Спасёный из воды. часть i
Принц Египта».
По мотивам Библейских книг Исход, Левит, Числа и Второзаконие.
Спасёный из воды. Часть I .
… Коронация Рамсеса закончилась. Египтяне радовались молодому фараону и с большим сожалением оплакивали прежнего правителя.
Оживление царило и в земле Гесем. Израильтяне, чьё число увеличилось во много раз, шумно праздновали воцарение фараона и надеялись, что его правление будет таким же мирным, и что юный фараон будет так же благосклонен к евреям, как и его отец
Молодой принц, до смерти отца, совершенно не интересовался государственными делами. Он скакал по верховьям Нила на своём любимом породистом скакуне, устраивал пышные пиры, охотился на бегемотов (несмотря на строжайший запрет) или просто слонялся без дела по городу.
Поэтому, когда на него свалился трон, Рамсес не знал истории появления евреев в земле Гесем и как относится к ним.
Лишь только когда один из придворных почтительно заметил ему, что «евреи уж слишком расплодились», фараон заинтересовался этим народом. Всё это привело к тому, что он однажды заявил главам народа и жрецам:
-- Вот, сыновей Израиля стало больше, чем нас, и они сильнее. Так давайте же поступим мудро, чтобы их не стало ещё больше. Если вдруг случится война, то они примкнут к тем, кто нас ненавидит и, в конце - концов, уйдут отсюда. Вот, что мы сделаем: мужчины у них крепкие, пусть работают на нас. Итак, вот моё повеление! Пусть будет объявлено в земле Гесем:
С каждого пятого… нет, с каждого третьего дома пусть выйдет мужчина для подневольного труда… задавим их работой!
-- Клянусь Тотом, это воистину мудрое решение, о Светлейший!— раболепно крикнул один из сановников и побежал исполнять приказ.
***
Указ вызвал волну недоумения и возмущения среди евреев, однако слово фараона было грозным, и евреев стали угнетать тяжёлой работой, сделав их жизнь невыносимой. Хотя вначале работали только мужчины, потом заставили работать всех: детей от десяти лет, женщин, стариков и старух.
Надсмотрщикам было приказано не жалеть рабочей силы, и немало несчастных, изнеможенных погибло под их кнутом.
И всё же, число евреев продолжало увеличиваться. И фараон не мог этого не заметить. Его не радовали даже грандиозные стройки. В конце - концов, фараон, да и вообще, весь его народ, стал испытывать какой-то болезненный страх перед евреями.
Фараон хотел было даже приказать перебить всех Израильтян поголовно, но прикинул, сколько крови будет пролито в его войсках и принял иное решение.
Он позвал во дворец двух повитух-евреек, Шифру и Фуа.
Фараон накормил их и сделал женщинам такое предложение:
-- Когда вы помогаете еврейкам при родах, и видите, что рождается мальчик - убивайте его, а всякую девочку оставляйте в живых.
Поражённые, женщины молчали. Фараон, полагая, что они колеблются, продолжил:
- Я дам вам освобождение от работы. Вам, и вашей семье. Я награжу вас лучшими животными из моего стада.… Клянусь Ра, я исполню любую вашу просьбу! Эй, кто там? Выпишите каждой из этих женщин вольную на пять человек. Передайте им папирусы. Идите же. И не благодарите меня, не стоит.
Еврейки нерешительно взяли папирусы. Они хотели что-то сказать, но придворный знаком приказал им убираться. И женщины вышли.
- Что же нам делать, Фуа? – спросила подругу Шифра – Как мы можем совершить такое зло перед нашими братьями и перед Иеговой? Пусть Иегова лишит меня семьи, пусть поразит меня проказой и ещё добавит, если я задушу хоть одного ребёночка..,- женщина разрыдалась.
Фуа, более старшая и опытная, чем подруга, обняла её за плечи и мягко, но уверенно сказала:
- Не надо плакать. Положись на Бога наших предков. Ну и на меня тоже немного. Выкрутимся, будь уверенна.
Её уверенный тон благотворно подействовал на Шифру. Она перестала всхлипывать и даже улыбнулась.
***
Фараон пришёл в ярость, когда ему доложили, что численность евреев не уменьшается, и что в домах новорождённых нет горя и печали.
Владыка Египта тут же вызвал повитух и спросил их:
- Почему вы так поступаете? Почему оставляете мальчиков в живых?
Шифра открыла было рот, но Фуа сделала ей знак молчать и сама ответила:
- О фараон… дело в том... дело в том, что еврейки не такие как египтянки…
- они рождают прежде, чем мы успеваем к ним прийти,- нашлась Шифра.
Наступила тишина. Фуа сжала спрятанную под одеждой вольную.
- Правда?- обиделся за египтянок фараон - Не знал. Очень интересно. Тогда решим этот вопрос по-другому. А вы идите.
Не веря своему счастью, женщины медленно двинулись к выходу. Они боялись, что каждую секунду фараон может окликнуть их и отобрать вольную, а ещё чего доброго наказать. Но правитель уже забыл о своих посетительницах.
Стоит отметить, что семьи Шифры и Фуа были благословлены Всевышним, а сами повитухи умерли в доброй старости.
***
Рамсес не успокоился. Он долго прикидывал и так, и этак и, наконец, родил, по его мнению, очень мудрое решение:
- Даю повеление, чтобы все, видя у евреев новорождённого мальчика, бросали его в Нил, а девочек не трогайте. Клянусь пантеоном моих богов, это единственно мудрое решение.
Великий плач поднялся в земле Египет.
***
За восемь лет до описываемых событий, один человек из племени Левия, по имени Амрам, взял себе в жёны Иохаведу, сестру своего отца. Их счастливый брак принёс им двоих детей – девочку Мариам и мальчика Аарона.
А через несколько месяцев после страшного указа, Иохаведа забеременела.
- Молю Бога, чтобы родилась вторая девочка,- сказала она однажды мужу, когда он вернулся с работы очень усталый.
Амрам что-то сердито буркнул в ответ и завалился спать, даже не поужинав. Он прекрасно понимал, что младенца в таком случае спасти будет невозможно. За малейшее сопротивление, его самого бросят в Нил на съедение крокодилам. Да и как он узнает о родах, если возвращается домой только вечером?
***
Иохаведа, сказавшись больной, никого из подруг и соседок к себе не пускала. Она боялась, что её беременность заметят и установят слежку. Мариам хлопотала по дому, следила за маленьким Аароном и всячески выпроваживала посетительниц.
***
Родовые схватки у Иохаведы начались ночью. Мариам помчалась к дому Шифры (она жила ближе, чем Фуа). Девочка уже почти добежала, когда её схватил за косу солдат - патрульный.
- Стой! – Приказал он ей на египетском языке – Куда?
Сообразив, что воин не знает еврейского, Мариам быстро – быстро залопотала про козочку и молоко, которое надо принести.
- Харр, - взревел египтянин – Убирайся прочь, если не знаешь нормального языка, кроме своего тарабарского наречия.
И он ткнул её древком копья в спину. Мариам с благодарностью скрылась в темноте.
Шифра долго не отзывалась на стук девочки, но наконец, выглянула в окно.
- Что случилось? – спросила она большую круглую луну.
- Это я Мариам! – раздалось откуда – то сбоку – Моя мама рожает. Нужна ваша помощь.
- Ох, иду, конечно, иду. Молись, чтобы это оказался не мальчик. Иначе не знаю, как его спасти.
Всю дорогу они бежали, молча, никого по пути не встретив…
… Роды завершились благополучно. Но только приплод никого не обрадовал. Лишь маленький Аарон радостно захлопал в ладоши:
- Тепель у меня будит длужок, что бы игать, да?
- Да, да – растерянно проговорил отец, гладя сына по голове – Иди спать, уже поздно.
Шифра быстро собиралась:
- Мне нужно спешить. За моим домом следят. Обычно эти собаки идут следом за мной в дом роженицы. Как это я смогла добраться без слежки? Вдруг они меня хватились?
Воистину, Иегова благосклонен к мальчику. Кто знает, может не зря он сохранил младенцу жизнь?
Женщина накинула платок и выскользнула за дверь.
***
Амрам без сил опустился на кровать. Ноги совершенно не держали его.
Ребёнок заплакал, и мать дала ему грудь.
Глядя на малыша, Иохаведа сама заливалась слезами:
- О, муж мой, почему именно мальчик?! Почему не вторая девочка?! Тогда мой ребёнок не погиб!
Амрам не выдержал:
- Женщина! Ты как прародильница наша, Рахиль, которая требовала у Израиля детей! Разве я Бог, чтоб знать ещё до родов, кого ты зачала?
- Значит, вот как ты стал со мной разговаривать? Неужели тебе всё равно, что мой сын обречён стать кормом для крокодилов в Ниле?
- А что ты от меня хочешь? Чтоб я пошёл к фараону? Тогда уж проще самому утопиться в Ниле! Или ты хочешь, чтоб я повторил ошибки Амнона и Кеиля, братьев из колена Симеона? Когда жена Кеиля родила тройню мальчиков, и за ними пришли, в братьях вскипела горячая кровь предка. Они убили писаря фараона. И что теперь? И их, и детей убили, дом их сожгли, а жена его помешалась и живёт только милостью Бога и соседей!
- Я уже всё решила: раз Бог дал мне сына, значит, он хочет, чтобы я спасла его. И я готова отдать жизнь за него!
- О, женщина! Тебя ослепляет жалость и любовь! Ведь погибнуть можем все мы! Впрочем, пока давай спрячем его. А там посмотрим. Вот, что, жена мы сделаем: Ты по-прежнему больная. И пока можно, будем скрывать его. А дальше Иегова усмотрит.
***
План был немедленно приведён в исполнение. Иохаведа оставалась «больной» проказой. Египетские писцы не стали рисковать и оставили женщину в покое. Мариам продолжала помогать по хозяйству и следить за маленьким Аароном. Отец строго-настрого запретил мальчику говорить кому-либо о его брате, и Аарон с гордостью держал эту тайну в себе, хотя искушение поделиться с друзьями было велико.
***
Через три лунных месяца…
В день праздника Осириса Амрам вернулся с работы раньше. Он принадлежал к тем израильтянам, которые не стали поклоняться египетским богам и принципиально не оставались на праздники, несмотря на пир, который обычно устраивали рабам.
Амрам застал жену в слезах:
- Ну что такое?- раздражённо молвил он, в изнеможении растягиваясь на жёстком ложе.
- Кто-то донёс на нас!- Иохаведа захлёбывалась в слезах,- не сегодня-завтра сюда придут солдаты и всем нам конец!
Амрам порывисто вскочил:
- Вот о чём я тебе говорил, жена! Ребёнок - не тряпичная кукла, он плачет и кричит. Завистников много, и кто-то из соседей совершил пакостное дело. Что теперь делать, жена?
- Послушай меня, муж. Я долго думала над этим. Иегова обещал вывести нас отсюда. Предок наш, Иосиф, велел вынести его прах. Так может, настало время его благосклонности? Может, в самом деле Бог спасет нашего мальчика для великих дел? Потому вот, что я придумала: завтра я выйду на работу. Но сегодня мы отдадим нашего мальчика на Божью благосклонность. Если он спасётся, значит, Иегова с ним. Достань мне нашу корзину, в которой мы хранили папирус. Покрой её прежде асфальтом. Затем я отнесу её в тростник, возле дворца принцессы Рахуманы. Ты знаешь, как она добра к нам, евреям. Может, она сжалится над мальчиком и, кто знает, что дальше будет?
- Ты мудро говоришь, жена. Я так и сделаю, да благословит наш план Иегова!
***
- Эй, Иохаведа! Ты никак выздоровела?- приветствовали её соседки, едва женщина с корзиной за спиной вышла на улицу.
- У тебя ведь была проказа?
- Да ты молодец, сразу за работу.
- Каие новости, девочки?- спросила Иохаведа, подходя к соседкам, которые плели корзины.
-Ничего особенного,- охотно отозвалась одна из женщин - У Мисаиля сына забили до смерти, у Сихлы забрали младенца, а старик Лемуил видно скоро помрёт - ему перестали выдавать провизию. Как всегда, ничего хорошего.
- Бедный мальчик,- пробормотала Иохаведа - как же так получилось?
- Ему случилось присесть перевести дух во время работы, аккурат за час до перерыва. А господин надсмотрщик, чтоб его жабы заели, возьми, да и встань не стой ноги. Ну и забил его тут же. На месте. Мисаиль рядом стоял, да что он мог сделать?
Женщины помолчали, потом рассказчица добавила:
- Совсем нас забыл Иегова. И о соглашении с Авраамом, Исааком и Иаковом. Сколько мужчин наших перемёрло? У меня у самой зять сгинул - пошёл на Нил, да и пропал. Говорят, у него голова закружилась - его в тот день наказали.
Женщины снова помолчали, а потом одна из них выпалила:
- А что Иегова? Нет Иеговы. Где Иегова? Почему он не даст нам вождя? Через двадцать лет мужиков в Израиле совсем не останется. И за кого, скажите пожалуйста, моя дочь замуж выйдет?
- Давайте не будем на эту тему,- прервала её дряхлая старуха-еврейка, - Бог оставил нас, потому что мы оставили его. Вот ты, Михила, скажи мне: почему ты осталась на египетском празднике?
- Тебе, бабка, хорошо говорить! Ты живёшь на свете уже столько, что видела Израиля, родоначальника племён. Твои правнуки давно умерли, тебе кроме себя некого кормить. И проживёшь ты ещё столько же. А у меня трое сыновей, слава Иегове, они слишком взрослые чтоб их убить, и две маленькие девочки. Египетский праздник, раз в году, когда можно наесться досыта, и ещё с собой захватить.
- Дочь моя, отец наш Авраам не знал других богов, кроме Иеговы. Потому и дано было ему обещание: “Твоим потомкам я отдам землю, где течёт молоко и мёд!”
Иохаведа горячо поддержала старуху:
- Слушайте её почаще! Она хоть и долго живёт на свете, но из ума ещё не выжила. Она дело говорит. А я пойду к Нилу. Мы с Мариам соберём тростник для крыши. Завтра я выхожу на работу. Счастливо оставаться!
Удручённые разговором женщины ничего не ответили.
Иохаведа с дочерью пришли к Нилу. Мать сняла с плеч корзину с младенцем, хотела было её открыть, но передумала. Корзинку она поставила в камыши и ушла, не оглядываясь. Но Мариам решила в своём сердце узнать, что будет с мальчиком. Она села на прибрежный камень так, чтобы её не было видно с берега, но при этом корзинка была в её поле зрения. Очень скоро по Нилу поплыла ладья с принцессой Рахуманой. Стража прочесала берег ушла. Рабыни стали бродить вдоль камышовых зарослей, а принцесса собиралась было уже раздеться и войти в воду, чтоб искупаться, как вдруг увидела корзину, которую понесло течением. Она позвала одну из рабынь:
- Эй, прислужница! Принеси-ка мне ту корзину.
Открыв корзину, Рахумана увидела маленького мальчика, который залился плачем, едва подняли крышку. В принцессе заговорили материнские инстинкты, хотя она и сказала недовольно:
- Это ребёнок евреев. Кто-то решил спасти своего малыша.
Увидев, как всё хорошо вышло, Мариам вышла вперёд:
- Живи вовек, Рахумана! Хочешь ли ты, чтоб я привела тебе кормилицу из евреек?
- Обязательно сходи, девочка!
Трепеща от радости, девочка побежала к матери сообщить радостную новость. С великой поспешностью Иохаведа пошла к принцессе.
- Ты выглядишь довольно здоровой, хоть ты и худа. Пусть тебя проверит мой лекарь, а потом возьмёшь этого мальчика и выкормишь его, а тебе заплачу. Тебе выдадут дополнительную провизию.
- Я сделаю всё так, как ты сказала мне…
…- Ну, ты даёшь!- воскликнула одна из соседок, увидев на руках у Иохаведы мальчика,- как это тебе доверили выкармливать сына дочери фараона, ведь у тебя была проказа?
- Лекарь меня осмотрел, здоровье проверил - всё нормально. Значит, это не проказа была, а такая болезнь, что на неё похожа. Но умереть через эту болезнь нельзя.
Так прошло четыре года.
***
- Мама, почему я должен идти к чужой тётке? Мне больше нравится дома - играть с Аароном и с Мариам!
Женщина, которая вела за руку мальчика, остановилась и присела на колени возле сына:
- Сынок, я же тебе говорила: принцесса спасла тебе жизнь, ты ей обязан. Главное помни, что ты поклоняешься Богу Иегове - единственному и истинному Богу. Ни в коем случае не поклоняйся ложным богам. А вот мы и пришли.
Мать с ребёнком подошли к воротам. Стража пропустила их без вопросов.
Принцесса долго не выходила. А когда вышла, то сразу обрадовалась.
- Здравствуй малыш. Ну, вот мы и встретились. Знаешь, я уже придумала тебе имя. Ты будешь зваться Моисеем, потому что я вынула тебя из воды. Теперь ты будешь моим сыном. Ну же, отпусти эту добрую женщину: она получит свою награду и пойдёт работать.
Моисей потупился и выпустил платье матери. Иохаведа тут же исчезла.
- Эй. Кто там? Снимите с него это дурацкое еврейское одеяние. Оденьте его в какое-нибудь платье, которое Тутмос не носит. Сейчас как раз идёт урок истории Египта. Теперь ты будешь обучаться всему тому, чему обучается маленький принц и сыновья сановников фараона.
Принцесса решила сама проводить Моисея на урок.
- Тётя, а почему фараон такой злой? Почему он убивает маленьких мальчиков?
- Вот оно, еврейское воспитание!- в сердцах воскликнула Рахумана - Моисей! Слушай меня внимательно! Во-первых, я тебе не тётя, а мама. Это раз. Во-вторых, не тебе, маленькому мальчику. Осуждать сына Ра. Он - Владыка Египта и всех нас. Все дела его совершенны, все его решения единственно мудры и правильны. Запомни это хорошенько, Моисей! Запомни это хорошенько! Перед тобой открывается невиданное будущее, какого нет ни у кого из твоих сверстников. И кстати, отныне во дворце ты больше не будешь говорить на еврейском языке, а только на египетском. Никто не будет с тобой на нём разговаривать, кроме меня. Даю тебе месяц, чтобы ты научился говорить на нём. Если ты будешь прилежным мальчиком и воздашь славу богам своим примерным поведением, то я буду любить тебя и сделаю подарок. А если нет- то строго накажу! Вот мы и пришли. Здесь ты будешь заниматься, а после занятий твой слуга отведёт тебя в комнату, где ты будешь жить.
Принцесса отворила массивную дверь, украшенную золотом и многочисленными иероглифами.
Все дети встали как один. Учитель с почтением червяка изогнулся перед Рахуманой.
Вот что, Титеф! Я привела к тебе нового ученика. Это еврей, как ты видишь по волосам. Позаботься о том, чтобы Моисей выучил египетский как можно скорее, но сам не вздумай разговаривать с ним на-еврейском. Примени всю свою мудрость, Титеф, чтобы мне не пришлось просить фараона бросить тебя в тюремную яму. Прощай, Моисей!- добавила она уже по-еврейски - желаю тебе успехов. Будь умным мальчиком.
Моисей сел на пол. Ему передали восковую дощечку и палочку. Учитель что-то говорил детям. А потом подошёл к Моисею. Его добрая улыбка сразу расположила к себе, и мальчик ответил такой же радостной улыбкой. Так начался новый период жизни Моисея. Первый урок был необычайно сложен. Однако Моисей научился писать своё имя. Слово «мама», «фараон», «бог» и «здравствуйте». К концу урока он даже смог поблагодарить учителя. Титеф со слезами на глазах исправил мальчика и отпустил его. Никогда ещё его не слушали с таким вниманием, и никогда ещё он не видел такого способного ученика.
В коридоре Моисея ждал слуга-еврей. Он молча поклонился Моисею и знаком приказал следовать за собой.
- Наконец-то, урок закончился!- заявил мальчик слуге. Тот понял его, но приложил палец к губам. Чуть позже он остановился и стал поправлять складки одежды Моисея. Еле слышно он шепнул ему:
- Мне запрещено с тобой говорить.
Затем он привёл его в комнату и знаком предложил располагаться. Так же знаками осведомился, не нужно ли чего. Моисей лишь махнул рукой. Слуга вышел за дверь.
Богатое убранство комнаты смущало Моисея. Он осмотрел свою кровать, стол, стены, расписанные цветными картинками богов, каждый из которых держал на верёвочке крест. Затем его привлёк вид из окна. Окно выходило в сад. Дальше шла стена, а за ней закладывался новый город. Отсюда были видны тени строителей, но никаких звуков не доносилось.
В дверь постучали.
- А вот и мы!- в комнату зашла принцесса с детьми: двумя девочками и мальчиком, принцем Тутмосом.
- Я наслышана о твоих успехах. Моисей. Ну что, у тебя есть чем похвастать?
Моисей смущенно пробормотал на египетском языке:
- Приветствую! Благодарю. Я - Моисей.
Дети залились смехом, сама принцесса не смогла сдержать улыбки.
- Впечатляет. Ты очень способный мальчик. А я привела к тебе твоих новых сестёр и брата. Поговори с ними через переводчика, я разрешаю. Слушай внимательно, что они говорят, и учи новые слова. Потом я разрешу тебе погулять.
«Мне никогда не вернуться к маме,- с тоской подумал Моисей.
Сеньк Антон.
Принц Египта».