Тема №7: Этнос. Этническое самосознание
Э́тнос (греч. ἔθνος — народ) — группа людей, объединённых общими признаками: объективными либо субъективными. Различные направления в этнологии (этнографии) включают в эти признаки происхождение, язык, культуру, территорию проживания, самосознание и др.
Понятие “этническое самосознание“ в 1946 г. ввел этнограф П.И.Кушнер, сделав вывод, что “...единственно четким этническим определителем является национальное самосознание и язык“, а “этническое самосознание (национальное самосознание) меняется у человека или общественной группы лишь как конечный результат уже завершенных перемен в материальной культуре и социальном быте“.
С.А.Токарев выделил социальные маркеры, на которых основывается этническая общность (происхождение, язык, территория, государственная принадлежность, экономические связи, культурный уклад, религия), исторически обусловленное соотношение между которыми порождает этническое самосознание, посредством последнего субъективно определяется этническая принадлежность группы“.
Другими словами, этническими признаками в узком смысле этого слова следует называть те сᴨȇцифические черты этноса, которые отражают реально существующие различия между отдельными конкретными этносами, выделяя каждый из них среди других. Какие черты этноса следует считать этническими признаками?
Некоторые авторы рассматривают язык, обычно упоминаемый в числе этнических признаков, как условие формирования этнических общностей. Но в таком случае язык должен быть отнесен к числу факторов, формирующих этническую общность. Наряду с этим есть исследователи, настаивающие на том, что язык представляет собой вторичный признак этноса, не будучи ᴨȇрвичным условием его формирования. Многочисленные факты говорят о том, что новые этнические общности могут складываться из различных компонентов, характеризующихся разными языками. С этой точки зрения язык, по-видимому, необходимо считать не этноформирующим фактором, а этническим признаком.
Более единодушны исследователи в том, что важным этническим признаком является совокупность черт культуры (а также особенностей быта, связанных с их функционированием).
Наконец, в группу вторичных этнических признаков включается сейчас этническое самосознание, которое долгое время не рассматривалось в качестве признака этноса. Да и сейчас можно столкнуться с отрицанием его значения как этнического определителя.
Этническое самосознание, по определению А.П. Садохина, есть «чувство принадлежности к определенному этносу, осознание своего отличия и сходства при сравнении с другими этносами, важный признак этнической общности, являющийся отражением в сознании людей реально существующих этнических связей и внешне проявляющийся в форме самоназвания, или этнонима». Другими словами, этническое самосознание - духовное отождествление человека со своим народом на основе представлений об общности происхождения, «родственности» исторической судьбы своего народа, личного участия в исторических событиях, личностных оценках прошлого, фольклорных образах мышления и т.д. Все другие характерные признаки этноса (язык, территория, хозяйственная жизнь, общность культуры и др.) по отдельности и даже в совокупности могут социально не осознаваться и даже отсутствовать. Но самосознание этноса, а значит, и сам этнос в таких случаях все равно существует.
На особое положение этнического самосознания в структуре признаков этноса совершенно справедливо обратил внимание Ю.В. Бромлей. Рассматривая две противоположные точки зрения на вопрос о том, является ли общность происхождения обязательным этническим признаком, Ю.В. Бромлей отмечает: «Необходимо различать два аспекта проблемы: с одной стороны, объективное существование общности происхождения членов этноса, с другой - представление о такой общности, выступающее как компонент этнического самосознания».
Компонент этнического самосознания, отражающий различия в области культуры, всегда имеет условно избирательный характер. Он, как правило, фиксирует отнюдь не всю совокупность черт культуры того или иного этноса, а лишь некоторые ее специфические особенности. Некоторое множество этих особенностей может рассматриваться одним этносом в качестве важнейших этноразличительных показателей, тогда как другой этнос может не придавать ему никакого значения, избирая в качестве такого показателя иное множество черт культуры. Древние китайцы, например, придавали первостепенное значение манере запахивания халата (правая пола наверху - показатель принадлежности к «варварам»). Для древних эллинов же было совершенно неважно, на какую сторону люди запахивали халат: человек, одетый в какую бы то ни было иную одежду кроме туники, был, конечно же, варваром.
При этом важно подчеркнуть, что сформировавшийся этнос постоянно усваивает те элементы культуры, которые кажутся ему нейтральными, и активно противится заимствованию черт, рассматриваемых им как этнически значимые.
Некоторые компоненты этнического самосознания могут, по-видимому, являться отражением не этнических признаков в собственном смысле слова, а этноформирующих факторов. Так, важное место в этническом самосознании у древних китайцев и эллинов занимало представление о том, что они имеют общую территорию расселения. Не трудно в то же время видеть, что данный компонент этнического самосознания фиксировал реальную действительность в искаженном виде, трактуя ее в эгоцентрическом плане («чжун-го» - центр Поднебесной).
Наконец, в числе компонентов этнического самосознания могут присутствовать представления, которые вообще существуют лишь на субъективном уровне и не являются отражением объективных признаков этноса. Это относится, в частности, к представлению о единстве происхождения.
К числу компонентов этнического самосознания, существующих лишь на субъективном уровне, относятся и «этнические стереотипы». Представление о превосходстве своего этноса не может иметь объективных оснований. Оно возникает в процессе развития этнического самосознания как своего рода «избыточная степень» противопоставления «мы - они», которое возникает в нейтральной форме, не неся оценочного оттенка. Попытка обнаружить «чисто экономический корень презрительного отношения к варварам», предпринятая С.Я. Лурье («тот факт, что огромное большинство рабов составляли варвары, давал возможность использовать уже существовавшие национальные и расовые предрассудки: раб - низшее существо не потому, что он раб, а потому, что он «презренный варвар»...), кажется недостаточно убедительной. Против такого толкования говорит то, что в древнем Китае, где формы этнического самосознания были чрезвычайно близки к древнегреческим, рабство иноплеменников не получило сколько-нибудь значительного развития.
Считая «этнос» («этнию») весьма условной категорией, «интеллектуальным конструктом» (ученых или этнических лидеров), ряд ученых предпочитают использовать понятия «этничность» и «этническая идентичность» (часто рассматривая их как синонимы). Этническая идентичность - это осознание своей принадлежности к определенной этнической общности и обособления от других этносов… переживание своего тождества с одной этнической общностью и отделения от других»), восходящее к «классическому» структурализму К.Леви-Стросса.
Итак, этническое самосознание с этнической идентичностью связывает то, что этническое самосознание - это представление о том, что этническая идентичность формируется на основе структурных оппозиций сознания: иноэтнического противопоставления «мы - они».
Каждая культура формировалась и развивалась по-своему. Любая культура включает сложный комплекс ценностей. Каждая ценность порождает множество убеждений, ожиданий и обычаев, совокупность котоҏыҳ называется системой ценностей. Иными словами, в каждой культуре существует своя система ценностей. Различия между культурами проявляются в стиле повседневной жизни, в несовпадении установок по поводу власти, значения работы, роли женщины в обществе, готовности рисковать и даже цветовых предпочтений.
Ценности - это объекты, сущности, рассматриваемые как ценные и значимые. Социальный статус, деньги, семья, образование, религия, здоровье, свобода могут рассматриваться как персональные, жизненно-значимые ценности и носить конкурентный характер. Конкурентность ценностей означает их ранжированность по значимости, или различный уровень приоритетности для индивидуума или группы. Так, например, здоровье и свобода имеют не одинаковые приоритеты в различных национальных деловых культурах.
Суждения по одному и тому же объекту представителей различных культур могут существенно различаться. Поведенческие нормы - это модели действий или поступков, типичных в конкретной ситуации.
Проанализируем сходства и различия культурных ценностей на примере российского и болгарского народа.
Культурные ценности обеих народов в целом схожи. Оба народа принадлежат к славянской ветви и исповедуют христианскую веру. У обоих народов на ᴨȇрвом месте семейные ценности. При этом болгары большее внимание уделяют религии, чаще посещают церковь. Если в нашей стране многие пары при регистрации брака ограничиваются только регистрацией в органах ЗАГСа, то в Болгарии практически все молодожены проходят еще и церковную регистрацию (венчание).
Болгары внешне более улыбчивый и приветливый народ, чем россияне. Однако, улыбчивость эта часто «наносная», отсюда не следует, что к тебе также приветливо относятся в душе.
В политическом плане болгары более активны. Они чаще говорят о политике, считая при этом, в отличии от нас, что живут не очень хорошо. И россияне и болгары склонны к патриотизму.
В Болгарии несколько другая культура отдыха. Болгары чаще посещают различные заведения (кафе, рестораны), чем представители нашей страны, однако, на вечеринках меньше танцуют и меньше пьют. Человека, заказавшего в болгарском кафе двести граммов крепкого спиртного, будут считать алкоголиком.
Болгары, также как и россияне терпимо относятся к чужим ошибкам. Рекламный слоган одной из компаний, занимающейся автострахованием, «Има грешка - има и прошка» («Есть ошибка, есть и прощение») - очень популярен в Болгарии и часто используется в речевом обиходе.