Как закрыть церковь по инициативе механизаторов?
В 1960 году Совет по делам Русской православной церкви при Совете министров СССР не утвердил решений Кировского облисполкома о закрытии церквей в городе Нолинске, сёлах: Беляево, Каракша, Никулята, Николаевское.
Хотя местная власть, казалось, избрала эффективную тактику в достижении своей цели:
31 июля 1960 года с инициативой о закрытии Казанской церкви в селе Никулята и переоборудовании её под ремонтную мастерскую выступили механизаторы четырёх комплексных бригад колхоза «Новый путь». 2 августа правление колхоза поддержало их предложение и ходатайствовало перед Яранским райисполкомом о закрытии Никулятской церкви, которая «потеряла своё влияние среди населения и служит пристанищем для отдельных фанатиков». Поддержав это ходатайство, председатель райисполкома А.Столяров направил письмо председателю Кировского облисполкома И.Ф. Объедкову с просьбой закрыть Никулятскую церковь и передать церковное здание колхозу. 26 августа Кировский облисполком принял положительное решение поэтому вопросу, копия которого была направлена уполномоченным Смирновым на утверждение в Совет по делам РПЦ при Совете министров СССР.
5 августа 1960 года состоялось заседание правления колхоза имени Мичурина, центр которого располагался в селе Беляево Яранского (ныне — Кикнурского) района. Правление рассмотрело вопрос о закрытии деревянной Никольской церкви и передаче церковного здания под клуб, так как старый клуб пришёл в непригодное состояние, а действующая церковь «служит очагом различных инфекционных заболеваний, так как в неё приходят люди с различными инфекционными заболеваниями и распространяют их среди населения». При голосовании четверо из девяти членов правления воздержались, однако большинством голосов было принято решение ходатайствовать перед Яранским райисполкомом о закрытии храма. На следующий день, 6 августа, это ходатайство единогласно поддержали участники собрания молодёжи колхоза имени Мичурина, в котором приняли участие лишь 55 из 509 молодых людей, проживавших на территории Беляевского сельсовета. Причины закрытия церкви назывались те же: «молодёжи негде проводить досуг», а церковь «является разносчиком инфекционных заболеваний», а также «способствует детской смертности». 8 августа Яранский райисполком поддержал ходатайства колхоза имени Мичурина и общественности села Беляево, посчитав, что 5 членов правления и 55 молодых людей могут объективно представлять интересы 1461 жителя сельсовета. Решение, так же, как и в случае с Никулятским храмом, было подписано председателем кировского облисполкома и направлено на утверждение в Москву.
10 августа 1960 года с ходатайством о закрытии Косьмо-Дамианской церкви с. Каракша выступили актив местного колхоза имени Ленина и представители сельской интеллигенции. Мотивируя своё предложение о передаче здания церкви под сельский клуб, инициаторы закрытия храма заявляли, что церковь «обслуживает незначительную часть верующих, которые не принимают никакого участия в полезном труде и общественной жизни колхоза». 12 августа райисполком поддержал и это ходатайство, обратился в облисполком с просьбой о закрытии Каракшинской церкви. Облисполком тоже принял положительное решение и направил его на утверждение в Совет по делам РПЦ вместе с документами по Никулятской и Беляевской церквам.
Власти Санчурского района трижды пытались закрыть Вознесенскую церковь села Сметанино: первый раз в сентябре 1961 года — по предложению механизаторов колхоза «Новая жизнь», второй — в апреле 1963 года — по инициативе работников ме стного детского дома, третий раз — в апреле 1964 года, когда церковь осталась без священника, вышедшего по старости за штат епархии, но каждый раз Совет по делам РПЦ при Совете министров СССР не находил достаточных оснований для снятия с регистрации сметанинской общины, «учитывая высокую активность этого религиозного общества». Дважды — в июле 1963 г. и в апреле 1964 г. — Совет по делам РПЦ отказывал Кировскому облисполкому в закрытии церкви в городе Советске, обращая внимание уполномоченного Ляпина на «несерьёзное отношение к представлению Совету материалов на снятие с регистрации религиозных обществ».
В мае 1961 года обязательным распоряжением райисполкома были закрыты места паломничества на могилу отца Матфея и Турминский (ныне Мариушемский) источник. Это распоряжение под заголовком «Паломничество к могиле Матвея и «святому ключику» запрещено!» опубликовала районная газета «Знамя коммунизма» в № 26 от 28 мая 1961 года. В распоряжении говорилось: «Учитывая многочисленные просьбы и требования населения, Яранский районный Совет депутатов трудящихся принял решение о запрещении паломничества к так называемым «святым местам» — могиле Матвея на яранском кладбище и «святому ключику», расположенному на территории Высоковского сельсовета у деревень Усла и Мари-Ушем. Установлено, что организаторами паломничества являются разного рода кликуши, юродствующие и другие сомнительные лица, которые используют паломничество для распространения суеверий и извлечения больших денежных средств, сеют неверие в науку, разум и силы человека, отвлекают часть населения от активного участия в общественно-полезном труде. Скопление паломников из разных мест может служить источником распространения инфекционных заболеваний. Паломничество сопровождается разрушением других могил, вытаптыванием колхозных сенокосных угодий, уничтожением лесных насаждений, пьянством, дебошем и драками. За нарушение принятого решения о запрещении паломничества виновные лица будут привлекаться к ответственности в административном порядке: предупреждению, штрафу до 10 рублей, исправительно-трудовым работам до одного месяца. Настоящим доводится до сведения всех граждан района, что доступ к так называемым «святым местам» — могиле Матвея на яранском кладбище и «святому ключику» в Высоковском сельсовете — запрещён».
В 1962 году властями был введён «квитанционный учёт религиозной обрядности». 19 февраля 1962 г., во время встречи секретаря Санчурского райисполкома А.П. Марасанова с настоятелями и церковными старостами церквей района, яранский благочинный протоиерей Леонид Медведев прямо сказал руководителю, что этот новый порядок вводится для того, чтобы выяснить, кто именно отправляет религиозные обряды с целью оказать на них давление.
После закрытия церкви в селе Потняк вырванные из иконостаса с помощью пожарных багров иконы были свезены в Яранск и свалены во дворе местного музея. В феврале 1963 года, во время праздника Проводы русской зимы, иконы вывезли на площадь, на место массового гулянья, и зажгли. Возмущённые верующие обошли 12 окрестных деревень и собрали 1500 подписей в пользу открытия Потняковской церкви. Сообщая об этом, уполномоченный Ляпин подчёркивал, что сборщица подписей Л.И. Ячменёва «была в домах коммунистов, комсомольцев, руководящих работников колхозов, сельской интеллигенции, и никто не остановил её». За этот вопиющий факт секретарь райисполкома Марасанов был освобождён от занимаемой должности, а церковь осталась закрытой.
Под давлением со стороны властей епископ Иоанн, как и его предшественник владыка Поликарп, был вынужден принимать решения, вызывавшие осуждение части духовенства и прихожан. В мае 1963 года он дал распоряжение благочинному Яранского округа протоиерею Леониду Медведеву, запрещающее паломничество к могиле иеромонаха Матфея (ныне преподобного Матфея Яранского) на кладбище города Яранска. Владыка писал: «Такое народное почитание, без канонизации, порождает суеверия, с которыми церковь всегда боролась, как с идолопоклонством. На Вас возлагается обязанность — наблюдать, ведётся ли борьба с паломничеством теми причтами, в которых расположено это ненужное и вредное для жизни церкви почитание, и внушать причтам тех церквей, чтобы они не принимали никакого участия и не подавали бы повода к появлению этого суеверия, но всегда разъясняли бы обращающимся к ним почитателям этих усопших, что такое непомерное почитание приносит вред церкви и спасению собственной души».
Борьба за советскую обрядность
Ситуация быстро изменилась после проведения акции по выявлению верующих в семьях учащихся. На страницах областных газет широкое освещение получила история борьбы ученика Матвинурской школы Санчурского района Лёни Ильина за право носить пионерский галстук вопреки желанию его родителей и особенно верующей бабушки. В первом полугодии 1964 года областные газеты четыре раза возвращались к теме противостояния коллектива школы с семьёй Лёни Ильина, о котором, благодаря радиопередаче Всесоюзного радио «Пионерская зорька», стало известно всей стране. Узнав о борьбе санчурского пионера, соратник Ленина Е.Д Стасова, член партии с 1908 года, написала ему взволнованное письмо, которое также было опубликовано в областной прессе. В итоге семья уступила, и Матвинурская школа могла торжествовать победу в борьбе за судьбу юного пионера.
Икона
Оценивая эту историю, следует отметить, что поднятая в публикациях тема противостояния школы и семьи не была надуманной. Подобные случаи, когда родители не позволяли детям вступать в пионеры, имели место не только в Матвинурской школе, но и в других школах того же Санчурского района — Кувшинской, Вотчинской, Цекеевской, Ихтинской, Сметанинской.
По сообщению уполномоченного Ляпина, в соответствии с постановлением облисполкома от 19 декабря 1963 года, по опыту областного центра, в городах Слободской, Вятские Поляны, Омутнинск и Яранск была «внедрена советская обрядность по регистрации браков и новорождённых». Мера была вынужденной, так в Яранском районе количество крещений увеличилось в течение 1963 года более чем на тысячу случаев и составило 140% к числу родившихся детей в районе.
В 1964 году в Санчурском районе было зарегистрировано по новым обрядам 18 детей (2,9%) из 605 родившихся. Окрещено же было 770 детей (127% к числе родившихся в районе). В Яранском районе зарегистрировано по новым обрядам 92 ребёнка (6%) из 1431 родившегося, а окрещено 1207 детей (87%).
15 апреля 1964 года на заседании бюро Кировского сельского обкома КПСС был заслушан вопрос «О состоянии и мерах улучшения научно-атеистической пропаганды в Яранском районе» по итогам проверки, предпринятой комиссией под руководством инструктора идеологического отдела обкома КПСС В. Бегуненко и уполномоченного Совета по делам РПЦ по Кировской области И.Д. Ляпина. В постановлении по этому вопросу работа парторганизации района была признана «крайне неудовлетворительной» и подвергнута резкой критике буквально по всем её направлениям — подготовке атеистических кадров, индивидуальной работе с верующими, контролю за соблюдением духовенством советского законодательства о культах, борьбе с паломничеством, внедрению новых советских обрядов, контролю за совершением религиозных обрядов коммунистами и комсомольцами. В качестве фактов, подтверждающих запущенность антирелигиозной работы, были приведены высокие показатели религиозной обрядности по Яранскому району за 1963 год — 41% крещений, 72% венчаний, 30% отпеваний от общего числа этих обрядов по сельским районам области происходили в яранских церквах.
Тем не менее никаких административных перестановок в руководстве района по итогам этой проверки предпринято не было. Руководителям района лишь было дано указание устранить имеющиеся недостатки.
Конец «оттепели»
Завершением «оттепели» считается отстранение Хрущёва и приход к руководству Леонида Брежнева в 1964 году. Впрочем, ужесточение внутриполитического режима и идеологического контроля было начато ещё во время правления Хрущёва после окончания Карибского кризиса. Десталинизация была остановлена, а в связи с празднованием 20-й годовщины победы в Великой Отечественной войне начался процесс возвеличивания роли победы советского народа в войне. Личность Сталина старались как можно больше обходить стороной, он так и не был реабилитирован. В третьем издании Большой советской энциклопедии (1976 год) о нём осталась нейтральная статья. В 1979 году по случаю 100-летия Сталина вышло несколько статей, но особых торжеств не устраивали.
Массовые политические репрессии, однако, не были возобновлены, а лишённый власти Хрущёв ушёл на пенсию и даже оставался членом партии. Незадолго перед этим сам Хрущев раскритиковал понятие «оттепель» и даже назвал придумавшего его Эренбурга «жуликом».
Ряд исследователей полагает, что окончательно оттепель закончилась в 1968 году после подавления Пражской весны.
С завершением «оттепели» критика советской действительности стала распространяться лишь по неофициальным каналам, таким как Самиздат.