Править]Краткая суть учения
МАХАЯНА
Высшее устремление на Стезе Великой Колесницы (т. — Тхэг-чхэн)—отнюдь не поиск безмятежности и счастья только для себя одного. Ведущая мотивация последователя Махаяны — это великодушное желание добиться необратимого Освобождения от сансарного круговорота всех живых существ и обратить на Путь ко Всецелому Пробуждению тех, кто, хотя и освободился от дальнейших воплощений, но все же завис в состоянии статичного блаженства. Стремление достигнуть Буддо-вости для себя — это только первая компонента названного двоякого Высшего Устремления.
Когда каждое поклонение, каждая молитва, каждое милосердное деяние, все получаемые и практикуемые религиозные наставления и все медитативные осмысления их — когда все это исполняется с вышеназванным намерением, тогда это и есть Путь Махаяны. Если же такого намерения нет, то ни одно из наших действий, сколь бы благим оно ни было, нельзя называть практикой Махаяны — на это особо указывал Будда.
Если традиция Хинаяны целиком основана на учениях Шакьямуни Будды, представленных в сутрах, то Махаяна основывается и на сутрах, и на тантрах, также излагающих Проповедь Будды. Однако, конечная цель махаяниста, будь он последователем Сутраяны, Колесницы Сутр, или последователем Тантраяны, Колесницы Тантр, — это достижение Всецелого Пробуждения. Сутраяна (т. — мдо'и тхэг-па) также известна и под названием Парамитаяна (т. — пха-рол-ту пхйин-па'и тхэг-па), или Колесница Запредельноведущей Мудрости, и под названием Хетуяна (т. — ргйу'и тхэг-па), или Причинная Колесница. Нет никакого качественного различия между Буддой, который достиг Всецелого Пробуждения, следуя Стезею Сутр, и Буддой, достигшим Пробуждения на Стезе Тантр. И Буддовость, достигнутая первым, отнюдь не выше и не ниже Буддовости, достигнутой другим. Различие заключается в тех средствах, которыми была достигнута эта цель. Последователь Махаяны отвергает только то вдохновение, которое движет хинаяниста в его устремлении к достижению высшего счастья только для себя. Во всех остальных отношениях Махаяна (будь то Сутраяна или Тантраяна) зиждется на тех же основных принципах, что изложены и в текстах Хинаяны. Например, Отречение (т. — нгес-'бйунг) и логика рассуждения, лежащая в его основе, одинаковы и для Махаяны, и для Хинаяны. Сходным образом и такие темы медитации, как «Двенадцать Взаимосвязанных Качеств, совместное сочетание которых творит все явления мира» (т. — ртэн-'брэл йан-лаг бчу-гнйис), «Шесть качеств, призванных обучать человека» (т. — мкхас-ба'и днгос-по-друг), «Шестнадцать аспектов Четырех Благородных Истин» (т. — бдэн-бжи ми-ртагс-согс бчу-друг), «Тридцать семь благотворных качеств бодхисаттвы» (т. —бйанг-пхйогс-со-бдун) и т. д., обеты для мирян и монахов, представленные в правилах Винайи — все это, изложенное в текстах Хинаяны, так же составляет сущеатвеннейшую часть махаянской практики.
Можно указать две причины, вкратце объясняющие тождественность по существу принципов Махаяны и Хинаяны:
Во-первых, высшая цель устремлений махаяниста — Буддовость, Пречистая и Всеведующая. На пути к Ее достижению необходимо устранить все заблуждения обрести все Знание. Область такой работы по своей при роде столь всеобъемлюща, что все те заблуждения, которые преодолевает хинаянист, обязательно должен пр одолеть и махаянист. И знание, которое обретает хинаянист, должен обрести и махаянист.
Во-вторых, махаянист стремится спасти всех существ. И метод, который он должен использовать дл этого — преимущественно проповедь Дхармы, котора обращена как к тем существам, что заблудились в самсаре, так и к тем, кто уже спасся, но кого еще надо вы зволить из блаженной самоудовлетворенности, дабы они искренне возжелали продолжить свой духовный прогресс к достижению Всецелого Пробуждения и Всеведения. Однако, для обретения способности проповедова другим, махаянист должен прежде всего сам обрести н обходимые знание и опыт, в том числе знать и всевозможные пути хинаяниста.
С целью освоения Пути к Пробуждению в Тибете были приняты три основных типа школ буддийского обаразования: общеобразовательная школа (т. — бшад- грва); школа философско-психологических диспутов (т. — рцод-грва); и школа воплощения в практике работанного прежде материала (т.—сгруб-грва). Во всех трех школах обязательным считалось изучение писаний, относимых как к Махаяне, так и к Хинаяне. Изучаемые предметы таковы: логика и семиотика (с. — прамана; т. — цхад-ма); праджняпарамита (т. — шес-раб-кии пха-рол-ту пхйин-ла); мадхьямика (т. — дбу'-ма); абхидхарма (т. — мнгон-па-мдзод); и винайя (т. — 'дул ба). Из названных первые три относятся к писаниям Махаяны, хотя их изучение сопровождается и истолкованием с позиции Хинаяны. Два последних — писания Хинаяны. Сами же тексты представляют перевод сочинений индийских авторов. Им сопутствуют комментарии, разработанные самими тибетцами.
Из трех названных школ в первой, бШад-грва, духовный наставник ведет преподавание ученикам, объясняя слова и смысл писаний, входящих в Ганджур и Данжур, а также других текстов и комментариев. Благодаря этим объяснениям ученики достигают хорошего понимания содержания текстов.
Обучение в рЦод-грва выходит за рамки простого изучения смысла слов писаний. Здесь ученики уже по своей инициативе вступают в многократные философско-логические дебаты друг с другом, обмениваясь вопросами и ответами так, чтобы в ходе таких диспутов у них возникло ясное, вплоть до мельчайших деталей представление о поставленных проблемах. А это, в свою очередь, приводит к полному пониманию буддийских писаний.
сГруб-грва — это школа отшельнического типа. Здесь собирается небольшая группа учеников с целью совместно вести в уединенном покое медитативную проработку того материала, который они получили у своих духовных наставников. сГруб-грва — это и просто некое уединенное место, где человек укрывается для выполнения напряженного созерцания и медитации по избранной им частной теме.
Путь Махаяны, как и в Хинаяне, подразделяется на те же Пять Этапов, так что описывать их здесь повторно неуместно. Однако, на Пути Махаяны есть несколько существенно отличных моментов.
На первый Этап Накопления в Махаяне человек вступает тогда, когда в потоке его сознания зарождается Бодхичитта (т. — бйанг-чхуб-кйи семе). Бодхичитта — сочетание двух чувств: Доброжелательность (т. — бйамс-па), как желание, чтобы все существа смогли достичь состояния неизменного счастья; и Сострадающее Милосердие (т. — снйинг-рдже), как желание, чтобы все существа смогли обрести окончательное освобождение от страдания. Когда человек ради того, чтобы принести другим пользу в форме Всецелого Пробуждения и Освобождения, твердо решает возложить на себя задачу свершения такого Достижения прежде всего посредством собственного восхождения на уровень Будды, тогда и так в нем зарождается Бодхичитта. Это самоотреченное искреннее и неподдельное вдохновение (столь же неподдельное, как и естественная любовь матери и ее забота о благополучии своих детей), с присущим ему двояким устремлением к достижению Буддовости и для себя, и для всех существ, и образует поток пробужденного сознания, Бодхичитту. Человека с таким устремлением к Бодхи окружающие именуют Бодхисаттвой (т. — бйанг-чхуб семс-па).
Бодхичитту смогли взрастить не только такие прославленные личности, как гСэр-глинг-па или Джо-бе-рдже дПал-лдан Атиша (Атиша Дипамкара Шриджняна) но и многие другие малоизвестные, а то и просто безымянные люди. Второй Этап Подготовки ведет к Стезе Арии и начинается тогда, когда человеку удается достичь начального, еще только концептуального понимания «пустотности», которая была прежде темой его медитативного сосредоточения. Такое начальное, еще только концептуальное постижение возникает благодаря мудрости, рожденной сочетанием двух обязательных составляющих полноценной медитации — «покоебывание» (с. — шамат-ха; т. — жи-гнас) и «различающая интуиция» (с. — ви-пашйяна; т. — лхаг-мтхонг).
После второго Этапа бодхисаттва продолжает, как и ранее, медитативно постигать природу «пустотности». В процессе своей медитации он приближается, в конце концов, к непосредственному, прямому, «лицо к лицу» (как говорят тибетцы) постижению реальной высшей Пустотности. Тогда-то он и вступает на .третий Этап Видения [«Пустотности»]. Такой бодхисаттва достигает тем самым ранга Арии. В дополнение, как учит традиция Махаяны, такое существо вступает на первую из Десяти Ступеней Бодхисаттвы, именуемую «Прерадостная» (с. — прамудита; т. — раб-ту дга'-ба). Следующие Ступени именуются, соответственно, «Чистая», «Светоносная», «Блистательная», «Непобедимая», «Обращающая», «Далековедущая», «Неколебимая», «Благотворная» и «Облако Дхармы».
После того, как бодхисаттва достиг последнего из десяти названных уровней и.успешно завершил медитацию девятого и последнего типа, он пребывает в глубочайших созерцаниях, весьма длительных и непрерываемых. В течение всего этого четвертого Этапа он устраняет последние следы ржи и скверн. Добываемая на этом наивысшем уровне медитации Премудрость окончательно освобождает его. Существо, вступающее на этот Этап, обретает два Тела Будды — Дхармакайя и Рупакайя — и становится тогда Всецело Пробужденным Буддой.
ЛАМАИЗМ
Ламаизм - буддистское течение, распространенное в автономных регионах Тибета и Внутренней Монголии (которая также принадлежит территорииКНР), а также в отдельных регионах Непала и Индии. Сложилось течение в Тибете, когда в страну проникла Махаяна из Индии, а уже через век, к концу 8 в.н.э. был построен первый монастырь и религия стала господствующей в Тибете. Феодальная раздробленность 9 в. при возникновении духовной иерархии и позднего распространения буддизма в Тибет, только способствовала возникновению множества ламаистских сект, среди которых наиболее крупными были Кадампа (основан в середине II в.), Сакьяпа (II в.), Каджупа (II в.), Кармана (12 в.) и др. В конце 14 — начале 15 вв. в Тибете образовалась наиболее большая ламаистская секта Гэлуг ба (так называемые желтошапошники), основанная Цзонкабой (1357—1419). С 16 в. главы секты Гэлуг ба стали носить титул Далай ламы.
К середине 17 в. 5-му Далай-ламе Агванлобсан-джамцо (1617—82) и верхушке духовенства удалось подчинить своей власти (духовнойр и светской) все основные районы Тибета, который таким образом превратился в теократическое государство. При 5-м Далай-ламе возник институт Панчен-лам — вторых (после Далай-лам) иерархов ламаистской церкви. В 16—17 вв. Ламаизм стал господствующей религией в Монголии, куда он проник из Тибета; тогда же он был воспринят калмыками, переселившимися в 17 в. в район Поволжья. В 16—17 вв. Ламаизм распространился в Туве, с конца 17 в. начал распространяться в Бурятии.
Теоретические основы Ламаизма изложены в двух коренных канонах, написанных к 14 в.: Канджуре и Танджуре комментарии на тексты, включенные в Канджур), а также в произведениях наиболее признанных лам. Канджур и Танджур переведены с тибетского на монгольский язык. Кроме черт, принадлежащих махаянистскому направлению буддизма в целом, Ламаизм обладает рядом индивидуальностей. Как религия Ламаизм чрезвычайно эклектичен. Наряду с уходом от мирской жизни и созерцанием, в Ламаизме большое место занимают магия и вера в многочисленные местные божества. Для Ламаизма характерна развитая ритуальность и полное подчинение ученика учителю ламе. Особая роль придаётся бодхисаттвам не только как наставникам на пути "освобождения", но и как божествам, помогающим в конкретных мирских делах. В Ламаизме на основе теории изменений была создана концепция олицетворений будд, бодхисаттв, божеств в определённых лиц, именованных тулку (по тибетски) или хулбиганами (по монгольски). В области идеологии Ламаизм ограничивался комментированием переводных текстов Экономическую канву главенства Ламаизма составляло большое монастырское землевладение. Ламаизм являлся крупным тормозом на пути экономического, общественного и культурного развития народов, среди которых он был распространён. В настоящее время ламаистское духовенство в основных регионах расширения Ламаизма утратило свои былые экономические и политические позиции.
Основы теории Ламаизма
Основы концепции ламаизма были заложены Цзонхавой, который в ряде своих трудов обосновал собственные реформы и синтезировал духовное наследие своих предшественников. Впоследствии все буддистские тексты были собраны ламаистами в 108 мечтательное собрание Ганджур, включающее тибетские переводы главнейших сутр и трактатов Хинаяны, Махаяны и Ваджраяны, бесчисленных рассказов, диалогов, извлечений содержавшихх отношение к Будде, а также изданий по астрологии, медицине и т. п. Комментарием к каноническим шрифтам Ганджура является еще более большое собрание Данджур, пребывающее из 225 томов, в каковое вошли также и самостоятельные издания, включая рассказы, поэмы, моления и др. Кроме Ганджура и Данджура все ламаисты тонко чтут и изучают творения Цзонхавы и более поздних отцов ламаистской церкви, в том числе и далай лам. таким образом, ламаизм с точки зрения доктрины являет собой наследие и синтез всего идейно духовного багажа буддизма за более чем двухтысячелетнюю его историю Но обратим внимание на то, как доктрина буддизма была интерпретирована ламаизмом.
Ламаизм, следуя наметившейся уже в Махаяне тенденции отодвинул на последний план нирвану как верховную цель спасения заместив ее щедро разработанной космологией, в пределах которой оказалось достаточно места для всех: для верующих и неверующих мирян и монахов людей и животных, для святых, богов, будд и бодисатв. Большая космологическая система в ламаизме серьезно упорядочена. Верхушка ее будда будд Ади будда, владыка всех миров, творец всего сущего своеобразный ламаистский эквивалент индусского брамана или даосского Дао. Доминирующий его атрибут Великая Пустота (шуньята).
Именно эта пустота, которая есть духовная сущность, бестелесное тело будды, пронизывает собой все, так что все живое всякий человек несет в себе частицу будды и именно в силу этого обладает потенцией для достижения спасения В зависимости от количества и состояния эта частица может быть в большей или меньшей степени подавлена материей. В соотношении со степенью этой депрессивности и признания необходимости усилить частицу будды, равно как и доставляемых для этого практических действий, люди делятся на несколько разрядов высший из которых, пятый, приближает их к положению бодисатвы.
Главное — это возродиться человеком, а еще важнее — родиться в стране ламаизма, где твой добрый друг и учитель лама поведет тебя по пути спасения. И уж коль скоро тебе повезло в этом, не упускай своего шанса! Наставление ламы поможет избавиться от страданий, от привязанности ко всему мирскому и тем улучшить свою карму, подготовить себя к благоприятному перерождению и избавиться от ужасов перерождения неблагоприятного: отныне и в дальнейшем движение по пути мудрости (праджня) с ее основными методами-средствами (парамитами) и преодоление авидьи (незнания) могут тебе помочь. Главное, таким образом, — это осознать, преодолеть авидью (для чего и важно возродиться человеком и заполучить в наставники ламу), ибо именно авидья лежит в основе круга перерождений из двенадцати звеньев-нидан, которые обычно в своей графическо-символической форме хорошо известны каждому ламаисту.
Это доступно лишь немногим. Для большинства содержание добиться счастливого изменения или возродиться в вестовом рае (сукхавади) будды Амитабы. Имя о рае и аде в ламаизме идет от буддизма Махаяны, хотя не исключено что здесь она кое в чем обогащена за счет заимствований из ислама о чем свидетельствуют другие красочные детали. Но кардинально, что ад и рай чуть мимолетное местонахождение, не выключающее человека из колеса перерождений из мира кармической сансары: с истощением дурной или хорошей кармы рано или поздно следует очередное рождение причем это касается почти всех, даже обитающих на небесах божеств. Чуть немногим уготована нирвана.
Дзэн, дзен[1], (от яп. 禅; санскр. ध्यान дхья́на, кит. 禪 чань, кор. 선 сŏн) — течение в буддизме традиции Махаяны, зародившееся в Китае в монастыре Шаолине, куда его принёсБодхидхарма и получившее распространение на Дальнем Востоке (Вьетнам, Китай, Корея, Япония). В более узком смысле дзэн понимается как направление именно японского буддизма, принесённое в Японию из Китая в XII веке. В дальнейшем традиции японского дзэна и китайского чань развивались во многом самостоятельно — и сейчас, сохраняя единую сущность, приобрели свои характерные черты. Японский дзэн представлен несколькими школами — Риндзай (кит. Линьцзи), Сото (кит. Цаодун) и Обаку (кит. Хуанбо).
История
Принято считать, что свое распространение чань получил в Китае в V веке н. э. Принёсшим это учение Будды в Китай считается индийский буддийский монах Бодхидхарма (в китайской традиции — Путидамо или просто Дамо, в японской — Дарума), часто называемый преемником 27 индийских Патриархов буддизма, ставший впоследствии первым Патриархом чань (дзэн). Бодхидхарма обосновался в монастыре Шаолинь, считающимся в наши дни колыбелью китайского чань-буддизма. На протяжении VI—VIII веков чань распространялся на территории Кореи, а затем иЯпонии. Впоследствии на протяжении веков учение передавалось от патриарха к патриарху, приобретая всё больше приверженцев. В настоящее время получило распространение на Западе (Западная Европа, Северная Америка).
![]() | Для улучшения этой статьи желательно?: § Переработать оформление в соответствии с правилами написания статей |
править]Краткая суть учения
Считается, что дзэну невозможно научить. Можно лишь подсказать путь достижения личного просветления. Дзэн — это способ ощутить свою естественную природу, течение и желания своей души. Стать самим собой, чтобы быть самим собой каждый день — цель усилий. У каждого человека есть способности, данные ему природой при рождении. Это вовсе не обязательно способности к какой-то профессии или умению что-либо делать в обычном смысле. Это может быть способность чувствовать, понимать и впитывать, которую без понимания своей природы человек не хочет проявлять, проживая чужую для себя жизнь.
Точнее говоря, нет такой вещи, как просветление, которой можно было бы обладать, как каким-то устойчивым состоянием каждого дня. Поэтому дзэнские наставники («мастера») чаще говорят не «достичь просветления», а «увидеть собственную природу». Просветление — это не состояние. Это способность ощутить то, к чему рождена душа. Это ощущение очень индивидуально, и не поддаётся никаким формулировкам. Слова сразу же искажают те чувства, которые мы пытаемся словами выразить или передать другому человеку. Это похоже на изменение свойств микрочастиц в квантовой механике при появлении наблюдателя за ними. Кроме того, путь к видению собственной природы — для каждого свой, поскольку каждый находится в своих собственных условиях, со своим багажом опыта и представлений. Поэтому говорят, что в дзэн нет определённого пути, нет одного определённого входа. Эти слова должны помочь практикующему дзэн не подменять свою природу механическим выполнением какой-то практики или идеи. Именно поэтому учиться можно только у природы, а не у книг или учителей. Учителя и книги — лишь возможность сравнить свой опыт с опытом других людей, но ни при каких обстоятельствах они не могут быть высшим авторитетом.
Считается, что дзэнский наставник должен сам видеть свою природу, потому что тогда он может правильно видеть состояние «ученика» и давать ему подходящие именно для него указания или толчок. На разных этапах практики «ученику» могут давать разные, «противоположные» советы, например:
§ «медитируй, чтобы успокоить ум; больше старайся»;
§ «не старайся достичь просветления, а просто отпускай всё происходящее»…
По общебуддийским представлениям, есть три коренных яда, из которых возникают все страдания и заблуждения:
1. неведение о своей природе (замутнённость ума, тупость, замешательство, беспокойство),
2. отвращение (к «неприятному», представление о чём-то как самостоятельном «зле», вообще жёсткие взгляды),
3. привязанность (к приятному — неутолимая жажда, цепляние)…
Поэтому пробуждению способствуют:
1. успокоение ума (то есть не «остановка мышления» как некое усилие, а позволение себе чистого видения вещей, не смешивая его с умственными построениями и интерпретациями).
2. освобождение от жёстких взглядов
3. освобождение от привязанностей.
Два основных вида регулярной дзэнской практики — это сидячая медитация и простой физический труд. Они нацелены на успокоение и объединение ума. Когда прекращаются само-взбалтывания, «муть оседает», неведение и беспокойство уменьшаются. Прояснившийся ум может легче увидеть свою природу.
На определённом этапе, когда практикующий успокоил ум, хороший наставник — видя «препятствие» в уме практикующего: жёсткие взгляды или привязанность — может помочь от него избавиться. Таким образом, путь дзэнского практикующего — это и раскрытие «своей» мудрости, и не закрытие от «чужой». Скорее, это убирание ложного барьера между «моей» мудростью и «чужой». Это ощущение единства человека и природы, как того, что живёт по одним и тем же законам. Природа же здесь — понятие гораздо более глубокое, чем цветы, камни и деревья. Это скорее силы, рождающие бытие и пронизывающие бытие. При этом здесь нет никакого символизма: эти силы существуют всегда в конкретном, осязаемом виде. Мысль не сравнивается в дзэн с рябью на воде: рябь на воде и есть мысль в одном из своих бесчисленных проявлений, данных нам в ощущении.
Многие дзэнские мастера утверждают, что практика может быть «постепенной» или «внезапной», но само пробуждение всегда внезапно — точнее, непостепенно. Это просто отбрасывание лишнего и видение того, что есть. Поскольку это просто отбрасывание, нельзя сказать, что оно как-то достигается. Или что в этом есть «ученики» и «наставники». Наставники могут передавать Дхарму учений — то есть, идеи и методы дзэн. Дхарма Ума, то есть сущность просветления, уже присутствует. Она не нуждается ни в каких достижениях.
Итак, практика и учение дзэн нацелены на успокоение души, на то, чтобы освободить ум от второстепенных желаний, освобождение от жёстких взглядов и угасание ненужных привязанностей. Это облегчает видение собственной природы, которое само находится вне всякой практики и всяких путей.
В целом, то же верно и для остальных буддийских традиций; школа — дзэн — нацелена на максимальную простоту и гибкость методов и понятий.
Дзэн-буддизм отрицает превосходство интеллекта над чистым опытом, считая последний вместе с интуицией верными помощниками. В Дзен широко распространен метод НАБЛЮДЕНИЯ как себя (медитация) так и окружающие вещи.Главное чтоб наблюдение велось без суждений,чистое свидетельствование позволяет отбросить иллюзии и увидеть истинную природу.
Человек Дзен ведет действие не из-за обстоятельств, а из-за своего желания которое рождается из океанической глубины у него внутри. т.к он ощущает себя божественным, то и дела должны быть божественны. Не имеет значение что ты делаешь.Весь мир-храм.