Четырнадцатое октября. вторник
КОРИДОР ШКОЛЫ РОКЛЭНД; 11:26.
Лайла не обнаруживает записку, открыв чехол для гитары. Но когда она ставит гитару себе на колени, видит нацарапанное послание на боку – просто играй – и сразу же оживляется.
Делает глубокий вдох. Она позволяет пальцам случайно блуждать по струнам, выщипывая разнообразные комбинации нот, пока случайно не находит понравившееся звучание. Она повторяет его. Играет с ним, пока не оттачивает отрывок, начинает мелодию, продолжает и оттачивает еще, затем еще отрывок. Закрыв глаза, она позволяет музыке просочиться в себя, и в этот момент открывается дверь.
Заходит Энни, футляр для скрипки в руках, и смотрит на нее.
– Ты что делаешь?
Сердце Лайлы бешено колотится.
– Сегодня четный день. Ты почему здесь?
– Я втихаря прошла, чтобы мы отрепетировали наш дуэт.
– Но это против правил.
– Якоби не узнает. Он с оркестром на экскурсии. Что ты делаешь?
Лайла опускает взгляд на гитару в своих руках и пытается отвести внимание.
– Она лежала здесь, так что я подняла ее. – Она кладет ее обратно в чехол. – Не думаю, что хорошей мыслью было сюда прийти, Энни. Помнишь, как в прошлом году две девочки нарушили правила?
– Они курили! А мы занимаемся музыкой.
– Правила есть правила. Правда, думаю, тебе лучше уйти. – Лайла понижает голос. – Патрисия Кент донесет о нас. Серьезно. Энни, разве ты в обед не должна заниматься репетиторством?
– Только раз в неделю. – Энни хмурится. – Да ладно тебе, нам необходимо репетировать. Ты же не захотела оставаться у меня в ночь на пятницу. В субботу вспылила. Ты никогда не хочешь репетировать.
– Мне было плохо! У нас целых три недели до прослушивания на шоу талантов, Энни.
– Звучит так, словно ты делаешь мне гигантское одолжение, согласившись играть вместе.
– Так нечестно. Все совсем не так. Вдвоем находиться в студии нельзя. Я не люблю нарушать правила. Вот и все.
– Отлично, я ухожу. – Энни вылетает, хлопнув за собой дверью.
Сердце колотится, Лайла опускается. Почему после любого взаимодействия с Энни она ощущает вину? Что плохого в том, что она хочет немного побыть одна?
Выглянув, чтобы убедиться, что Энни ушла, она снова достает гитару. Какое-то время уходит, чтобы почувствовать, что студия только ее, она медленно успокаивается и ощущает связь с музыкой. Когда она нащупывает эту связь, ей не хочется, чтобы кто-то прерывал. Она слышит мелодию, и в голове всплывает строчка: «Я хочу лишь маленькую комнатку для игры...», поет она. Неплохо. Она повторяет это, пока не выходит время, слишком быстро. Когда она убирает гитару и выходит в коридор, песня все еще звучит в ее голове. Я нашла маленькую комнатку, где играть музыку...
Энни появляется за поворотом, Лайла подбегает и обнимает ее.
– Энни, не сердись!
Энни отстраняется и продолжает свой путь.
– Ну же, Энни, у нас же дуэт на шоу талантов и надо...
– Не думаю, что ты поймешь, Лайла. – Энни останавливается, ее глаза красные от слез. – Легко тебе говорить: о, нам не надо репетировать. Ты прошла прослушивание Центра Кеннеди. А я нет. – Она идет дальше.
– Прости, Энни. Я останусь у тебя в пятницу, и мы будем репетировать, пока не ОТШЛИФУЕМ его. – Она берет Энни за руку и улыбается. – Что наденешь на прослушивание?
Энни против воли улыбается.
– Что-нибудь новенькое.
– Пойдем по магазинам вместе, – предлагает Лайла.
– Хорошо. Только не сегодня. Нам надо к «Сладкоежкам», а потом готовиться к опросу по физике.
Лайла кружится.
– Ответ на каждый вопрос – сила равна массе умноженной на ускорение. Люблю естественные науки.
– Не верю, как и мистер Сандерс. У него волосатые руки.
Лайла смеется.
Глаза Энни расширяются.
– Лайла, он на тебя смотрит, – шепчет она.
Лайла оглядывается.
– Не смотри, – шепчет Энни. – Трипп Броуди.
Лайла замечает силуэт Триппа прежде, чем Энни разворачивает ее. Она хочет рассказать ему, что написала песню, что играла.
– Он не на меня смотрит, Энни. Он просто идет по коридору.
– Он видел, как ты кружилась. Какие, говоришь, у вас общие уроки?
Лайла пытается говорить как обычно.
– У нас нет общих уроков.
– Вчера он играл слишком громко.
Лайла смеется.
Энни пихает ее.
– Почему ты не поздоровалась с ним? Он больше не оставлял тебе записок?
– Отстань, Энни.
– Рада, что нет. Он слишком странный. Видела его имя в списке тех, кому нужен репетитор. Его репетитор Бенджамин Фик. Думаю, у него повреждение мозга.
– Энни!
– Pardon moi за правду. – Она отвешивает поклон и исчезает на лестнице, спеша на следующий урок.
У него нет травм мозга, хочет ответить Лайла. Он просто... просто странный. В очень интересной манере.
![]() |