что они ждали от меня разрешения всей этой ситуации. Но Лукас тоже сыграл существенную роль в том, что Луис остался. Лукас вообще классный парень, я его обожаю.
Тренировки начались с самого утра пятницы, 16 августа 2013 года. Я тщательно наблюдал за Луисом. После всех противоречивых сообщений в прессе я не был на сто процентов уверен, что он остался верен «Ливерпулю». Но я ошибался. Луис вгрызся в тренировки как гладиатор. Он носился и летел в подкаты, финтил и уносился прочь, напоминая всем нам, как мы по этому скучали. Было здорово вновь видеть его мастерство и страсть, которые не уступали в крутизне его работоспособности.
Мы с Бренданом не переставая обменивались многозначительными взглядами, а иногда не могли удержаться от улыбки, когда наблюдали за Луисом.
Суарес был снова с нами. И с нами был прежний «Ливерпуль», и я вместе с ним. Неожиданно, прямо на пороге нового сезона, к нам вернулась надежда и радость.