Душевое производство ВНП по основным регионам мира, 1996 г.
Регионы | ВНП на душу населения, долл. |
Северная Америка Европа Южная Америка Россия Азия Африка | 18 048 11 096 6 026 3 962 3 502 1 985 |
Источник: Россия и зарубежные страны: сравнение по основным показателям // Вопросы экономики. 1997. № 10. С. 123.
Самым очевидным проявлением отсталости развивающихся стран от развитых является, конечно, разрыв в показателях благосостояния – как валовых, так и душевых. В 1996 г. экономически развитые страны, где жило 14% населения планеты, производили 53% мирового ВНП, в то время как в развивающихся на 56% населения приходилось лишь 21% ВНП. Если перейти к анализу данных о производстве ВНП на душу населения по регионам (Табл. 1), то станет ясна иерархия отсталости: страны Южной Америки – «лучшие среди худших», зато страны Африки оказываются на самом «дне».
Нищета «третьего мира» тянет за собой густой шлейф других проблем.
1) Острая нехватка элементарных продуктов питания. По оценке ФАО (Организации ООН по продовольствию и сельскому хозяйству), 1/5 населения развивающихся стран потребляет продовольствие ниже «критической нормы», т. е. голодает. Стабильной «зоной голода» стала Черная Африка.
2) Массовая неграмотность (например, в Африке – порядка 50%), дополняемая «утечкой мозгов» – миграцией высококвалифицированных работников в развитые страны за «длинным долларом».
3) «Долговая петля». Не имея собственных средств для модернизации экономики, развивающиеся страны обращаются к займам у банков, правительств развитых стран и международных организаций. Низкая эффективность использования заемных средств приводит к наращиванию внешних долгов с очень низким полезным эффектом. Совокупный долг «третьего мира» приближается к 1,5 трлн. долл., значительная часть которого уже никогда не будет выплачена из-за неплатежеспособности заемщиков.
4) Технологическая отсталость. Из различных производственных ресурсов большинство стран «третьего мира» обладают в достатке лишь естественными богатствами (в основном, полезными ископаемыми), переработка которых «на месте», однако, невозможна из-за отсутствия квалифицированных кадров и оборудования. В результате «третий мир» превращается в сырьевой придаток развитых стран.
Отсталость «третьего мира» ведет к асинхронности развития мирового сообщества: в то время как примерно 15 – 20% человечества начинает жить в постиндустриальном обществе, 60 – 70% остаются в обществе индустриальном, а еще 15 – 20% не могут даже пройти первичную индустриализацию.
В поисках причин отсталости позиция специалистов, как правило (хотя есть и исключения), жестко определяется их гражданством: обществоведы развитых стран чаще всего акцентируют внимание на «бедности, порождающей бедность», а мыслители из развивающихся и бывших «социалистических» стран проклинают «империалистов», которые-де искусственно консервируют и усугубляют отсталость. Истина, вероятно, лежит где-то между крайними точками зрения.
Современное мировое хозяйство – рыночное хозяйство. Обеспечивает ли механизм «невидимой руки» выравнивание благосостояния или, напротив, способствует усилению его дифференциации, если у участников рыночной «игры» изначально шансы не равны? Общеизвестно, что рынок безразличен к проблеме социальной справедливости: рыночная конкуренция дает выигрыш более сильному, более умелому, а не более нуждающемуся. При изначальной отсталости «игрока» его успех возможен только за счет более высоких затрат каких-либо ресурсов.
В мировое хозяйство, которое начало активно формироваться в ХIХ в., страны «третьего мира» вошли как политически угнетенные и слабо модернизированные. Поэтому многие лидеры национально-освободительных движений «Юга» считали, что политическое угнетение «империалистических держав» есть первопричина всех форм отсталости. Ошибочность этого мнения стала особенно наглядной после «освобождения Африки»: уход европейцев почти повсеместно привел к резкой деградации экономики и ожесточенной междоусобице племен, стран, политических лидеров. «Нормальное» развитие бизнеса (по образцу Западной Европы нового времени) здесь оказалось принципиально невозможным. Поэтому в неравенстве исходных шансов у «игроков» Востока и Запада трудно кого-либо обвинять кроме безликих законов общественного развития.
Если нет виновных в неравенстве исходных шансов, то можно ли обвинять «победителей» в том, что они якобы грабят «проигравших»? Конечно, есть масса примеров «грязной игры», когда развитые страны применяли «дипломатию канонерок»[1], предоставляли «помощь» на кабальных условиях и т. д. Но рыночный механизм в любом случае привел бы к усилению или, по крайней мере, к сохранению отставания. Требовать от развитых стран, чтобы они «играли в поддавки», т. е. не использовали своих заведомых преимуществ, противоречит принципам современного экономического мышления.
Международная организованная преступность (наркобизнес). Организованная преступность родилась в ХIХ веке, но в глобальную проблему она превратилась в 1970-е гг., когда главным, наиболее высокодоходным преступным промыслом стал наркобизнес.
Наркобизнес имеет принципиальное отличие от других «профильных» мафиозных производств. На рынках других запрещенных товаров и услуг производство и потребление совмещено в пространстве (сосредоточено в развитых странах). С наркотиками растительного происхождения ситуация иная: сырье находится в развивающихся странах, а потребители – в развитых. Поэтому наркобизнес изначально обречен на глобализацию.
Современный наркобизнес – это производство и транспортировка трех стандартизированных продуктов (героин, кокаин, производные конопли) для потребителей двух основных региональных рынков (США, Западная Европа) силами нескольких соперничающих олигополистических преступных «фирм» (сицилийская и корсиканская мафия, «Коза Ностра», колумбийские картели Медельина и Кали, триады и т. д.). Наркобизнес стал для многих развивающихся стран одной из основных отраслей национального хозяйства (такова роль производства героина для экономики Афганистана, кокаина для Перу, марихуаны для Ямайки).
Проблема наркобизнеса есть обратная сторона проблемы отсталости «третьего мира». Развитые страны не дают развивающимся «занять место под солнцем», равнодушны к росту нищеты в «третьем мире». Выращивание наркокультур становится в результате для бедных крестьян едва ли не единственным способом «свести концы с концами». Возникает ситуация, когда в ответ на «финансовую петлю» отсталые страны «бьют» героиновыми, кокаиновыми и прочими «бомбами».