Брат переводит сестру по Калинову мосту
Через тёмный лес брат с сестрою шли,
Через тёмный лес брат с сестрою шли.
Они шли и шли, вышли [на] край леса,
Вышли [на] край леса к быстрой речушке,
5. К быстрой речушке, к морю синему.
Через речушку лежит мосток Калиновый,
По тому мосточку брат сестру переводил.
Братец-то перешёл, а сестра утонула.
Вышел брат на бережок, горько плакал.
10. Подошёл к нему Сам Белес, Вещий Бог:
«Ты чего, юноша, горько плачешь?» —
«А и как не плакать мне, Боже Велесе!
Я сам перешёл, а сестра утонула!» —
«Ты не плачь, юноша, по своей сестре.
15. А твоя сестра не по Правде жила —
Семерых детей она загубила!»
А сестра брату с моря говорила:
«Не коси, братец, шелкову траву,
Не пей, братец, моревую воду,
20. Не лови, братец, белорыбицу!
Белорыбица — это тело моё,
Моревая вода — это кровь моя,
Шелковая трава — моя руса коса!»
А с-под лесику, лесу тёмного
А с-под лесику, лесу тёмного,
А с-под лесику, лесу тёмного —
Там течёт река, река быстрая.
А по бережку шли да брат с сестрой.
5. Через речку лежит тонка досочка.
А брат перешёл — сестра утонула.
«Не ходи, братец мой, по крутому берегу,
Не топчи, братец мой, шелкову траву,
Не лови, братец мой, белу рыбицу,
10. Ты не пей, братец мой, светлую водицу!
А крутой бережок — это грудь моя,
Шелкова трава — то коса моя,
Бела рыбица — это тело моё,
Светлая вода — это слёзы мои.
15. Ты сходи, братец мой, на свято Капище,
Ты зажги, братец мой, свечу ярую,
Помяни, братец мой, добром душу мою,
Добром душу мою, душу [имярек]\»
16.Разлилась, разлилась речка быстрая
Разлилась, разлилась речка быстрая,
Разлилась, разлилась речка быстрая.
Там и шли-пошли три сестриченьки,
Они шли-пошли, становилися,
5. Становилися, разговорилися:
«А кому ж из нас наперёд идти?»
Старшей сестре наперёд идти.
Старшая сестра наперёд пошла,
Перекладинка обломилася —
10. Старшая сестра утопилася.
Там и шёл-пошёл ея брат родной.
«Не ходи, братец мой, по крутому бережку,
Не топчи, братец мой, шелковую траву,
Не сбивай, братец мой, белы камушки,
15. Не лови, братец мой, белу рыбицу,
Не мути, братец мой, ты речную воду,
Ты не пей, братец мой, ключевую воду!
А крутой бережок — это грудь моя,
Шелкова трава — это волос мой,
20. Белы камушки — это глазки мои,
Бела рыбица — это тело моё,
А речная вода — это слёзки мои,
Ключевая вода — это кровь моя!»
Мамка сыночку все приказывала
Мамка сыночку всё приказывала,
Мамка сыночку всё приказывала:
«Не ходи, сыночек, по крутому бережку,
Не топчи, сыночек, шелковую траву,
5. Не сбивай, сыночек, белы камушки,
Не мути, сыночек, ты речную воду,
Не лови, сыночек, белу рыбицу!
Шелковая трава — это волосы мои,
А крутой бережок — это груди мои,
Белы камушки — мои глазоньки,
А речная вода — мои слёзыньки,
Бела рыбица — это плоть моя,
Ключева вода — это кровь моя!»
Суд Велесов
То не калики перехожие
В путь-дороженьку собиралися,
То душа — искра Сварожия
От плоти бренныя отделялася.
5. Яко листовье с дервия отрывалася,
От всех забот мирских отвращалася.
Как подхватывали ея буйныя ветра,
Уносили ея прочь с отчего двора,
Гудьмя гудели, споро летели
10. За леса густыя, за поля пустыя,
За горы высокия, за дали далёкия,
За реки быстрыя, за воды чистыя.
Ставили ея у Калинова моста,
У Калинова моста — пред очи Самого Велеса.
15. Говорил Белес душе таковы слова:
«Уж ты гой еси, изродна душа!
Каково ж ты, душа, на Земле жила?
По Правде али по Кривде, душа, ходила?
В Божской простоте али в мирской маяте,
20. Ты, душа, живот свой длила?»
Отвечала Велесу душа тако:
«Я, душа, по совести на Земле жила,
Я, душа, по Правде Сварожьей ходила,
В Божской простоте живот свой длила!»
25. Говорил тогда Белес душе тако:
«Коли правду ты, душа, Мне сказывала,
То пройдёшь ты по мосту по Калинову,
Не преткнувшись, прямиком во Свет Ирийский,
Яко пёрышко, легка да чиста еси,
30. Во роду небесном с предками соединишься.
Ну а коли неправду ты Мне сказывала,
То прогнётся под тяжестию Кривды твоей,
Преломится под тобою мост Калинов,
Восплещутся волны реки огненной,
35. И вверзнешься ты, душа окаянная,
Прямиком во Огнь Пекельный!»
Ирию мой прекрасный
Ирию мой прекрасный,
Тебе Сам Сварог изволил.
Ирию мой пресветлый,
Тебя Сама Лада садила.
5. Ирию мой предивный,
Тебя Сам Даждьбог рассветил!
В тебе древеса зело прекрасны
Возрастают и процветают,
Птицы в тебе зело красны
10. Пение пречудно воспевают,
Пестротою светло сияют
И веселием провещают.
В тебе, Ирию, реки дивные
Мёдом и млеком текут-истекают,
15. Сады вся наполняют,
Предков святых услаждают.
О, пресветлый мой Ирию!
Прекрасный чертог еси ты
Всего рода небесного!
20. Красота твоя вся пресветла,
Чистота твоя вся пречиста,
Благоухание в тебе предивно,
Сладко зело и пречудно.
В тебе Немерцаемый Свет
25. Непрестанно вся просвещает.
Доброта в тебе несказанна
И радость неизреченна
Непрестанно в тебе день и ночь
И вовеки веков пребудет.
30. В тебе светлый восток есть —
Дневный свет нам являет,
Солнце из тебе восходит,
Земли вся концы просвещает,
Живот всяк веселием исполняет
35. И радость велию сотворяет.
Месяц и звёзды из тебе исходят,
Нощную тьму просвещают.
Тебе, Ирию, предки наши возлюбиша,
Трудами многими себе изнуриша,
40. За Русь вовеки страдаша.
В тебе, Ирию, хоромы предивны
От злата чиста сотворены.
В тебе, Ирию, дворы пресветлы
Светом несказанным сияют.
45. В тебе, Ирию, чуда пречудны
Светлостью свет озаряют.
В тебе глас чист празднующих,
Глас несказанна утешения,
Глас радости и веселия,
50. Глас пения неизреченного.
Несть в тебе ни беды, ни печали,
Ни горести, ни озлобления.
В тебе несть скорби, ни болезни,
Ни горести, ни воздыхания.
55. Несть в тебе старости, ни смерти,
Ни будущих ожидания.
О, Граде Небесный, предивный,
Граде чудный, прекрасный!
Врата твои пресветло сияют,
60. Камением самоцветным преукрашены.
Одры в тебе зело изрядны,
И постели мяхцы и предивны.
Сады в тебе зело пречудны,
Пестротою сияют различно.
65. О Граде Небесном, пресветлом,
Сердцем всем возрадеем!
О, сподоби нас, Сварог Великий,
Со предками сесть получити —
В бесконечном веселии
70. И в бесконечной радости! Гой!
Ирий Светлой
Уж ты Ирий мой, Ирий Светлой!
Что далёко от меня отодвинулся?
Потому ли, что полна чаша моя,
Чаша моя золотая,
5. Той ли неправдою, злым неможеством?
Потому ли, что пить мне сию чашу,
Чашу мою золотую,
Нынче срок пришёл?
Потому ли, что черпать мне сию чашу,
10. Чашу мою золотую,
Да не исчерпати,
Мерить, да не измерите,
Кривды моей не источите,
Пока лишь Правдою Вышнею
15. Не возмогну ея наполните?
Врата Ирийские
Уж вы, Врата честны Ирийски,
Златом-серебром блещете предивно,
Жемчугами, самоцветами украшены,
А паче того — Правдою Божией,
5. Крепостью да лепостью Сварожией!
Вами, честными Вратами Ирийскими,
Предки наши святые хаживали,
Правде следовали, а Кривду отваживали,
И нам, потомкам своим,
10. Тако же деятъ вовек заповедовали!
Круг Велесов
Гой ты, душа, моя душенька,
Како ходишь ты, колобродишь
По Кругу Велесову —
От рожденья до смерти,
5. От смерти к рождению,
Торишь пути ты от Яви до Нави,
А от Нави до Яви внове.
И несть тебе, душенька, роздыху,
Несть пристанища в мире сём.
10. А есть тебе, душенька,
Во роду земном претворение,
Во роду небесном отдохновение,
А во Родовом Чертоге Незримом
С Самим Родом Всевышним воссоединение.
15. А коли со Всевышним тако воссоединишься,
То николиже на Круг Велесов не возвратишься!
Земное Возрождение
Войдёшь в Моренины ворота[79] — не воротишься,
Уйдёшь по Велесову пути — не оглянешься;
Мать Сыра-Земля по тебе восплачется,
Буйны ветрушки разрыдаются.
5. Но будет и твоему пути продолжение —
Во роду небесном возрождение,
От дел земных отдохновение.
А настанет пора — и воротами Живы[80]
Во род земной придёт срок возвращения.
10. Се — Кола Великого Коловращение,
Иже есть вечное Возрождение! Гой!
24. Воспамятуйте, други, о смерти!
Воззрите вы, други, на дубовы Крады,
На бытия Иного враты!
О, житиё наше маловременное!
О, богатство мирское суетное!
5. И слёзы убожества, и гордость завистная —
На сём вольном свете всё минёт,
Лишь Правда Божия николиже не прейдёт!
Боги нам дают вельми много, а нам-то всё мало,
Не можем мы, други, ничем ся наполнити.
10. А возляжем мы во срок свой на погребальны Крады,
Прижмём руки к сердцу,
Души наши пойдут по делам своим,
По дорогам иным —
На Суд Велесов, во род небесный;
15. Телеса наши пойдут в огонь на сгоранье,
Кости наши пойдут земле на преданье,
А богатство мирское суетное, гордость
завистная,
Кривда, Богам ненавистная — куда пойдут?
Покинем же, други, всякую Кривду,
20. Возлюбим же, други, Божию Правду! Гой!
О маяте мирской и о смерти
Маята мирская — лишь морок и сон,
Злато-серебро мира — лишь тлен и прах,
Коли померк в Сердце твоём
Рода Вечного Самосиянный Свет,
5. Коли не ведаешь ты ничего,
Кроме лежащего в твоей руке.
Но когда придёт срок,
И воскличет до тебя Мара,
Возмахнёт Своим серебряным серпом
10. И пресечёт нить жизни твоей земной,
Тогда разожмётся рука твоя,
Как была она до того,
Как явился ты на бел свет;
И тогда возопиет душа твоя,
15. Представ пред грозны очи Того,
Кто поведёт её на Закрадный Суд.
Мир сей — радость для ведающего Богов
И печаль — для уловленного маятой;
И когда предстанешь ты пред Вещим Судиёй,
20. Да будет тебе по мере твоей да по милости Его!
Гой!