Основные элементы подготовки 9 страница
— Спасибо, Карлос, — произнес он. — Полагаю, нам всем следует поблагодарить пару добрых самаритян.
— Верно, — ответил репортер. — Офицер Моррис заявил, что это далеко не первое сообщение о горожанине, помогающем бороться с преступностью. Возможно, криминальная волна, которая держит город в страхе, спадет на нет.
— Отлично, Карлос, — подытожил ведущий, и канал переключился на рекламную паузу.
А у меня даже пальцы задрожали. Я взглянула на вторую тему эссе, сгребла все бумаги и затолкала их обратно в конверт.
Как я намерена использовать свои таланты и сделать мир лучше?
Я отнесла пакет к себе в комнату и положила его рядом с древним компьютером. Стащила со стула утренний камуфляж и полезла в карман рубашки. Пальцы до сих пор меня не слушались. Наконец я извлекла скомканный листок с номером телефона и взяла мобильник.
Прозвучало четыре гудка, прежде чем кто-то включил связь.
— Алло? — произнес мужской голос. Мои чувствительные уши уловили звуки музыки и крики. Должно быть, он снова поехал в «Депо».
— Толбот? Это Грейс.
— Привет, детка. Что стряслось?
Я глубоко вздохнула.
— Хочу, чтобы ты меня тренировал, — выпалила я, пока не передумала. — Мне необходимо найти брата и расправиться с бандой, терроризирующей город.
Толбот рассмеялся. Я отлично представила, как он улыбается, отвечая мне.
— А я уж решил, ты никогда меня об этом не попросишь.
ГЛАВА 15
СХВАТКА
Вторник, после полудня
— Ты готова? — спросил Толбот, когда я забралась в белый вэн.
— Еще бы, — я кинула рюкзачок на сиденье и выудила из сумки кроссовки. Сбросила танкетки и переобулась.
— А где твой напарник? Опять слинял и скрывается?
Я хмыкнула.
— Я ему небольшую ловушку устроила. Он сейчас набирает двадцать долларов четвертаками, рассыпанные в салоне школьного автобуса. Будет занят несколько дней.
Толбот засмеялся.
— Мне нравятся твои шуточки.
— Что у нас на сегодня? Сможем потренироваться?
— Я позаботился и получил задание заранее. Плюс у нас имеется свободный час до возвращения автобуса. В нашем распоряжении — куча времени, чтобы пробежаться по начальным элементам твоей подготовки.
— А какие они?
— Скоро узнаешь.
Мы оказались в районе Гленмор на окраине города. Местность, по-видимому, милая и симпатичная в середине двадцатого века, теперь кардинально изменилась. Перед моим взором предстала пестрая архитектурная смесь. Многоквартирные дома для людей с низкими доходами соседствовали с обветшалыми коттеджами пожилых дедушек и бабушек. Бывшие частные жилища превратились в магазины. Мы отъехали всего на пару кварталов от шоссе, когда Толбот остановил минивэн перед ломбардом «Второй шанс». Я сразу обратила внимание на желтую полицейскую ленту, огораживающую разбитую витрину.
Толбот взял свой огромный рюкзак и вылез из вэна. Я последовала за ним. Он направился прямо к ломбарду. Посмотрел по сторонам, а потом резко нажал на ручку двери. Я услышала щелчок, и замок открылся. Толбот отогнул ленту и сделал мне знак заходить внутрь.
— Так это вроде бы незаконно? — промямлила я. Мне не слишком нравилось залезать куда-то без разрешения.
Он пожал плечами:
— В нашей работе иной раз приходится нарушать правила.
— А если нас поймают?
— Там пусто. Веб-камеры по-прежнему бездействуют. Мы мигом справимся. И мне надо кое-что проверить.
— А именно?
— Тебя.
Я заглянула в его зеленые глаза и вопросительно склонила голову набок, но промолчала.
— Давай используем, наконец, возможность, — сказал он.
Я, секунду поколебавшись, поднырнула под ленту и оказалась в ломбарде. Под ногами хрустели осколки стекла. Я обошла помещение по периметру, изучая причиненный ущерб. Витрины разбиты, а содержимое, ясное дело, пропало.
— Нападение произошло нынче ночью, — сообщил Толбот. — Взломщик смел все подчистую. Утащил сейф весом в шестьсот фунтов. А защитная сигнализация сработала ровно через шесть минут. Когда сюда приехала полиция, было уже поздно.
— Откуда тебе это известно?
— У меня есть свой человек в участке. Иногда он мне очень помогает.
— Ого! Значит, надо полагать, никаких записей с камер видеонаблюдения нет?
— Точно. Я спрашивал утром у своего приятеля-детектива. Он заявил, что преступление — из той же серии, что и остальные грабежи, совершенные за последний месяц. Скорее всего, в ломбарде действовали бандиты-невидимки. Кроме того, никаких отпечатков пальцев.
— Что будем делать?
— Сперва глубокий вдох.
Я удивленно посмотрела на него.
— Пошли.
Я втянула в себя воздух. Ладно, раз уж он — мой тренер по сверхспособностям. Но неужели Толбот и впрямь считает, что я не умею глубоко дышать без напоминаний. Разило какой-то кислятиной, как от давно прокисшего молока. Оглянулась по сторонам, ища питьевой фонтанчик. Где бы прополоскать рот и избавиться от гнусного привкуса? Не найдя ничего подходящего, я обернулась к Толботу.
— А дальше? — поинтересовалась я. — Что я должна здесь проверять?
Толбот вскинул бровь.
— Это просто часть испытания. Ты что-нибудь унюхала?
— Ну да. Прокисшие молоко, но какое это имеет отношение к грабежу?
— Нам придется потрудиться больше, чем я предполагал. Я-то считал, у тебя имеются некоторые охотничьи навыки.
Я почувствовала прилив раздражения.
— Ясно. Теперь я поняла, чего тебе нужно. — Я снова глубоко вдохнула и задержала воздух в легких. Увы, вонь была прежней, но я заставила себя сосредоточиться. Мне не хотелось опростоволоситься в присутствии Толбота. А вдруг он решил, что я не готова к тренировкам? Лицо у меня, вероятно, посинело, отчего я только разозлилась. Я медленно выдохнула и уловила новый запашок.
— Похоже на тухлое мясо. Наверное. Какая-то гниль.
— Хорошо, — кивнул Толбот. — Вернее, наоборот, плохо.
— Если я что-то сделала неправильно, тогда покажи, как надо. Ты же должен меня научить, не забыл?
— Мы пока не на тренировке. Наше занятие начнется после проверки. Но ты действовала абсолютно верно. Сейчас объясню. Запах кислого молока означает, что в ломбарде побывало два гелала. А вонь как от тухлого мяса указывает на присутствие по меньшей мере одного акххару.
— Акх… кого?
— Акх-ха-ру, — произнес он по слогам.
Я скривилась и даже не попыталась совладать со своим ртом, чтобы произнести эту тарабарщину.
— Кстати, — сообщил Толбот. — Можешь называть их «акх» — рифмуется со словом «рак». Так проще запомнить и выговорить легче. Правда, их еще именуют вампирами.
У меня глаза на лоб полезли.
— Ты серьезно?
— Да. За исключением того, что акх — не обычный тип вампира — «я-хочу-испить-твоей-кровушки». Но нам пора убираться восвояси. Мало ли кто сюда заглянет. Не будем привлекать лишних свидетелей. Надо провести второе испытание, а потом я отвезу тебя к школьному автобусу.
— И какое же?
— Ну, скажем только: хорошо, что ты захватила кроссовки.
Спустя несколько минут
Толбот забросил рюкзак за спину, продел руки в лямки и повел меня в конец квартала. На углу он остановился и сморщил нос. Улица пустовала, если не считать старухи, сидевшей на автобусной остановке.
— Что чувствуешь?
Я принюхалась.
— Ага, опять запах прокисшего молока и тухлого мяса.
Толбот одобрительно кивнул:
— Мы идем по следу. — Он взял меня за локоть, и мы перешли дорогу. — Да, именно здесь они были. Топали на своих двоих.
— С сейфом весом в шестьсот фунтов? — недоверчиво осведомилась я.
— Демонов не стоит недооценивать, детка. В городе к гелалам отнеслись чересчур легкомысленно.
У меня забурчало в желудке. Ничего себе!
— Готова к следующей проверке?
— Ага. Можно начинать.
Толбот не отпускал мою руку, а вдобавок и притянул поближе к себе. В общем, наши тела почти соприкасались. Голову он низко нагнул, и его лицо оказалось возле моей шеи. Внезапно он глубоко вдохнул. А когда выдохнул, его дыхание защекотало мне щеку, спина мигом покрылась пупырышками гусиной кожи.
— Ты мои волосы нюхаешь? — спросила я хриплым от смущения голосом.
— Запоминаю твой запах. А ты должна запомнить мой — на случай, если придется действовать врозь.
— Чего? — Я едва не рассмеялась, поскольку сразу представила себя в роли полицейской собаки-ищейки.
Толбот крепко прижал меня к себе, и мои губы практически уперлись ему в плечо. Я глубоко вдохнула и задержала дыхание. Понятно, мятная жвачка, свежие опилки… и что-то еще. Последний аромат я бы ни за что не уловила, если бы не мой чуть заспанный волчий нюх. Запах был такой же, как у моей собаки Дейзи после того, как она целое утро валялась на солнышке у нас на заднем дворе. Раньше он казался мне не слишком приятным, особенно когда Дейзи пыталась устроиться на моей кровати. Однако сейчас при воспоминании о ее нежном прикосновении мне взгрустнулось.
— У тебя — розмарин и лимон, — произнес Толбот. Мы наверняка напоминали парочку. Я прямо-таки почувствовала, как его слова греют меня, будто солнечные лучи. Он дернул меня за кудряшку.
Я отступила на шаг. Как-то слишком близко я его к себе подпустила.
— У меня шампунь такой.
— Ну и отлично. Теперь ты не потеряешься в толпе. А у тебя — какие результаты?
— Тоже неплохие.
— Ладно. А теперь сконцентрируйся на вони гелалов и акхов. Правда, их следы старые и выдохлись. Так что не расстраивайся, если их упустишь. Зато меня ты легко обнаружишь, если мы разделимся. — Он улыбнулся, на щеках появились ямочки. — Но ты постарайся не отставать от меня. Не хотелось бы напороться на демонов одному.
— Ух ты! Значит, мы можем их застукать?
— А ты разве сомневалась?
— Но я не думала, что мы уже перешли к практике. Я считала, мы станем заниматься начальными элементами моей подготовки, — ответила я. Так бы поступил Дэниел. «Не спеши. Сохраняй баланс эмоций, равновесие между волком и человеком». — Ты пока меня вообще ничему не научил.
— Это и есть начальные элементы, Грейс. Мы — охотники за демонами. — Толбот закатал рукава своей фланелевой рубашки.
— А потом — когда мы найдем гелалов?
— В процессе сообразим.
— Но когда конкретно?
Толбот рассмеялся.
— Мы с тобой повеселимся! — бросил он и помчался по улице.
Он успел добежать до конца здания и собирался свернуть за угол, а я даже не пошевельнулась. В конце концов рванула за ним. «Хоть бы догнать его», — пронеслось в голове. Но когда я завернула за угол, он стоял, прислонившись к дереву и засунув руки в карманы. Я приблизилась к нему, он усмехнулся и опять кинулся наутек. Я следовала по пятам, со всеми рывками и остановками. Район-то был безлюдный, а Толбот играл со мной, как кошка с мышью.
По-моему, он просто наслаждался, даже чересчур увлекся, и меня это только подзадорило. Он буквально летел, словно занимался паркуром. Кстати, так бегал Дэниел, пока не утратил сверхчеловеческие способности. Он инстинктивно находил кратчайший и наиболее легкий маршрут, молниеносно огибал любые встречные объекты или лихо перепрыгивал через них. Я наблюдала, как он преодолел очередную бетонную лестницу, ведущую на крыльцо какого-то дома, нырнул сквозь балюстраду, перекувырнулся в воздухе и приземлился на мостовую. Затем вскочил и вновь понесся вперед.
— Давай, детка! — крикнул он.
Я бежала за ним в некоторой оторопи, но счастливая, что сумела проделать тот же головокружительный кульбит. Толбот заорал что-то вдохновляющее. Женщина с собакой выронила поводок и замерла, уставившись на нас.
А Толбот увеличил скорость. Я старалась пробудить энергию, и горячие, пылающие огнем толчки подгоняли меня дальше и дальше. Я была уже в двадцати ярдах от него, но Толбот резко свернул влево, перескочил через шестифутовую стену и исчез из виду.
Мне понадобилось максимально сфокусироваться, чтобы изменить направление бега. Я сместилась вбок, но стена приближалась. Я почти врезалась в нее, как вдруг ноги сами оттолкнулись от асфальта, и я взлетела. Пальцы чуть коснулись бетона, и за полсекунды я перемахнула через преграду.
Успешно приземлившись, перешла на трусцу и оказалась на трехстороннем перекрестке. Улица тянулась и вправо, и влево. Узкий посыпанный гравием переулок вел в тупик между полуразвалившимися зданиями. Толбот испарился, но я ощущала его горячий запах.
Я повернула голову налево и сморщила нос. Почуяла запах гелала и сделала ровно пять шагов. Все чисто. Я проделала подобный маневр, ориентируясь на правую сторону. Снова неверное направление. Я вернулась назад на перекресток и уловила уже знакомую тошнотворную смесь. И двинулась в тупик. Запах усилился. Очевидно, Толбот направился в один из домов. Но в который?
Я повернулась вокруг своей оси, принюхиваясь. Теперь я вела себя как собака, охотящаяся за собственным хвостом. Но успела уловить мощный вал свежих ароматов и осторожно направилась к своей цели — к подъездной дорожке. Возле нее находился когда-то прелестный особняк в викторианском стиле. Теперь здание выглядело далеко не лучшим образом. Странно, что его не снесли еще лет десять назад. Вонь тухлого мяса и прокисшего молока стала поистине подавляющей. А о Толботе — ни слуху ни духу.
— Ну, и где все? — недовольно осведомилась я. И моментально кто-то зажал мне ладонью рот и поволок в кусты.
Я начала брыкаться, но почувствовала теплый запах Толбота и услышала его шепот:
— Ш-ш-ш! У них ведь тоже сверхспособности.
Он отпустил меня, и я обернулась.
— У них? — произнесла я одними губами. — Они здесь?
Толбот кивнул.
— Прикинь сама, сколько их тут собралось, — он постучал меня пальцем по уху.
Я задержала дыхание. Сердце до сих пор сильно колотилось от пробежки, и я усилием воли заставила его успокоиться. Рядом с нами стрекотали сверчки, но я отстранилась от близких звуков и сконцентрировалась на особняке.
— Их трое, — зашептала я. — Один храпит, а остальные, похоже, сидят за столом.
— Четверо, — поправил меня Толбот. — Кто-то есть на втором этаже. А спит гелал. Акхи обычно бодрствуют. — Парень снял рюкзак. Потом достал оттуда нечто вроде короткой сабли с эфесом, обтянутым черным кожаным шнуром, и толстый деревянный штырь. Настоящий кол — обструганный и с заостренным концом. — Ты предпочитаешь сталь или дерево? — поинтересовался он.
— Что?!
— Полагаю, дерево тебе подойдет, — хмыкнул он, бросая мне это… оружие или уж не знаю что.
Я молниеносно поймала его на лету и удивилась. Пора бы мне привыкнуть к рефлексам собственного тела.
— Мы к ним вломимся?
— Конечно. — Толбот вытащил саблю их ножен: сверкнуло острое лезвие. — Двое против четверых. Не самый плохой расклад.
— Ничего подобного! — Я махнула рукой и чуть не выронила палку. — Это никакая не обычная тренировка, не обучение начальным элементам… Я не могу!
— Можешь, Грейс! — тихо произнес Толбот. Он пристально посмотрел на меня своими изумрудными глазами. — А если настал твой единственный шанс выручить и спасти брата, а ты откажешься им воспользоваться? Вдруг он здесь, и демоны держат его в плену? Да они запросто закуют его в цепи, приберегая для следующей трапезы. Разве тебе не хочется заставить их заплатить — причем за все?
Мой живот превратился в плотный огненный узел — точь-в-точь как тогда, в переулке неподалеку от библиотеки. Именно это ощущение я и испытала, увидев гелала в маске, приставившего дуло револьвера к голове Толбота. Внезапно в сознании вспыхнула картина. Джуд, связанный, лежит в этом ветхом доме. Брат изранен и окровавлен. А над ним склонился монстр, угрожая разорвать его на части. Я решительно стиснула кол.
Через шестьдесят два с половиной удара пульса
Толбот пинком распахнул дверь, и мы вдвоем ворвались внутрь. Мужчина и женщина, сидевшие за столом и игравшие в карты, завопили. Третий, тоже мужчина, спавший на диване, сразу поднялся — в явном замешательстве и злобе. Он ринулся на нас и размахнулся, желая сбить меня с ног. Я с легкостью оттолкнула его. Женщина, не мешкая, отшвырнула в сторону стол. Тот случайно сшиб ее сотоварища, а она накинулась на Толбота. Он врезал ей в живот, и она отлетела назад. Оскалилась, зарычала и опять атаковала парня.
От гнусного запаха закружилась голова, и меня затошнило. Злобный демон рыкнул на меня. Как я поняла, он являлся гелалом, если судить по вони прокисшего молока. Теперь он намеревался бить меня прямо по лицу. Я отскочила, хотела пнуть его в ногу и боковым зрением уловила блеск стали. Оказалось, Толбот рубящим выпадом ударил женщину в горло. Клинок вошел глубоко, а звук был, как от ножа, вонзившегося в арбуз. Потоком брызнула темная кровь.
Толбот в один миг отсек ей голову!
Я заорала. Я и не знала, что способна издавать такие крики! Толбот убил женщину! Я икнула от страха и попятилась: на меня катилась отрубленная голова с выражением полного изумления на лице.
Что вообще происходит?!
Он — убийца!
А на что я действительно рассчитывала? Может, что мы свяжем преступников и вызовем полицию?
Однако не на то, что станем их убивать!
Обезглавленное тело сделало шаг по направлению к Толботу, рухнуло на пол… и рассыпалось в пыль прямо у меня на глазах. Голова, разумеется, также обратилась в прах.
— Что ты наделал?! — завопила я на Толбота.
И получила от гелала удар чудовищной силы.
Я отлетела назад и ударилась о стену с висевшей на ней картиной. Почувствовала, как лопается и крошится стекло. Осколки так и посыпались на меня. Спину пронзила острая боль. Я сложилась пополам, комната завертелась, и мужчина кинулся на меня. Он явно нацеливался поразить меня в горло. Толбот взмахнул саблей, сделал выпад. Клинок вонзился мужчине в спину и вышел из груди. Из раны потоком хлынула черная жидкая мерзость и попала на меня. Она обожгла мне кожу, как кислота, и я попыталась стереть ее. Мужчина рухнул мне на ноги, судорожно хватаясь за кончик сабли. Но тщетно, он просто распорол себе обе ладони.
— Боже! — я нагнулась, чтобы ему помочь.
— Не прикасайся к нему! — рявкнул Толбот и сцепился с тем малым, который до нашего прихода играл в карты.
Мужчина на полу корчился в агонии и внезапно замер. Застывшее тело качнулось раз-другой, а потом взорвалось, забрызгав комнату жидкой грязью. Я успела увернуться как раз вовремя и избежала жгучих брызг.
Меня затрясло. Шатаясь, я начала отступать. Только бы уйти подальше от этой пахнущей кислятиной кучи!.. Уперлась спиной в перила лестницы и выпрямилась. Мелькнула мысль, что надо взять себя в руки. Дыхание было слишком частым. В желудке все трепыхалось и переворачивалось. Я была почти готова извергнуть наружу его содержимое, но кто-то напал на меня сзади. Ноги стали болтаться в воздухе. Я даже не смогла толком отреагировать, а меня уже швырнули в противоположную сторону. Я приземлилась, частично на диван, а сверху навалился противник. Женщина. С розово-черными волосами и острыми тонкими зубами. Она вцепилась мне в горло.
Она-то здесь откуда?!
«Вероятно, была наверху», — поняла я. Значит, Джуда у них нет.
— Не смотри ей в глаза! — услышала я Толбота.
Но я опоздала это сделать. Женщина принялась сверлить меня угольно-черным взглядом, и я никак не могла отвернуться или моргнуть. А она начала монотонно напевать что-то на непонятном языке, хотя губы ее оставались неподвижными. Я где-то это видела, но память отказывалась работать.
— Бей ее дубиной! — крикнул Толбот. Но его голос показался мне глухим, будто звучал издалека. — Давай! Убей ее!
— Ты хочешь отдать мне свое оружие, — произнесла женщина, не разжимая губ. — Быстро.
Я покрепче сжала кол. А я и забыла, что держу его в руке. Мозги совершенно затуманились. И зачем мне такое ужасное орудие? Не могу я сражаться насмерть. Я не убийца и не монстр. И если ей нужна палка, то пусть ее и забирает.
И я вручила ей штырь.
Она впилась в него похожими на когти пальцами и засмеялась. «Уж не знаю, что в тебе нашел Дэниел, — услышала я ее слова у себя в голове. — Слабая дурочка…»
Что?! И откуда она знает имя Дэниела?
— Однако наверняка, сегодня вечером мы с ним неплохо проведем время, — добавила она в той же манере. Затем подняла кол и занесла его над моим сердцем. — Только сначала ты умрешь.
Женщина ударила меня острием в грудь.
Но в тот же момент оцепенела, будто впала в ступор. Глаза ее закатились, а мой транс отступил. Мозги несколько прочистились, и меня осенило. Эта девица была из прошлого Дэниела. Я столкнулась с ней на той самой вечеринке, когда он жил на Маркхэм-стрит, а Джуд еще не сбежал.
— Мишка? — изумилась я.
— Ты, маленькая дрянь, — прошипела она и рассыпалась в прах.
Вот и все. Я вздрогнула. Отломанная ножка стула упала с дивана и покатилась по полу, остановившись лишь тогда, когда уперлась в кроссовки Толбота.
— Ты в порядке, детка? — спросил он, намереваясь мне помочь.
Я отпрянула и отползла по сиденью, одновременно судорожно стряхивая с себя пепел.
— Я… ее раньше встречала, — заикаясь, пробормотала я. — А ты ее убил. Всех!.. — Я завертела головой, высматривая живых. Помещение пустовало. О схватке свидетельствовали горстки пыли да лужица кислоты, которая уже выедала край ковра. У меня подступил ком к горлу.
— Верно. — Толбот провел ладонью по волосам. Свою бейсболку он потерял в драке. — А ты хотела, чтобы мы пригласили их отведать мороженого или купили щенков в подарок?
— Нет. Но мы даже не вызвали полицию… — Полная бессмыслица. Я же видела, как Толбот держал серебряный браслет Эйприл, и тот вовсе не прожигал ему руку! Поэтому решила, что он такой же, как и я. Урбат, владеющий сверхспособностями и не попавший под проклятие вервольфа. Гончая Небес. Но если он убил здесь свою первую жертву, то, видимо, уже превратился в волка? Хотя он уверенно обращался с саблей. Явно не новичок. Он не колебался ни секунды. — Ты… — начала я и умолкла.
— Они — не люди, Грейс, а самые настоящие демоны. Ты становишься проклятым только в том случае, если убьешь человека. Урбат же созданы для того, чтобы уничтожать демонов. Именно этим мы и занимаемся.
— Но ты же не расправился с тем типом в маске…
— Я не знал, готова ли ты к такому зрелищу. Полагаю, я и сейчас поторопился. Ты зеленая…
— Не в том дело. Я просто ничего не успела понять. Мой брат попал под проклятье, когда пытался убить Дэниела — а тот был верфольфом…
— Ах, вот как… — Толбот присел на диван возле меня. Я отодвинулась. — Верфольфы, вообще-то, полукровки. У них — человеческое сердце, но оно сосуществует вместе с сердцем демона. Уничтожение вервольфа — причем злонамеренное — считается убийством и деянием хищника. А с демонами не церемонятся. Гелалы принимают облик смертных. В принципе они лишены тела. А акхи — вид вампиров, которые селятся в трупах. Это вроде особой демонической инвазии. Поэтому от них и разит тухлым мясом — по крайней мере, запах чувствуют те, у кого супернюх. — Он улыбнулся и постучал себя пальцем по носу. — Конечно, они превращаются в пыль. Инвазия ускоряет процесс разложения. Тело распадается, когда поселившийся внутри демон погибает.
— Ох!
У меня голова шла кругом. Папа давал мне читать книги о вервольфах. Однако они в основном содержали мифы, а не реальную информацию. Мысль о битве с демонами меня вообще не посещала. Подобная идея казалась настолько нереальной, что я даже не пыталась получше узнать о своих противниках. Толбот прав — я и впрямь недозрелая.
А в итоге чудом осталась жива. И то благодаря Толботу.
— Спасибо, что спас меня. Я практически позволила ей себя убить, — я притянула колени к подбородку, чувствуя собственную ненужность и бесполезность. — Я никак не могла ей противостоять. Выполняла то, что она требовала.
— Контроль сознания, — заявил Толбот. — Они это умеют. Запомни, никогда не следует смотреть акху в глаза. Это их главное отличие от вампиров. Акхи пожирают душу. Они питаются твоей жизненной силой, крадут твою волю. Но и гелалы, и акхи умирают одинаково. Кол в сердце или обезглавливание — все по старой, доброй традиции.
Меня передернуло. Вспомнилось, как Толбот отрубил голову акху.
— Я была в абсолютном шоке. И забыла, что в доме находится четвертый демон…
— Моя вина. Следовало тебе напомнить о полной боевой готовности. Но мы оба получили хороший урок… — он усмехнулся. — Правило номер один: никогда не теряй бдительности. Будь настороже. Постоянно.
Я слегка улыбнулась, но тут же нахмурилась. Именно это говорил мне Дэниел, и, кстати, неоднократно. И разозлилась, что не смогу рассказать ему о схватке.
Придется ему лгать.
Тяжесть поражения придавила меня, плечи опустились, и я уставилась на стену.
— Мне жаль, что ты их всех убил. Ну, то есть — мы не успели их допросить насчет Джуда. Если они — члены шайки, вместе с которой он скрывается, то где же тогда мой брат?
— Его здесь и не было, — заметил Толбот. — Эти создания — обычные недоумки, любители. Тупые подражатели. Куда им до Королей Тени! Настоящие бандиты не задели бы в ломбарде тревожную кнопку даже случайно.
Я встала и выпрямилась. Руки у меня затряслись от гнева.
— Погоди! Ты с самого начала все знал?
Он кивнул.
— А зачем мы к ним заявились?
— Ты помнишь о проверке, Грейс? Об испытании? Мне было необходимо выяснить твой уровень. Ты пока еще не готова. А наше приключение в переулке и сегодняшняя драка — просто детские игры. Здесь собрались лишь четверо. Жалкая свора… Реальная банда демонов, вероятно, раз в пять больше.
Меня зазнобило.
— Значит, ты был в курсе, что Джуда с ними нет? — не унималась я.
— Да.
— Тогда зачем ты сказал… Почему намекнул мне об обратном?
— Хотел тебя настроить, завести, чтобы ты могла действовать. Твои чувства, эмоции — вот откуда берут начало твои силы и способности.
Мне стало совсем не по себе.
— Но Дэниел бы с тобой не согласился… Он вечно повторяет, что я должна взять себя в руки. Считает, что ключ к овладению моим даром — в балансе эмоций. И поэтому я не должна позволять эмоциям овладеть мной. Иначе я поддамся влиянию волка и все пойдет насмарку.
— А ты не интересовалась, по каким причинам Дэниел так тебя сдерживает?
У меня запылало лицо. «Верно!» — произнес голос у меня в голове.
Однако это не означало, что Толбот прав, а Дэниел — в ауте.
Толбот поднялся с дивана. Нас разделяла лишь пара дюймов. Он пронизывающим взглядом заглянул мне в глаза. Протянул руку и коснулся моей подвески из лунного камня. Мне захотелось отступить назад, но я не двинулась с места.
— Ты не прочувствуешь энергию полностью, если будешь продолжать носить кулон, — произнес он. — Я свой давно выбросил.
— Выкинул талисман? А где ты вообще его раздобыл? Я думала, это редкость…
— Старая фамильная реликвия. Без нее мне гораздо лучше.
— Но Гэбриел утверждал, что лунный камень — единственная вещь, способная сдерживать волка. Он…
— Гэбриел? — переспросил Толбот. — Ты с ним знакома?
— Ага. — «Если, конечно, мы имеем в виду одну и ту же персону», — подумала я. — Ты говоришь о Гэбриеле Сент-Муне?
Толбот хрипло рассмеялся.
— Значит, он теперь именуется Сент-Муном? Ирония судьбы!
— А что?
— Гэбриел — известный трус. — Толбот развел руками. — А вот я — Сент-Мун.
Я едва не поперхнулась:
— Ты?!
— Моя мать была из Сент-Мунов. Она — прямой потомок Катарины и Саймона Сент-Муна. Они стали первыми охотниками на вервольфов в нашей семье. К тому времени, когда моя мама родилась, Сент-Муны, по слухам, отошли от дел, но мои родители занимались криптозоологией — искали всяких мифологических животных. Еще они много путешествовали, изучая местные легенды о демонах. Как я полагаю, иногда попутно занимались и уничтожением всяких тварей. Когда того требовали обстоятельства, разумеется. Потом родился я. Они остепенились и осели в маленьком городишке в Пенсильвании. Сент-Муны заключили договор о перемирии со стаей Гэбриела, которая обитала в горах неподалеку. Но на мой третий день рождения родителей растерзали бродячие вервольфы, отколовшиеся от стаи. Прямо у меня на глазах.
Вот тут я ахнула и поперхнулась.
— А один из них решил преподнести мне презент на день рождения. — Толбот задрал подол рубашки и продемонстрировал мне длиннющий серповидный шрам. На мощных мышцах живота он выглядел почти как татуировка.
— Извини, — прошептала я.
— Просить прощения надо Гэбриелу, а не тебе, — продолжал Толбот. — Он мог остановить свору, но ничего не предпринял. Боялся запачкать руки. А альфа-самец, вожак Сирхан, лишь слегка наказал тех убийц и просто повыл немного. Когда Сирхан умрет, вся стая, включая тех волков, получит по заслугам… — Он помрачнел и опустил голову.
— А что случилось с тобой? — Я не могла представить, как Толбот пережил подобную трагедию… Тогда он был всего на полгода старше Бэби-Джеймса.
— Меня отправили к дедушке на ферму. Он уже воспитывал моего двоюродного слабоумного брата. Дедушка вечно рассказывал нам истории о великих Сент-Мунах, охотниках на демонов. Смелых, храбрых, самоотверженных. Демонстрировал нам древний серебряный кинжал. Он умер от удара, когда мне исполнилось тринадцать, и я решил продолжать дело своих предков. Ведь у меня имелось преимущество перед кузеном Саймоном и остальными Сент-Мунами — я овладел своим даром. С тех пор я им и пользуюсь — в отличие от трусов вроде Гэбриела.