Недвойственное осознавание — ригпа
Исходная реальность ума — это чистое недвойственное осознавание, ригпа. Его сущность едина с сущностью всего, что есть. В практике его не следует путать даже с самыми тонкими, самыми спокойными и самыми открытыми состояниями движущегося ума. Неузнанная, природа ума проявляется как движущийся ум. Если же узнать её непосредственно, она становится и путем к освобождению, и самим освобождением.
В учении Дзогчен как символ ригпа часто используют зеркало. Зеркало отражает всё без разбора, без предпочтений и оценок. Оно отражает прекрасное и уродливое, большое и малое, благое и неблагое. Для того, что может отражаться в зеркале, нет никаких рамок или ограничений, но само зеркало остается незапятнанным и незатронутым, что бы в нем ни отразилось. Кроме того, оно отражает всё непрерывно.
Точно так же ригпа отражает все явления мира переживаний: мысли, образы, эмоции, привязанность и ее объекты, каждый из видимых субъектов и объектов, каждое переживание. Сам оперирующий понятиями ум тоже пребывает в ригпа. И жизнь, и смерть протекают в природе ума, но сама она не рождается и не умирает, как отражения в зеркале приходят и уходят, не создавая и не разрушая зеркало. Отождествляя себя с оперирующим понятиями умом, мы живем как одно из отражений в зеркале, реагируя на другие отражения, мучаясь от заблуждений и страданий, бесконечно рождаясь и умирая. Мы принимаем отражения за действительность и проводим всю жизнь в погоне за иллюзиями.
Когда ум свободен от влечения и неприязни, он сам собой расслабляется в никем не созданном ригпа. Тогда больше нет отождествления себя с отражениями в зеркале, и мы можем без усилий принимать всё, что возникает в переживании, правильно понимая каждый момент. Если возникает ненависть, зеркало наполнено ненавистью. Когда возникает любовь, зеркало наполняется любовью. Для самого зеркала ни любовь, ни ненависть не имеют никакого значения: то и другое есть в равной степени проявление его неотъемлемой способности отражать. Это называют зерцалоподобной мудростью: когда мы распознаём природу ума и развиваем способность пребывать в ней, никакие эмоциональные состояния нас не отвлекают. Напротив, все состояния и все явления, даже гнев, ревность и т. д., освобождаются в чистоту и ясность, то есть в свою сущность. Пребывая в ригпа, мы пресекаем карму в самом корне и освобождаемся от оков сансары.
Устойчивое пребывание в ригпа облегчает осуществление других духовных устремлений. Если ты свободен от привязанности и неудовлетворенности, становится легче делать добро; если не поглощен самим собой, легче проявлять сострадание; если не держишься за ложные и ограниченные представления, легче практиковать преображение.
В "Материнской тантре" природа ума названа "изначальным умом". Она подобна океану, в то время как обычный ум подобен рекам, озерам и ручейкам, которые обладают природой океана и возвращаются к нему, но временно существуют как отдельные водные пространства. Движущийся ум сравнивают также с пузырями на поверхности океана изначального ума, которые постоянно образуются и пропадают в зависимости от силы кармических ветров. Но природа океана никогда не меняется.
Ригпа спонтанно возникает из основы. Деятельность ригпа — это непрекращающееся проявление. Все явления возникают, не нарушая ригпа. Плод полного пребывания в природе ума — три Тела (каи) Будды: дхармакая, то есть свободная от мышления сущность, самбхогакая — непрерывное проявление и нирманакая — неомраченная деятельность сострадания.
Ригпа основы и ригпа пути
В контексте практики различают два вида ригпа. Хотя это лишь умозрительное разделение, оно облегчает понимание наставлений. Первое, ригпа основы, — это всепроникающее исходное осознавание основы (кябриг). Таким осознаванием обладают все наделенные умом живые создания — и будды, и сансарные существа, — поскольку именно из этого осознавания происходят все виды ума.
Второе — это проявляющееся врожденное осознавание пути (самриг), которое представляет собой всеобъемлющее осознавание, переживаемое отдельным живым существом. Его называют ригпа пути, потому что под ним подразумевается прямое переживание ригпа, которое появляется у йогинов, когда они входят в практику Дзогчена и получают введение, посвящение и передачу. Это значит, что реализация ригпа в переживании приходит только после того, как практикующий получит введение в ригпа.
Потенциальная возможность проявления ригпа пути заключается в том, что ум каждого из нас происходит из изначального осознавания основы. Когда изначальное осознавание постигается непосредственно, мы называем его врожденным осознаванием — это и есть то самое ригпа пути, которым обладает йогин. В этом контексте мы называем изначальное чистое осознавание словом ригпа, а ригпа, которое возникает на пути, — рангриг. Первое можно сравнить со сливками, а второе со сбиваемым из них маслом, в том смысле, что состав у них один и тот же, но, чтобы сбить масло, необходимо что-то приложить. Таково проявляющееся ригпа, или ригпа пути: мы входим в него, а затем выходим и попадаем обратно в движущийся ум. В нашем переживании оно то вспыхивает, то угасает. Но ригпа присутствует всегда: изначальное ригпа основы есть присутствие, а не возникновение или прекращение — сознаём мы это или нет.
Основа — кунжи
Кунжи — основа всего бытия: и материи, и сознания всех живых существ, нераздельное единство пустоты и ясности. Эти две категории также называют "Ясный Свет". Это тот же самый Ясный Свет, о котором идет речь в йоге сна. (В учении Дзогчен выражение кунжи несет в себе иной смысл, чем в принадлежащей к Сутре школе читтаматра, где кунжи, или алаявиджняна, обозначает нейтральное и непробужденное сознание, которое содержит в себе все категории мыслей и кармических следов).
Сущность кунжи — пустота (шуньята). Это ничем не ограниченное, абсолютное пространство. Оно пусто от каких-либо сущностей, от бытия, от понятий и границ. Это пустое пространство, которое кажется нам внешним, пустое пространство, вмещающее объекты, и пустое пространство ума. В кунжи нет ни "внутри", ни "снаружи", о нем нельзя сказать, что оно существует (потому что оно есть ничто) и что оно не существует (потому что оно есть сама реальность). Оно безгранично, его нельзя ни уничтожить, ни создать, оно не рождается и не умирает. Описать кунжи можно только языком парадоксов, поскольку оно — вне двойственности и понятий. Любые лингвистические построения, которые пытаются его передать, заведомо ошибочны и могут лишь намекать на то, чего не могут объять.
На уровне отдельного живого существа аспект ясности или света кунжи — это ригпа, чистое осознавание. Кунжи подобно небу, но оно не то же самое, что небо, которое лишено опознавания: кунжи — не только пустота, но и осознавание. Здесь имеется в виду отнюдь не то, что кунжи — это субъект, осознающий некий объект, а то, что осознавание есть пустота. Пустота есть ясность, а ясность есть пустота. В кунжи нет ни субъекта, ни объекта, ни какой-либо иной двойственности или различения.
Когда вечером заходит солнце, мы говорим, что наступает темнота. Эта темнота существует только для наблюдателя. Пространство же всегда ясно, оно не меняется с восходом или заходом солнца. Пространство не бывает темным или светлым. Свет и тьма существуют только для нас, наблюдателей. Темнота присутствует в пространстве, но не затрагивает его. Если зажечь светоч осознавания, он озарит для нас пространство кунжи, основы, но само кунжи никогда не было темным. Темнота — это следствие омрачений: наше осознавание было окутано тьмой невежественного ума.
Сознание и материя
Сущность и сознания, и материи — кунжи. Так почему же материя лишена осознавания? Почему живые существа могут стать просветленными, а материя — нет? В Дзогчене это объясняют на примере хрусталя и куска угля, где хрусталь символизирует ум, а уголь — материю. Когда светит солнце, как бы оно ни освещало уголь, он не способен излучать свет. У него нет такой способности, как у материи нет врожденного осознавания, способного отражать. Когда же свет солнца попадает на хрусталь, он отражает свет, потому что обладает врожденной способностью это делать — такова его природа. Эта способность проявляется в виде разноцветных лучей света. Так и живые существа обладают даром врожденного осознавания. Ум живого существа отражает свет изначального осознавания, и его потенциальная способность проявляется или как проекции ума, или как чистый свет ригпа.
Познание
Буддийская Сутра учит, что обычный человек не может постичь пустоту посредством прямого восприятия, но должен полагаться на познание, основанное на логических умозаключениях. В традиции Сутры всегда были очень распространены дискуссии о том, как применять аналитические методы и логику для познания пустоты, но почти ничего не говорится об узнавании природы ума посредством чувств. Согласно Сутре, только йогин, достигший третьего пути, пути прозрения, обладает прямым йогическим восприятием пустоты, и на этом этапе его уже не причисляют к обычным существам.
В Дзогчене другая точка зрения. Это учение не только говорит нам, что пустоту и ясность природы ума можно непосредственно постичь чувствами, но и утверждает, что можно выполнить эту духовную задачу легче и надежнее если использовать чувства, а не рассудочный ум. Чувства — это непосредственные врата в прямое восприятие, которое очень близко к чистому осознаванию, пока в него не вмешается ум. В некоторых комментариях к Сутре критикуют Дзогчен, утверждая, что практикующие Дзогчен слишком увлекаются видениями света и другими видениями, которые могут быть даже у обычных существ. Но именно так и должно быть. Природа ума, которую мы распознаём, присутствует во всех существах.
Зачастую, когда наше понимание опирается на интеллект, нас удовлетворяют умственные представления. Бывает, услышав какие-то высказывания, мы воображаем, что поняли их смысл даже без прямого переживания того, на что указывают слова. Не умея опираться на прямое постижение истины, скрывающейся за представлением, мы сверяемся с созданными нами моделями того, что желаем понять. Но так можно легко заблудиться в дебрях движущегося ума. Это все равно что принимать географическую карту за реальную местность или палец, указывающий на луну, за саму луну. Даже если в итоге мы получим весьма впечатляющее описание истины, пребывать в этой истине мы не будем.
Природу ума можно воспринять посредством сознания глаз, сознания ушей, сознания носа и так далее. Мы видим благодаря глазам, но сами глаза не видят. Мы слышим благодаря ушам, но само ухо не слышит. Таким же образом природу ума можно воспринять благодаря сознанию глаз, но переживает ее не само сознание глаз.
То же самое относится и ко всем остальным видам прямого восприятия. Образ, полученный с помощью сознания глаз, и образ, о котором рассудочный ум думает как о полученном сознанием глаз, — различны. Тот образ, который воспринят непосредственно сознанием глаз, ближе к исходной реальности, чем модель этого восприятия, которая имеется в рассудочном уме. Ум не способен к прямому восприятию: он распознаёт объекты только с помощью проецируемых мысленных образов и с помощью языка, который сам основан на логике.
Например, сознание глаз воспринимает явление, которое мы называем "стол". То, что он воспринимает — не стол, а живое чувственное переживание света и цвета. Оперирующий понятиями ум не воспринимает прямо чистые живые явления, из которых складывается переживание сознания глаз. Вместо этого он создает мысленный образ того, что переживает сознание глаз. Он заявляет, что видит стол, но видит лишь мысленный образ стола. Таков ключевой пункт, где расходятся оперирующий понятиями ум и прямое восприятие. Если закрыть глаза, стол нельзя будет воспринять непосредственно, и эта совокупность явлений уже не будет составлять часть непосредственного впечатления, однако ум может по-прежнему проецировать образ стола, который будет отличаться от непосредственно воспринимаемых явлений. Для ума не обязательно присутствие чувственного восприятия: он может существовать в собственных построениях.
Хотя для нас как людей такая способность оперирующего понятиями ума моделировать прямое восприятие имеет неоценимое значение, она же становится причиной одного из самых существенных препятствий в практике. Перед прямым переживанием природы ума и после него относительный ум пытается превратить это переживание в понятие. Как переживание ригпа вначале заслоняется образами, мыслями и двойственным отношением к объекту переживания, так и превращение ригпа в понятие становится преградой. Мы можем думать, что познаём природу ума, тогда как на самом деле воспринимаем лишь то, что связано с понятием. Отсюда вовсе не следует, что само прямое чувственное переживание и есть природа ума. Даже при очень чистом восприятии мы склонны незаметно отождествить себя с воспринимающим субъектом и переживание остается двойственным. Однако в самый первый момент соприкосновения осознавания с объектом чувств присутствует обнаженная природа ума. Например, когда мы внезапно чем-то поражены, есть миг, в котором все чувства открыты: мы не отождествляем себя ни с тем, кто воспринимает, ни с восприятием. Обычно такой момент сродни беспамятству, потому что грубый движущийся ум, с которым мы себя отождествляем, в этот миг бывает парализован. Если же сохранить осознавание этого момента, не будет ни воспринимающего, ни воспринимаемого, ни мысли, ни мышления, ни реакции субъекта на объект, а только чистое присутствие, только открытое недвойственное осознавание. Это и есть природа ума. Это и есть ригпа.