Советская культура послевоенного периода 1945-1991гг. : основные направления и её яркие представители.
Первое послевоенное десятилетие вошло в историю нашей страны как апогей сталинизма. Важнейшей задачей, стоявшей перед государством, победившим в самой кровопролитной из всех воин в мировой истории, было восстановление народного хозяйства, всех его отраслей, включая науку и культуру, которые понесли в военные годы огромные потери. В 1945-1955 гг. развитие отечественной науки было направлено на обеспечение лидерства СССР в оборонных отраслях, а культуры - на изоляцию от Запада. В народном образовании главной задачей стало введение обязательного семилетнего обучения, а для молодежи, не сумевшей получить образование в военную пору, - создание системы вечернего обучения. Эта цель была достигнута к 1950 г. Увеличилось количество высших учебных заведений, в вузах активно вводились вечерняя и заочная формы обучения. Была усилена административная система управления народным образованием. В 1946 г. Всесоюзный комитет по делам высшей школы был преобразован в Министерство высшего образования СССР, в 1950 г. в структуре ЦК ВКП(б) был организован Отдел науки и высших учебных заведений. Во второй половине 1940-х гг. была создана сеть научно-исследовательских институтов: Институт точной механики и вычислительной техники, Институт радиотехники и электроники, Институт прикладной геофизики, Институт физической химии, Институт ядерных проблем, Институт атомной энергии и др. Приоритетными являлись исключительно те научные направления, которые служили укреплению обороны страны. В частности, особое внимание уделялось работам в области использования атомной энергии. Научным руководителем проекта по созданию ядерного оружия с 1943 г. был академик И. В. Курчатов. 29 августа 1949 г. на полигоне под Семипалатинском впервые в СССР было проведено испытание атомной бомбы. Советским ученым принадлежит первенство в разработке термоядерного оружия, в которой принимали участие выдающиеся физики И. Е. Тамм, Ю. Б. Харитон, А. Д. Сахаров. Испытание водородной бомбы впервые было произведено в СССР в 1953 г.
Академики С. И. Вавилов, И. Е. Тамм, Т. А. Черенков, И. М. Франк внесли большой вклад в развитие экспериментальной физики по изучению нейтронов и люминесценции. Под руководством М. И. Франка был создан импульсный реактор на быстрых нейтронах. В 1947 г. под руководством С. П. Королева была успешно завершена работа по созданию первой советской баллистической ракеты-носителя. Это позволило уже в 1954 г. оснастить Советскую Армию новейшими образцами ракетно-ядерного оружия.
Советская литература не могла выходить за рамки современных или исторических, а чаще историко-революционных тем. Даже тема войны после выхода в свет романа А. А. Фадеева "Молодая гвардия", провозглашенного образцовым, считалась исчерпанной. Если в первые послевоенные годы правдивые и талантливые книги о войне еще выходили и даже получали положительную оценку (например, повесть писателя-фронтовика В. П. Некрасова "В окопах Сталинграда"), то по мере усиления идеологического контроля тема войны, лишений, нелегкого ратного труда, фронтовых и тыловых будней исчезала со страниц книг и журналов. Считалось, что это отвлекает советских людей от насущных задач дня, вызывает трагические воспоминания. Предпочтение отдавалось "праздничной", бесконфликтной и бесцветной литературе. Такие лучшие произведения, как "Русский лес" Л. М. Леонова, "Первые радости" и "Необыкновенное лето" К А. Федина, "Времена года" В. Ф. Пановой, "Открытая книга" В. А. Каверина, отражают общее состояние литературного процесса тех лет, в котором отсутствует новаторский поиск, довлеет идеологическая схема, нет жанрового и стилистического многообразия.
Крайне тяжелое положение сложилось в музыкальном и театральном искусстве. После выхода в свет постановления Политбюро ЦК ВКП(б) от 10 февраля 1948 г. "Об опере "Великая дружба" В. Мурадели"" началась кампания борьбы с "формализмом" в советской музыке, жертвами которой стали талантливые композиторы Вано Мурадели, обвиненный в разжигании национальной розни в опере "Великая дружба", а также Д. Д. Шостакович ("Леди Макбет Мценского уезда"), С. С. Прокофьев, Н. Я. Мясковский, А. И. Хачатурян, В. Я. Шебалин.
41.Рыночные реформы и социально-экономическое развитие России в 1991 — 1999гг: цели и результаты, последствия преобразований. Ценз «ельцинского лихолетья».
Состоявшийся в ноябре 1991 г. V Съезд народных депутатов предоставил президенту широкие полномочия для проведения экономических реформ. Большинство депутатов российского парламента в этот период поддерживали курс социальной экономической реформы. К началу 1992 г. правительство, возглавляемое ученым-экономистом Е.Т. Гайдаром, разработало программу радикальных реформ в области народного хозяйства. Центральное место в ней занимали меры по переводу экономики на рыночные методы хозяйствования (меры "шоковой терапии").
Экономический кризис тяжело отразился на развитии аграрного производства. Недостаток сельхозтехники, особенно для фермерских хозяйств, организационная перестройка форм хозяйствования повлекли за собой падение уровня урожайности. Объем сельскохозяйственного производства в середине 90-х годов упал на 70% в сравнении с 1991-1992 гг. На 20 млн. голов уменьшилось поголовье крупного рогатого скота.
В декабре 1992 г. на VII Съезде народных депутатов Российской Федерации работа правительства Е. Т. Гайдара была признана неудовлетворительной. На пост премьер-министра страны был избран В. С. Черномырдин (декабрь 1992 — апрель 1998г.), выражавший интересы так называемого директорского корпуса, известный крупный хозяйственник с большим опытом работы. Первым шагом нового премьера в сфере экономики стало решение о финансовой поддержке топливно-энергетического комплекса. Это обстоятельство послужило поводом для некоторых аналитиков заключить, будто у нового премьера есть некая собственная модель экономического развития страны: приоритетными будто бы становятся базовые отрасли. Однако существенных перемен не происходило.
Одной из причин продолжавшегося кризиса была политика монетаризма, согласно которой количество денег (а не уровень развития производства) является определяющим фактором экономики.
По итогам 1993 г. национальный доход сократился на 14%, промышленное производство упало на 25%, сельскохозяйственное — на 5,5%. Существенно ухудшилось материальное положение населения. Ситуация в экономике мало изменилась и в 1994—1995 гг. Рост дефицита госбюджета продолжался, несмотря на то что с лета 1994г. начался новый этап экономических и социальных реформ. Летом было обнародовано несколько экономических решений правительства, касавшихся акционирования, реформирования предприятий, продажи предприятий-должников, а также дальнейшей либерализации внешней торговли.
Ельцинское «лихолетье» и его воздействие на материальное положение и духовно-нравственное состояние России еще не получили в нашей исторической литературе и в СМИ объективной, правдивой и всесторонней оценки, хотя написано об этом много. Для народа не раскрыто должным образом, какие внешние и внутренние силы стояли за «реформами» Ельцина и определяли их характер и направленность. И это понятно: пришедшие к власти неолибералы отнюдь не заинтересованы в правде о том, как их политика привела к обвалу России.
Оформление российской государственности. Поиски новых моделей федерализма в 1990-х гг. Чеченский кризис. Первый президент России Ельцин.
К концу 1991 г. в стране складывается весьма сложная социально-экономическая ситуация. За год национальный доход снижается более чем на 11 %, падает промышленное производство, уменьшается производство нефти и угля, пищевой продукции. В разряд дефицитных переходят практически все виды потребительских товаров. К началу ноября 1991 г. валютные запасы страны полностью исчерпываются, и Внешэкономбанк прекращает все платежи за границу, за исключением платежей по обслуживанию внешнего долга, который к этому времени достигает 76 млрд долларов. Угроза реального голода нависает над страной.
В силу постоянно ухудшающихся условий жизни эйфория в обществе быстро сменяется всеобщим разочарованием. Обретенная свобода от марксистской догмы принесла населению страны чувство облегчения, но вместе с тем возникли и растерянность перед неопределенным будущим, и ощущение утраты социальных и нравственных ориентиров. «Перестройка» расшатала устои советской системы, но практически не создала политико-экономических основ капиталистического строя.
Осенью 1991 г. государственные органы СССР фактически перестают функционировать как органы власти. Попытка создать новый союзный государственный аппарат в форме Межреспубликанского экономического комитета (МЭК) заканчивается провалом. Бывшие союзные республики отказываются выполнять экономические обязательства перед Союзом. Часть из них решительно выбирают путь радикальных социально-экономических реформ. Другие всеми силами и средствами стремятся их избежать или максимально отсрочить.
Одновременно союзная бюрократия растаскивала федеральную собственность по срочно создаваемым «концернам» и «ассоциациям». Процесс спонтанной приватизации захватывает регионы страны.
Ситуация в стране осложнялась бездействием демократических сил, не имевших ясной, проработанной программы системной трансформации. Исчезновение врага в лице КПСС вызвало в их рядах раскол и апатию.
Нарастающий хаос и социальное напряжение требовали от российского руководства срочно осознать новую реальность, сформировать национальные государственные институты, определить цели и задачи внешней и внутренней политики Российской Федерации, решить наиболее острые социально-экономические вопросы, наконец, запустить конкурентно-рыночные механизмы. Совпадение во времени задач, которые в других странах решались в разное время, неимоверно осложнило деятельность правительства Б. Н. Ельцина. Создание основ нового социально-экономического строя происходило в обстановке острого дефицита предпосылок для него. В силу исторических причин советские люди имели лишь крайне негативные представления о капитализме и рынке, а потому не испытывали желания участвовать в их создании.
По указанным причинам вопрос о цели трансформации российского общества не мог быть сразу гласно поставлен осенью—зимой 1991 г. ни властными структурами, ни средствами массовой информации. Президент Б. Н. Ельцин ни в одном из своих программных выступлений 1991–1992 гг. не говорил о капитализме как о конечной цели начинающихся структурных реформ. Таким образом, вопрос, куда должна идти Россия, чтобы не утратить свои государственные и международные позиции, фактически был оставлен без ответа. В силу этого внутриполитическая ситуация в стране осенью 1991 г. оставалась неопределенной, российское общество жило смутными ожиданиями перемен.
В конце 1994 г. российское руководство предприняло попытку разрубить «чеченский узел». Три года с момента прихода к власти в республике национал-радикалов во главе с Д. Дудаевым в Москве ждали, что режим, установленный генералом, сам себя изживет, но этого не случилось. За эти годы Чечня превратилась в опасный источник сепаратизма на Северном Кавказе. Призывы Д. Дудаева к созданию «общего кавказского дома народов» вне России создавали реальную опасность повторного передела постсоветского пространства, угрожали целостности Российской Федерации. Чеченский сепаратизм грозил подорвать едва наметившееся согласие между центром и регионами.
Время правления Ельцина и его воздействие на материальное положение и духовно-нравственное состояние России еще не получили в нашей исторической литературе и в СМИ объективной, правдивой и всесторонней оценки, хотя написано об этом много. Для народа не раскрыто должным образом, какие внешние и внутренние силы стояли за «реформами» Ельцина и определяли их характер и направленность. И это понятно: пришедшие к власти неолибералы отнюдь не заинтересованы в правде о том, как их политика привела к обвалу России.