Общественное Служение и Личная Свобода
Фашизм отстаивает принцип свободы в частном и долга перед общим. В своей публичной деятельности человек должен поступать как то прилично Гражданину, - члену Государства, - согласуя свои действия с интересами Государства, которое его защищает, его направляет и гарантирует ему личную свободу. В частной жизни он волен поступать, как ему нравится.
Его поведение касается лишь его самого и близких, если при этом не страдает свобода и благоденствие других людей. Но при одном условии: в Государстве нет места трутням и деградантам, которые распорядились своей свободой так, что теряют способность приносить пользу обществу.
Наша этика предписывает «спортивный» образ жизни, дающий силы для служения Фашистскому идеалу гражданства. Морально мы оцениваем всякий вопрос, во-первых, с точки зрения общественной, и во-вторых, - с научной. Если действие не вредит Государству или другим гражданам данного Государства, а субъект, его совершающий, сохраняет в здравии ум и тело, - такое действие не является нравственно недопустимым.
Этот критерий вне религиозных установок, предрассудков и прежних доктрин, которые сегодня помрачили человеческий разум. Насколько мы ненавидим эпикурейский декаданс, настолько же презираем и декаданс фарисейства.
Обязательный атлетизм есть дальняя цель справедливо насаждаемой этики. И даже в этом насаждении мы полагаемся более на новое общественное сознание, созданное современным Ренессансом, нежели на закон, который велит хватать случайного выпившего прохожего, однако не трогает алкоголиков, ущербных и вырожденцев.
В нашем обязательном атлетизме мы стремимся, фактически, к Спартанскому образцу, но значительно смягчённому в елизаветинской атмосфере Славной Англии. Времена, предшествовавшие победе пуританского фарисейства, совпали с величайшими достижениями Британского мужества и творческой предприимчивости. Люди, что несли Британский Флаг в далёкие моря, не страдали от дурных снов и не проводили свободные часы в компании типов из D.O.R.A. и м-с Гранди.
Сила через Радость
Мы знаем, что высокий дух в социальной и политической области не менее благотворен, нежели физическое здоровье. Чем лучше настроение, чем выше дух в рядах тех, кто взялся решать задачи современности, тем успешнее будет их дело.
Но все развлечения и частные радости должны укреплять нас для службы Государству, а не ослаблять. На деле, хотелось бы, чтобы человек проводил заслуженный отдых на беговой дорожке, на футбольной трибуне, в театре или синематографе, но мы не имеем ничего против питейного заведения или клуба, если не доходит до излишеств и человек не оставляет там своё здоровье и сбережения.
Есть разница во многих случаях между отдыхом и пороком. Последний ведёт к декадансу, первый способствует здоровому повышению жизненного тонуса, который, в свою очередь, улучшает работоспособность и готовность к службе.
Таким образом, призывая своих Соратников к «спортивному» образу жизни, мы не поддерживаем пуританскую стерильность и подавление. В наших рядах мы желаем видеть не евнухов, а целеустремлённых мужчин, подчиняющих свои жизни служению. Движение уже сейчас приняло эту мораль и положения её обретают организованную форму.
Мы ожидаем от наших Соратников готовности не только интеллектуальной, но и физической, и оттого нередко подвергаемся нападкам, как организация, созданная якобы для физического насилия. Разумеется, на силу мы ответим силою, но не это движет нами. – Покуда человек достигает каких-нибудь результатов в спорте, да к тому же профессиональных, - вырождение невозможно. Постоянная тренировка ума и тела, готовность исполнить свой долг, когда придёт время, - это есть часть жизни, посвящённой Новому Движению, где мы стремимся уже теперь возродить мужество Нации.
Такова наша этика, которую мы утверждаем, как природную этику Британского Мужества. Отсюда наша враждебность к фарисеям и законникам современного общества и ко всем делам наших политиков, чей бред олицетворяет «D.O.R.A.»
Мы создаём общенациональное Движение, которое на смену старушечьему крючкотворству даст юное социальное сознание и волю к служению.
Каждый человек станет членом Государства. Он посвятит Государству свою общественную жизнь и получит взамен право на частную жизнь и личную свободу сообразно с корпоративными целями Государства.
Женский Труд
Говорят, что до настоящего времени слишком мало внимания наша организация уделяла положению женщин. – Верно. До сих пор мы концентрировали свои усилия на политической организации мужчин. Не потому, что недооцениваем всемiрное значение женщины, просто политический опыт привёл нас к заключению, что организация на ранней стадии – это мужское дело. Мы слишком дорожим прекрасным полом, чтобы подставлять его под бутылочные осколки и опасные бритвы, которыми наши славные оппоненты-коммунисты подкрепляли свои аргументы.
В будущем женщину ждёт в организации важная, но отличная от мужской роль. Мы хотим, чтобы женщина оставалась женщиной, а мужчина – мужчиной. Тем не менее, в политической организации Корпоративного Государства женское участие мы считаем весьма важным.
Женщины-специалисты и занятые в промышленности, конечно, получат своё представительство в корпорациях, охватывающих их профессию и предприятия, но остаётся более серьёзный вопрос о представительстве того подавляющего женского большинства, которое занято «карьерой» материнства, и которое, как таковое, не было представлено ни в какой организации. Многим эта идея может показаться фантастической, но логика требует в сложившейся обстановке какой-то корпоративной организации и представительства для материнства.
Мы не откроем Америку, сказав, что материнство есть самое высокое и самое важное звание в Государстве. Почему же тогда женщины не имеют право на представительство и организацию как матери, и до сих пор страдают от этого?
Это представительство попало в руки профессиональных политиканствующих особ, прозванных в насмешку «амазонками», которые, вероятно, и могли бы представлять некоторые области женского существования, но немногие из них имеют намерение представлять интересы матерей Нации.
Почему бы представительству материнства не быть организованной силой в совещательных органах Государства?
Забота о матери и ребёнке есть неотъемлемая часть Фашистской Государственности, которая рассматривает самое себя не только в качестве сторожа Настоящего, но и, - в гораздо большей степени, чем старые партии, - как хранителя Будущего.
Существует множество вопросов, имеющих первостепенный интерес для женщин и разрешению которых сможет весьма помочь организация такого рода. В её сферу естественно войдут вопросы домохозяйства, здравоохранения, образования. А кроме того, есть темы более широкого политико-социального значения, в которых женское мнение должно стоять на первом месте.
Подавляющее большинство женщин не стремится к политической карьере и не имеет на это времени. Следовательно, их интересами пренебрегли, а их номинальное представительство досталось тем особам, чьей единственной идеей является бегство от естественных для их пола обязанностей и уподобление мужчинам. Результаты этого процесса весьма плачевны: такие особы становятся менее пригодны для домоводства и воспитания детей, чем даже средний мужчина.
Следовательно, представительство и первая в истории организация нормальных женщин, от которых зависит будущее Расы, является насущной политической необходимостью. Фашизм будет рассматривать женщину-мать, как один из главных столпов Государства, доверив ей организацию и развитие области Национальной жизни из ряда важнейших.
Внешняя политика Фашизма
О нашей внешней политике нужно бы написать ещё отдельную книгу, но мы можем здесь указать в общих чертах её основные принципы.
Описанные меры Национального Восстановления автоматически включают в себя изменение иностранной политики. Нам следует меньше безпокоиться о чужих делах, сосредоточив внимание на ресурсах собственной страны и Империи. Мы должны использовать всякую благоприятную возможность, где бы она ни возникла, для продвижения Британских торговых интересов, проведя с этой целью реорганизацию дипломатической и консульской службы, которая впредь будет направлять свою деятельность на решение практических вопросов коммерции, в меньшей степени занимаясь распутыванием европейских политических дрязг. Самим фактом концентрации на внутренних делах мы избавим себя от некоторых проблем, и в частности, от континентальных проблем и смуты. Это ни в коем случае не означает, что мы уйдём с мiровой сцены и перестанем влиять на мiровые процессы. Мы определённо будем использовать для этого все существующие механизмы, включая Лигу Наций. Мы не верим в эффективность этого института в его нынешнем виде, однако Фашистский метод заключается не в разрушении наличных механизмов, а в их использовании и преобразовании для различных целей. Никогда нельзя забывать, что Лига Наций – это всего лишь бездушная машина. Как всякая машина, она послушна воле тех, кто управляет ею. До сих пор типы, держащие её рычаги, по нашему мнению, направляли её работу в сторону безполезную, и нередко опасную. Но, как реалисты, мы собираемся её скорее использовать различными способами и путями для различных потребностей, нежели ломать на этом основании. Самое главное, в работе этой организации и в прочих международных делах мы прекратим мягкотелую политику самоограничения всех Британских интересов, которая характеризовала последнее десятилетие и, «ради мiра», низвела Нацию до роли старой надоедливой леди, присматривающей за ребёнком. Стремясь к примирению со всеми народами, мы не считаем, что Британия обязана подписывать чеки на всякий неоплаченный долг человеческого рода.
Вооружение
В вопросе военном мы должны быть готовы возглавить процесс по разоружению, при условии, что он будет распространяться на всех, а не только на нашу страну. Мы не примем одностороннюю редакцию, по которой Британия останется безпомощной перед угрозами современного мiра. С другой стороны, задействуя самых лучших экспертов, мы кардинально перестроим наличную систему обороны.
Существует нелепое мнение, которое дотошно добивается абсолютного паритета во всех военно-морских категориях с «дружественной» Америкой, от которой до нас больше трёх тысяч миль, однако охотно допускает 2,5-кратное преимущество в воздухе другой «дружественной» державы, находящейся всего лишь в 20 милях. Мы же вопрос обороны Империи, - который сегодня по нашему разумению связан с торговыми интересами и традицией также, как с очевидными требованиями безопасности в современных условиях, - подчиним научному анализу скорее, чем сантиментам. Появление воздушного фактора совершенно изменило положение Островов, а старое поколение политиков до сих пор не осознало его значение.
Этот дух реализма следует сохранять и при разработке защиты наших торговых путей. Может ли, например, одновременная воздушная и подводная атака в районе Ла-Манша закрыть для нас Средиземное Море, а следовательно и Суэцкий Канал? Если так, то мы рискуем потерять наш главный путь в Индию. Если этот канал нам могут перекрыть (здесь я не могу утверждать с уверенностью специалиста), - мы должны не создавать политические осложнения для себя в Египте, а скорее заняться укреплением островов на окружном пути в Индию. Решение этих вопросов не под силу дилетанту, но сомнительно, что теперь традиционное их решение окажется лучше научного исследования современных факторов.
В таком очерке, касающемся многих, совершенно новых и требующих места вопросов, невозможно раскрыть тему внешней политики иначе, как в общих чертах. В целом, мы должны стремиться к умиротворению и быть наготове, чтобы возглавить этот процесс. Слишком долго Британия, даже в этой сфере, нерешительно следовала за прочими нациями. Наша основная политическая цель, - без лукавства, - Британское первенство. Но забота о внутренней реконструкции гарантирует, по крайней мере, от безрассудства агрессивного империализма.
Для поддержания в Британцах постоянного настроя на восстановление собственной страны, незачем будут апелляции к национальной спеси перед другими странами. У нас своя задача, но как часть её – есть наш вклад в дело мира во всём мiре.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
В положениях, представленных на этих страницах, предлагается не только новый политический курс, но также новая жизненная концепция. Мы считаем, что реализовать их сможет лишь современное Движение, захватывающее все области Национальной жизни. Чтобы победить, оно должно представлять мужественную молодёжь Британии, восставшую против существующего положения.
Враг – Старая Банда господствующей политической системы. Не имеют значения партийные вывески старых парламентариев, - все они на поверку одинаковы; неважно с какой программой они выходят на выборы, - неизменно после выборов все занимаются одним и тем же: обслуживают частные интересы и усыпляют Нацию.
К концу войны Британия усилиями нового поколения достигла вершины могущества и величия. Они же, пробыв у власти 14 лет, сдали этот рубеж и поставили страну во внутренней и внешней политике в худшие, опаснейшие условия. Вновь мы поднимаем Знамя Юности и бросаем вызов этим изменникам.
Первой попыткой было создание новой Партии в 1931-м году, которая со всей страны собрала вокруг себя последователей, составивших мощное ядро. С самого начала она подверглась интенсивным нападкам, лжи и насмешкам со стороны старых обитателей Парламента и прессы, прислуживающих закулисе. В результате наша программа оказалась вне публичной известности и обсуждения.
На Генеральных выборах в Октябре 1931-го года, при формировании «Национального Правительства», этого последнего великого блефа Старой Банды, мы временно потерпели поражение. Электорат отдал голоса за Правительство «единых баранов», в котором впервые открыто собрались все послевоенные политические неудачники. Каждый из них имел свой собственный потопленный корабль и все карабкались теперь на борт новой лодки. «За бортом» остались лишь ошмётки лейбористской верхушки – собрание типов, чей интеллектуальный кругозор их бывшие коллеги сочли недостаточным для участия в новой комбинации.
«Национальное Правительство» начинало работать, не имея программы. Не имеет её и сегодня. Пока в 1931-м не грянул кризис, главари этой банды не предвидели его, высмеивали даже предположения о его возможности, а публику уверили в том, что проблемы разрешатся автоматически, самим фактом новой комбинации старых сил: кризис, как и сердца электората, обязан был растаять от неожиданного зрелища обнимающихся престарелых джентльменов, которые провели предыдущие полста лет во взаимном оплёвывании. К несчастью, реальность оказалась более суровой, чем демократические сантименты. Уже вскоре после медового месяца эти старые бандиты убедились в необходимости предпринимать что-то дальше, но в той атмосфере всякий призыв к здравому смыслу, к усилию, к действию был обречён на провал. Они высмеяли и отвергли нашу программу, чтобы теперь в «Национальном Правительстве» принять её в части, но в таком ничтожном, испорченном виде и с таким опозданием, что сделали её совершенно неэффективной.
Нам, однако, не на что жаловаться. Всё пережитое является классической первой фазой становления нового Движения. Фактически, наш опыт был удачней опыта современных движений, появившихся в других странах и взявших власть.
Итальянским Фашистам пришлось значительно хуже на выборах в 1919-м, за три года до Победы. Их Вождь получил всего 5 тыс. голосов против 100 тыс., полученных тамошней Старой Бандой. – Около 20%. Столько мне отдали жители Стоук-он-Трэнта на выборах 1931-го года.
Если мы обратимся к примеру Германских Наци, то увидим, что враги разбивали их раз за разом, пока те не набрали силу.
Это естественно, когда нации в период кризиса ищут лёгкий и привычный путь спасения. Естественно и то, что они предпочитают довериться хорошо известным, почтенным политическим личностям, покуда не обнаружится, что доверия те не стоят и отстали от времени. Только тогда, с новой решимостью, порождаемой отчаянием, великие нации обращаются к новым силам и новым людям.
Всегда и у всякой нации первым результатом кризиса становится комбинация «единых баранов». Лишь после их провала новое Движения начинает свой неотвратимый ход. Его цель – защита фундаментальных революционных преобразований. Но все эти преобразования возможно провести легально и мирно, и мы страстно желаем этого. Удастся так сделать или нет, - главным образом, зависит от того, насколько быстро примет страна новые идеи.
Дальнейшая пассивность грозит коллапсом. Тогда утвердить новые идеи мирным путём не получится. Насилие станет средством их утверждения, как это было в других странах.
Легкомысленное отношение может привести экономику к окончательному краху. В то время благоразумие и рассудительность исчезнут, и выстоит лишь организованная сила. Тогда в борьбе сойдутся те, кому в истории всех современных кризисов неизменно принадлежат главные роли: лавры достанутся Фашизму или Коммунизму. Если последнему – Британии конец.
Людей, утверждающих, будто в этой ситуации можно эффективно использовать обычные государственные инструменты (армия, полиция), не научили ничему ни история современной им Европы, ни реалии сегодняшнего дня. В высшей степени специфичной борьбе за современное Государство, в условиях кризиса, выживали и впредь неминуемо будут выживать лишь специальные Фашистские и Коммунистические организации. Правительства и партии, которые полагаются на обычные государственные инструменты (не предназначенные для таких случаев), легко и позорно падут жертвой сил анархии.
Следовательно, если в Британии возникнет такая ситуация, Фашисты готовы встретить коммунистическую анархию организованной силой. Но мы не ищем этой войны и, ради Нации, желаем предотвратить её.
Только когда мы видим малодушную капитуляцию перед грозящими трудностями, дурацкий оптимизм, всякий раз опровергаемый, безволие перед надвигающейся опасностью, - мы чувствуем необходимость организации на указанный случай. Активное действие, даже сейчас, поможет избежать её, но разве хоть кто-нибудь, имея опыт политической работы после войны, может питать надежду на то, что существующие партии, возглавляющие их люди или наличная политическая система способны на такое действие?
Всё устройство, состав, вся традиция, психология и кругозор старых партий не позволяют им достойно встретить трудности нового времени. Их ещё никто не преодолел и, как нам кажется, не преодолеет и в нашей стране, кроме этого современного феномена под названием «Фашизм».
Нередко меня убеждают, будто одобрение многих идей, изложенных в этой книге, можно было бы найти в одной из существующих партий, и что глупо проворачивать громоздкую работу по созданию нового механизма, когда и прежний может их реализовать. Такая аргументация выдаёт полное непонимание вопросов и событий нашего времени.
Тщетно было бы говорить Итальянскому Фашисту о возможности возрождения Италии через джиолиттианский парламент, равно как убеждать Германского Наци прекратить свою борьбу и попытаться сотрудничать с врагами, несостоятельность которых и вызвала необходимость создания НС-организации.
Новые идеи утвердятся в современном мiре не иначе, как через новую и организованную силу. Великобританию старые партии не спасли за 14 лет, и впредь не спасут.
Они не понимают, что им делать с кризисом, они не организованы для его встречи, они идейно и психологически не годятся для этого. Компромисс с ними не возможен, ибо «их пути – не наши пути, их боги не наши боги».
На самом деле, в старых партиях и даже в Парламенте есть множество молодёжи, симпатизирующей нашим идеям и чьё настоящее место – среди нас. В это десятилетие истинное политическое деление пролегло не между партий, а между поколениями.
В последние годы в любой момент можно было сформировать идейно однородное правительство из тех, кому за 50, и, соответственно, из тех, кто моложе 50-ти. Старшему поколению была предоставлена возможность продемонстрировать верность этого утверждения при формировании «Национального Правительства». Для молодёжи машина партийного управления, контролируемая стариками, перекрыла все пути. Эта партийная машина своей властью пресекла все попытки естественного размежевания в Британской политике.
Тем не менее, в недрах всех политических партий, среди известных молодых партийных деятелей и ещё больше в рядовой массе: появляются потенциальные Фашисты.
Прежде, чем получить их поддержку, которая обозначит коллапс ветхой политической системы и рождение нового Национального Единства, нам следует предельно приблизить Победу. Мы должны находить новых людей, как делали уже; ничего не имея, кроме воли народной массы к Победе, - мы обязаны создать новую Силу. Так всякое Фашистское Движение поднимается к власти не комбинациями представителей прежней политической системы, но открытием новых, ранее безвестных людей и созданием новых сил, свободных от пут прошлого.
За исключением нескольких ведущих личностей, которые порвали со старой политической системой и поставили всё на построение системы новой, повсеместно до появления Фашизма его творцы пребывали в безвестности. Следовательно, и в нашем случае мы не можем положиться на известные имена и фигуры. Немногие из них пойдут на такую рискованную авантюру, как создание нового Движения, и мы не можем этого от них ожидать. Если своей идее мы верны, то должно, невзирая на большинство, рискнуть всем ради дела, в борьбе за которое мы сперва будем одиноки.
В приближающейся схватке нам противостанут внушительные мiровые силы с их материальной властью: политики с громкими именами, партийная махина и пресса выставят против нас вал клеветы или организованного бойкота, как выставляли прежде, как противостояли они повсюду подобным движениям. Но на нашей стороне силы, которые вели эти движения к Победе во всём мiре.
За нас экономические обстоятельства вкупе с духовными устремлениями эпохи. Вот те силы, которые в Новейшей Истории столь многих стран развеяли без остатка напыщенность ветхих политических систем, разбили все их доспехи и утвердили власть новых принципов.
Как мы говорили, Британский случай – особенный, и определённо мы призываем Британию следовать собственным путём. Германцы отличны от Итальянцев, - так они заявляли совсем недавно и были правы, утверждая, что пропасть между Латинянином и Тевтонцем шире, нежели пропасть, отделяющая обоих от Англичанина. Но в критический момент Фашизм – этот феномен новой эпохи – перешёл с Латинской стороны и вновь возник на Тевтонской практически не изменившись. Сегодня он стал Всемiрным Движением, в час кризиса охватывающим каждую страну, как единственная альтернатива коммунистической пагубе.
Нужно помнить, что на протяжении истории все великие движения, охватывающие континент, стихали у наших берегов и ступали на нашу почву в иных формах и с иными свойствами. Также и мы стремимся в Британии создать Новое Движение в форме, отличной от континентальной, в специфически Британском духе, стараясь избежать эксцессов и ужасов континентальной борьбы.
Исполнение этих чаяний зависит от сроков пробуждения Британии. Способны ли мы вновь явить политический гений, что преобразовал великое движение, опустошившее Континент в конце XVIII-го века, в Движение здравого смысла и равновесия, который позже провёл законодательную реформу в Британии, невозможную и непостижимую для иностранцев?
Рождённый в крови, Новый Порядок был перенесён с Континента в Британию методами, отличающими наш величественный строй. Мы задаём вопрос: почему же появление – и неизбежное появление – великой силы новой эпохи в Британии должно означать насилие? Обладает ли ещё Британия политической мудростью, есть ли в Нации стремление избежать его? Разве все апелляции к здравому смыслу тщетны? Разве Британцы приговорены?
Мы, со своей стороны, призываем соотечественников действовать, покуда есть время для проведения необходимых преобразований доступными легальными и конституционными методами. Если же, наоборот, всякое обращение к разуму не принесёт плодов, как то было совсем недавно, а Империя обречена на сползание к кризису и последующую анархию, - в этот решающий час мы не умоем руки и встанем, чтобы заслонить Государство от гибели.
Лжёт тот, кто обвиняет нас в «пропаганде насилия». На самом деле мы лишь защитили наши митинги от насилия, а практика подтвердила крайнюю необходимость этих мер.
Уже осталась в прошлом свобода слова. Лидеры старых партий пробираются окольными путями под охраной полиции на встречи, куда пускают только по пропускам, иначе они стали бы жертвами социалистических и коммунистических экстремистов. Мы же сделали свои митинги открытыми для публики и пользовались правом Англичан проходить по городским улицам после митингов. Когда на нас нападали, мы били в ответ. В итоге я был вовлечён в фарс, будучи вызван в полицейское управление за нападение на красных, которые пришли сорвать наш митинг, а когда получили отпор, то с рёвом побежали под крылышко полиции и Закона, - объектов их прежних насмешек.
Подавляющее большинство наших собраний, даже в первое время, проходили мирно. Фактически, из нескольких сотен митингов, на которых я выступал перед выборами, лишь два закончились дракой (хотя в прессе ни о чём другом и не рассказывали), а повторные визиты, даже в Глазго, носили на удивление мирный характер. Тем не менее, в противостоянии красному террору, у нас есть чем встретить его и мы всегда будем делать всё для его искоренения. Слишком долго улицею правил Хулиган. Мы будем пользоваться правом свободы слова и впредь, по мере сил, защищать это право.
Но ещё раз: это не означает, что мы склонны к насилию. Напротив, своих целей мы стараемся добиться методами законными и обращаемся к своей стране с призывом не упустить это время, дабы предотвратить возможное насилие. Для этого нужно свергнуть Старую Банду и принять действенные меры прежде, чем дело зайдёт чересчур далеко.
Сегодня наш враг – наличный парламентаризм. Если он останется у руля, завтра нам придётся драться с Коммунистической Партией. Это Старая Банда готовит нам смуту, коммунисты всего лишь исполнители. Они не смогут выступить, покуда либералы не приведут к катастрофе. Стало быть, парламентаризм для нас является врагом №1 и первейшее дело – низвергнуть его.
Исполнение этой задачи конституционными методами повлечёт далее заявку на парламентскую власть. Поверхностному наблюдателю покажется противоречивым такое стремление Нового Движения, не принимающего Парламент в его нынешнем виде. Для нас же он всегда был не целью, но лишь средством; наша цель – не политическая грызня за парламентские кресла, а Национальное Возрождение.
Так или иначе, момент для выборов и парламентской работы ещё не наступил. Сперва необходимо построить Движение, охватывающее все области Национального бытия и везде привносящее Корпоративную Идею.
Возможно, мы совершили ошибку, приняв участие в парламентских выборах прежде, чем создали этот механизм. Это то, на чём спотыкались все новые движения, взявшие власть в Европе после войны.
В любом случае придётся пройти через издевательства и отвержение. Это воистину есть проверка для Движения на жизнеспособность. Первая победа – за Старой Бандой, так Рем играючи разрушил недостроенную стену Рима…
Никому не дано знать, придёт ли к власти наш Британский Союз Фашистских Партий через парламентскую систему или в ситуации, вышедшей из-под контроля Парламента. Разрешение данного вопроса зависти от двух непредсказуемых факторов: с какой скоростью будет ухудшаться положение и насколько быстро Британский Народ осознает необходимость новых форм и новой организации.
Если события будут развиваться быстро, а общественное сознание медленно, - некий коллапс может приключиться раньше, чем Новое Движение установит контроль над Парламентом. Тогда, в условиях приближающейся анархии, понадобятся иные, жёсткие меры. Не этого мы хотим.
Ни в коем случае мы не применим силу против Короны, - лишь против анархии и только когда государственный механизм обнаружит своё безволие и безсилие. Как ни странно, однако этот вариант станет, наверное, меньшим злом, - если учесть менталитет Британцев, - чем сползание медленное и столь незаметное, что воля к действию не просыпается в Нации.
Британцы показывают себя наилучшим образом в критические моменты, но нет их хуже, когда необходимость действия не очевидна.
Может случиться так, что у нас не будет никакого чётко обозначенного кризиса. Тогда возникнет гораздо более серьёзная опасность.
Это как повреждённая машина, работающая на двух цилиндрах вместо шести. Полная её остановка станет сильнейшим стимулом, побуждающим к действию, нежели движение, пусть и со скрипом. Пока это движение происходит, какое бы оно ни было, хоть и не нормальное: всегда остаётся ленивая надежда «на лучшее».
Главная опасность для забывшейся Британии – скатиться до уровня Испании, которая вроде бы существует, но уже мертва в смысле величия и своего мiрового предназначения.
При наличии такого количества столь многих случайностей, никто не может говорить уверенно о будущем. Не можем и мы утверждать определённо ни о сроках грядущей катастрофы, ни о том, примет ли она форму острого кризиса или постепенного сползания к уровню державы второго сорта.
Всё, что мы знаем: если Британия будет и дальше плутать, она не избежит катастрофы или потеряет своё положение в мiре.
Поднять Нацию навстречу этим опасностям – есть наш долг. Быть готовым к любой ситуации, - к политическому действию или к катастрофе, - это есть наш долг.
Таким образом, безполезно описывать пути реализации принципов, за которые мы боремся, пока не обозначены ясно и исчерпывающе в политике, в экономике, в быту, сами эти принципы.
Один великий человек действия как-то сказал: «Если знаешь, куда идёшь, лишних шагов не сделаешь». Эту истину приняли новые движения, преобразуя современность.
Мы обращаемся к тем, кто присоединяется к нам в нашем великом и опасном предприятии, с призывом пожертвовать всем, но не ради какой-то мелочи или дешёвки. – Мы просим их посвятить жизнь созданию в нашей стране Движения Новой Эры, которое, как часто было в истории, превзойдёт в концепции и творческом исполнении всех континентальных предшественников.
Мы призываем переписать величайшую страницу Британской истории, найти высшее применение духу времени на этой земле.
Ни своим друзьям и никому в стране мы не обещаем Победы без борьбы и тяжких испытаний. Того, кто марширует вместе с нами, ожидают оскорбления, непонимание, враждебность. Возможна и ожесточённая борьба, и опасности. Взамен мы можем предложить лишь глубокую веру в то, что эта Борьба ведётся за право на жизнь для Великой Страны.