Принимать или не принимать наследство
Рут: Я унаследовала столовое серебро умершей сестры отца. У нас с ней одинаковая монограмма.
Б.Х.: Ты должна вернуть его.
Рут: И как ты себе это представляешь?
Б.Х.: Я тоже не знаю, кто имел бы право унаследовать эти вещи. Но все же ты должна все вернуть. Ты это понимаешь?
Рут: Да.
Б.Х.: Иначе это означало бы, что ты получаешь преимущества от ее смерти, а этого недопустимо с семейно-системной точки зрения и негативно воздействует на членов системы.
Мать: До того, как ты сказал, что эти унаследованные вещи нужно вернуть, я чувствовала какое-то давление в области груди, а когда Рут согласилась с тобой, давление исчезло.
Рут: Я словно вижу эти серебряные ложки перед собой. Странно, как сильно я их люблю! Они действительно имеют для меня особенное значение. (Смеется.)
Б.Х.: Знаешь, как это можно назвать? Любовь к несчастью.
Франк: Кстати, я только что вспомнил, что я унаследовал от моего крестного отца, который был гомосексуалистом, кольцо с рубином.
Б.Х.: Это не имеет ничего общего с ситуацией Рут, и ты, конечно, можешь оставить его у себя.
Франк: Я его никогда не ношу. Оно просто лежит в ящике стола.
Б.Х.: Однако ты его получил от крестного в подарок, и я бы это уважал.
Франк: Значит, кольцо может оставаться в ящике стола?
Б.Х.: Да. В этом отношении не существует никаких правил поведения, но каждый из нас может сразу почувствовать, правильно ли он поступает. Все унаследованные вещи обладают какой-то действующей силой. Они по своему участвуют в нашей жизни. Они не просто безжизненные и мертвые предметы. В этом надо отдавать себе отчет.
(К Рут): Ты должна отдать это серебро тому, кто ближе к умершей, чем ты.
Рут: Я не могу сейчас вспомнить никого подходящего.
Б.Х.: Тогда ты просто должна носить в себе картину этой необходимости.
Вильгельм: У меня вопрос. Ты сказал, что Рут должна отдать эти вещи кому-то другому, кто ближе в семье к умершей, чем она. А если ситуация складывается наоборот, то есть если у кого-то есть права на наследство, и он должен, с точки зрения системно-семейного порядка, получить или даже потребовать его через суд?
Б.Х.: Да, бывают случаи, когда обязанность наследника — принять наследство.
Вильгельм: Ты имеешь в виду, что когда кто-то что-то унаследовал, ему обязательно нужно это принять?
Б.Х.: Нет, не всегда. Иногда нам приходится наследовать что-то из соображений лояльности, например, если такое наследство — какая-то важная фирма или дело.
Вильгельм: Ты хочешь сказать, что-то созданное родителями?
Б.Х.: Да, и тот, кто отказывается от такой ответственности, может потерпеть неудачу в том, что он выбрал для себя взамен. Это зависит от обстоятельств.
Вильгельм: У меня еще вопрос. Что если родители говорят одному ребенку: «Ты получишь все», а другому: «Ты ничего не получишь»?
Б.Х.: Тогда ребенок, унаследовавший все, должен забрать все это и потом отдать половину брату или сестре. Это восстановит справедливость.
Вильгельм: Да, я понимаю.
Дагмар: У меня тоже есть вопрос. Положим, мать завещала дочери какие-то финансовые средства, которые она так разместила, что из-за этого капиталовложения у дочери возникли проблемы с налоговым управлением и теперь она должна заплатить больше, чем получила бы в наследство. Будет ли дочь тогда обязана все же принять это наследство?
Б.Х.: Ребенок не обязан принимать на себя долги своих родителей. Такие долги — часть личной судьбы родителей.
Дагмар: Значит, дочь может заранее решить, принимать наследство или нет.
Б.Х.: Да. Но при этом ребенок должен оставаться в мире со своими родителями. Например, она может дать понять своим родителям, что после их смерти примет завещанное ими наследство, но когда действительно придет время, она этого не сделает. Кроме того, если родители завещали ребенку то, что они, в свою очередь, получили несправедливым способом, ребенок должен отказаться от такого наследства, если не хочет быть вовлечен в переплетение с чьей-то несчастливой посторонней судьбой.
Расстановка: Влияние судьбы
Клаудия: Мне хочется расставить мою родительскую семью.
Б.Х.: Хорошо. Кто к ней принадлежит?
Клаудия: Отец, мать и три дочери. Через двенадцать лет после рождения младшей дочери моя мать родила сына от другого мужчины. Тогда мои родители развелись, а мать вышла замуж во второй раз, но потом и с ним развелась.
Б.Х.: Почему же твои родители развелись?
Клаудия: Мы, дети, долго верили в то, что это случилось потому, что отец был алкоголиком. Он довольно много пил. Но на самом деле связь между ними очень рано ослабла.
Б.Х.: А с чьей стороны были все твои погибшие тетки?
Клаудия: Это сводные сестры отца от первой жены дедушки. Она умерла при рождении шестого или седьмого ребенка.
(Клаудия выбирает из группы тех, кто будет играть роли в ее расстановке и сообщает участнице, играющей роль младшей сестры, что та уехала жить в Канаду.)
Б.Х.: Так как ты сообщила ей об этом, она не сможет испытывать спонтанные чувства. Если во время расстановки у нее появится желание уехать, мы не будем знать, возникло ли это чувство спонтанно или потому, что ты ей рассказала.
![]() | |
![]() |
![]() |
Рис. 16.1:
О - отец; М - мать; 1 — первый ребенок, дочь; 2 — второй ребенок, дочь (Клаудия); 3 — третий ребенок, дочь; 2ММ — второй муж матери, отец четвертого ребенка; 4 — четвертый ребенок, сын.
Б.Х.: Как чувствует себя отец?
Отец: Мне очень хочется обнять мою дочь, но я сдерживаюсь. Я чувствую, что многое здесь не в порядке. У меня такое впечатление, словно я совершил что-то непозволительное. (Отец и дочь улыбаются друг другу.)
Б.Х. (Клаудии): Как ты думаешь, почему у твоего отца такие чувства? С кем он идентифицируется?
Рис. 16.2:
ОО — отец отца; +1ЖОО — первая жена деда Клаудии со стороны отца,
умерла при родах.
Клаудия: С собственным отцом?
Б.Х.: Тогда кого представляет для него эта дочь? Его первую жену. Он и его дочь словно отражают отношения его собственного отца с первой женой. Поэтому их мы тоже добавим в расстановку.
Б.Х.: Как сейчас чувствует себя отец?
Отец: Сейчас я знаю, откуда пришел, но не знаю, куда хочу.
Б.Х. (играющему роль отца): Тебе лучше или хуже?
Отец: Намного лучше.
Б.Х.: Это уже неплохо. Изменилось что-либо в связи с твоей дочерью?
Отец: Почти ничего.
Б.Х. (исполняющей роль Клаудии): Как чувствует себя вторая дочь?
Второй ребенок: Здесь мне немного лучше. Прежде никто из людей, стоящих напротив, меня совершенно не интересовал. Но мне хотелось бы уйти и отсюда. Мне трудно смотреть на мать.
Б.Х.: Как чувствует себя мать?
Мать: Я немного сердита на старшую дочь, но не знаю почему. Когда ты добавил в расстановку деда с его первой женой, мой первый муж и вторая дочь стали более важными и интересными для меня, но дочь -больше, чем муж.
Б.Х. (Клаудии): Что случилось в родительской семье твоей матери?
Клаудия: Ее брат умер через шесть недель после рождения, а отец погиб на фронте, когда ей было десять лет.
(Б.Х. изменяет констелляцию и добавляет в расстановку мать отца и его сводных сестер, умерших в концентрационном лагере.)
МО — мать отца; +СО — сводная сестра отца, умершая в
Б.X.: Как чувствует себя отец сейчас?
Отец: Намного лучше.
Первый ребенок: С того момента, как я стою здесь, рядом с отцом, я уже не так сильно на нем зафиксирована и менее зависима от него.
Второй ребенок: Я никак не могу решить, смотреть мне на семью отца или нет. В прежней констелляции меня словно что-то заставляло не смотреть на них. Но сейчас это стало возможным.
Б.Х.: Чем было вызвано это изменение?
Второй ребенок: Это случилось, как только первая жена деда появилась в моем поле зрения.
Первая жена деда Клаудии со стороны отца: Да, я это заметила.
Б.Х.: Она самая важная фигура в этой констелляции.
Третий ребенок: Мне хорошо.
Мать: Я чувствую себя здесь очень плохо. Людей, стоящих слева от меня, я вовсе не замечаю.
Четвертый ребенок: Когда я стоял напротив первого мужа моей матери, я испытывал сильную агрессию. Это сразу изменилось, как только его отца поставили позади него. Сейчас же, стоя рядом с матерью, я чувствую агрессию по отношению к ней. Здесь мне очень плохо.
Б.Х.: Встань с другой стороны от своего отца. Как тебе там?
Четвертый ребенок: Здесь гораздо лучше.
Б.Х. (исполняющей роль матери): Как ты чувствуешь себя сейчас?
Мать: Плохо.
Рис. 16.4:
+БМ — брат матери, умерший в детстве.
Б.Х. (Клаудии): Твоей матери хочется уйти. Была ли у нее попытка самоубийства?
(Клаудия плачет.)
Б.Х.: Есть у нее такое желание?
Клаудия: Иногда мне кажется, что однажды она это сделает.
Б.Х.: Она действительно хочет уйти... Сейчас мы добавим в расстановку ее умершего брата.
(Б.Х. ставит участника, играющего роль умершего брата матери, справа от нее.)
Мать: Сейчас мне лучше.
Четвертый ребенок: Мне тоже.
Б.Х.: Вероятно, ты идентифицируешься с этим братом.
(Матери): Сейчас тебе лучше?
Мать: У меня озноб. Я чувствую холод в области головы и спины. Мне здесь неплохо, но все-таки я чувствую сильный холод.
(Б.Х. добавляет в расстановку участника, играющего роль погибшего на фронте отца матери.)
Рис. 16.5:
+ОМ — отец матери, погибший на фронте.
Б.Х.: Что изменилось для брата матери?
Брат матери: Мне стало легче после того, как отца поставили сюда.
Мать: Я чувствую, что принадлежу к этим двоим.
Б.Х. (группе): Я думаю, что если бы она сознательно попыталась на некоторое время включить этих умерших в свою жизнь, то смогла бы вернуться в свою теперешнюю семью и занять там подходящее место.
Рис. 16.6
(Б.Х. немного отодвигает назад отца и брата матери.)
Б.Х. (участнице, играющей роль матери): Как ты себя сейчас чувствуешь?
Мать: Лучше, потому что мои брат и отец здесь. С того момента, как они пришли сюда, все неприятные чувства у меня исчезли. Сейчас я могу на всех смотреть, но одновременно мне кажется, что я изолирована от них. В отношении моего второго мужа и сына, стоящего слева от меня, что-то еще не в порядке.
Второй муж: Я думаю, что она меня обманула. Мне не хватает настоящей связи.
(Б.Х. ставит сына рядом с матерью.)
Четвертый ребенок: У меня вспотели руки. Мне хочется смотреть на брата матери.
(Б.Х. ставит сына справа от его отца.)
Четвертый ребенок: Здесь мне лучше.
Третий ребенок: А мне плохо.
Б.Х.: Встань рядом с матерью.
(Группе): Эта дочь внутренне говорит: «Лучше, если уйду я, чем ты, мамочка».
(Клаудии): Встань на свое место в констелляции... Тебе там хорошо?
(Клаудия медлит с ответом.)
Б.Х.: Встань рядом с младшей сестрой.
(Клаудия отрицательно качает головой.)
Б.Х.: Все же попробуй!
(Она сопротивляется и начинает плакать.)
Б.Х.: Иначе ты никогда не узнаешь, как бы это могло быть.
(Клаудия становится рядом со своей младшей сестрой.)
Клаудия: Я не доверяю матери.
Мать: Я беспокоюсь о ней. Когда она подошла поближе, у меня возникли хорошие чувства к ней.
(Клаудия плачет. Б.Х. ставит брата матери слева от нее.)
Б.Х. (Клаудии): Как ты себя сейчас чувствуешь? Лучше?
(Клаудия согласно кивает.)
Первый ребенок (обращаясь к Клаудии): Как только ты заняла место рядом со мной в качестве мой сестры, мне внезапно стало плохо, у меня закружилась голова.
Б.Х. (первому ребенку): Встань возле сестер. Как ты себя там чувствуешь?
Первый ребенок: Мне здесь лучше.
Отец: Мне бы очень хотелось узнать, в чем мои проступки.
Б.Х.: Это вопрос твоего отца и чувства, которые ты перенял от него.
Отец: Только стоя возле моих дочерей, я в состоянии выдержать ситуацию.
(Б.Х. снова изменяет констелляцию.)
Рис. 16.7
Второй муж: У меня затекло левое плечо. После того, как брат моей жены пришел сюда, мне тоже захотелось к ней.
Б.Х.: Благодаря его присутствию ты видишь ее в другом свете.
(Кпаудии): Сейчас тебе хорошо? (Клаудия улыбается и кивает.)
Б.Х.: Значит, мы решили проблему.
Короткая беседа
Участники курса начинают короткую беседу, действие которой подобно действию сиесты после обильного обеда. Она позволяет группе успокоиться и набраться сил для дальнейшей совместной работы. Каждый участник снова получает возможность рассказать о своих впечатлениях от расстановок семей, задать вопросы и наверстать упущенное. Таким образом все узнают о том, что волнует каждого, и осознают, что им еще необходимо сделать - в группе или по отдельности. Кроме того, им становится ясно, какие темы будут преобладать в дальнейшей работе и чего еще можно ожидать.