Криволинейные бордюры (2.1.0) 12 страница
У восточных хантов мотивы в рамках четвертой группы не обнаруживают более дробной локализации. Это, однако, ни в коей мере не означает их единообразия. Богатство форм достигается за счет усложнения узоров по четырем направлениям, особенно значимы и показательны для восточных хантов первое и второе; третье и четвертое проявляются в гораздо меньшей степени. Северохантыйские орнаменты четвертой группы можно разбить на две подгруппы.
1.1.1.4.1. 'Первая подгруппа во многом совпадает с вос-точнохантыйскими мотивами, но имеет и свою специфику. Так, у северных хантов отсутствуют узоры, демонстрирующие первый и третий "варианты восточнохантыйского изменения базового мотива. Для северохаптыйских мотивов первой подгруппы более всего характерны второй и четвертый варианты их трансформации. Суть второго -- усложнение элемента переноса при одновременном сохранении в его конфигурации прямой линии (рис. 7, 61). Иногда это совмещается с упрощением элемента вращения (рис. 7, 60). В результате меняется форма узорного пространства, и треугольное поле, в котором формируется мотив, преобразуется из вертикально-симметричного в горизонтально-симметричное, т. е. узор как бы вытягивается вдоль оси переносов.
Четвертый вариант видоизменения мотива «березовая ветвь» связан с нарушением основ композиционной схемы, упрощением мотива, и у восточных хантов представлен незначительно. У северных хантов он получает более широкое развитие, имеющее не столько качественную, сколько количественную природу. Общим для орнаментального фонда обеих групп является мотив на рис. 7, 62. Своеобразие северохантыйским мотивам четвертого варианта придает такая популярная конфигурация, которая не присутствует в узорах восточной группы. Ее черты определяет предельный лаконизм (рис. 7, 70), создающий базу для новой орнаментальной формы. В ней получают развитие фоновые части, и образующиеся на их основе узоры по композиционным характеристикам оказываются близкими третьей группе ленточных бордюров (1.1.1.З.), о
чем речь шла выше (рис. 7, 63). Следующий шаг в развитии мотива — его зеркальное удвоение.
1.1.1.4.2. Вторая подгруппа непрерывных бордюров отличается не многочисленностью, а большой устойчивостью конфигурации мотивов (рис. 7, 71). Композиционная схема четвертой группы претерпевает здесь изменение — исчезают наклонные оси симметрии, но центральная зеркально-поворотная ось, а также треугольный характер узорной площади сохраняются. Нет также дифференциации элементов на соединительные и соединяемые, нов их конфигурации проявляется сходство с общегрупповыми элементами: полоса с отростком и прямая линия с изломом. ион хор онгат — «рога большого оленя» — это название для узоров подгруппы подчеркивает их близость к мотивам рассматриваемой группы. Измененные варианты орнаментов, а их немного, есть результат упрощения исходной формы (рис. 7, 72). Суммируя преломление орнаментальных традиций у восточных и северных хантов применительно к мотивам «березовая ветвь» - - «оленьи рога», можно отметить следующее. У восточных хантов разнообразнее набор элементов, используемых для насыщения формы у элемента переноса, ведь в их твор-ческом багаже три варианта его усложнения, а не один, как у северных хантов. К тому же самые замысловатые по узорной линии мотивы получаются у восточных хантов при развитии элемента смещения, а орнаментальные образцы северной группы не обличаются хитросплетением линий, зато здесь весомее представлен вариант упрощения мотива. Отсюда напрашивается вывод, что более строгие и лаконичные формы орнамента «оленьи рога» - - «березовая ветвь» составляют своеобразие северохантыйского орнаментального искусства тю сравнению с восточнохантыйским. Положение не меняет присутствие дополнительной подгруппы среди северохантыйских орнаментов в силу,ее малой репрезентативности и консервативности.
j.1.1.5. Узоры на бересте, на ткани и мехе — такова область распространения мотивов пятой группы. На их примере наблюдается почти полное совпадение орнаментального искусства восточной и северной групп хантов. Единая конфигурация ведущего мотива (рис. 7, 75) дополняется совпадением названия: аи хор онгат - «рога маленького оленя». Одинаковы и способы преобразования: за счет параллельного переноса соединительного элемента (рис. 7, 76), что иногда сопровождается усложнением переносного элемента. В последнем случае возникает пограничный узор между четвертой и пятой группами, что было отмечено выше (рис. 7, 77). Подобные узоры у восточных хантов имеют более разветвленную конфигурацию вследствие оформления соединительного элемента в виде полосы с отростком Г-образной фигуры (рис. 7, 78) — п
этот стилистический нюанс не позволяет ставить знака полного равенства между восточно- и северохантыйскими бордюрами пятой группы. Второе отличие проявляется в особой манере их усложнения у северных хантов. Форма соединительного элемента приобретает более замысловатый вид путем добавления «сухариков». Орнамент, возникающий в результате такого нововведения, напоминает горизонтально-симметричные уголки (рис. 7, 79). Третий разграничивающий признак — упрощенная трактовка «оленьих рогов» у северных хантов (рис. 7, 80). Предельный лаконизм мотива достигается здесь через максимальную простоту соединительного элемента.
1.1.1,6. Меховая мозаика служит основным техническим средством воплощения для мотивов шестой группы, весомо представленной в орнаментальном искусстве северных хантов. В качестве ключевого мотива здесь выступает тот, что именуется аи сурн тухл — «крылья чайки» (рис. 7, 83) и по конфигурации полностью совпадает с восточнохаитыйским образцом. С учетом неоднородности элементного состава возникает необходимость вести речь о трех подгруппах, входящих в состав шестой группы.
1.1.I.G.I. Мотив «.крылья маленькой чайки» аккумулирует композиционное и элементное своеобразие первой подгруппы. В творчестве мастериц он претерпевает различные превращения, которые можно свести к трем в-ариантам. Первый аналогичен вос-точнохантыйскому: удлиняется зубчатая линия у элемента, вследствие чего узор, разрастаясь, как бы закручивается по обе стороны от центра (рис. 7, 84). Дополнительная отделка мотивов с помощью ромбиков у северных хантов не зафиксирована.
Совпадает п второй вариант трансформации мотива: надстраивание узора за счет подключения к нему новых элементов. Применяемые для этого средства, однако, специфичны. Большая сложность «крыльев чайки» почти не достигается введением в узор шевронов, что наблюдается у восточных хантов (рис. 7, 87). Для северных групп' характерно учетверение исходного элемента в хитросплетениях орнаментальной линии (рис. 7, 85). Следует отметить, что мастерицами осознается преемственность между изначальным мотивом и производными от него в рамках второго варианта. Вон сури тухл пушанга — «двойные крылья большой чайки», -- так звучит название вторичных мотивов. Относительно узоров, принявших первый вариант видоизменения, это можно утверждать лишь отчасти. Наряду с их определением «крылья большом чайки» существует иное — «челюсть лошади на две стороны*, сближающее данные орнаменты с. седьмой группой.
Третий вариант в развитии мотива «крылья чайки», что специфично лишь для северных хантов, связан с его упрощением. Пер-
вым шагом здесь, очевидно, явилась компоновка полосы с отростком в рамках традиционной схемы (рис. 7, 89). Последующее совмещение элементов привело к возникновению очень скупого по форме мотива (рис. 7, 90). Он прекрасно сочетается с техническими особенностями аппликативных узоров, не требующими зеркального равенства и ленточности в построении орнамента, поэтому бытует исключительно в технике аппликации. Это отражает и название узора: ярнас ханши — «орнамент для платья». Хотя усложненные варианты мотива существуют в единичных экземплярах (рис. 7, 91), большая популярность «орнаментов для платья» у северохантыйских рукодельниц дает основание видеть в них бла-годатную почву для реализации в настоящем и в будущем творческих потенций мастериц.
1.1.1.6.2. Вторая подгруппа узоров шестой группы соз
дается сложным элементом в виде Г-обра?ной полосы с отростком
и крестом (рис. 7, 92). Такой сложный набор составных компози
ционно значимого элемента говорит о вторичности узора. Он воз
ник путем заполнения уже отработанной композиционной схемы
новообразованным элементом. В пользу такого предположения го-
порит отсутствие названия при широте распространения п стабиль
ности воспроизведения мотива. «Головки», «крест», «соболь» -
пот слагаемые замысловатого описательного названия звучащего
как рассказ: аси вой ухы омасты пярнаянг нюхе кат пялака —
«на голове небесного зверя сидящий соболь с крестом на две сто
роны».
1.1.1.6.3. Третья подгруппа состоит из Г-образно-
го элемента с. отростками. Узор встречается на всей территории
северных хантов, устойчив во времени, по крайней мере на протя
жении второй половины нашего столетия, и исполнен в самых раз
личных технических приемах. С ним довольно прочно соотносится
название (вон) сира тухл — «крылья (большой) чайки» (рис. 7,
95).
1.1.1.7. По численности и разнообразию входящих в нее непрерывных бордюров велика седьмая группа. Она представлена на различных предметах в нескольких технических интерпретациях, но наиболее частыми оказываются меховые мозаичные узоры на женских сумочках п шубах. Под симметрические преобразования этой группы попадают четыре разновидности элементов, что дает основания для деления на подгруппы.
1.1.1.7.1. Первая подгруппа строится на основе полосы с отростком и зигзага. Мотив, наиболее наглядно воплощающий в себе характерные особенности подгруппы (рис. 7, 100), именуется По-разному, но чаще других встречается версия, строящаяся на аналогиях с частями тела лошади: аи лов унгал оланг — «челюсть
маленькой лошади» пли лов охыл— «голова лошади». Эта версия близка восточнохантыйской, так же как и один из двух вариантов усложнения исходного мотива. Суть первого варианта — развитие элемента в виде полосы с отростком путем подсоединения к нему зигзага, в результате чего происходит разрастание узора (рис. 7, 101).
Второй вариант модификации мотивов первой подгруппы присущ только северным хаитам и заключается в частичном выпрямлении линии, создающей узор. Это достигается выпрямлением зигзагообразного элемента (рис. 7, 104). Время фиксации подобных узоров— 1970—80-е гг. Восточпохантыйский вариант развития мотива за счет параллельного переноса в нем элемента у северной группы не представлен.
1.1.1.7.2. Вторая подгруппа непрерывных бордюров
седьмой группы образована Г-образным элементом с отростком
(рис. 7, 105). По численности и внутренней динамике она значи
тельно уступает первой подгруппе. Лишь единожды отмечен ус
ложненный вариант узора: к его элементу добавлены ромбы, что
отражено в названии — «шаманский узор». В орнаментальном
творчестве восточных хантов начала века прослеживаются истоки
узоров из 17-образных элементов. Данный хронологический срез в
северохантыйских материалах почти не представлен, а потому
узоры второй подгруппы выглядят случайными вкраплениями сре
ди орнаментального разнообразия седьмой группы.
1.1.1.7.3. Репрезентативность третьей подгруппы срав
нима с первой, т. е. се мотивы очень популярны у северохантыйс
ких мастериц. Эту подгруппу создает сложный элемент в "виде по
лосы с отростками и с присоединенными к ней фигурами. В зави
симости от формы фигур можно выделить три варианта мотивов в
пределах третьей подгруппы. Первый вариант бытует на всей тер
ритории проживания северных хантов, именно ему подгруппа обя
зана своей многочисленностью. Его отличительный признак —
крестообразный отросток на полосе (рис. 7, 110). Точно такие же
мотивы, но реже, встречаются и у восточных хантов. Если у пос
ледних они организованы только в бордюры, то для северных
хантов характерно вычленение мотива и оформление его в виде
розетки, заключенной в зоне-секции.
У мотивов второго варианта место крестообразного отростка занимают элементы, характерные для четвертой и восьмой групп (рис. 7, 112, 114). Подобные мотивы у северных хантов фиксируются нечасто, л у восточных не представлены вообще. Главным образом на Казыме встречается третий вариант —орнамент нюхе — «соболь». Его отличие —фигурный отросток на полосе в виде Г-образного загиба с треугольником. Эта фигура иногда вычленяется из мотива, и возникают самостоятельные узоры, причем не
обязательно по правилам симметрии, присущим седьмой группе (рис. 7, 113). Подобные орнаменты, однако, исключительно редки. Мотив «соболя» в оформлении ромбов именуется как «шаманский узор» (рис. 7, 111).
1.1.1.7.4. Четвертая подгруппа у северных хантов
включает в себя лишь один мотив, возникающий из зигзага и тре
угольника (рис. 7, 115). Количественная невыраженность, отсут
ствие конфигурационных вариантов у данного мотива сближает
севере- п восточнохантыйские бордюры друг с другом.
1.1.1.7.5. Пятая подгруппа связана как с изменением
формы у элемента, так if с трансформацией композиционной схемы.
На месте полосы с отростком присутствует Г-образный элемент, а
наклонная ось симметрии в композиции мотива занимает верти
кальное положение относительно осп переносов. Эти изменения
придают прямоугольный вид пространству, в котором идет фор
мирование мотива (рис. 7, 116, 120). Последний приближается к
меандровндному орнаменту, и как логическое завершение в реа
лизации композиционных потенций предстает классический меандр.
Узоры описываемой подгруппы бытуют с начала нашего века по
сей день и носят название сорт пянк — «щучьи зубы».
1.1.1.8. Восьмую группу мотивов следует признать самой распространенной у северных хантов. Это обстоятельство служит показателем их орнаментального своеобразия на фоне ленточных восточнохантыйских бордюров, где роль этой группы гораздо менее заметна. Различия воплощены в модифицированных вариантах узоров, поскольку количество групп и создающие их мотивы едины у -обеих крупных этнических групп.
1.1.1.8.1. Базовый мотив первой подгруппы распространен в своем классическом виде на всей территории бытования северных хантов (рис. 7, 123), но устойчивого названия при этом не имеет: хо шоя — «пол человека», овлях сапл — «шея утки» и др. За исключением первого, два других варианта изменения данного мотива свойственны только северным хантам. Все варианты связаны с новацпонным характером той части элемента, что 'оформлена в виде ромба. Таким образом, возникает необходимость в расчленении элемента (рис. 7, 123) на его составные — более дробные элементы первого порядка: зигзаг п элемент, напоминающий «головки». Суть первого варианта заложена в умножении последнего элемента с помощью симметрической операции вращения (рис. 7, 124). В некоторых образцах есть еще одно отличие — зеркальная ось в центре исчезает п элементом, завершающим образование мотива, становится зигзаг (рис. 7, 127). Во втором варианте трансформации мотива рассматриваемый элемент усложняется за счет линий, отходящих от ромба; они приобретают вид «сухариков» (рис. 7, 128). В возникших таким образом узорах особо подчерк-
Ю. Заказ 2006. «Очерки культурогснеза народов Западной Сибири». 145
нута заложенная в базовом мотиве - тенденция к горизонтально-симметричному строению. Третий вариант локализован на реке Казым и возникает при замене элемента «головки» на полосу с отростком (рис. 7, 129). В этом случае мотив получает довольно устойчивое имя вухсар кунш оланг — «локоть лисицы».
1.1.1.8.2. Вторая подгруппа мотивов восьмой группы основана на мотиве, известном повсеместно у северных хантов, но лишь на Казыме ему дано образное название сумат нув— «березовая ветвь» (рпс. 7, 131). Интересно отметить, что разновидность данного мотива, знакомая восточнохантыйским мастерицам {рис.7, 134), у северных хантов не зафиксирована. В отличие от узоров первой подгруппы, вторая находит воплощение не в меховой мозаике, а в аппликативных узорах из ткани на женской одежде. Видоизмененные варианты мотивов подгруппы, в основном, совпадают с восточнохантыйскими (рис. 7, 130, 132—133). Частичное расхождение выражено в меньшей развитости у северных хантов симметричных узоров, созданных па основе рассматриваемых мотивов. В качестве примера виртуозного владения искусством создания новых узоров, подчиненных традиционным канонам, можно привести сложнейший орнамент на рис. 7, 137. Его структура соответствует всем условиям композиционной схемы восьмой группы, в то время как элементы претерпевают существенные изменения. Зигзаг существенно удлиняется, а место «головок» занимают «заячьи уши» — радикальное новшество. Глядя на этот сотворенный узор, ощущаешь всю его новаторскую мощь и в то же время глубокое родство с хантыйскими непрерывными орнаментами.
1.1.1.9. Основополагающая черта последней, девятой группы непрерывных бордюров — эклектизм. Его проявление особенно заметно у северных хантов, где узоры такого рода создают хорошо заметное скопление, очерченное определенными рамками. Среди восточнохантыйских узоров образцы, принадлежащие к данной группе, выглядят лишь оригинальными локальными вкраплениями. Если для мотивов предыдущих восьми групп характерны определенные композиционные схемы и элементный состав, а трансформация узоров в них идет, как правило, в заданных этими двумя параметрами границах, то общее правило девятой группы составляет смешение различных элементов при очень гибкой композиционной заданности." Преобразующую роль в симметрических построениях выполняют зеркально-поворотные оси в каждой из двух частей мотива; в центре ось отсутствует. Но значимая роль срединной точки в мотиве сохраняется, меняется лишь ее функция. Эта точка перестает быть местом прохождения оси симметрии, но превращается в рубеж, разделяющий две части мотива, каждая из которых имеет свой орнаментальный элемент. Необычные сочета-
ния в рамках одного мотива элементов, заимствованных из разных групп, придают своеобразный облик орнаментам девятой группы. Такая эклектичность открывает необъятный простор для творчества п выражения каждой мастерицей своего индивидуального «я». Теоретически число возможных комбинаций орнаментальных элементов очень велико, учитывая количество групп и их наполнение разнообразными мотивами. Но процесс создания нового сопряжен в народном искусстве, в том числе и орнаментальном, с консервативным воздействием традиционного канона. В результате этого рука мастерицы и с Нижней Оби, и с Казыма, и с Сыни .выводит узоры, как две капли воды похожие друг на друга.
1.1.1.9.1. Первая подгруппа непрерывных бордюров
девятой группы создана на основе узоров восьмой группы. В ней
формы северохантыйских узоров достигают наивысшего.развития.
Поэтому вполне понятно, что народными умелицами часто исполь
зуются хорошо им знакомые элементы и способы их соединения из
данной группы (рис. 7, 129—130). Они образуют половину мотива,
вторая достраивается путем присоединения также хорошо знако
мых по другим группам элементов: крест, полоса и Г-образный с
различными отростками (рис. 7, 138—141). Компилятивный харак
тер узоров отражают и их названия. Так, узор на рис. 7, 138 назы
вается —• мултас нувуп пярнаянг пушанг сумат нув — «с лишней
веткой двойная березовая ветвь с крестом». Не название, а мини-
рассказ о путях сложения узора.
1.1.1.9.2. Вторая подгруппа мотивов наполовину воссоз
дает элементы четвертой и пятой групп: крест п ромб плюс соеди
нительный элемент (рис. 7, 61—62, 75). Другая половина строится
по принципу, действующему и в первой подгруппе: присоединение
элементов из других групп (рис. 7, 142—143). О дальнейшей
трансформации созданных непрерывных бордюров свидетельствует
узор на рис. 7, 144. Изменение сводится к преобразованию непре
рывного бордюра в прерывистый.
Дополнительным средством для мастериц при создании узоров служит прием простого суммирования элементов в мотиве, являющийся ведущим применительно к прерывистым бордюрам (рис. 7, '145—147). При этом возникают узоры с изломом линии не только под прямым углом, но п под острым, что сопровождается вертикальным, а не наклонным к оси переносов расположением мотивов (рис. 7, 147). Сходные образцы таких узоров наблюдаются в орнаментальном творчестве восточных и северных хантов (1.1.1.7.4—5), но у последних. формы их менее однотипны. Стилистические и композиционные особенности описанного свойства прослеживаются в северохантыйских узорах других групп—1.1.1.1 и 1.1.1.7.1, 1.1.1.2.2 и 1.1.1.3.1.
Южная группа
Непрерывные бордюры в орнаментальном творчестве южных хантов занимают явно подчиненное положение относительно узоров с прерывистыми очертаниями. Это проявляется как в значительно меньшем разнообразии форм, так и в декоративной подчиненности: в южнохантыйской вышивке непрерывные бордюры присутствуют лишь в качестве окаймляющих орнаментов, а основная эстетическая нагрузка падает на прерывистые узоры. Иной расклад наблюдается в орнаментальном искусстве восточных и северных хантов, где непрерывные бордюры, исполненные на разнородных предметах и различной техникой, образуют обширнейшую декоративную область с внутренними закономерностями развития. Именно орнаментальные данные по восточной и северной группам позволили упорядочить многообразие хантыйских непрерывных бордюров и представить их в сгруппированном виде. Поэтому описание соответствующих южнохантыйских узоров дано с учетом произведенной группировки, а характеристика последней содержится в разделах, посвященных орнаменту восточных и северных хантов. Описанные ниже узоры в своих основных чертах сходны с первой группой непрерывных бордюров, выделенной в орнаменте восточных и северных хантов — 1.1.1.1. Ряды из треугольников вышиты лишь в технике керем ханч и существуют как мотив либо как один из элементов в составе мотива. Следует отметить, что для южнохантыйских орнаментов характерна фигура прямоугольного треугольника и что расположен он относительно осп переносок двояко. На одних образцах треугольник обращен к оси гипотенузой, на других — катетом. Ряд из треугольников служит также основанием, которое надстраивается фигурой ромба. В редких образцах меховой мозаики встречается именно такой мотив. В вышивке керсм ханч треугольное основание часто представлено сдвоенной параллельной линией и изредка дополнено простыми элементами. Иногда фантазия мастериц разнообразила узор, например, за счет удвоения ромбов или расположения их по обе стороны от зигзага. Мотивы из ромбов на треугольном основании присутствуют на женских вышитых рубахах с орнаментальной композицией лишь первого варианта.
1.1.1.2. Вторая группа, сильно проявляющаяся в орнаменте северных н восточных хантов, в вышивке южных обнаруживает лишь слабые отзвуки. Мысообразное окончание узора на нагрудном разрезе женских рубах часто обрамлено узором из широко-плоскостного уголка на зигзаговой или ромбической линий (ил. 1ft. 2). На некоторых сахах присутствовал усложненный вид мотива: уголок в сочетании с зубчатой линией приближает очертания фигуры к треугольнику. Техническим показателем мотивов служит
вышивка ханты ханч. Узоры из усеченной фигуры косого креста с перекрестьями чаще сочетались с вышивкой севем ханч (ил. 18, 13).
Розетки на женских руоахах в области плеча окаймлены Т-образным мотивом. Он выполнен разной техникой — ханты ханч и руть ханч и в разной стилистической манере —линия узора имеет как ромбическое, так и прямоугольное сплетение изломов (ил. 21, 10). Последнее представлено разнообразнее и помимо простых форм имеет более сложные, когда верхняя часть мотива надстраивается с помощью фигуры ромба на ножке с выемчатой вершиной или с помощью сдвоенных треугольников (ил. 21, 13). Мотивы из крючкообразных развилок с различными декоративными дополнениями также пополняли запас окаймляющих непрерывных бордю->ов у южных хантов (ил. 21, 11—12). Они, как и Т-образные узо->ы, имеют сходные формы среди непрерывных бордюров шестой-группы, выделенной в орнаментах северных и восточных хантов — 1.1.1.6.
К седьмой группе северо- и восточнохантыйскнх бордюров — .1.1.7 — тяготеют меандрообразные узоры южнохантыйской вы-швки. Наиболее лаконичным из всех является Г-образный мотив. Он вышивался в технике керем ханч на женских рубахах, занимая место окаймляющего бордюра в нагрудной части, либо вокруг розеток на плече. Такие же композиционные характеристики имеет и другой узор —меандр с тремя отростками в верхней части (ил. 21, 5). Технические характеристики его, однако, другие: вышивка гнты ханч, реже — руть ханч. Мотив можно считать уникальным смысле неизменности формы при большой частоте встречаемости. Только в нагрудной части женских рубах присутствуют Ч- и Ill-образные формы на ножке, вышитые в технике ханты ханч. Их возникновение связано с преобразованием меандра: усики превратились в узор. Об этом свидетельствует сходство в топографии фнаментов на предмете, в технике, а также значительно меньшая численность производных мотивов сравнительно с первичными.
Лишь одна разновидность южнохантыйских непрерывных бордюров не соотносима с северо- и восточнохантыйскими орнаментами. Речь идет об окаймляющих узорах в виде ромба с выемчатой вершиной, поставленных на ножку. Он вышит ханты ханч и обладает ступенчатой конфигурацией. Гипертрофирование ступенчатости видоизменяет мотив. К часто встречаемым среди окаймляющих узоров данные бордюры отнести нельзя, кроме того, первый бытует чаще не в роли мотива, а в качестве элемента (ил. 21, 13).
![]() |
Сравнительный анализ
Б результате проведенного выше анализа выяснено* что все многообразие форм непрерывных хантыйских бордюров по составу элементов и характеру связи между ними, укладывается в рамки девяти групп. При оценке композиционного своеобразия мотива важными предстали как симметрические преобразования, управляющие расположением элементов, так и характер той части орнаментального пространства (в данном случае полосы), которое отведено для этих преобразований. Забвение одного из данных показателей и соответственно гипертрофирование значимости другого ведет к размыванию границ у выделенных групп. Так, если исходить лишь из набора элементов симметрии, то композиция у второй (1.1.1.2) и шестой (1.1.1.6) групп оказывается единообразной, и, напротив, акцент только на характере узорного пространства нивелирует различия между второй (1.1.1.2) и четвертой (1.1.1.4) группами. Композиционное своеобразие мотивов следует признать более четким дифференцирующим признаком в осуществленной группировке непрерывных орнаментов, так как не раз отмечалась общность между разными группами по тому или иному элементу (1.1.1.2—4, 1.1.1.6—7 п др.). Однако полностью сбрасывать со счетов элемент также неоправданно. На примере четвертой (1.1.1.4) и пятой (1.1.1.5) групп можно наглядно убедиться, как при тождественности композиционных схем своеобразие фокусируют в себе элементы,.особенно соединительные, а это, в свою очередь, влияет на характер их расположения, что со всей очевидностью проявляется в усложненных вариантах мотивов.
Выделенные группы мотивов распределились далеко не' хаотично в том двумерном пространстве признаков — элемент и композиция,— на котором базируется предложенная мною систематизация. Выше уже шла речь о близкой связи типа «часть — целое» между узорами второй и третьей групп (1.1.1.2, 1.1.1.3), во-первых, шестой и седьмой (1.1.1.6, 1.1.1.7), во-вторых. Указывалось также на тесное соседство четвертой и пятой групп (1.1.1.4, 1.1.1.5), в-третьих, и на обособленность восьмой .группы (1.1.1.8), в-четвертых. Выявившаяся между группами корреляция позволяет ставить вопрос о вторичной систематизации материала, теперь уже на уровне разрядов. В I разряд вошли вторая и третья группы, II разряд составили третья и четвертая группы, III разряд включил в себя пятую и шестую группы п IV разряд представлен восьмой группой (ил. 9, У).
При осуществлении вторичной группировки первая и девятая (1.1.1.1, 1.1.1.9) группы не учитывались по следующим причинам. Предельный лаконизм исходных орнаментальных форм у бордю-
;i Л з-
Ил. 9. Группировка непрерывных хантыйских бордюров по четырем разрядам
первой группы делает нецелесообразным членение мотивов «щучьи зубы» и «головки» на элементы и, таким образом, лишает оснований для построения композиционной схемы мотива.?А именно эти два параметра —элементы и композиция— заложены в основу первичной и вторичной систематизации. Применение обоих анализируемых признаков к девятой группе затруднено в силу ее гибкости и подвижности: здесь встречаются элементы различных групп и отсутствует базовый мотив, в предельно сжатой форме аккумулирующий в себе своеобразие группы; композиционная схема не поддается графическому воплощению в силу разнообразной конфигурации наполняющих ее элементов.