Углубление процесса реформ в Китае и Конституция 1982 г
1. Особенности формирования политической системы КНР Конституция 1954 г.Особенности формирования политической системы КНР непосредственно связаны с основными чертами революционного процесса в стране. С 20-х гг. в реализации задач китайской революции огромную роль играли военные. Централизованная вооруженная организация выступала в революционных опорных базах (1927-1937 гг.) и освобожденных районах периода борьбы против японского милитаризма (1937-1945 гг.) учредителем революционной власти и органов коммунистической партии. В обстановке военного времени демократический механизм власти заменялся военным правлением. Армия создавала организации КПК и служила главным связующим звеном между партией и народными массами. В политическую жизнь внедрялись военно-диктаторские методы управления обществом.
В условиях антияпонской войны утверждался принцип «единого партийного руководства». 1 сентября 1942 г. было принято Постановление ЦК КПК «О едином партийном руководстве и упорядочении отношений между партийными организациями в антияпонских опорных базах». Согласно Постановлению, в каждой опорной базе должен был формироваться партийный орган для «единого руководства» всеми сторонами жизни каждой опорной базы. После образования КНР партия не только унаследовала, но и развила систему «единого партийного руководства» военных лет, когда все виды власти концентрировались в партаппарате.
В военизированной компартии длительное время сохранялись традиции подпольной работы. Не случайно и после провозглашения КНР компартия Китая оставалась на полулегальном положении: большинство коммунистов не объявляло открыто о своей партийной принадлежности, негласно проводились партийные собрания. В тоже время сложилась система назначения сверху, так называемых делегированных органов КПК, каковыми являлись районные комитеты в городах и местные комитеты в «особых районах». Образовывался и институт партийных групп руководства: в особые парторганизации объединялись коммунисты, занимающие руководящие посты в учреждениях и организациях, руководители которых по должности оказывались секретарями партгрупп; сложилась практика совмещения партийных и административных постов.
В силу установившихся традиций вооруженные силы играли большую политическую роль. Особое положение армии закреплялось в первых конституционных документах КНР – «Общей программе Народного политического консультативного совета Китая», «Законе об организации Центрального народного правительства». Народно-освободительная армия Китая и войска общественной безопасности, составившие «единые вооруженные силы», находились под руководством Народно-революционного военного совета, поставленного на один иерархический уровень с Административным советом, т.е. правительством страны, которое, таким образом, не контролировало вооруженные силы.
В 50-х гг. в КНР утверждались специфически китайские институты. Среди них – Институт политических консультаций между различными политическими силами общества, под руководством КПК. В отношениях между КПК и некоммунистическими демократическими партиями он сложился как курс на «длительное сосуществование и взаимный контроль». Своеобразным регулятором отношений между высшим государственным руководством страны и другими общественными силами служил закрепленный Конституцией КНР 1954 г. институт Верховного государственного совещания (ст. 43), созывающегося Председателем КНР «в случае необходимости» в составе не только высших государственных должностных лиц, но и других «необходимых лиц». Совещание носило политико-консультативный характер, и его предложения передавались Председателем КНР Всекитайскому собранию народных представителей, его Постоянному комитету, Госсовету и другим органам государства для обсуждения и принятия решений.
2. «Культурная революция» в Китае и законодательное оформление маоистского режима. Конституция 1975 г.В апреле 1969 г. состоялся IX съезд КПК, который явился новым этапом внутриполитического и социального развития Китая. Закрепленное IX съездом КПК руководство страной представляло собой многоступенчатую иерархию, обеспечивавшую ничем не ограниченную абсолютную власть Мао Цзэдуна. В уставе КПК принятом IX съезд Мао был назван «вождем», а его «идеи» - «теоретической основой» КПК. Усилению тоталитарного режима, автократического характера власти способствовала ликвидация прежнего института заместителя председателя ЦК КПК. Ведущее место в маоистсткой иерархии занял Военный совет ЦК КПК, политическое влияние которого резко возросло в связи с осуществлением стратегического курса подготовки к войне и тотальной милитаризации.
После IX съезда КПК прекратил свое существование так называемый «пролетарский штаб председателя Мао Цзэдуна», руководивший «культурной революцией». Его прерогативы перешли к Постоянному Комитету Политбюро ЦК КПК, состоявшему из пяти бывших членов «пролетарского штаба». Постоянный комитет и его рабочий орган - политбюро сосредоточили всю полноту власти в стране в обход ЦК КПК и государственных органов. Политически и организационно ослабленным, практически парализованным вышел из «культурной революции» Госсовет КНР, поставленный к тому же под контроль армии. Его важные функции, в частности управление некоторыми отраслями военного производства, перешли к Военному совету ЦК и другим военным ведомствам. Основная масса новых сотрудников, входивших в контрольно-военные органы министерств и ведомств Госсовета, состояла из военных представителей. В частности, из 12 министров и председателей госкомитетов, назначенных в течении 1970 - первой половины 1971 гг., было 8 высших военных чинов, возглавлявших соответствующие комитеты и «ревкомы».
Не увенчались успехом предпринятые новым режимом и мероприятия, направленные на «устранение дублирования», «сокращение и упрочение аппарата управления». Например, Госсовет, подвергшийся значительному сокращению, вскоре обнаружил явную тенденцию к разбуханию: уже в 1972 г. число министерств возросло до 18, а штат увеличился примерно вдвое. Несостоятельной в этом плане показала себя и новая структура власти на местах. «Ревкомы» были призваны воплотить в жизнь новаторский план Мао о слиянии под эгидой армии партийной, государственной и военной власти и тем самым «упростить и удешевить аппарат» и устранить дублирование. Однако в действительности упрощения не произошло. Слияние партийной, государственной и военной функций власти привело к усложнению всего механизма управления, в частности к увеличению количества вертикальных звеньев в структуре государственного управления. До «культурной революции» в Китае в соответствии с Конституцией 1954 г. существовала трехступенчатая структура народных комитетов: провинциальные, уездные (городские), волостные (народная коммуна). С появлением «ревкомов» возникла пятиступенчатая структура: провинция, округ (район), уезд (город), народная коммуна и производственная бригада. Таким образом, в структуре местных органов власти появилось два новых звена – окружные (районные) «ревкомы» и «ревкомы» больших производственных бригад со своим аппаратом управления и штатом освобожденных работников.
Новая модель формируемой политической системы и основные направления её будущего развития были утверждены 2-м пленумом ЦК КПК девятого созыва (сентябрь 1970 г.). Пленум одобрил и проект новой Конституции КНР (взамен Конституции 1954 г), который следовало рассматривать как первую попытку режима в законодательном порядке оформить результаты военно-политического переворота, совершенного группой Мао Цзэдуна под флагом «культурной революции».
При анализе Конституции КНР 1975 г. обращает на себя внимание, прежде всего, её краткость: при одинаковой структуре с Конституцией 1954 г. (ведение и четыре главы), число статей было сокращено со 106 до 30. Сокращение проводилось в основном за счет II и III глав («Государственная структура», «Основные права и обязанности граждан»), т.е. как раз тех глав, которые требуют детального правового регулирования. В главе «Государственная структура» содержалось теперь всего 10 статей против 64-х в прежней, а главе «Основные права и обязанности граждан» - 4 статьи взамен 19.
Конституцию 1975 г. трудно было отнести к категории основных законов государства. Она представляла собой скорее декларацию определенных политических сил, причем сил не полностью однородных, а вступающих с различными установками относительно текущего положения и дальнейшего развития страны.
По содержанию Конституция 1975 г. отличилась от предыдущей прежде всего преамбулой. Конституция 1954 г. свое действие связывала с переходным периодом, который определялся как «период от создания КНР до построения социалистического общества», с которым связывались определенные задачи государства, включавшие постепенное осуществление социалистической индустриализации и постепенное завершение социалистических преобразований. В преамбуле новой Конституции вопрос о переходном периоде был снят и декларировался тезис Мао о беспрерывности классовой борьбы между социализмом и капитализмом. Спасти Китай от реставрации капитализма, согласно Конституции могло только последовательное проведение маоистского тезиса о «теории и практике продолжения революции при диктатуре пролетариата». На деле он означал преобладание во внутренней политике репрессивных методов, узаконение расправ с политическими противниками маоизма, как с якобы «идущими по капиталистическому пути».
Преамбула Конституции 1954 г. содержала специальный абзац, посвященный национальной политике государства. Там, в частности, говорилось: «В ходе экономического и культурного строительства государство будет проявлять заботу о нуждах всех национальностей, а в вопросах социалистических преобразований в полной мере учитывать особенности их развития». В новой Конституции осталась лишь формулировка о «многонациональном народе нашей страны». В тексте Конституции говорилось о национальной автономии, но в отличие от прежней Конституции, автономные права национальных районов не определялись, а органы самоуправления заранее устанавливались в тех формах, что и для обычных административно-территориальных единиц. Тем самым районы национальной автономии фактически сводились по своему правовому статусу к этим единицам.
В Конституции 1975 г. были полностью исключены принципиальные положения о советско-китайской дружбе и дружбе со всеми социалистическими странами. Отсутствовал и тезис о том, что «Борьба за благородные цели мира во всем мире и прогресс человечества является неизменным курсом нашей страны в международных делах». Вместо этого Конституция призывала «готовиться к войне», «строить социализм в духе независимости и самостоятельности и опоры на собственные силы».
Набор маоистских установок содержался и в первой главе Конституции, озаглавленной «Общие положения». В ней, в частности, говорилось о форсированной подготовке к войне», об обязанности кадровых работников участвовать «в коллективном производственном труде», об обязанности осуществлять «всестороннюю диктатуру над буржуазией в области надстройки, в том числе во всех сферах культуры». В главе «Общие положения» в Конституции 1954 г. закрепляла основные принципы общественно-экономического устройства КНР (характер государства, его политическую основу, социально-экономическую структуру общества и т. д.). Она содержала конкретные установки по развитию различных секторов экономики и довольно усердно была напичкана социалистической фразеологией.
В новой Конституции эта тенденция сохранялась. В её первой главе присутствовал тезис о том, что «КПК является руководящим ядром всего китайского народа», что через неё рабочий класс осуществляет руководство государством. Однако в реальной действительности КПК стала организацией массовой поддержки режима маоистской военно-бюрократической диктатуры.
В главе I Конституции нашли закрепление порожденные ещё «большим скачком» конца 50-х гг. «народные коммуны» в качестве организаций, в которых «слиты воедино низовая государственная власть и хозяйственное управление». Следует отметить, что при формулировке положений, касающихся «народных коммун» были учтены уроки провала «большого скачка». Это нашло выражение в том, что в Конституции подтверждалось сохранение в качестве основной хозрасчетной единицы сельскохозяйственных кооперативов, именуемых «производственными бригадами народных коммун», а также в признании за коммунами прав «иметь в личное пользование небольшие участки земли и заниматься небольшим подсобным хозяйством, а в скотоводческих районах иметь небольшое количество своего скота».
Статья 15 первой главы, как и в прежней Конституции, определяла задачи вооруженных сил. Она была значительно расширена: во-первых, статью дополняло указание о том, что вооруженные силы КНР включают в себя Народно-освободительную армию и народное ополчение (выполняющее в тот период в основном полицейскую функцию), причем подчеркивалось, что они «являются руководимыми Коммунистической партией Китая вооруженными силами». Во-вторых, специально оговаривалось, что председатель ЦК КПК возглавляет вооруженные силы. Тем самым практически сводилось на нет установление предыдущего абзаца статьи о руководстве вооруженными силами со стороны всей партии. Мао Цзэдун, таким образом, стремился к безраздельному единоличному руководству вооруженными силами, независимому от воли какого-либо коллегиального органа – именно в этом состоял смысл конституционного закрепления высшего военного поста за определенным лицом. В-третьих, функции армии распространялись и на хозяйственную сферу, армия объявлялась не только боевым, но и «рабочим и производственным отрядом». Тем самым сеялись иллюзии о «самообеспечивающихся» вооруженных силах, а с другой стороны узаконивалось вмешательство вооруженных сил в экономику. Это положение имело и другой смысл – представить армию в качестве отряда пролетариата, причем передового её отряда. В-четвертых, внешней функции вооруженных сил КНР была дана определенная политическая ориентация, а именно «защита Родины от подрывной деятельности и агрессии со стороны империализма, социал-империализма и их приспешников». Антисоветская направленность этой статьи очевидна.
Коренные изменения претерпела II глава Конституции - «Государственная структура» Наиболее серьезным изменением в системе высших государственных органов явилась ликвидация поста председателя КНР, бывшего всегда предметом острой борьбы в китайской верхушке. Одновременно с постом председателя КНР, который по Конституции возглавлял вооруженные силы, оказались упраздненными и такие институты как Государственный комитет обороны (председатель КНР был и председателем этого комитета) и Верховное государственное совещание. Конституция 1954 г. довольно подробно регулировала основные принципы организации и деятельности государственных органов. В Конституции же 1975 г. их полномочия излагались крайне суммарно и нечетко.
Полномочия самого ВСНП были значительно сужены. В частности, его права по формированию других высших органов государства сводились лишь к назначению и освобождению от должности премьера Госсовета и других лиц, входящих в состав этого органа. В Конституции не была зафиксирована ответственность и подотчетность перед ВСНП его Постоянного комитета. В новом основном законе КНР, в отличие от прежнего, ничего не говорилось о контроле со стороны ВСНП за проведением в жизнь Конституции, о решении им вопросов войны и мира, а также относительно амнистий, утверждения государственного устройства. Из Конституции 1975 г. были исключены положения о правах и гарантиях прав депутатов ВСНП, право запроса депутата в Госсовет и министерства, права депутатской неприкосновенности. В Конституцию 1975 г. не вошли имевшиеся в прежней Конституции положения о постоянных комиссиях ВСНП – национальностей, законодательных предложений, бюджетной и др., а также о комиссиях по расследованию определенных вопросов. Тем самым работа ВСНП сводилась к ежегодным сессиям, которые к тому же могли «в случае необходимости» и не созываться в установленные сроки.
Конституция 1975 г. сильно урезывала и полномочия и Постоянного комитета ВСНП – с восемнадцати до шести конституционных установлений. В ней ничего не говорилось о контроле со стороны Постоянного Комитета ВСНП в отношении других высших государственных органов, о назначении им должностных лиц, о принятии им решений о помиловании, об объявлении состояния войны.
В самых общих чертах в Конституции была сформулирована и компетенция Государственного совета. Число установленных полномочий Госсовета сократилось от 16 (Конституция 1954 г.) до 5; в том числе были полностью исключены отраслевые функции (например, по защите интересов государства, поддержанию общественного порядка, руководству работой в области культуры, просвещения и здравоохранения, руководству строительством вооруженных сил) и право утверждения административного деления автономных округов, уездов, автономных уездов и городов. Ничего в Конституции не говорилось о компетенции министров и председателей комитетов, хотя в прежней Конституции этому была посвящена специальная статья (51).
В системе местных органов власти Конституция 1975 г. закрепила детище «культурной революции» - «ревкомы». Они являлись «постоянно действующими органами местных собраний народных представителей» (т.е. занимали место народных комитетов), но поскольку ревкомы были наделены Конституцией равными с собраниями правами, то они могли на своих заседаниях, а практически на заседаниях «руководящего ядра» решать все входящие в компетенцию местных органов власти вопросы, не прибегая к созыву сессий собраний народных представителей. При этом сами собрания теперь снизу доверху формировались путем «демократических консультаций», т.е. практически без участия избирателей. Из перечня полномочий местных органов власти, закреплявшегося прежней Конституцией, выпало положение о том, что они «обеспечивают равноправие национальных меньшинств».
Конституция 1975 г. упразднила органы надзора за законностью – народные прокуратуры. Их функции передавались органам общественной безопасности, которым предписывалось санкционировать аресты и производить их. Категории народных судов оставались прежними (Верховный народный суд, местные народные суды, специальные народные суды), но изменялся порядок назначения председателей народных судов – они должны были назначаться и освобождаться от должностей «постоянно действующими органами народных представителей соответствующей ступени», т.е. Постоянным комитетом ВСНП и «ревкомами». Из Конституции 1975 г. были исключены демократические принципы организации и деятельности судов. Вместо них вставлялась (ст. 25) довольно невразумительная фраза о проведении «линии масс» при следствии и рассмотрении дел.
Третья глава Конституции – «Основные права и обязанности граждан» - не содержала уже положения о том, что «все граждане КНР равны перед законом», основным правом и основной обязанностью граждан объявлялась поддержка «руководства КПК», т.е. Мао Цзэдуна. Конституция 1975 г. представляла явный регресс в отношении регулирования социально-экономических прав граждан (права на труд, отдых, образование, материальное обеспечение в старости, в случае болезни, потери трудоспособности) – все материальные гарантии гражданских прав были исключены. В ст. 95 Конституции 1954 г. говорилось о том, что государство «обеспечивает гражданам свободу научно-исследовательской деятельности, литературно-художественного творчества и другой культурной деятельности»; «поощряет творческую работу граждан в области науки, просвещения, литературы, искусства и оказывает им в этом содействие». Из Конституции 1975 г. это положение было исключено.
В Конституции 1975 г. аннулировались статьи, предусматривающие право граждан на свободу жительства и переселения, об охране законом тайны переписки. Положения о неприкосновенности личности граждан были оставлены, но лишены правовых гарантий от произвола, так как указывалось выше, органы прокураторы ликвидировались, и законность ареста санкционировали сами органы, производящие арест, т.е. органы общественной безопасности, которые могли теперь производить аресты вне всякого контроля.
Примечательно закрепление в Конституции КНР 1975 г. среди прав граждан «права на забастовку», что следует рассматривать как легализацию задним числом действий цзаофаней времен «культурной революции», прибегавших к забастовкам для захвата власти на предприятиях, а равно и возможным подобным действиям в дальнейшем.
Таким образом, Конституция 1975 г. во многих положениях представляла явный регресс по сравнению с прежней конституцией. Основной её назначение – закрепление выгодных режиму Мао результатов «культурной революции». Общему духу конституции явно не соответствовали фразы о постепенно повышении материального и культурного уровня жизни народа. Принятый основной закон легализовал практику и результаты «культурной революции», он представил правящей верхушке страны мандат на проведение неограниченных репрессий против любых противников этого порядка.
3. Китай после Мао Цзэдуна. Конституция 1978 г.Смерть Мао Цзэдуна 9 сентября 1976 г., положила начало новому этапу борьбы за власть в ЦК КПК. Однако кампания против «банды четырех», а затем и с её сторонниками в центре и на местах была не столкновением принципиальных политических линий, а борьбой за власть между фракциями маоистов, которых объединяли основные принципиальные моменты (антисоветизм, милитаризм, великоханьский шовинизм, великодержавные амбиции и т.д.), но которые расходились между собой в методах достижения поставленных целей.
В качестве политической платформы послемаоцзэдуновкое руководство приняло программу, характеризующуюся стремлением сочетать основные элементы маоистского курса с более рациональными методами хозяйствования, учетом реальных современных условий страны. Практически оно восприняло программу, выработанную ещё при жизни Мао группой прагматически мыслящих государственных деятелей во главе с Дэн Сяопином и пользовавшихся поддержкой председателя Госсовета Чжоу Эньлая, который, находясь последние годы жизни в госпитале, все же оказывал определенное влияние на ход событий в стране.
В августе 1977 г. состоялся XI съезд КПК, который прошел тайно, дата созыва стала известной только после его окончания, предварительные партийные съезды (конференции) на провинциальном уровне не проводились, основные документы съезда были опубликованы через несколько дней после его окончания. Практически половина политического отчета ЦК КПК XI съезду была посвящена обвинениям в адрес «банды четырех». Её разгром назывался «той вехой, которая знаменует победоносное завершение длившейся 11 лет первой великой пролетарской «культурной революции»». Мао был объявлен «самым великим марксистом нашего времени», а его идеи «самым новым достоянием теоретической сокровищницы марксизма-ленинизма», «знаменем победы революционных народов мира».
В качестве важнейшей задачи съезд поставил вопрос об осуществлении «главного завета» Мао – «продолжении революции при диктатуре пролетариата». Это означало, что, не смотря на то, что Хуа Гофэн и объявил о завершении «культурной революции» и вступлении Китая «в новый период своего развития», однако генеральный курс Мао во всех областях политической, экономической и социально-культурной жизни Китая должен был продолжаться. На съезде также был принят новый устав КПК, в программу которого был вновь введен абзац, утверждающий абсолютный авторитет Мао и его роль в «развитии марксизма-ленинизма», в руководстве партией, армией, страной и создании КНР.
В русле решений XI съезда КПК и реставрации маоизма была выдержана и новая Конституция КНР, принятая на первой сессии ВСНП пятого созыва в 1978 г. Она состояла из 60 статей и, следовательно, в два раза больше Конституции 1975 г., в которой было 30 статей. Новая Конституция, отражая политический курс китайского руководства, сочетала декларирование верности маоизму со стремлением проводить прежний националистический курс менее топорными средствами. Основу Конституции составляли главные положения Конституции 1975 г. с привлечением некоторых установлений и формулировок первой Конституции 1954 г.
Авторы Конституции позаботились о том, чтобы она стала своего рода клятвой верности маоизму – только в преамбуле имя Мао Цзэдуна упоминается шесть раз. С ним непосредственно связывались история народно-революционной борьбы, создание КНР и её последующее развитие. Должное отдавалось «культурной революции», однако в качестве генеральной задачи выдвигалось проведение «четырех модернизаций», т.е. превращение Китая к концу столетия в мощное государство «с современным сельским хозяйством, современной промышленностью, современной обороной, современной наукой и техникой». Именно для достижения поставленных целей поставлена задача «привести в движение все активные факторы внутри и вне партии, внутри и вне страны». Среди активных факторов: «революционный Единый фронт» и «международный Единый фронт против гегемонизма сверхдержав».
Первый из названных фронтов пришел на смену Единому народно-демократическому фронту и представлял собой националистический блок, в котором наряду с объединенной «патриотическими демократическими партиями» буржуазией и буржуазной интеллигенцией внутри страны большую роль стали играть представители китайской буржуазии Гонконга и Макао, зарубежной китайской буржуазии. Формально в этот фронт были включены и «тайваньские соотечественники», из числа тайваньцев, проживающих на материке. Второй из указанных фронтов мыслился как международное объединение антисоветского характера, в которое под эгидой китайского руководства должны были войти все силы, удар которых должен был быть направлен против СССР.
С программой «четырех модернизаций» связана нашедшая отражение в Конституции новая политика в отношении интеллигенции, роль которой в основном законе поднимается. Отдельная статья Конституции посвящена вопросам всемерного развития науки и технического творчества, ставится задача всемерного развития дела просвещения и повышения культурного уровня народа. В ст.14 Конституции включен лозунг «пусть расцветает сто цветов, пусть соперничают сто школ», имеющий целью привлечение интеллигенции различной идеологической ориентации. В новой Конституции восстановлены ранее изъятые из неё положения 1954 г. о свободе научно-исследовательской деятельности, литературно-художественного творчества и другой культурной деятельности, о поощрении государством творческой работы граждан.
При разработке новой Конституции восстановлены некоторые формулировки первой Конституции КНР, затрагивающие положение национальных меньшинств и национальной автономии, прав граждан и статуса государственных органов. Значительно расширены по сравнению с Конституцией 1975 г. ст. и раздел IV второй главы, регулирующий организацию органов самоуправления в районах национальных автономий. В ст. 4 записано: «Исключается дискриминация и гнет в отношении любой национальности, а также действия, направленные на подрыв сплочения национальностей… Все национальности пользуются свободой… сохранения или изменения своих нравов и обычаев». В разделе IV вновь присутствует установление о праве органов самоуправления разрабатывать положения об автономии и отдельно действующие положения (т.е. отдельные законы). Однако не восстанавливалось положение Конституции 1954 г. о праве определения формы органов самоуправления районов национальной автономии в соответствии с «волеизъявлением большинства населения той национальности, которая осуществляет районную автономию».
В отличие от своих предшественниц, новая Конституция вменяла в обязанность вышестоящим по отношение к районам национальной автономии органам «всемерно готовить национальные кадры». Это установление отражало начавшийся ещё в начале 70-х гг. процесс подготовки маоистского актива из некитайских национальностей. При формировании сессией ВСНП Государственного совета был восстановлен такой административный орган как Государственный комитет по делам национальностей, однако Постоянная Комиссия национальностей ВСНП осталась не восстановленной.
Стремясь создать эффективный аппарат управления государством, авторы Конституции 1978 г. вернулись к более четкому определению функций и правового положения государственных органов. Практически полностью были восстановлены все положения Конституции 1954 г., определяющие полномочия государственных органов. Уточнено положение местных органов управления. Теперь статус территориальных «ревкомов» определялся также как и по Конституции 1954 г.: «ревкомы» названы в Конституции 1978 г. исполнительными органами местных СНП, государственными органами на местах. «Ревкомы» не территориальных единиц (предприятий, учреждений, учебных заведений) ликвидировались и восстанавливалась система единоличных руководителей.
Поставив задачу «наведения в стране всеобщего порядка», китайское руководство значительно расширило конституционное регулирование организации судов и восстановило прокуратуру. Вместе с тем, в Конституции 1978 г. сохранен важный инструмент «культурной революции» путем новой легализации массовых судилищ (ст. 41), включения в политические права граждан так называемых «сыда» («четырех больших», т.е. большого крика, большой воли, в смысле вседозволенности, большой разнузданности, больших дебатов и больших стенгазет), а также забастовок, при помощи которых цзаофани свергали неугодных «массам» хозяйственных руководителей.
Одновременно из Конституции КНР 1978 г. исключены некоторые одиозные и дискредитировавшие в глазах населения страны и мирового сообщества маоистские формулировки - тезис и «подготовке к мировой войне» о «всесторонней диктатуре над буржуазией в области надстройки». Значительно расширена гл. III Конституции «Основные права и обязанности граждан».
4. Углубление процесса реформ в Китае. Конституция 1982 г.Социально-экономические преобразования после III Пленума ЦК КПК одиннадцатого созыва (декабрь 1978 г.) изменили характер политического процесса в Китае. В частности, происходило оздоровление внутрипартийной жизни, расширялась социальная база групп, принимающих политические решения, предпринимались конкретные шаги по укреплению законности и правопорядка. Реалии социально-экономической жизни требовали внесения изменений в основной закон государства. Конституция 1982 г. значительно приблизилась по своему содержанию к Конституции 1954 г. В ней был зафиксирован возврат к многоукладной экономической системе в виде государственного, кооперативного, индивидуального, частного, государственно-капиталистического секторов, а также иностранных частнокапиталистических предприятий. К Конституции 1954 г. приближено конституционно-правовое регулирование государственной структуры, прав и обязанностей граждан и некоторых общих положений.
Конституция состоит из 138 статей. Во введении показана ретроспектива пройденного Китаем исторического пути, перечислены основные этапы национально-освободительной и революционной борьбы китайского народа и дана развернутая характеристика современного этапа развития государства. Конституция закрепляет основы политической системы КНР, особо подчеркивая роль КПК, «вооруженной идеями марксизма-ленинизма, идеями Мао Цзэдуна», во всех достижениях китайского народа. Другой важной особенностью, отраженной в Конституции, является наличие широкого патриотического Единого фронта, в который под руководством КПК входят некоммунистические демократические партии и многочисленные общественные («народные») организации. Руководящая роль КПК в государстве и обществе определяется в Конституции в качестве основной предпосылки реализации главной задачи государства на современном этапе – осуществление «социалистической модернизации».
Конституция 1982 г. закрепляет принцип «продолжения классовой борьбы при диктатуре пролетариата»,реализация которого привела в Китае к массовым политическим репрессиям в годы «культурной революции». Более того, подчеркивается, что классовая борьба, борьба «против внутренних и внешних вражеских сил и элементов, подрывающих социалистический строй, в определенных рамках и определенной форме будет существовать ещё в течение длительного времени». При этом само содержание понятий «внутренние и внешние вражеские силы и элементы» не конкретизируется, что дает возможность их произвольной трактовки и использования для обоснования тех или иных действий во внутренней и внешней политике.
В преамбуле действующей Конституции закреплена внешнеполитическая цель объединения Китая, объявленная «священным долгом всего китайского народа». К условиям реализации этой цели приспособлена и конституционно установленная политическая структура. Так, для присоединяемых территорий, политическая жизнь в которых длительное время развивалась в другой общественно-экономической формации, определяется иной политический режим, чем в КНР, создаются или сохраняются иные политические и государственные институты. В частности, в Конституции 1982 г. (ст. 31) государство правомочно «в случае необходимости» создавать «особые административные районы», причем их правовой статус устанавливается актами, принимаемыми ВСНП, но «с учетом конкретной обстановки». Пути реализации этого конституционного положения были впервые найдены при достижении договоренности между КНР и Великобританией о возвращении Китаю бывшей английской колонии Сянган, а также для присоединения Тайваня и Аомэня (Макао).
Важное место занимает закрепление основ внешней политики государства и её пяти основных принципов: взаимного уважения суверенитета и территориальной целостности, взаимного ненападения, невмешательства во внутренние дела друг друга, равенства и взаимной выгоды, мирного сосуществования. В Конституции говрится, чтоКитай «… решительно выступает против империализма, гегемонизма и колониализма; укрепляет сплоченность с народами различных стран мира; поддерживает справедливую борьбу угнетенных наций и развивающихся стран».
Глава I «Общие положения» определяет сущность КНР как «социалистического государства демократической диктатуры народа, руководимого рабочим классом и основанного на союзе рабочих и крестьян» (ст.1). Статья 2 декларирует принадлежность всей власти в стране народу«через Всекитайское собрание народных представителей и местные народные собрания различных ступеней», а также особое место представительных органов власти в механизме государства: «Все государственные административные органы, судебные органы и органы прокуратуры формируются собраниями народных представителей, ответственны перед ними и им подконтрольны» (ст. 3). В качестве принципа деятельности государственных органов определяется демократический централизм. Таким образом, закрепляется социалистическая модель механизма осуществления государственной власти, основанная на концепции полновластия представительных органов типа советов и отрицающая принцип разделения властей.
Особенности социализма с «китайской спецификой» наиболее ярко проявляются в экономической системе КНР, основные черты которой закреплены в ст. 6-18 Конституции. Закрепляется множественность форм собственности, но они неравноправны между собой. Основой социалистической экономической системы, согласно ст. 6 Конституции, является социалистическая общественная собственность на средства производства, которая выступает в форме «общенародной собственности и коллективной собственности трудящихся масс», при которой ликвидируется «система эксплуатации человека человеком, осуществляется принцип «от каждого – по способности, каждому – по труду». Сектор экономики, основанный на государственной собственности, определяется как «руководящая сила в народном хозяйстве».
Конституция закрепляет наличие в экономике КНР различных форм собственности, существующих наряду с общенародной и коллективной собственностью трудящихся масс, а именно «индивидуальной собственности городских и сельских тружеников», а также частного сектора экономики. Однако при этом индивидуальное и частное хозяйство рассматриваются как «дополнение к социалистической экономике, основанной на общественной собственности».
Конституционное закрепление получила внешнеэкономическая доктрина китайского руководства, направленная на широкое привлечение иностранного капитала в экономику страны. В этой связи ст. 18 Конституции говорит о «разрешении» иностранным предприятиям и другим иностранным хозяйственным организациям вкладывать свои капиталы в китайскую экономику и осуществлять с китайскими предприятиями и другими хозяйственными организациями экономическое сотрудничество. В настоящее время в Китае широко практикуется создание различного типа совместных предприятий с участием иностранного капитала, при этом государство гарантирует охрану и защиту законных прав и интересов таких предприятий.
Глава I закрепляет основы государственной политики в области образования, науки, культуры, здравоохранения, физической культуры и спорта (ст.19-24), планирования семьи (ст. 25). Важное место отводится вопросам охраны общественного порядка, общественной безопасности, а также основам военной политики (ст. 28-29). Ст. 30 закрепляет административно-территориальное деление государства, в том числе и создание автономных административно-территориальных единиц.
Глава II «Основные права и свободы граждан» посвящена основам конституционного статуса граждан КНР. Она значительно расширена по сравнению с ранее действовавшими Конституциями (содержит 23 статьи), перечисляются основные права и свободы граждан, их конституционные обязанности.
Глава III «Государственная структура» является самой большой по объему (ст. 54-135). В ней закрепляется система государственных органов, основы правового положения важнейших звеньев государственного механизма, а также порядок их формирования. Конституция внесла важные изменения в систему государственных органов: был восстановлен пост Председателя КНР, расширены полномочия Постоянного комитета ВСНП, прежде всего в законодательной сфере, создан Центральный военный совет, установлены сроки пребывания в должности высших должностных лиц и т.д.
Нынешняя политическая система КНР располагает такими средствами самоконтроля как Центральная и местные комиссии по проверке дисциплины, наблюдающих за деятельностью и поведением не только партийных работников, но и всех коммунистов, работающих в государственных органах, общественных и хозяйственных организациях и учреждениях. В контрольный аппарат входят все представительные органы государственной власти – Всекитайское и местные собрания народных представителей, осуществляющие контроль над исполнительно-распорядительными органами – Госсоветом КНР, местными администрациями различных ступеней.
Самоконтроль административной подсистемы осуществляется двумя видами контрольных органов. Один из них – Министерство контроля, существовавшее в КНР первоначально в 1954-1959 гг., затем упраздненное в 1959 г. и вновь восстановленное в 1986 г. Подчиненное непосредственно Госсовету, оно осуществляет контроль за деятельностью всех государственных учреждений уровня ниже министерства.
Для контроля за финансовой деятельностью ведомств Госсовета и правительств, а также государственных валютно-финансовых органов, учреждений и предприятий КНР учреждена система ревизионных органов. Она предназначена, как сказано в ст. 91 Конституции КНР 1982 г., для осуществления финансового контроля «самостоятельно, без вмешательства со стороны других административных органов, общественных организаций и отдельных лиц».
Внешний контроль над политической системой осуществляется различными путями. Во-первых, по Конституции 1982 г. граждане имеют право высказывать критику и предложения в адрес любых государственных органов или служащих. Граждане правомочны обращаться в соответствующие государственные органы с жалобами, обвинениями или заявлениями по поводу нарушения закона или служебного долга любым государственным органом или служащим (ст. 41 Конституции).
Во-вторых, исполнительные и распорядительные органы должны регулярно отчитываться перед собраниями народных представителей данной ступени (ст. 110 Конституции 1982 г.). В-третьих, депутаты ВСНП и местных собраний народных представителей обязаны в ходе контактов с избирателями учитывать, обобщать их критические замечания и сообщать о них в органы государственной власти (ст.76 Конституции).
Конституция КНР 1982 г. относится к числу «жестких» конституций: изменения в неё вносятся по предложению ПК ВСНП или 1/5 общего числа депутатов ВСНП и принимаются квалифицированным большинством в 2/3 голосов всех депутатов ВСНП. поправки в Конституцию вносились в 1988 г.: ст. 10 – разрешение аренды земли, и в ст. 11 – легализация частного сектора экономики, в 1993 г. – в ст. 7, 8, 15-17, 42, 98, новые формулировки которых отразили курс на проведение модернизации и создание «социалистической рыночной экономики».
Новая серия конституционных поправок имела место в 1999 г., первая из них относилась к Введению, вторая из поправок относилась к ст. 5 Конституции, устанавливавшей принципы соблюдения законности. Следующая поправка касалась ст. 8, уточняя положение относительно роли семейного подряда в сельскохозяйственном производстве. В новой редакции вышла и ст. 11.: частный сектор экономики получил статус «важной составляющей социалистической рыночной экономики». Последняя из поправок 1999 г. внесла изменение в ст. 28 Конституции, где устанавливались основы карательной политики КНР. Суть его в исключении понятия «контрреволюционные преступления» из китайской юридической терминологии.
Последние по времени конституционные поправки 2004 г. прошли широкое предварительное обсуждение. Изменения затронули ст. 10, 11, 13, 14, которые были вызваны дальнейшим углублением экономических реформ в стране. Большое внимание в Китае и за его пределами привлекло добавление к ст. 33 Конституции, провозгласившее: «Государство уважает и защищает права человека». Внесение этого добавления было расценено как важный прорыв в развитии прав человека. К значительным изменениям Конституции следует отнести и расширениеполномочий председателя КНР, которые раньше ограничивались представительскими и протокольными функциями, (властные полномочия давало ему положение в высших органах КПК).
Конституционными поправками 2004 г. установлен одинаковый 5-летний срок полномочий для всех местных собраний народных представителей, что создавало определенные удобства для властей, экономии средств и т.д. Заключительная из поправок 2004 г. коснулась последней главы Конституции, определяющей государственные символы КНР. Этой поправкой впервые закреплялся конституционный статус текста гимна КНР.
Литература:
1. XII Всекитайский съезд КПК (Документы). Пекин, 1982.
2. Документы XIII Всекитайского съезда КПК. Пекин, 1988.
3. КНР. Законодательные акты. М., 1989.
4. КНР. Конституция и законодательные акты. М., 1984.
5. Конституция и основные законодательные акты КНР. М., 1955.
6. Конституция и основные законодательные акты КНР (1954-1958) М., 1960.
7. Конституция КНР – Конституция социалистических государств. Том 1. М., 1987.
8. Образование КНР. Документы и материалы. М., 1956.
9. I сессия ВСНП КНР четвертого созыва. Пекин, 1975.
10. XIII Всекитайский съезд КПК. М., 1988.
11. Гельбрас В.Г. Экономические реформы в КНР. Очерки, наблюдения, размышления. М., 1990. 197 с.
12. Государственность и модернизация в странах Юго-Восточной Азии. М., 1997. 389 с.
13. Государственный строй КНР. М., 1988. 267 с.
14. Гудошников Л.М. Политический механизм КНР. М., 1974. 239 с.
15. Гудошников Л.М. и др. Китай после «культурной революции» М., 1979. 358 с.
16. Гудошников Л.М., Асланова Р.М. Политическая система КНР (структура основных институтов власти). М., ЭИ. №1. 1 996.
17. Дэн Сяопин. Основные вопросы современного Китая. М., 1988.
18. Дэн Сяопин. Строить социализм с китайской спецификой. Бэйцзин, 1987.
19. Егоров К.А. КНР. Политическая система и политическая динамика. М., 1992.
20. Карпов М. Экономические реформы и политическая борьба в КНР (1984-1989). М., 1992.
21. Китай: общество и государство. М., 1973.
22. Китай после «культурной революции» (политическая система, внутриполитическое положение). М., 1979.
23. Конституционное право зарубежных стран // Учебник для ВУЗов под общей редакцией М.В. Баглая. М., 1999.
24. Малявин В.В. Китайская цивилизация. М., 2001.
25. Политическая система КНР: 100 вопросов и ответов. М., 1990.
26. Портняков В. Проблемы обеспечения социально-политической стабильности в КНР // Проблемы Дальнего Востока (далее ПДВ). 1998. №2. С.17-29.
27. Реформа политической системы КНР: реферативный сборник. М., 1991.
28. Сидихметов В.Я. Китай: общество и традиции. М., 1990.
29. Современные проблемы КНР: идейно-политические процессы по материалам китайской печати. М., 1986. Ч.2.
30. Социально-политические процессы в КНР: реферативный сборник. М., 1986. Ч.1.
31. Страноведение Китая (учебная хрестоматия). М., 1999.