Сокровища на земле и на небе (6:19-21).
19 Не собирайте себе сокровищ на земле, где моль и ржа истребляют и где воры подкапывают и крадут, 20 но собирайте себе сокровища на небе, где ни моль, ни ржа не истребляют и где воры не подкапывают и не крадут, 21 ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше.
Эти высказывания Иисуса Христа в целом прозрачны и понятны. Они обращены к человеческому здравому смыслу. Сердце человека ищет сокровища, обладание которым делает его счастливым. И разумеется, Господь вовсе не хочет лишить Своих учеников этого счастья. Вот только они не должны собирать такие сокровища, которые могут быть с легкостью утрачены. В церковнославянском переводе читаем несколько иначе: «Не скрыва1йте себL сокро1вищъ на земли2, и3дё1же че1рвь и3 тля2 тли1тъ, и3 и3дё1же та1тiе подко1пываютъ и3 кра1дутъ». Смысл не меняется: моль, ржавчина, червь, тля – не все ли равно? Слушая Учителя, Его ученики вспоминали слова Господа Бога, сказанные через пророка Исаию, об одежде, съедаемой молью как символе тленности в противоположность вечным и непреходящим ценностям Божественным – спасению и правде Божией (Ис 50:9; 51:8). Ну а что касается воров, то они крадут еще более дорогие вещи – золото, драгоценные камни (а в нашем случае, возможно, и бумажные деньги, ценные документы или еще чего-нибудь более современное), для чего они и делают подкопы, проламывают стены или вскрывают сейфы – история стара как мир. Все это может быть утрачено в один момент. В новозаветном Послании апостола Иакова появляется та же мысль, высказанная явно под воздействием Нагорной проповеди: «Богатство ваше сгнило, и одежды ваши изъедены молью. Золото ваше и серебро проржавели, и ржавчина их будет свидетельством против вас» (Иак 5:2-3). Мы, конечно, знаем, что золото не ржавеет, тем более какие-нибудь электронные деньги. Но это не важно. Образ понятен без подробностей.
Разумеется, бывают и откровенно болезненные проявления накопительства, как в случае сказочного Кощея бессмертного, шекспировского Шейлока из «Веницианского купца», пушкинского Скупого рыцаря или гоголевского Плюшкина. Но Иисус говорит не о психопатологии, а об обычных людях своего окружения. За Его словами стоит мысль о том, что собирание и накопление земных богатств происходит от стремления людей обезопасить себя. Им кажется, что богатство предохранит их самих или их наследников от забот в будущем. Господь же говорит, что все наоборот: сокровища являются источником заботы, так как богатство постоянно подвержено опасности утраты. Его приходится неустанно беречь и охранять. Богатство может не освободить, а поработить человека. Как писал св. Иоанн Златоуст, «такой человек впадает в рабство, более тяжкое, чем рабство всякого раба, и, что всего гибельнее, произвольно отвергает благородство и свободу, свойственные человеку»[95].
Говоря о «небесном сокровище» Иисус следует традиции. Ведь иудеи приветствовали благочестивые, богоугодные дела, за которые вознаградит Бог: твои благие дела будут копиться на небе как сокровища. В разговоре с богатым и благочестивым юношей Иисус Христос сам говорит понятные Его окружению слова о милостыне: «Пойди, продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах» (Мф 19:20). И, тем не менее, наставление Иисуса радикально отличается от популярных среди иудеев представлений. Они считали земное богатство благословением Божиим, и потому не видели никакого противоречия между собирательством земных и небесных сокровищ. Согласно их вере, благодаря делам благочестия, таким как милостыня и прочие проявления милосердия, человек приобретает себе небесный капитал, который ему приносит, так сказать, земной процент. Именно поэтому богатый юноша отказался раздать всесвое богатство, ибо тем самым он, по его убеждению, оскорбил бы Бога, Который дал ему это богатство за его праведность. В этом глубокое отличие иудейских высказываний о небесных сокровищах от слов Иисуса Христа, Которому была абсолютно чужда мысль о «земном доходе» за дела милосердия и любви.
Формально с поучением Иисуса более сходны мысли древнегреческих философов. Вот, например, отрывок из «Воспоминаний о Сократе» Ксенофонта (431-355 до РХ). Сократ говорит своему собеседнику: «Клянусь Герой, – сказал Сократ, – я в восторге от тебя, что ты предпочел серебру и золоту сокровища мудрости: видно, ты убежден, что серебро и золото не делают человека нисколько лучше, а вот мысли мудрецов обогащают добродетелью того, кто ими владеет»[96]. Живший значительно позже стоический философ Эпиктет (55-135 РХ) в своих «Беседах» тоже противопоставлял качества человека, связанные с его биологией и инстинктами таким духовным и нравственным ценностям как мудрость, дружба, честность, совесть, преданность прекрасному[97]. Однако ведь как биологическая, так и духовная жизнь, о которых говорили философы, относились к земной жизни человека. Здесь нет, как в Евангелии, противопоставления небесного и земного. Для Иисуса Христа, – и это отличает Его учение и от иудейства, и от языческой философии, – сокровище – это жизнь вечная, заключающаяся в общении с Богом, пребывание в Его свободе и любви.
«Где сокровище ваше, там будет и сердце ваше». Этот афоризм говорит о том, что невозможно одновременно прилепляться сердцем к земным и небесным сокровищам. «Сердце» в библейской антропологии, – не орган чувств как принято считать у нас. «Сердце» в Писании выступает синонимом ума, помыслов. А человеческие помыслы всегда устремляются к самому ценному для человека. Кто отдает себя земным заботам и охране своего богатства, того сердце приковано к земле. Но кто направляет свои помыслы к небесному сокровищу в Боге, у того и сердце с Богом.
Заканчивая разбор этого отрывка, уместно сделать одно предупреждение. Многие люди, не воспринимая особенностей живой и яркой афористичной речи Иисуса Христа, наивно-рационально понимают всё буквально. Но так можно разумные мысли Господа довести до абсурда. Мол, сказано «не собирать», «не заботиться о завтрашнем дне», – значит надо послушно отказаться вообще от всякой трудовой деятельности! Ведь так или иначе, а работа приносит пусть и не очень большой, но какой-то запас на завтра. Ну, разумеется, речь Иисуса не об этом. Он же не был каким-то киником типа Диогена Синопского (412 – 323 до РХ), который в своем эксцентрическом юродстве поучал людей, сидя в своей бочке. И мы, имея элементарный здравый смысл, не должны переносить справедливые предостережения от порабощающей заботы о материальном благе на совершенно неизбежные повседневные финансовые, хозяйственные и политические меры разумной предусмотрительности и нормального обеспечения себя и своих ближних, перед которыми мы чувствуем свою ответственность. Трудно представить себе, что Иисус Христос, Который до Своей публичной деятельности жил в доме Своего законного отца, плотника Иосифа, отказывался бы от плотницкой или столярной работы ради пропитания родной семьи. Трудно представить себе, что Он поучал Свою Мать Марию не готовить пищу и не стирать белье. Вспомним поучения апостола Павла: «кто не хочет трудиться, тот и не ешь» (2 Фесс 3:10); и еще: следует «работать своими собственными руками, … чтобы вы … ни в чем не нуждались» (1 Фесс 4:11-12); и еще: «трудись, делая своими руками полезное, чтобы было из чего уделять нуждающемуся» (Ефес 4:28). – Мы живем не в вакууме, но в сложном мире, и этот мир – творение Божие, в котором мы поставлены ответственными работниками. Но при этом каждого отдельного верующего человека Иисус Христос предостерегает от идолопоклонства материальному благополучию, от иллюзии материальной самоуверенности, ибо только Бог один может дать нам уверенность, покой, защиту и будущее за порогом неизбежной смерти, о которой Бог и напоминает нам устами Иисуса Христа, как бы нам не хотелось уйти от этого напоминания: «Безумный! в сию ночь душу твою возьмут у тебя; кому же достанется то, что ты заготовил?» (Лк 12:20).
Следующее изречение Иисуса логически вытекает из сказанного Им о человеческом сердце, устремленном либо к Богу и небесному, либо к земле и земному. Это высказывание о Свете и тьме.
Свет или тьма (6:22-23).
22 Светильник для тела есть око. Итак, если око твое будет чисто, то всё тело твое будет светло; 23 если же око твое будет худо, то всё тело твое будет темно. Итак, если свет, который в тебе, тьма, то какова же тьма?
На первый взгляд особых трудностей эти изречения не представляют. Если все понимать буквально, так сказать, физически, то что здесь неясного? Глаз подобен окну, сквозь которое свет проникает в тело человека. И в этом смысле глаз есть светильник, лампочка. И если это окно чистое, светит свет, то и тело человека, то есть сам человек живет во свете. А если окно грязное, то есть глаз больной, а то и вовсе ослепший, то человек живет во тьме. Плохо ему тогда. – Но только какое отношение имеет это элементарное наблюдение за человеческим зрением к Нагорной проповеди? – Имеет, и самое непосредственное. Только нам, как уже было сказано выше, не следует яркие и образные изречения Иисуса Христа понимать примитивно-буквально.
Давайте прочитаем эти слова Господа не в нашем привычном Синодальном переводе, а если и не в греческом оригинале , то в переводе церковнославянском. Прочувствуем разницу: «Свёти1лникъ тё1лу e4сть О4ко. А$ще У5бо б8детъ О4ко твое2 про1сто, все2 тё1ло твое2 свё1тло б8детъ: а4ще ли О4ко твое2 лука1во б8детъ, все2 тё1ло твое2 те1мно б8детъ. А$ще У5бо свё1тъ, и4же въ тебL, тма2 e4сть, то2 тма2 кольми2;». Но ведь «О4ко про1сто» означает именно «простое око», а не «чистое» или «здоровое». Равно как «О4ко лука1во» означает «злое око», а не «худое» или «больное». Однако некоторые так и переводят: «Если глаза здоровы, весь человек полон света, а если глаза больны, человек весь окутан тьмой»[98]. Такое понимание, перенесенное, разумеется, в нравственную сферу, разделяется многими. И всё же здесь всё как-то не так. Ведь непонятно, почему «простой глаз» должен означать «здоровый», а «злой глаз» должен означать «больной». Но окружавшие и слушавшие Иисуса Христа люди отлично понимали эти образы простого или злого глаза. Дело в том, что они были воспитаны в Библейской традиции. А в этой традиции «око» как светильник для человека метафорически означало светильник духовный, то есть человеческое сердце с его помышлениями и устремлениями воли.
«Простота» в Библии никогда не означала «здоровье». «Простота» всегда означала искренность (Рим 12:8; 2 Кор 9:13), радушие (2 Кор 8:2), щедрость (2 Кор 9:11), примеров тому в Новом Завете множество. В иудейской традиции «простота» означала одну из основных нравственных добродетелей. Так, в «Завещаниях 12-ти патриархов» мы постоянно читаем увещевания жить в «простоте сердечной». Вот одно из таких поучений: «Внемлите мне, дети мои, и живите в простоте сердец ваших. … Простосердечный не стремится к золоту, и не хочет превзойти ближнего богатством. … Не завидует он в помыслах своих. … Живет он в простоте души, все зрит в прямоте сердца, но оберегает очи свои от соблазна мирского…» (Завещание Иссахара IV:1-2.5-6). – Да ведь и мы так иногда говорим: «Да он совсем простой, что ни попроси у него, – он отдаст».
И напротив, «злое око» в Библии всегда было метафорой зависти, жадности, алчности, злобности и эгоизма. И снова, за примерами далеко ходить не надо. «Злой глаз завистлив даже на хлеб» (Сир 14:10). Или вот из той же книги: «Когда ты сядешь за богатый стол, не раскрывай на него гортани твоей и не говори: Много же на нём! Помни, что алчный глаз – злая вещь (буквально по-церковнославянски sло2 e4сть О4ко лука1во)» (Сир 31:13-14). И в одной из притч Иисуса Христа есть такие слова: «Разве я не властен в своем делать, что хочу? или глаз твой завистлив(буквально «злой»)оттого, что я добр?» (Мф20:15).
Вот в согласии с этой традицией слушатели Иисуса и понимали Его образное высказывание. Как через глаз в человека проникает физический свет, так через сердце в него проникает свет небесный, Божественный. И «простое око» – это «щедрое сердце». Через такое сердце в человека льется Божественный свет. Ведь «Бог есть свет, и нет в Нем никакой тьмы» (1 Ин 1:5) и «блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят» (Мф 5:8). А духовно слепым является завистливый и алчный до земных благ человек. Его око злое, то есть его сердце закрыто для созерцания Бога, он не видит небесного света, и, как следствие, впадает в нравственное убожество. Это о таких людях писал апостол Павел: они не способны увидеть Бога, их сердце окутал мрак, потому что они заменили Бога своими земными идолами, стали поклоняться и служить твари вместо Творца (Рим 1:21-25). Ну а литературную карикатуру на таких людей мы видим в уже упомянутом гоголевском Плюшкине. Много ли света в том хламе, к которому привязано его сердце?
Если духовное око человека, его внутренний светильник больше не воспринимает Божественного света, то и вся жизнь человека становится сплошным мраком. Отсюда и сокрушенный возглас: «Если свет, который в тебе, тьма, то какова тогда тьма!», или другими словами: «Если же твое око (то есть сердце), которое должно нести тебе свет, стало источником тьмы, то в какой же тьме ты живешь!»
Беседа № 27.
Прошлый раз мы читали отрывок 6-й главы Евангелия от Матфея о собирании сокровищ на земле или на небе, разбирали трудные стихи о тьме, которая может овладеть человеком (Мф 6:22-23). Понятно, что речь шла о человеческой жизни как таковой. Жизнь – бесценный дар Божий. «Где сокровище ваше, там будет и сердце ваше» (Мф 6:21). Если ваше сокровище спрятано в чулке, матрасе, в чулане или в банковском сейфе, там будет и ваше сердце. И тогда небесный свет Божественной славы будет закрыт для вас, и тьма чулана или запертого на замок тайника станет той средой, в которой будет протекать ваша жизнь. А ведь по замыслу Творца жизнь людей должна была протекать не в пыли сундуков и чуланов, где ей угрожают моль, ржа и зловредные воры, а в райском саду, наполненном Божественным присутствием. История Творения, рассказанная в первых главах книги Бытия, кратко и образно описывает богатство жизненных путей и возможностей, которые Бог даровал сотворенным Им первым людям. «И благословил их Бог, и сказал им Бог: “Плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею” … И взял Господь Бог человека, [которого создал,] и поселил его в саду Эдемском, чтобы возделывать его и хранить его»(Быт 1:28; 2:15). Людям даровано многое, даровано всё. И даже оказавшись вне первозданного райского сада, они имеют не только великое богатство жизни, но и возможность вернуть себе всю ее полноту, что возможно в Царствии Божием, провозглашенном Иисусом Христом. Но для этого надо промыть свои глаза, очистить свое духовное зрение, чтобы впустить в свое сердце Бога, Который «есть свет, и нет в Нем никакой тьмы» (1 Ин 1:5). Невозможно держать свое сердце, образно говоря, в сундуке с тленными сокровищами и в то же время ожидать, что оно наполнится благодатным светом даров Божиих. Об этом следующее небольшое изречение Иисуса Христа.
Бог или мамона (6:24).
24 Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом не радеть. Не можете служить Богу и мамоне.
Высказывание «не можете служить Богу и мамоне» – одно из самых известных и самых важных в Евангелии. Это изречение возвращает нас к поучению о земных и небесных сокровищах, как бы подводя им итог. Невозможно с полной самоотдачей служить двум господам одновременно: отдавать себя в распоряжение мамоне, которая от тебя постоянно чего-то требует: храни меня, стереги меня, умножай меня, – и в то же время принадлежать Тому, Кто существует не как берущий, а как Дарящий. В изречении Иисуса описывается ситуация человека, разрывающегося между мамоной и Богом. Бог и мамона – два противостоящих друг другу «господина». Каждый из них претендует на полное и безусловное обладание человеком. Только вот, когда тобою владеет мамона, она лишает тебя разума и высасывает из тебя все жизненные силы. А обладание Божие – дарящая любовь и жизнь вечная. Невозможно никакое частичное служение тому и другому, невозможен никакой компромисс.
Служение Богу и мамоне противопоставляются как взаимно исключающие друг друга. Иисус Христос приводит поговорку: «никто не может служить двум господам».Собственно, речь идет не о наемных слугах, а орабах. Об этом свидетельствует глагол«служить», в оригинале douleu,ein , то есть «быть рабом», на церковнославянском «рабо1тати». Напомню, что глагол «работать» происходит от существительного «раб». Не «слуга», а именно «раб». Поговорка понятна без особых комментариев. Но все-таки для слуха античного человека она звучала несколько иначе, чем для нас, звучала более конкретно, ибо она имела отношение к социальным условиям и законам Древнего мира. Раб не имел никаких прав. Он и вся его жизнь находились в полном и безусловном владении его господина. Раба можно было купить и продать как всякий другой предмет. И, разумеется, у раба не было ничего своего, в том числе и своего времени. Сейчас любой служащий или рабочий имеет возможность в свободное время подработать где-то еще. Ничего подобного для раба не существовало. Короче говоря, в Римской империи, например, раб находился в исключительном владении своего господина и не имел права работать на другого господина. В противном случае наказанию подвергался не только раб, но и другой господин. – Однако, в иудейской традиции служение двум господам было хотя и необычным, но возможным. Например, когда один раб принадлежал двум братьям. Но в высказывании Иисуса Христа речь не о такой странной ситуации, а о простом наблюдении, что один раб, если служит двум господам, – раб негодный, так как не угодит ни одному, ни другому господину.
Еще одно наблюдение над текстом, в котором сказано: «или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом не радеть». «Любить» и «ненавидеть» для нас звучит как весьма сильные эмоции. Поскольку речь идет о Боге и земном богатстве (мамоне), то выходит, что человек, который любит богатство, якобы ненавидит Бога и наоборот: кто любит Бога, ненавидит богатство. Но ведь в жизни такое разделение случается редко: множество богатых людей искренне любят Бога, равно как множество любящих Бога людей радуются своему богатству (если оно, конечно, у них есть). Но здесь мы снова понимаем слова Иисуса Христа не совсем так, как их понимали первые Его слушатели. Ведь все они знали свое Священное Писание, в котором противопоставленные друг другу «любовь» и «ненависть» часто имеют не столь сильное эмоциональное звучание. Вот, скажем, в книге Бытия (Быт 29:30-35) говорится о том, что жена Иакова «Лия была нелюбима». Но это не означает, что Лию Иаков вообще не любил. Нет, тут же объясняется, что он ее любил, но просто «любил Рахиль больше, нежели Лию», которая, кстати, родила Иакову четырех первых сыновей: Рувима, Симеона, Левия и Иуду. Примерно то же о любимой и нелюбимой жёнах говорится и в книге Второзакония (Втор 21:15-17). А вот, на первый взгляд, странное и вызывающее у нас смущение место из Евангелия от Луки, где Иисус Христос говорит: «Если кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником» (Лк 14:26). Нам представляется чуждой сама мысль о ненависти к самым родным нам людям! Проясняется эта странность через параллельное место в Евангелии от Матфея: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня» (Мф 10:37). То есть «ненавидеть» в Библии часто не означает нашего «ненавидеть», но, в силу свойств семитских языков, которые не знают степени сравнения, просто означает «любить меньше, не так сильно как…». Да и в случае нашего изречения о рабах и господах мы находим объяснение глаголов «любить» и «ненавидеть». Заметьте, что изречение, как это часто бывает у Иисуса Христа, построено из двух параллельных строк, в которой вторая строка поясняет смысл первой. Это очень характерно для библейской устной и письменной поэзии.
Строка 1: одного будет ненавидеть, а другого любить.
Строка 2: одному станет усердствовать, а о другом не радеть.
То есть «любить» разъясняется как «усердствовать» (буквально: «держаться», «привязаться», «предпочитать», «уделять внимание»), а «ненавидеть» разъясняется как «не радеть» (буквально: «обходить вниманием», «относиться небрежно»).
Однако, поскольку речь идет о Боге как господине, Иисус Христос напоминает Своим ученикам то, что звучало в ежедневной молитве всякого иудея: «Слушай, Израиль: Господь, Бог наш, Господь един есть; и люби Господа, Бога твоего, всем сердцем твоим, и всею душою твоею и всеми силами твоими» (Втор 6:4-5). Бог ждет от нас такой любви и такого служения, которые исключают служение другим богам. Собственно, это первая и наиважнейшая заповедь Закона: «Я Господь, Бог твой, Который вывел тебя из земли Египетской, из дома рабства; да не будет у тебя других богов пред лицем Моим. … Не делай себе кумира …, не поклоняйся им и не служи им, ибо Я Господь, Бог твой, Бог ревнитель» (Исх 20:2-5). Итак, тот, кто желает служить Единому Господу Богу, не может иметь наряду с Ним других богов, идолов, кумиров как господ. Но всякий ведь знает, что человека подстерегает опасность: либо ты владеешь богатством, либо богатство владееттобой, стремится сделать тебя своим рабом. Об этом по сути уже шла речь в изречениях о сокровищах. Так что вопрос сводится к следующему: кто кому служит? кто чей раб? – Богатство служит человеку? Или человек служит богатству?
Богатство названо мамоной. Это арамейское слово (māmôn/māmônā’) кроме Евангелий от Матфея и Луки в Библии больше не встречается, но довольно часто в иудейских писаниях вне канона Священных книг. Мамона означает всякого рода «богатство», «деньги» или «собственность» в самом широком смысле слова, причем совсем не обязательно в плохом смысле. У раввинов мамона обозначает просто безвредную собственность, имущество человека, а не без меры накапливаемое богатство. Не так у Иисуса Христа. В Его образном изречении мамона персонифицируется и изображается как некий идол или демон, который обольщает человека (Мк 4:19) и желает подчинить его себе. Отдавая себя в рабство мамоне, человек становится идолослужителем: «алчный человек есть идолослужитель» (Еф 5:5; Кол 3:5). Однако мы должны помнить, что любое богатство само по себе, как и прочие идолы века сего, не обладают ни волей, ни силой. По словам святителя Иоанна Златоуста, «Христос назвал мамону госпожой, не потому, чтобы мамона по свойству своему была госпожой, но по причине жалкого состояния тех, кто раболепствует ей»[99].
Поучения Иисуса Христа о собирании сокровищ, о жадном ненасытном «оке», которое не пропускает в жизнь человека Божественного света, о мамоне, которая крадет у человека его свободу, – все эти поучения завершаются прекрасной проповедью о заботах, о тревогах тех людей, которые забыли о том, что они – дети Божии, и что Бог – их Отец, Который знает нужды своих детей и желает освободить их от разъедающей душу тревоги.
О заботах (6:25-34).
25 Посему говорю вам: не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело одежды? 26 Взгляните на птиц небесных: они ни сеют, ни жнут, ни собирают в житницы; и Отец ваш Небесный питает их. Вы не гораздо ли лучше их? 27 Да и кто из вас, заботясь, может прибавить себе росту хотя на один локоть? 28 И об одежде что заботитесь? Посмотрите на полевые лилии, как они растут: ни трудятся, ни прядут; 29 но говорю вам, что и Соломон во всей славе своей не одевался так, как всякая из них; 30 если же траву полевую, которая сегодня есть, а завтра будет брошена в печь, Бог так одевает, не гораздо ли больше[100]вас, маловеры! 31 Итак не заботьтесь и не говорите: что нам есть? или что пить? или во что одеться? 32 потому что всего этого ищут язычники, и потому что Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всем этом. 33 Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам.
34 Итак не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний сам будет заботиться о своем: довольно для каждого дня своей заботы.
«Приблизилось Царствие Божие» (Мк 1:14). Но трудно войти в него человеку, все мысли, заботы и тревоги которого заняты земным, а не небесным. Это еще раз подчеркивает прочитанный отрывок об земных заботах. Он находится и в Евангелии от Луки (Лк 12:22-31). Там эти размышления примыкают к притче о безумном богаче (Лк 12:16-21), которая начинается предостережением: «смотрите, берегитесь стяжательства, ибо жизнь человека не зависит от изобилия его имения» (Лк 12:15). Некий человек был богат. И хорошо! О чем еще заботиться?! Так нет же: его не покидала тревога о завтрашнем дне. Теперь он озабочен тем, куда разместить, как удержать, как сохранить накопленное богатство. На эти заботы «Бог сказал ему: безумный! в сию ночь душу твою возьмут у тебя; кому же достанется то, что ты заготовил?» (Лк 12:20). И далее следует поучение о заботах примерно в той форме, в какой мы прочитали его у евангелиста Матфея.
С этим богатым человеком всё понятно. Но Иисус Христос поучал толпу народа, которая следовала за Ним, и в которой богатые явно не составляли большинства. Ближайшие ученики Иисуса, например, пошли за Ним, оставив всё, чем они владели. Их тоже было не так уж много. Большинство же принадлежало к обществу того экономического достатка, которое считалось нормальным в Иудее того времени. Однако всем – и богатым и бедным было небесполезно послушать мудрые слова Учителя.
Сквозь поэтические образы о птицах небесных и полевых цветах красной нитью проходит мысль о том, что жизнь человека не должна своим содержанием иметь заботу о своем материальном жизнеобеспечении. «Не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело одежды?».Заметим, кстати, что слово «душа»в библейской антропологии означает не бестелесную субстанцию, как в платонической философии, а«дыхание жизни», или попросту «жизнь». Итак, заботиться надо о душе, то есть о жизни, которая больше пищи, и отеле, которое больше одежды. – Кстати, какой смысл в этом сравнении? Как его понимать? – Очень просто. Бог сотворил жизнь, поместив ее в сотворенное Им же тело. Разве кто-то из людей может сделать такое чудо – сотворить жизнь и живое тело? Очевидно, нет. А вот пищу худо-бедно человек себе добывает, да и одежду тоже. Поэтому жизньи тело – неизмеримо больше и важнее пищи и одежды.
А дальше в пример нам ставятся «птицы небесные», которые «ни сеют, ни жнут», и «полевые лилии», которые «ни трудятся, ни прядут». Но, мол, при этом Бог птиц питает и лилии одевает. – Мы не должны эти сравнения понимать как призыв к безделью и к легкомысленному образу жизни стрекозы, которая «лето красное пропела». Разумеется, человек просто вынужден в этом мире делать всё от него зависящее для обеспечения себя и близких «хлебом насущным». Однако, в более или менее нормальной ситуации, когда нет природных катастроф, войн, эпидемий, эта естественная забота не должна становиться тревожной озабоченностью, которая делает человека одержимым рабом материального потребительства, когда всего мало, мало, мало…, или когда человек полагается только на самого себя и на свое накопленное имущество.
Иисус напоминает: если Бог Отец желает, чтобы жил человек, Его лучшее творение, Его дитя, Он даст ему и пищу и одежду. Иудеям эта мысль была близка и понятна. Бог заботится об Израиле. Ведь Он даровал Своему народу закон о субботе, который запрещает людям заботиться о пропитании и работать в седьмой день недели, когда они принимают Божию заботу о них. Существовал также замечательный закон о субботнем годе: «И сказал Господь Моисею на горе Синае, говоря: объяви сынам Израилевым и скажи им: … земля должна покоиться в субботу Господню; шесть лет засевай поле твое и шесть лет обрезывай виноградник твой, и собирай произведения их, а в седьмой год да будет суббота покоя земли, суббота Господня: поля твоего не засевай и виноградника твоего не обрезывай; … да будет это год покоя земли; и будет это в продолжение субботы земли всем вам в пищу, тебе и рабу твоему, и рабе твоей, и наемнику твоему, и поселенцу твоему, поселившемуся у тебя; и скоту твоему и зверям, которые на земле твоей, да будут все произведения ее в пищу» (Лев 25:1-7).
Конкретизируя Свою мысль о Боге Творце и заботливом Отце Своего творения, Иисус Христос приводит иллюстрации из жизни природы. Если Бог питает «птиц небесных», то насколько больше он позаботится о людях; если Он одевает полевые лилии краше царя Соломона во всей славе его, то тем более оденет и людей. В этих высказываниях Спаситель опирается на всем его слушателям известные места из Священного Писания: на Псалмы Давида, на книгу пророка Исаии, на 3-ю книгу Царств…
О Боге в Писании говорится:
«Ты произращаешь траву для скота,